Book: Тень на скале



Тень на скале

Юрий Горюнов

Тень на скале

За два года до событий

Таможенник был приветлив и доброжелателен. Его лицо выражало самые добрые чувства. Был он спокоен и аккуратен.

– Добро пожаловать, – тихим чуть усталым голосом произнес он. – Надеюсь вам у нас понравится.

Мужчина европейского вида протянул ему паспорт и поставил чемодан и сумку на ленту транспортера для проверки. Таможенник пролистал паспорт и вернул его.

– Благодарю вас. Сколько вы пробудете?

– Не знаю, – ответил мужчина. – У меня долгосрочная виза, не думаю, что скоро уеду.

– У нас хороший климат и замечательная природа. У дачи вам.

Мужчина подхватил чемодан, сумку и вышел из здания аэропорта. Жаркое Солнце обдало его зноем. Прибывший прищурился, достал темные очки и надел их. Он не обманул таможенника, он действительно не знал, сколько пробудет в этой стране, которую выбрал в качество своего места жительства, уехав оттуда, где родился, то ли по обстоятельствам, то ли по прихоти судьбы. Он понимал, что первое время будет тоскливо, но надеялся справиться со своим настроением, да нельзя отбрасывать и то, что однажды ему захочется вернуться.

Будучи еще на родине, он, не говоря никому, выучил испанский с учителем, и это помогло ему сразу, как приехал в общении. Проблем, с получением визы не было; он вложил некоторую сумму в экономику страны, став совладельцем одного из предприятий.

Глава 1. Встреча

Горы, представшие его взору, завораживали. Они стояли полукругом и были такими высокими, что казалось, они подпирают небо. Их мощь, красота потрясала воображение. Легкий ветерок, приносящий прохладу, колыхал ближайшие редкие кусты, которое заливало солнце. От скалы, напротив которой он стоял, исходило тепло, переданное ей солнцем.

Константин стоял, не двигаясь, и солнце, освещавшее его со спины, распластало по скале его тень, которая была с ним и окружающей природой, как единое целое. Он смотрел на тень, что немым укором отображала не только его тело, но казалось, хранила в своей темноте то, что он прятал у себя в душе. Чуть пошевелился, тень отреагировала. Солнечный свет, приводя в движение тень, подтверждал, что ее владелец – еще жив. Константин шагнул вперед, тень увеличилась, словно пытаясь забраться на скалу, но стоило ему отвернуться и сделать шаг назад, то тень сползала и становилась все меньше.

У него мелькнула мысль, что его тень – это его отражение темного прошлого, которое уже давно задет вопрос: – Что он здесь делает?

Константин чуть вздрогнул, услышав за спиной голос, но тут же успокоился, повернувшись и увидев говорящего. Это был старик, возраст которого трудно определить, словно время остановилось на его лице. Было видно, что он из местных, да и откуда здесь взяться другим, разве только вот он, Константин, был здесь, пока чужой.

– Красиво, – произнес по-испански, но с каким-то местным диалектом старик. – Ты не местный, – то ли спросил, то ли утверждал он.

Константин, действительно был в этой стране хоть и давно, но даже его загорелый вид, не скрыл европейские черты лица. Он чуть улыбнулся.

– Верно, я издалека, но здесь уже давно, – решил он поддержать разговор. Пожилые люди часто мудры, особенно в таких удаленных от цивилизации местах, так почему бы не поговорить.

Старик присел на пожухлую траву: – Тебя как зовут?

– Константин, Костя.

Костя расположился на траве напротив старика около невысокого куста; развязал рюкзак, достал хлеб, сыр и бутылку местного красного вина. Налил в пластиковый стаканчик и протянул старику, тот не стал отказываться.

– Что здесь делаешь? – спросил старик, беря стаканчик с вином.

– Забрел. Я люблю ходить по тропам в горах.

– Я имею в виду не место, а страну?

– Живу. Здесь у подножия в городе.

– Чем занимаешься?

– Ничем. Я не нуждаюсь в деньгах, а для удовольствия помогаю местным, если требуется. Чистое безделье скучное занятие.

Старик внимательно посмотрел и задал достаточно неожиданный вопрос: – Зачем ты здесь? Ты же ищешь этот ответ в себе, – последнее предложение было утвердительным, как будто старик знал о Косте все.

Костя не ожидал, что вопрос будет точно таким, какой он порой задавал себе сам, и, пожав плечами, ответил:

– Задаю себе это вопрос. Иногда, кажется, что нахожу ответ, иногда нет. Может быть все проще – пытаюсь убежать от себя.

Косте захотелось поговорить, высказать этому старику то, в чем он сомневался, произнести вслух те вопросы, что мысленно задавал себе не раз.

– Это еще никому не удавалось, – старик жевал хлеб, запивая его вином. – Бежишь от прошлого. Вон твоя тень, – указал он за спину Кости, тот обернулся и увидел, что часть его тени тихо расположилась на скале, а старик продолжил. – Она темна на фоне ясного дня, как ночь. Ты сидишь лицом к свету и не видишь ни света впереди, ни тени прошлого. Ты забыл, что она есть, как есть прошлое, которое живо, пока живешь ты. В чужую страну надолго приезжают, чтобы убежать от прошлого.

– Вот я и сбежал, чтобы понять себя. Ожидая чуда.

– Ожидание процесс длительный. Ожиданием либо расплачиваешься за полученное, либо ждешь, что хочешь получить. Почему ты уехал так далеко? Не ожидание же проверять?

– Потеря бизнеса. У меня был крупный бизнес, но в какой-то момент я вдруг понял, что мне всего этого не надо…И, сразу начались проблемы.

– Ты дал слабину чувствам.

– Наверное, и люди, которых я считал друзьями, компаньонами, этим воспользовались. Я продал, что смог и уехал.

– Не уехал, а сбежал, бросив тех, кто в тебя верил.

– Пусть так, – не стал возражать Костя.

– Плохо. Ты уступил дорогу другим, убив себя в себе. Иногда надо быть эгоистом. Не думал об этом?

– Зачем?

– Потому что ушел без боя и про тебя забыли. Кто тебя теперь там помнит? Их память слаба. Мы все хотим, что бы о нас помнили, где-то глубоко веря, что совершаем добрые дела, убеждая себя в своей истине.

– А что такое истина?

Старик, помолчав, произнес: – Никто не знает. Даже Бог. Если бы знали что такое истина, то мир сразу бы стал скучным. Что искать? К чему стремиться? О чем размышлять? Думаю, истина живет в нас и со временем она меняется, вместе с нами. Ты сказал, был крупный бизнес?

– Да я много его достиг в нем. Был можно сказать на вершине.

– Но это тебе не помогло, – усмехнулся старик. – Что там на вершине? Трясина из собственных мыслей и глупых вопросов. Что дальше? Ты оказался на краю сомнений, безысходности. Идти вперед или свернуть назад – смысл не меняется, все равно спускаться вниз. Но спуск разный. Спускаясь вперед – опускаешься морально, спускаясь назад – опускаешься до снижения материальных благ. Чаще всего остаются на месте, затянутые болотом безысходности. Пока есть движение вверх – у тебя есть цель.

– Наверное, ты прав, старик, – согласился Костя, – я топтался на месте, как многие, и мне это нравилось. Меня все устраивало: и обманы, и лживые улыбки, погоня за деньгами, и тогда я стал понимать, что мир сходит с ума. Интересуешься лишь положением в обществе, как ты смотришься, и не замечаешь, что уже погрузился по колено в трясину.

Костя посмотрел поверх головы старика, и замолчал.

– Не все потеряно, если ты здесь. В тебе еще живут раны прошлого, они никогда не заживают. Глупцы говорят – время лечит. Оно не лечит, оно снимает острую боль. Раны не заживают, особенно душевные. Они у тебя болят, потому что ты жив, а значит, живы и они. В человеке живет память прошлого и все закончиться, когда остановится сердце, когда перестанет течь кровь.

– И что делать?

– Может быть, стать на время эгоистом? Показать, что бой не проигран, а лишь взята передышка? Я видел, как ты рассматривал свою тень на скале. Это ты в прошлом. Куда бы ты ни шел, она всегда будет рядом, даже ночью, вот только мы разучились видеть в темноте. От тени прошлого не надо бегать, надо научиться с ней жить. Кто-то считает, что тень отбрасывает форму нашего тела и все, но это то, что мы видим и знаем о себе. Истинная тень глубоко в душе, это то, что мы боимся о себе знать. Душевная тень сидит в темноте, где не видно сути вещей, а на свет выносим лишь то, что считаем возможным показать. А вот где она, граница между двумя тенями? Граница между истиной и ложью о себе. Что прячут тени? Разницы нет. Что для одного истина, для другого может ей и не быть. Кто понимает это – мудр.

– Судя по тому, что ты сказал, я играю с тенью прошлого?

– Тебе лучше знать. Нельзя все время разговаривать с тенью прошлого. В прошлом есть вещи, которые держат. В твоем прошлом есть дом? Или он здесь?

– Пока нет.

– Вот ты и ответил. У каждого есть место, которое он считает домом и возвращается в него, потому что там привычно и уютно. Не надо лукавить себе. Дом – это все-таки дом. У кого нет дома – не живет, существует.

Костя задумался над словами старика. Прожив здесь несколько лет, он не мог считать эту страну, приютившую его, своим домом. Пока не мог, но наделся, что со временем все будет иначе. Здесь ему было уютно, но пока не спокойно, прошлое возвращалось, требуя от него закрыть вопросы там, откуда он уехал.

– Возникает желание навести порядок в том, другом доме, – поделился Костя своей мыслью.

– С такими мыслями ты будешь жить, всегда мучаясь, если не сможешь от них освободиться. Надо вернуться в старый дом и сравнить он ли это? Надо перебороть себя и стать прежним или еще жестче, чтобы либо закрыть дом на замок, либо остаться в нем.

– Но там надо прикидываться, выкручиваться.

– Каждый из нас хоть на короткое время хочет быть дьяволом. Разве не так?

– В мыслях или в реальности?

– В мыслях ты можешь быть кем угодно. А вот в реальность – это реальность. А играть с реальностью всегда опасно.

Старик поднялся, давая понять, что разговор закончен, поднялся и Костя.

– Вы куда направляетесь? Может быть нам по пути? – поинтересовался он у старика.

– Вряд ли. Идя в одном направлении, не значит быть попутчиками. У нас разный груз прошлого, за который уже заплачено возрастом. За все надо платить, чем-то или кем-то. В твоем возрасте еще можно продать душу для достижения цели, зная, что до оплаты далеко. Позже – труднее. Но если в твоем понимании, то за этой скалой, если идти по тропинке, стоит моя деревня. Когда разберешься в себе – приходи. Спроси Санчо, – и старик направился дальше, но сделав несколько шагов, обернулся:

– Запомни. Дьявол проявляется в деталях, – и скрылся за кустарниками.

Оставшись один, Костя осмотрелся вокруг и, взглянув на свою тень, вдруг показал ей язык: – Ну что? Пойдем и мы, будем думать, что нам делать. Жизнь продолжается, ты должна мне помочь, – и, собрав провизию в рюкзак, стал спускаться вниз, к океану.

Спускался он долго, и когда вошел в город, что расположился вдоль кромки прибоя, то уже наступал вечер. Город, где жил Костя, был не велик, но и назвать его совсем маленьким было бы не верно. В нем был улицы, переулки, площади; был он чист и ухожен. Местные жители в основном занимались сельским хозяйством или рыболовством, были небольшие предприятия. Был пирс, куда пришвартовывались рыболовецкие небольшие суда, на которых, по его убедительной просьбе, Костю даже брали в океан. Костя шел по улице, где еще играли дети; мужчины, сидели группами, ведя свои бесконечные разговоры, а женщины занимались домашними делами. С некоторыми жителями он здоровался. Вначале к его приезду отнеслись настороженно, задаваясь вопросом, что здесь надо этому европейцу, а потом привыкли, видя его простоту в общении. Со временем, он стал замечать на себе взгляды молодых, не замужних женщин. Пока он жил для себя, но не мог быть уверен, что не захочет связать свою жизнь с одной из них, так как был холост. Уже холост. Косте приглянулась одна девушка лет двадцати пяти: смуглая, стройная, высокая, с черными, как смоль волосами. Звали ее Кристина, и работала она филиале одного из банков, где он открыл счет. Сначала его удивило ее имя, но потом узнал, что это обычное имя для этой страны. Но пока никаких планов относительно изменения личной жизни, он не строил.

Проходя по городу, он вспомнил о том, как они познакомились.

Тогда был теплый вечер, с океана дул легкий бриз и листья, кустов, что росли перед домом под окном, лениво реагировали на него. Полная Луна в безоблачном небе освещала прибой. Костя смотрел на эту красоту, которую начал замечать уже здесь. Раньше свои отпуска он проводил более буйно и только теперь познал, что можно отдыхать иначе.

Вкусив морской воздух, он решил, что дома сидеть скучно и сев в машину отправился по городу.

Время было не позднее, и он заехал в ресторан «Золотой песок» к Луису. Там послушал музыку, поговорил с Луисом.

– Ты Костя грустишь или наслаждаешься?

– Скорее второе. – С Луисом он познакомился, когда приехал в этот город. У них нашлись общие взгляды на жизнь. Луис тогда предложил ему.

– Будет грустно, заходи. Если не захочешь быть один, то скажи, и я найду способ развеять твое одиночество. А то знаешь, надо иногда просыпаться не одному.

– Эх, Луис, есть поговорка, «спать есть с кем, просыпаться не с кем»

– Это верно, но это совсем другая ситуация.

– Это как же?

– Вот тебе телефон, звони, скажешь, что от меня, а второй телефон в столице. Не стоит ходить по злачным местам.

– Ладно.

За время, что Костя здесь жил, были случаи, когда звонил по данному телефону.

В тот вечер Костя действительно не испытывал грусти. Они выпили с Луисом по бокалу вина, и он поехал кататься по городу. Проезжая по одной из улиц, где горожане прогуливались после знойного дня, он обратил внимание на одну пару. Девушка что-то эмоционально говорила парню. Как только он сделал попытку обнять ее, тут же получил звонкую пощечину, а девушка повернулась и пошла прочь. Парень постоял, погладил щеку и отправился в другую сторону.

Костя медленно проехал мимо девушки, обогнал ее и, остановившись, вышел из машины, дожидаясь, когда она будет проходить мимо. Когда девушка была уже близко, что-то знакомое было в ее лице.

– Задержитесь на минуточку, – попросил он ее, когда она поравнялась с ним. – Я не буду приставать.

– И не получится, – несколько резко ответила она, но увидев Костю, остановилась: – Вы?

Тут Костя узнал ее. Это была девушка из банка, в котором он открыл счет.

– Да, это я. Только мне не хочется получить тоже пощечину.

– Видели. Он это заслужил, но это смотря, как себя поведете.

– Думаю хорошо, а так это ваши дела. Молодые разберетесь.

– Это вряд и, да и вы не старый.

– Это при данном освещении. Вы кажется, в банке работаете?

– Да, потому вас и узнала. Вы к нам приходите.

– Как вас зовут?

– Кристина.

– А меня Костя.

– Я знаю.

– И много тех, кто меня знает?

– Достаточно. У нас мало иностранцев живет постоянно, а уж тем более холостых.

– Потенциальный жених, – заметил Костя.

– Не знаю, меня это не касается.

– Почему? Не подхожу?

– Я вас не знаю.

– Не всегда знаешь человека, даже если долго знаком. А чувства могут прийти и быстро.

– И быстро уйти.

– Бывает и так. Но что мы стоим? Вы очень эмоциональны сейчас и надо полагать, в гневе. Одна. Поздно. Я сегодня добрый волшебник и мне захотелось вас подвезти, чтобы с вами ничего не случилось.

– И только? – недоверчиво осведомилась она.

– И только, – отозвался Костя. – Видимо было у вас много иных предложений, если вы восприняли столь настороженно мое предложение.

– Были. Обычно пытаются продолжить вечер наедине.

– Я просто предложил. И как?

Кристина окинула взглядом Костю: – Хорошо, но мне не хочется домой, можем мы полчаса поездить по городу? А потом отвезете домой.

– Можно, – и он открыл дверцу машины.

Кристина села, и они отправились по городу. Ездили вдоль пляжа, по освещенным улицам, иных Костя избегал, чтобы не она не подумала о его каких-то намерениях. Ему было приятно, что она вот так рядом сидит, та, о которой он ни разу даже не задумывался.

Кристина нарушила молчание: – А почему вы приехали сюда, в наш город, в страну?

– Здесь тихо и спокойно. Выбирал, чтобы были горы и океан.

– Да, здесь красиво, – согласилась она. – А у вас там?

– Я из России.

– Я знаю, у вас русская фамилия. Знаю, что это очень большая страна.

– Большая, есть места, где всегда снег.

– Я видела снег в горах.

– Это не то. В горах он другой, а там снег на улицах.

– Холодно?

– Смотря, где жить.

– Хотелось бы увидеть.

– Может быть, и получится.

– Домой хочется?

– Иногда.

– А почему уехали?

– Так получилось.

– Сбежали!

– Сбежал, – как эхо ответил Костя. – Ты права, мой отъезд можно считать бегством, но не от других, наверное, от себя.

– Получилось?

– Не знаю.

– Отвезите меня домой, – попросила она.

Костя, спросив, где она живет вскоре подъехал к ее дому: двухэтажному кирпичному зданию. Когда машина остановилась, она повернулась к нему:

– Спасибо за прогулку. Странный вы.

– Я должен спросить почему и удивиться?

– Еще ни разу не было, чтобы не попытались меня поцеловать, я имею в виду подобную ситуацию.

– Я помню пощечину.

– Вы говорите неправду.

– Конечно. Я не вижу в этом смысла. Мне не хочется быть банальным.

– Это удалось.

– Надеюсь. И не потому, что мне не доставило бы это удовольствия, я не хочу унижать ни себя, ни вас примитивизмом установить отношения.



– А намерены их установить?

– Пока нет, а дальше, не знаю. Не думал об этом. Во всяком случае, девушка вашего типа, сама решит, подходит ли ей мужчина.

– А если она его не заинтересует?

– Все может быть. Да и чем можно заинтересовать вас? Каким-то неординарным предложением, которое еще никто не делал.

– Если замужество, то было.

– В этом не сомневаюсь, но я не об этом.

– Ладно, когда будет что предложить, скажите, я с удовольствием выслушаю. И может быть приму.

– Если будет что.

– Спасибо за вечер, странный вы.

– Возможно, это так, кажется, со стороны.

Кристина вышла из машины и он, не провожая ее взглядом, поехал домой.

С тех пор они встречались только в банке. Костя не стремился привлечь ее особое внимание, но и не забывал ее, поэтому всегда приносил ей букетик цветов, когда приходил в банк.

Он понимал, что на него смотрят как на ухажера, а ему было просто приятно дарить ей цветы. Больше было некому, но в то же время он стал замечать, что она все больше интересует его, но форсировать события не торопился.

Так состоялось их знакомство.

Открыв дверь своего дома, который стоял почти на окраине, он бросил рюкзак на пол и, подойдя к окну, открыл ставни, впуская в помещение свежий морской воздух.

Может быть старик и прав, – подумал он, – что может быть проще вернуться и доказать себе и другим, что он не сдался. Память хранила даты, события, лица. Все это оставило след в памяти, а кто-то даже и в сердце.

Костя признался себе, что эта случайная встреча подтолкнула его, что бы признаться, что все это время он пытался убежать от себя, своих воспоминаний, переживаний, решив, что дальнее расстояние поможет ему не стать памятником прошлому. Сначала так и было, пока он устраивал свой быт, знакомился с жителями, помогал соседям. Это отвлекало, но когда жизнь вошла в привычный для нее ритм – прошлое вернулось.

Стоя перед окном, он чувствовал, что время хоть и сгладило острые края осколков той разбитой прежней жизни, но рубцы ныли. Старик был прав – раны не заживают, они всегда напоминают, что жизнь это борьба и она бывает жестока.

За окном уже была ночь, и он лег спать, но мысли прогоняли сон и Костя просто ворочался с боку на бок, не открывая глаз. Ночь – время воспоминаний, время прокручивает перед глазами прожитую жизнь. Слыша глухой рокот ночного океана, он поднялся и вернулся к окну. В темноте он слышал, как волны с шумом накатывают на берег и возвращаются обратно. Деревья, что росли рядом с домом глухо и уныло шумели в такт с волнами. Темное небо не позволяло увидеть линию горизонта, превращая окружающую обстановку в один темный цвет.

Ударили первые капли дождя, а затем все чаще начали бить по земле, Константин закрыл окно, и тут же по оконному стеклу потекли струйки воды.

Он вглядывался в темноту ночи, сидя у окна, поставив стул и принеся бутылочку вина, из которой отпивал прямо из горлышка. Все его воспоминания, которые до этой ночи прятались в самых дальних уголках его памяти, были им сегодня отпущены на свободу. Он почувствовал, что стало легче, он освободился от пут, которыми сам себя опутал.

Монотонный шум дождя уже не приносил иллюзии успокоения, как было раньше. Дождь лил всю ночь, не переставая, и когда стало светать, то можно было понять, что город окажется с рассветом мокрым и холодным, но ненадолго, теплое солнце все исправит.

К утру Костя принял решение, и как-то все стало проще и понятнее. Он улыбнулся своему решению, вспомнив сказанное стариком «каждый хочет быть немного дьяволом, но дьявол в деталях».

Глава 2. Решение

Вечернее солнце скупо пробивалось сквозь затемненное стекло иллюминатора. Где-то там, далеко внизу был океан, а здесь царство солнца и облаков. Но и оно уже покидало свой пост на небосклоне, растворяясь в толще облаков, которые словно впитывали его, меняя свою окраску. Их причудливые формы давали волю фантазии; то они представали в виде огромных вершин, основания которых не было видно, то вдруг в виде животных. Но время неумолимо, и усталое солнце, подчиняясь законам природы тихо спускалось.

Константин отвернулся от иллюминатора; полет предстоял долгий и он еще успеет оценить красоту не только заката, но и восхода. Впереди была короткая ночь, навстречу которой летел самолет. Костя окинул взглядом салон – пассажиров в бизнес-классе было мало. Ровный, тихий гул двигателей убаюкивал, и некоторые пассажиры уже дремали. Кресло рядом пустовало, что его порадовало, хотелось обеспечить себе комфортное пространство. Возвращаясь к себе на родину, он наметил план действий, а что будет делать конкретно, определится на месте, по ситуации. Время наверняка изменило ситуацию, жизнь в стране, а вот характеры людей, которые его интересовали – вряд ли. Но все это было впереди, а пока пользуясь возможностью, он прикрыл глаза и вспомнил предыдущие несколько дней перед отъездом.

Приведя себя в приличный вид, после бессонной ночи, он пришел в филиал банка, сам банк находился в столице. Смуглая, красивая Кристина встретила его приветливой улыбкой.

– Доброе, утро, – ее глаза, затягивали словно омут. Смотрела она доброжелательно и чуть смущенно. О причине смущения Костя знал, вернее, догадывался – он ей нравился или она ему, как минимум, симпатизировала.

– Доброе утро, Кристина, – ответил он и протянул цветок, который сорвал на клумбе возле своего дома. Не смотря на то, что она была смуглой, румянец на ее щеках выдал ее. Сотрудники сделали вид, что ничего не видят, да и было это не в первый раз. После их знакомства, он попросил управляющего, чтобы его счет вела Кристина.

– Кристина, мне нужно, чтобы ваш банк перевел часть моих средств в Россию, а часть в Европу.

– Вы закрываете у нас счет? – с беспокойством спросила она.

– Нет, не совсем, но мне нужны средства в других местах.

– Уезжаете? – грустно спросила она.

– Да, мне нужно уехать.

– Совсем?

– Если бы совсем, то я закрыл бы счет.

– Надолго? – пытаясь скрыть свою любознательность, задала новый вопрос.

– Тебя это лично интересует или как сотрудника банка?

Она смутилась, но взгляда не отвела, а лишь тихо, чтобы не слышали другие, ответила.

– И лично, и как сотрудника.

– А раз так, то предлагаю, провести необходимую операцию, – и он назвал сумму, счет и банк, куда надо было перевести средства.

Кристина была сообразительной девушкой и не стала больше задавать ненужных вопросов, понимая, что и так перешла грань положенного. Она знала, какая сумма у него на счете, и догадывалась, что это не все, чем он владеет. То что он был миллионером не вызывало у нее никаких сомнений, но об этом не принято было говорить, соблюдая банковскую тайну. В городе его знали, как состоятельного человека, но по его внешнему виду об этом сложно было догадаться. Он любил носить футболки, джинсы, и лишь класс его машины, мог подсказать, что он, по крайней мере, не беден. Он был не единственным богатым человеком в городе, здесь находились дома многих местных богатых граждан страны, но иностранец, который владел домом, пусть не самым большим и роскошным, но приличным – один, тем более из такой экзотической, далекой страны, как Россия, а иностранцы чаще арендовали дома.

Оформив все необходимые документы, она протянула их на подпись.

– Так, часть деловых вопросов решена, – заявил он, прочитывая и подписывая документы, – теперь о личном. Как ты смотришь на то, чтобы нам вместе сегодня поужинать?

Кристина была младше его лет на пятнадцать, и он понимал, что подобное предложение говорило о многом, особенно в таких местах, как этот город, где слухи могли повредить девушке.

– Не знаю, – смутившись, ответила Кристина.

– Не бойся, у меня к тебе есть деловое предложение, которое я хотел бы с тобой обсудить. Помнишь, ты сказала, что выслушаешь неординарное предложение, если оно у меня будет. Оно у меня есть. Все в рамках приличия. Ты же знаешь, что за мной нет шлейфа слухов о не порядочности. Я учитываю и твою честь, гордость, как девушки.

– О своей чести и гордости я позабочусь сама.

– Тем более. Так как?

– Хорошо.

– Тогда сегодня я жду тебя в семь, в ресторане «Золотой песок», что на набережной. Знаешь где?

– Знаю.

– Тогда до встречи, – и он, попрощавшись, вышел из банка, оставив ее наедине с множеством вопросов, которые наверняка у нее появились от его предложения.

День он решил посвятить обновлению гардероба, так как смена климата требует иной одежды, хотя в России сейчас тоже было тепло, но все же. Затем он заехал в ресторан и сообщил, чтобы ему зарезервировали его любимый столик. В городе были и туристы, поэтому не хотелось, чтобы по приезде искать место.

К семи вечера, он подъехал к ресторану, официант отвел его к столику в дальнем углу террасы с видом на океан. Туристы в ресторане уже были, и со всех концов света. Теплый ветер освежал его загорелое лицо. Подошел хозяин ресторана – Луис:

– Приветствую тебя Костя, – и присел напротив. – Что-то не видно, что ты весел.

– Есть мысли, которые заставляют думать о делах.

– Какие дела! В такой вечер надо думать о женщинах. Отдыхай. Чудный вечер, сейчас будет чудный ужин. Наслаждайся жизнью. Она не так длина.

– Это ты, верно, сказал, Луис. Вот поэтому, чтобы почувствовать ее сказочность, надо завершить дела. Луис, – вдруг пришла в голову Кости идея, – ты тут всех знаешь.

– Ну, не то чтобы всех, – набивал себе цену Луис, хотя прекрасно понял, что имеет в виду Костя.

– Не прибедняйся, – засмеялся Костя. У них с Луисом сложились хорошие отношения, и каждый чувствовал в другом больше, чем могло показаться по внешнему виду. – Я скоро уеду, не знаю на сколько, но надолго. Дом продавать не хочу. Хочу попросить одну девушку пожить в нем. Сам понимаешь, могут возникнуть разговоры, так присмотри, чтобы не было слухов, приструнив кого надо.

– А есть основания?

– Как раз нет. Ничего не было, и нет, – и чуть подумав, добавил. – И не будет пока, а там посмотрим.

– Но судя по твоей просьбе, она тебе нравится.

– Конечно, а иначе, зачем все это.

– Боишься уведут?

– Нет. Если она решит уйти, я держать не буду, но придержать хотелось бы. Она сейчас придет, увидишь.

– Значит, ужин чуть позднее, – уверенно заявил Луис.

– Да, как придет, накрывайте, на твое усмотрение.

Луис все понял и ушел, а Костя, оставшись один, потягивал вино из бокала, что уже стоял перед ним, смотрел на океан, легкий шелест волн которого успокаивал и манил не думать ни о чем, а лишь насаждаться этой красотой и несравнимой ни с чем музыкой волн.

Кристина появилась на веранде ресторана в начале восьмого и остановилась у входа, осматриваясь. Константин поднялся и пошел к ней. Увидев его, она пошла навстречу. Костя по достоинству смог оценить ее: на ней было приталенное светлое платье чуть выше колен, которое выгодно подчеркивало ее фигуру, туфли на высоких каблуках придавали грациозность осанке, и он отметил, что ходить в них, она явно умела. Черные волосы спадали на плечи, открывая красивую шею. Шла она уверенно, прямо держа спину, с чуть поднятой головой выражая уверенность в том, что она знает, как должна выглядеть женщина, приходя на свидание, чтобы произвести эффект. Луис, увидев, к кому идет Костя, в знак одобрения покачал головой.

Когда они разместились за столиком, официант быстро сервировал и удалился, оставив их одних.

– Ты очень хорошо выглядишь, – произнес Костя.

– Спасибо, хотелось, чтобы рядом с тобой была женщина способная произвести впечатление.

– Тебе это удалось и мне даже жаль, что я буду вынужден скоро уехать.

– Вынужден? – голос ее был тихий и ровный. Это была не та Кристина, какую он видел за стойкой в банке. Здесь она была женщиной, которая знала не только о своих недостатках, которые надо уметь прятать, но и о достоинствах, чтобы их подчеркнуть.

– Увы, но это так. Я возвращаюсь в прошлое, чтобы ответить на свои вопросы, которые задаю себе.

– Ты не можешь ответить на них здесь?

– Для ответа необходимо мое присутствие там. Все надо видеть и контролировать самому.

– Значит, уезжаешь надолго, – утвердительно сказала она.

– Не знаю на сколько, но думаю на дольше, чем ты можешь себе представить. Это будет не менее года.

– Жаль.

– Мне тоже, но я должен это сделать, иначе мои вопросы и не решенные дела останутся со мной на всю жизнь.

– Зачем тебе нужна я? – перешла она к теме встречи.

– Я предлагаю тебе пожить в моем доме, пока меня не будет.

Кристина явно не ожидала такого предложения и не скрывала своего удивления.

– Почему я должна согласиться?

– Ты ничего не должна, но мне будет приятно знать, что в моем доме живешь ты.

– У тебя, что, некому присмотреть за домом?

– Есть, приходит Мария, она убирается и готовит.

– Тогда мне не понятно. Мне это зачем? Зачем мне жить в чужом доме? У меня есть друзья, подруги. Я не сижу затворницей.

– Ты будешь жить одна, зачем тебе жить с родителями. Что касается друзей, то ты свободна, только не устраивай вечеринки, а близкие подруги не проблема. Не нужно только посещение мужчин.

– А если соберусь замуж?

– Тогда переедешь жить к мужу, я не собираюсь препятствовать твоему решению и не ограничиваю твою личную жизнь.

– Тебе не кажется, что твое предложение очень странное? Оно напоминает скрытое предложение более серьезных отношений.

– Ну, разве только срытое. Иначе не получается. Я действительно не знаю, когда вернусь.

– Не знаю, что сказать. Меня все это смущает.

– Подумай, обсуди дома. Я планирую уехать через неделю. Чтобы не было не нужных разговоров, ты можешь переехать на другой день после моего отъезда. Подумай? Ты ничего не теряешь и ничем мне не обязана. И думаю, что твою честь не опорочу.

– Я тебе уже говорила, о своей чести позабочусь сама.

Костя не был уверен, что она согласится, но вероятность оставалась. В сущности, она ничего не теряла, ни в материальном, ни в моральном плане. За себя она постоять умеет, как он понял.

– Знаешь, когда я приеду все проясниться.

– А если я захочу уйти раньше?

– Это будет твое решение.

– А если ты вообще не вернешься?

Костя задумался. Эта мысль не приходила к нему в голову, но такое развитие событий исключать нельзя.

– Этого не будет, но если вдруг, то ты не останешься в обиде.

– Ты уезжаешь в Россию?

– Да.

– Скажи, – она сделала паузу, – а ты был женат?

– Вот что тебя видимо, смущает, – засмеялся он. – Был. Сейчас, как ты знаешь, холст. Есть сын, уже почти взрослый. То, что я говорю правду легко проверить. Я могу тебе показать свой российский паспорт. Моя бывшая жена уже снова замужем. Так что я свободен. У меня есть недостатки и не мало, но глупость в их число не входит, чтобы быть настолько не порядочным по отношению к женщине.

– Лучше все-таки если ты вернешься, мне бы этого хотелось, – ответила она чуть повеселевшим голосом, после услышанного ответа.

– Я вернусь. Ты мне дашь свой телефон, чтобы я мог узнать твое решение?

– Договорились, я подумаю. Странный ты. Записывай номер, – и она продиктовала номер своего мобильного.

Больше они к этому разговору не возвращались. Около десяти Костя отвез ее домой и вернулся к себе.

На другой день он уехал в столицу, где провел ряд важных встреч с юристами и владельцами компании, в которой он был совладельцем. Он был уверен в успехе своих встреч, так как состояние его счета вселяло эту уверенность, оставалось лишь согласовать детали.

В итоге договорились, что в нужное время компания получит дополнительные средства, часть которых оставит на развитие, а часть переведет фирме, с которой должна будет подписать контракт на финансирование его проекта. Фирма посредник будет в Европе. Когда вопросы были улажены, он встретился с юристами и подписал документы по которым, если он через определенное количество лет не вернется или не даст о себе знать, дом переходит Кристине. Он сознательно пошел на это, хотя его поступок казался странным. Дом был ему дорог, и не хотелось, чтобы он пропал, как и его владелец. Если не суждено вернуться, то пусть хоть она порадуется, а ему будет тогда уже все равно. Но он надеялся, что вернется, во всяком случае, хотел этого.

Накануне его отъезда неожиданно пришла Кристина. Не дожидаясь его звонка.

– Я согласна, – сообщила она, едва переступив порог.

– Спасибо, я не был уверен, что согласишься, но надеялся.

– Я сама не знаю, почему согласилась, но твой поступок неординарный и не вызывает отрицательных эмоций, лишь недоумение. Но его надо разрешить, так пусть это сделаю я.

Он провел ее по дому, показал, где и что. Познакомил с Марией, которая была в доме.

Уже уходя, Кристина глядя в глаза, в которых он видел грусть, произнесла:

– Ты все-таки постарайся вернуться…Я буду ждать, – и, не ожидая ответа, коснулась губами его щеки. – Возвращайся, – и вышла.

Когда за ней закрылась дверь, ему стало тоскливо от того, что вот все можно сделать по-другому и очень захотелось послать все, и никуда не ехать. Вот она девушка, которая не равнодушна, так надо ли ему эта поездка? Но в голове мелькнула мысль, очевидно посланная с небес, что потом он будет жалеть о слабине, а уезжать позже будет труднее, и он попытался отогнать грусть, занявшись сборами, хотя это ему удавалось с трудом.



– Вы будете обедать? – услышал он голос, и, открыв глаза, увидел стоящую рядом стюардессу. Реальность вернула его к текущий жизни, а значит, надо было в нее окунуться, и начинать движение.

«Для кого-то мое решение может показаться глупым, но кто знает, может быть желанием посмотреть, как будут развиваться события, Бог развлекает себя», – подумал Константин, а вслух сказал:

– Буду, – и улыбнулся.

Глава 3. Дом

Как он и ожидал, рассвет встретил в самолете. Небо пестрело желтым, бордовым, оранжевым. Нежно-пушистое облако зависло вдали. Маленькие облачка прерывали лучи солнца, но оно поднималось, и его желтый диск все больше вставал над рябыми облаками. Любуясь красками восходящего солнца, которое совсем недавно скрылось, Константин задремал.

Сон был не долгим и вскоре самолет приземлился в Испании, где у него была пересадка на самолет в Санкт-Петербург, где он и оказался через несколько часов. Пройдя все пограничные и таможенные процедуры, Костя вступил на площадь перед аэропортом. Город встретил его ласковым, теплым солнцем, но не таким жарким, под которым он провел последнее время. На площади была обычная суета: кто-то улетал, кто-то прилетал. Он умышленно выбрал Питер, так не хотел случайных встреч в Москве, мало ли кто из знакомых мог его увидеть, а уж тогда точно осуществить задуманное будет сложнее. Для всех он уехал навсегда.

– На такси поедем? – услышал Костя голос рядом, и, повернув голову, увидел мужчину лет пятидесяти.

– Поедем, только цену свою заоблачную оставь для других.

– Так они тоже с облаков спустились и не хотят платить за такси по цене перелета, – засмеялся он.

– Значит народ умный, им можно гордиться.

– Народом гордится можно, чего нельзя сказать о верхушке. Так что? – и он назвал цену.

Костя прикинул, что цена его устраивает, хотя понимал, что она явно завышена, но торговаться не стал, и вскоре ехал в машине, смотря на пейзаж за окном, направляясь к железнодорожному вокзалу. Дальше его путь был по земле. Купив билет на вечерний поезд, Костя проводил время на вокзале, никуда не отлучаясь, сделав всего один звонок.

– Костя, – услышал он радостный голос матери, когда он назвал себя. – Ты где?

– В России, мама. Завтра буду у вас.

– Каким поездом?

– Не надо меня встречать, ждите дома. Все у меня хорошо, так что всё завтра, мама, завтра.

Повесив трубку, он грустно улыбнулся, от того что услышал такой родной голос. Костя иногда звонил родителям, но это было не часто. Он представил, что мать сейчас начнет готовить к приезду непутевого, пропащего сына. Наверняка позвонит сестре Кости и все будут его ждать. Ему самому хотелось увидеть их, почувствовать их внимание и заботу.

Сев в поезд, он быстро уснул, сказался длительный перелет и короткая ночь, к тому же никто не мешал, пассажиров в его вагоне СВ было не много. Выйдя утром на перрон, он быстро пошел к такси и уже минут через двадцать подъезжал к многоэтажному дому. Квартиру в этом доме он купил родителям, когда доходы позволили это сделать, а чтобы не стеснять их на старости лет, он купил и сестре в соседнем доме, чтобы могла присмотреть за ними, но и жила отдельно.

Выгружая вещи из багажника, он совсем близко услышал шаги и, повернувшись, увидел идущую ему навстречу сестру Ольгу, а рядом ее мужа Сергея. Оба улыбались и улыбки их были такими радостными и добрыми.

– Наконец-то приехал, пропащий. Дай я на тебя посмотрю. – Ольга посмотрела на загорелого мужчину, спортивной формы и не стала скрывать своего восхищения: – Хорош, бродяга.

Затем подошла, поцеловала. С Сергеем Костя поздоровался за руку, после чего Сергей подхватил вещи, и они направились к подъезду.

– Мне мама вчера звонила, радостная такая. Даже не верилось, что ты приезжаешь, что надумал вернуться.

– Я не вернулся, я только приехал.

– Что, опять уедешь в свои заросли?

– Когда-нибудь, но не скоро. Дела есть.

– Опять дела, ну потом, время будет, поговорим.

– А где ваша Ксюха, – поинтересовался Костя, видя, что их дочери рядом нет.

– У бабушки Сергея, на даче.

Они поднялись на лифте, и едва он вышел, как увидел мать, что стояла в дверях квартиры. Подойдя, он обнял ее, чтобы не видеть ее слез, а она не видела, как эта предательская соленая жидкость навернулась ему на глаза. Мать отстранилась: – Проходи сынок.

В прихожей стоял отец, с которым они обнялись. Родителей Костя не видел давно и сейчас заметил, что они постарели. Это когда рядом живешь, не замечаешь изменений, а стоит лишь увеличить интервалы времени между встречами, замечаешь все малейшие изменения в лицах, походке, вплоть до морщинок, которых становится больше.

– Ну что стоите? – поторопила мать. – Проходите в комнату.

Примерно через час, после того как Костя принял душ, переоделся, раздал подарки, они сели за стол.

– С возвращением, – сказал отец и, подняв рюмку водки, выпил, за ним последовали и остальные мужчины. – А теперь рассказывай.

– Что рассказывать пап?

– Как что? Как жил? Чем занимаешься?

– Жил и живу хорошо, а занятий особых нет, на работу каждый день не хожу.

– Значит бездельник.

– Я только за это время отдохнул. Я же раньше работал и только работал. Кратковременные отдыхи не спасали. Я лишь сейчас стал видеть, насколько красива земля. Ты вот сам не пенсии и понял, что значит жить по иному график, ритму.

– А ты там случаем не женился? – перевела сестра разговор на другую тему.

– Пока нет.

– Что значит пока?

– Ничего не значит. Не доставай вопросами на которые не получишь ответа.

Уже после обеда, когда сестра с мужем ушли, и он остался с родителями, мать спросила:

– Надолго приехал? Наверняка ведь уедешь?

– Уеду, мама, но вот когда не знаю. Есть у меня незавершенные дела. Думаю, за год управлюсь.

– А там кто ухаживает за домом? – допытывалась мать. Костя, еще раньше, сообщил им, что купил дом, и что на улице не живет, успокаивая их.

– Девушка присматривает.

– Значит, все-таки присматривает. А здесь что намерен делать здесь?

– Работать.

– Работать? – удивился отец.

– Работать, – уверенно ответил Костя, – и начну все с нуля, а там последуют другие планы.

– Опять будешь пропадать? – спросила мать.

– А как иначе, мама! Сидя на диване, дела, не решаются, надо кое-кому преподать урок.

– Ты за этим и приехал? – догадался отец.

– За этим.

– Месть, плохая штука, Костя.

– Я не собираюсь мстить, я хочу преподнести урок. У меня было время подумать, чтобы понять, что нельзя уходить было побежденным, я сам виноват был в случившемся. Теперь знаю, как я поступлю.

– Надеюсь без крайностей?

– Разумеется. Все строго по закону. Кстати, мне, возможно, понадобиться твоя помощь.

– В чем?

– У тебя еще остались хорошие связи в Москве, и вообще?

– У тебя там своих хватает.

– Мне свои не нужны, мне нужны независимые, чужие. А свои сдали и всё. Были, кто жалел, о моем уходе, но их мало.

– Тем, кто пожалел, надо было жить, Костя, не зависимо от новых условий.

– Да я и не обижаюсь. Я их понимаю. А вы случайно, никого из моих однокурсников, не встречали? – спросил он родителей.

– Кого ты имеешь в виду? – поинтересовался отец.

– Например, Ивана Белова, помните?

Иван был однокурсником Кости. Они не были близкими друзьями, но отношения были дружеские. Иван был серьезный парень, без тараканов в голове, не очень заметный, но упорный. Иван был номер один в списке, с кем Костя хотел бы встретиться и обсудить вопросы, но не знал, сумеет ли его найти.

– Ну, как же! Видела, – обрадованно сказала мать. – Я тут недавно с рынка шла, так он меня подвез.

– И где он сейчас?

– Подожди, – мать встала и, порывшись в ящике шкафа, достала визитку. – Вот дал. Сказал, вдруг ты проявишься или нам что надо будет.

Костя взял визитку, на которой прочитал «Белов Иван Николаевич. Директор. Компания «Металлкомплект»

– Это то, что мне надо. Позвоню ему, пожалуй.

– Костя, а Андрею позвонить не хочешь? – поинтересовалась мать.

– Сейчас, нет. Я позвоню сыну, но чуть позже. Не думайте, что я о нем забыл. Считайте, что меня сюда привело мое прошлое. А Насте я особо и не нужен. Живет она в достатке, за сыном присматривает. А Андрея увижу. Учебу, если надумает поступать, оплачу. Но все потом. Я вообще хотел, чтобы вы не распространялись, что я здесь. Лучше пока останусь в тени, как бы все еще живу там.

– А как там?

– Спокойно мама. Приедете ко мне, когда я вернусь туда, а пока здесь займусь делами.

Он поднялся и подошел к телефону. Время было еще рабочее, и он надеялся, что застанет Ивана на работе. Набрав номер, он после нескольких гудков, услышал приятный женский голос:

– Компания Металлкоплект.

– Добрый, день. Могу я поговорить с Иваном Николаевичем?

– А как вас представить?

На такие глупые вопросы, ему очень хотелось ответить не менее глупым ответом, типа – да как вам хочется, хоть Аленом Делоном, но не сейчас.

– Константин Тимофеев.

Ждал он не долго, и услышал радостный голос Ивана:

– Костя! Ты!

– Я, Иван, я.

– Недавно тебя вспоминал, встретив твою мать.

– Знаю.

– Ты звонишь по поводу или просто так? Известно, что ты уехал и слухи, что не просто так. Ты откуда звонишь?

– Здесь я, в городе. У меня к тебе есть предложение. Давай встретимся, надо кое-что обсудить.

– Когда?

– Я только сегодня приехал. Давай завтра.

– Приезжай ко мне в офис часов в пять, адрес на визитке.

– Хорошо. Найду.

Они попрощались, и Костя взглянул на родителей: – Вот так вот. Засиделся я там, вдали, пора браться за дело. Читаю на ваших лицах немой вопрос. Отвечаю, все будет хорошо. Вы же помните, как я начинал с нуля, а сейчас я не пустой.

Остаток дня он провел в разговорах о том, что изменилось здесь, а он рассказывал, как жил там. Усталость от долгой дороги давала себя знать и мать, постелив ему в маленькой комнате, отправила его спать. Костя уснул быстро, убаюканный тишиной и уютом родного дома.

Мать, заглянув в комнату и видя, что сын уже спит, прикрыла дверь и обратилась к мужу:

– Что думаешь?

– А что думать. Он не глупый. Если приехал, значит так надо. Наше с тобой дело не мешать ему.

Глава 4. Однокурсник

На другой день к пяти часам Костя подъехал к офисному зданию. Это был четырехэтажный дом, достаточно современный. Портили его только кондиционеры, которые торчали на окнах, что свидетельствовало, что при его проектировании еще не знали централизованной разводки кондиционирования, а переделывать дело дорогое. Вот и торчали эти блоки, как придется, искажая внешний вид. Внутренняя отделка приятно удивила чистотой: стены были отделаны панелями, на одной из которых висела информационная доска с указанием компаний, располагавшихся в здании. Найдя нужную, Костя направился к лестнице, поздоровавшись со скучающим вахтером, чему тот удивился, так как привык, что его попросту не замечают. Костя поднялся на второй этаж и, проходя по коридору, рассматривал таблички. Название организации Ивана, было указано на двух дверях. Открыв первую, он вошел в небольшую приемную, где за столом сидела женщина лет тридцати, чуть полноватая, но миловидная. Увидев вошедшего Костю, она заморозила на нем взгляд синих глаз. Перед ней стоял мужчина в самом расцвете, очень загорелый, с мужественным обветренным лицом, но не мрачный, а улыбающийся с чертовщинкой в глазах.

– Здравствуйте, – нарушил немую сцену Костя. – Вы вчера хотели меня как-то представить. Вот я и пришел, чтобы вы увидели меня. Я – Константин Тимофеев.

Она чуть засмущалась: – Да, я помню, вы вчера звонили. Иван Николаевич предупредил, что вы придете. Проходите, – и она указала на дверь слева от входа.

Костя достал из сумки, что висела у него на плече, шоколадку и положил ей на стол.

– Вам. Не взятка, у взяток другая мера. В конце рабочего дня всегда полезно получить дополнительную энергию, которая израсходована на работе, – и, не дожидаясь ответа, открыл дверь в кабинет Ивана.

Едва он вошел, Иван, увидев его поднялся. Перед Костей предстал изменившийся Иван: уже повзрослевший, чуть располневший, с редкой шевелюрой на голове, но узнать его еще можно.

– Проходи, – Иван вышел из-за стола и крепко пожал Косте руку, затем подошел к двери, которая была открыта: – Оля нам два кофе и я сегодня больше не работаю, впрочем, как и ты.

Иван не стал садиться на свое место, а сел напротив Кости за приставной стол. Костя осмотрел кабинет; был он не большим, но достаточно удобный для работы, ничего лишнего: стол, шкаф, стулья.

– Я понимаю, что это не твои хоромы, – заметил Иван. – У меня все скромно.

– Это и хорошо.

– Почему?

– Скромность украшает, но это пригодиться.

Вошла Оля, неся на подносе кофе, сахар и приветливо улыбнулась Косте.

– Как она тебе улыбается, – сказал Иван. – Она у меня строгая, а тебе лишь вошла – улыбка.

Щеки Ольги немного покраснели.

– Иван, она хорошего человека чувствует сразу, а для него и улыбку не жалко.

– Оля, ты как я и сказал, свободна.

Ольга попрощалась и вышла.

– Коньяк за встречу? Или поедем куда посидим?

– Давай для начала здесь, а коньяк потом, если захотим.

– Хорошо. Расскажи о себе, что там произошло?

– Да что рассказывать. Как понимаю до тебя дошла молва обо мне. Скажу сам. Бизнес у меня был хороший, отличный даже. Направлений было несколько. Было и основное, конечно, но это сейчас не важно. Я чуть расслабился, почивая на лаврах, а этого делать нельзя, что меня и сгубило. Нашлись, кому мое дело приглянулось – так называемые друзья. В итоге вариантов не много, либо потерять, либо продать. Можно было, конечно сопротивляться, но все сохранить не получилось бы. Разве нарочно развалить, но жаль было людей, работавших со мной. Да и стоило бы это времени, денег, нервов. Тогда я и решил, что устал, мне все надоело, и ушел с минимальными потерями, уехал из страны в Латинскую Америку, где и жил в последнее время. Коротко вот так.

– Да, я слышал, что дела у тебя шли не плохо и бизнес был крупный. И что все так и отдал?

– Не отдал, а продал. Я сейчас не бедный человек. Не мне тебя учить, что состояние оценивается и по возможности влиять на бизнес, сколько у тебя основных фондов, акций, сколько денег на счетах. У меня сейчас почти в последнем – на счетах.

– А как ты оказался в Латинской Америке?

– Ничего необычного. Я еще раньше словно чувствовал, начал изучать испанский, часть средств переводил на свои счета, не урезая работу в бизнесе конечно. Когда все случилось, часть средств вложил в одну из компаний, получил визу в эту страну и уехал в небольшой город. Бизнесом я там не занимаюсь, только числюсь.

– А что ты там делаешь тогда?

– Отдыхаю: гуляю, хожу в горы, купаюсь в океане, хожу с рыбаками на лов рыбы. Привожу свои мысли в порядок. У меня было время, чтобы проанализировать произошедшее, сделать выводы. Когда приехал туда, конечно все было чужое, но я не особо жалел, что уехал, так потосковал немного, разгоняя туман прошлого в своих мыслях. Я попытался быть счастливым даже в тумане собственных мыслей.

– Удалось?

– Удалось. Туман ушел, а я продолжал оставаться счастливым.

– Завидую.

– Чему? – удивился Костя.

– То, что ты чувствуешь себя счастливым.

– Это не зависит от материального состояния, хотя влияет. А ты не счастлив?

Иван, помолчав, ответил: – Когда как. А ты приехал погостить? Навестить родителей?

– Нет, я приехал по другим делам, но об этом скажу чуть позже. Расскажи мне о себе, своем бизнесе.

– По-всякому было. Порой денег на хлеб не было, хорошо, что моя жена зарабатывала и ни разу не попрекнула. Потом стало налаживаться. Сейчас у меня работает десять человек. Здесь офис, есть склад. Мы занимаемся комплектацией металлоизделий. Своего рода оптовики, не крупные, но жить можно.

– Женат значит?

– Жена, Света, двое детей – школьники.

– И каким видишь свое будущее?

– Работать, чтобы удержаться на плаву и дать хорошее образование детям. Я не рвусь вверх, нет возможностей. Я знаю меру. Надо полагать, ты не просто так интересуешься?

– Верно. Я думаю, тебе хотелось бы дать детям больше, чем ты можешь сейчас.

– Странно было бы думать иначе. Костя, не тяни, говори, зачем я тебе?

– Начну с главного. То, что я вернулся, знают мои родственники и ты. Я хочу, чтобы это осталось пока так же. Все что я скажу должно остаться здесь, даже если мое предложение будет тебе не интересно.

Иван не перебивал Костю и внимательно слушал, понимая, что в его жизни может наступить переломный момент, а Костя продолжал: – Я вернулся, чтобы вернуть себе то, что тогда отдал – веру в себя.

– Это напоминает месть.

– Не говори ерунды. Я не жажду крови, я хочу, чтобы они прошли тот же путь, что и я, почувствовали все. Но их ситуация будет хуже, у них не будет выходного пособия, они не сумеют его получить. Пусть им государство платит пособие. Я тогда успел подстраховаться, и они были вынуждены пойти на некоторые уступки, иначе получали мизер. Я много думал о прошлом и теперь знаю, как поступить.

– Костя, а при чем здесь я?

– Мне нужен доверенный человек, компаньон.

– Твое возвращение можно выразить словами Шекспира «В жизни все повторяется дважды, но в виде драмы только однажды, а во второй раз насмешки вроде бы, в виде пародии, только пародии».

– Хорошо сказал. Драма уже была, теперь пусть будет пародия. Важно кто эту пародию будет разыгрывать. Но конкретно. Я предлагаю зарегистрировать компанию под твоим руководством, на твое имя. Совсем новую компанию. Для начала ты будешь один, потом появятся компаньоны по мере роста бизнеса.

– А ты?

– Я не буду фигурировать в документах фирмы. Пока.

– Не хочешь светиться.

– Финансирование будет за мной, это моя проблема. Если потребуется, то европейский банк выделит кредит под мое обеспечение. Механизм следующий: я даю первоначальный капитал, оформляем все через юриста, но в другом городе, здесь не стоит светить сделку, ты регистрируешь компанию, заключаешь контракт с европейской компанией по продукции, что я скажу, чтобы составить конкуренцию. Да, пойдем на демпинг. В дальнейшем в зависимости от ситуации будем рассматривать направления. Цель – выдавить их с рынка, чтобы они продали свой бизнес.

– А что потом?

– Тебя только это волнует?

– Во всяком случае, моя совесть позволила бы спокойно спать.

– Спокойно жизни я тебе не обещаю, но у тебя есть возможность подняться выше. Как видишь, свои средства я защищаю.

– А мне это зачем? Что я буду делать потом, когда ты дойдешь до финала, если дойдешь?

– Дойду, – уверенно ответил Костя, – не считай меня таким не порядочным. Складывается мнение, что ты, сыграв свою роль, должен уйти, вернувшись в этот кабинет. Это не так. Я тебя не брошу. Доходы у тебя будут расти, а по достижении цели ты получишь 24,9 % акций. Остальные, думаю, будут у других акционеров. Так что останешься крупным акционером и будешь продолжать бизнес.

– А если не получится? Меня же раздавят здесь.

– У тебя будет бонус, которого тебе хватит, чтобы позаботиться о будущем и создать все с нуля, что захочешь. Нет, смысла объяснять, что бизнес – риск. У тебя есть на кого оставить эту компанию?

– Есть.

– Ну, вот и ладненько.

– А почему ты остановил свой выбор на мне?

– Я помню, что ты не глупый, упорный, честный, не жадный, а главное, ты не сдашь меня. Угрожать тебе не собираюсь – глупо. Тогда ты точно не вернешь себе ничего. Они могут тебя использовать, но потом все равно выкинут, а я нет. Я тебя знаю.

– Спасибо за доверие, – усмехнулся Иван, – а где все это время будешь ты?

– Если возьмешь, то я бы не отказался от должности рядового сотрудника.

Иван засмеялся: – Это напоминает «Золотой теленок», где Корейка был рядовым сотрудником, являясь миллионером.

– А верно, – подтвердил Костя, – я об этом не думал. Разница в том, что у него деньги были иного происхождения, и он их просто держал в чемодане, а у меня деньги, заработанные чисто, и я их пускаю в оборот. Я не хочу, чтобы меня видели, если кто приедет на переговоры или сам поедешь, разве я только где-то тебя буду ждать. Будешь вести сам переговоры, что надо помогу, подскажу. Будешь расти ты – буду расти и я, иначе нить развития событий потеряю. Ну как?

– Интересно. Это какая-то дьявольская игра.

– Ну, да, именно так. Мне один старик сказал, что каждый хочет побыть немного дьяволом, но дьявол проявляется в деталях. Вот я и буду проявляться в деталях. Это моя дьявольская игра, хоть на время. Будет тяжело. Ты должен быть как хороший игрок в покер, должен уметь блефовать.

– И когда ты решишь появиться на свет?

– Когда будет финал, вот тогда и появлюсь, а потом…Да неважно, что потом.

– Серый кардинал.

– Кем ты меня только не называешь. Кардинал, Иван, каким бы он ни был серым, на виду, его знают. Он личность пусть иногда и не публичная, но известная.

– Ну и кто же ты?

Костя вспомнил, как стоял перед скалой: – Я тень, Иван, их тень, твоя тень, которая всегда рядом, но на которую никто не обращает внимания всерьез, а чаще всего и не замечают. Ты будешь подниматься по скале к вершине бизнеса, обдирая руки, ноги, как и они, но я буду рядом, но без ран. Они почувствуют меня, но не увидят. Считай, что я тень на скале, вашего бизнеса. Ты будешь проклинать меня, за то, что я появился, ты будешь опасаться, как бы не сорваться и не разбиться. В этом случае сорвусь и я, с той лишь разницей, что падая, я не разобьюсь, а буду скользить вниз. Тень скользит плавно, и остается жить, пока есть хоть один источник света, который будет освещать. Я тень человека, который хочет подняться наверх, чтобы там, на вершине глотнуть полной грудью свежего воздуха, чтобы получить непередаваемое ощущение, что сделал это. Знаешь, что интересно, когда человек стоит на вершине в свете солнца или рамп, тень всегда будет в лучшем случае распластана, либо свисать вниз со скалы, а все потому, что она уступает хотя бы на миг и дает возможность понять, что путь был не зря. Поверь мне, я знаю что говорю.

– Тогда почему ты сам не хочешь в последний момент встать на вершине?

– Я там был, и не хочу.

– А я выгляжу, как марионетка, которую дергают за веревочки.

– Я понимаю твои опасения. Я не заставляю тебя делать, что я хочу. Я рискую. Думай, Иван, думай. Это не простое решение.

– Чем предстоит заниматься?

– Химией, материалами химической промышленности.

– Я в этом ничего не понимаю.

– Научишься, я буду рядом, подскажу.

Иван, не ожидавший такого предложения, сидел в задумчивости.

– Когда нужно дать ответ?

– Через пару дней.

– Да, надо подумать.

– Конечно. Работы будет много.

– А у тени?

– У нее еще больше, она же не спит и при Луне.

Глава 5. Сделка

Через два дня Иван позвонил Косте и предложил встретиться, но не в офисе, а в небольшом кафе.

К оговоренному сроку, Костя вошел в довольно милое кафе, и, осмотрев зал, увидел уже сидящего за столиком Ивана. Обеденный перерыв уже закончился, до окончания рабочего дня было еще далеко, а потому зал был почти пустой. Костя сел напротив, и подошедшей официантке они заказали лишь кофе. Пока выполняли заказ, они обсудили ничего незначащие темы: погоду, события в мире, и лишь когда кофе стоял на столе, Иван сказал:

– Я за эти дни много думал. В общем, я согласен, но хотел кое-что уточнить.

– Ну, это кое-что будет еще долго, но спрашивай.

– Ты обратился ко мне. Вдруг я изменился с тех пор, когда ты меня знал?

– Все может быть, но хочется надеяться, что нет. Но я частично защищен. По договору все будет мое, ты получишь свою долю, как я и говорил, после завершения операции.

– А если не успеем к тому времени, что ты наметил?

– У меня же не расписание. Чуть раньше, чуть позже. Но если не успеем, то твоей вины здесь не будет.

– Ладно, как понимаю, начинаем отсюда.

– Точно, а потом будем перебираться, чтобы не оставлять без внимания интересующую меня организацию.

– И что за компания – твоя цель?

– «Альянс».

– Что-то не помню такой.

– Да она здесь и не была, нее ее место. Она занимается пластмассовыми изделиями и другими видами химической продукции.

– Разберемся. Что теперь?

– Теперь? – Костя посмотрел на Ивана. – А как твои домашние приняли твое решение?

– Жена все поняла. В сущности, моя фирма остается при мне. Я наметил, кого оставлю за себя. Да если я ввязываюсь, в работу с тобой, думаю, не прогорю.

– Вероятность прогореть остается всегда, нельзя быть уверенным на сто процентов.

– Это я понимаю.

– Тогда вперед. Для начала надо оформить договор между нами. Я этот вопрос уже проработал. Завтра поедем в другой город, – и Костя сказал куда поедут, – там имеется договоренность о встрече, чтобы заверить договор. А уж потом будем регистрировать компанию. Место я думаю, для ее расположения найдешь.

– Конечно, там же где и моя.

– Не пойдет. Придет время, и захотят проверить, оказывается, по одному адресу. И так конечно проверят, но зачем лишнее внимание, его и так будет достаточно.

– Ну, это не проблема, по какому адресу зарегистрировать.

– Тогда до завтра, – подвел итог встречи Костя, и они попрощались.

Костя за эти два дня, что ждал ответа Ивана, в котором был почти уверен, не лежал в праздности на диване. Он понимал, что Ивану интересно начать новое дело, в своем старом тот уже увяз как в болоте, хотя там ему было сытно и уютно. Костя, поговорил с отцом, тот в свое время был руководителем предприятия и имел связи в других городах. К нему он и обратился с вопросом по поиску нотариуса, но чтобы он жил в другом городе.

– Ты уверен, что делаешь правильно?

– Да, отец. Я понимаю, что рискую, но я не настолько глуп, чтобы все ставить на кон. Это как в игре в покер, выигрывает не тот, у кого больше денег, а тот, кто умеет блефовать. Умение блефовать отличает хорошего игрока от плохого. Не смотри на мое прошлое, если бы я был плохой игрок, то не поднялся бы, да и не увел с собой часть средств.

– Ты хочешь сказать, что все просчитал заранее?

– Ну не все, конечно, но как только почувствовал угрозу, принял меры. Видимо у меня глубоко где-то сидела мысль, что надо уйти, чтобы потом вернуться. С чего бы я стал учить испанский и готовить почву, но уход был неизбежен. Силы тогда были не равны.

– А теперь ты что, стал сильнее?

– Я стал мудрее. У меня было время подумать, да и одна встреча, там, – Костя махнул рукой в сторону, – подтолкнула к действиям.

– Что за встреча?

– Так, беседа в горах с одним стариком. Как-нибудь расскажу. Так что это было не поражение, это был тактический ход. Это я теперь сам понял, а тогда все делал видимо на инстинкте самосохранения. О том, что я тебе сказал, знаешь только ты. В бизнесе вести откровенные разговоры – опасно.

– А Иван?

– Он знает столько, сколько нужно для дела. Он знает цель и согласен участвовать, а что я думаю, зачем ему знать. Я еще тогда вспомнил о нем. Он мой запасной вариант был. Он не обманет.

– Уверен?

– Иначе вернется к своему металлу в лучшем случае. Папа, любой человек вкусивший возможность работать на себя, хочет развивать бизнес дальше, хочет подняться. Я ему такую возможность даю. Он может потерять все. Даже если он сдаст меня, то я потеряю часть средств, но и его выкинут, задавят. Ему не будут верить. Он хоть и не говорит открыто, но понимает все. Если согласится, значит, будет работать со мной на перспективу. Так как, поговоришь?

– Да.

– Матери знать не нужно.

– Это само собой разумеется.

Отец позвонил кому-то из своих знакомых и через день дал телефон одного нотариуса в другом областном городе.

– Звони, тебе уделят время.

Костя позвонил и договорился о встрече, точное время они договорились обсудить чуть позже.

За это время Костя купил себе два мобильных телефона, так как оставаться без средств связи было уже в тягость. Второй номер был ему нужен для узкого круга. Купил он и машину, среднего класса, которых много бегало по улицам города; привлекать внимание не входило в его планы. Так он провел эти два дня до встречи с Иваном.

В тот город, расположенный в трехстах километрах, они поехали на машине Кости.

– Это правильно, что купил машину, а то как-то даже не солидно ездить на общественном транспорте, – похвалил его Иван.

– Ваня, это просто средство передвижения, солидность мне ни к чему, ты что забыл, что я простой сотрудник будущей компании. Возьми в сумке бумаги и почитай пока условия договора между нами.

Иван достал с заднего сиденья сумку Кости, извлек лист и погрузился в чтение. Читал он внимательно; прочитав раз, вернулся к началу и прочитал вторично. Косте понравилось это, что подтверждало, как Иван внимательно относится к документам.

– Написано грамотно. Четко. Понятно, – произнес Иван, убрав бумаги в сумку.

– Это мне помогли.

– Значит, ты все-таки готовился?

– Вань, у меня много недостатков, но глупость в их число не входит. Такие операции не рождаются мгновенно.

– Долго же ты думал.

– Я не думал об этом, – слукавил Костя, – но потом пришла идея, и я ее не стал прогонять. Вот и все.

– А что за странное название «Импак»?

– Добавь в конце букву «т», английскую, конечно, и все. Учи английский. Кстати, как у тебя дела с ним?

– Никак.

– Придется учить, хотя бы на бытовом уровне, а в переговорах придется переводчика брать.

– А ты?

– А я, то здесь при чем? Кто я такой…Хотя, возможно, ты прав. В Европе мне придется вести переговоры. Но об этом потом.

Выехали они рано, и к обеду въехали в город. Немного поплутав по улицам, они подъехали к зданию, адрес которого дал Косте нотариус, которому он позвонил накануне. Здание было небольшое, двухэтажное и расположено в историческом районе города. Было оно не особо примечательным, так отголосок старины. Но войдя внутрь, они приятно удивились отделке. Встретила их женщина лет сорока. Костя сообщил, что у них есть договоренность о встрече, и она проводила их в другой кабинет.

Войдя, они удивились еще больше. Мебель в кабинете была орехового дерева: шкафы, стол. Тяжелые кресла с темно-зеленой обивкой. Все по высшему классу. За столом сидел мужчина лет за шестьдесят. Был он худенький, на большом носе очки держались крепко. Увидев вошедших, он поднялся и предложил им сесть на стулья, что стояли возле стола. Костя с интересом рассматривал обстановку, он явно не ожидал такого.

– Нравится? – поинтересовался нотариус.

– Не то слово.

– А как вы думали, молодые люди! И раньше Аркадий Самуилович любил красивую обстановку, но времена были иные, что не все можно было себе позволить. Да и как можно принимать клиентов в ином месте. Представьте, приходите, а здесь старая мебель, стулья скрипят. Стол, на котором вы пописываете документы, качается. Клиент должен ощущать значимость совершаемой сделки, чувствовать ее важность, ответственность.

Костя слушал этого старого еврея, человека из старой когорты, каких уже не часто встретишь. Он лишь мог догадываться, сколько информации хранила его небольшая голова, как в ней все умещалось. Его маленькие глазки увеличенные стеклами очков, смотрели спокойно и с долей иронии. Старый еврей знал, что к нему не приходят просто заверить бумаги, к нему приходят заверить бумаги не стандартной формы.

– Так я слушаю вас, молодые люди. Если вы приехали так далеко к Аркадию Самуиловичу, то надо полагать, что ваш вопрос требует моего внимания. Так я вас слушаю.

Костя достал из сумки лист, с проектом договора, который в дороге читал Иван, и передал через стол. Аркадий Самуилович внимательно прочитал документ и, отложив в сторону, заметил:

– Поздравляю вас. Это не просто документ, это поэма, облаченная в юридическую форму. Бальзам для души, когда его читаешь. И кто автор сего шедевра?

– Он далеко, – ответил Костя.

– Случится увидеть его вновь, передайте восхищение от Аркадия Самуиловича, скажите, что я снимаю перед ним шляпу, хотя я видел подобные документы, но этот достоин уважения.

– Обязательно передам.

– А вы уверены в сумме? Я обязан это спросить.

– Аркадий Самуилович, все продумано.

– Так-таки и все?

– Вы опытный человек. Слово «все» не надо подразумевать буквально. В жизни всегда найдутся камни на пути и важно их увидеть и не споткнуться. Да и что мелочиться. Смотреть надо шире.

– Я уже сузил свой кругозор, но вам это еще надо, – согласился он, и позвонил по внутреннему телефону: – Ниночка, принеси молодым людям кофе, – и вопросительно посмотрел на них и, получив положительный ответ, продолжил, – да два кофе, а мне как всегда.

Вошла женщина, что их встретила и внесла поднос, где был кофе, и чашка с чаем. Видя, на лице Кости удивление, что так быстро, Аркадий Самуилович пояснил: – Я так давно работаю, что уже научился, что и когда предложить. Пока мы с вами беседовали, Ниночка все приготовила.

– А если бы я захотел чай?

– Значит, был бы чай. Ниночка, возьмите этот документ и напечатайте его, как положено.

Пока они пили кофе, Нина напечатала договор и передала его Аркадию Самуиловичу, а тот, пробежав глазами, передал каждому по экземпляру.

По данному договору, Костя давал в долг Ивану, денежные средства на создание компании «Импак». Владельцем являлся Иван, но фактическим владельцем – Костя, который получал всю собственность компании в качестве обеспечения. Погашение долга предусматривалось только вступлением Костей в юридическое владение компанией. Денежные средства должны были поступать частями под финансирование конкретных проектов. После каждого зачисления денег на счет, Иван, обязывался выдавать расписку. Списание средств со счета выше оговоренной суммы должны были согласовываться. Все документы о финансовых операциях между ними хранились у Константина, кроме разрешения на списание, при превышении порога. По истечении определенного срока, указанного в договоре, Костя, обязан был передать Ивану долю в размере 24,9 % в уставном капитале в полную собственность, как плату за управление компанией. Доля переходила во владение Ивана, без посягательств на нее в последующем.

Оформив договор и попрощавшись, они вышли на улицу.

– Ну что Иван, вот и наступил новый этап нашей жизни. Поехали, поищем гостиницу, домой поедем завтра.

Погода была солнечная и соответствовала настроению. Время близилось к вечеру, а ехать в ночь желания не было. Они поехали к центру в расчете найти там гостиницу, но то, что они увидели, не внушило им желания остаться там.

– Давай пообедаем, – предложил Иван, – а в ресторане спросим, где тут приличная гостиница.

Машина двигалась вдоль улицы и вскоре они увидели ресторан, внешний вид которого показался им достойным, хотя не факт, что готовили там качественно, но хотелось, есть, и привередничать они не стали.

Они заканчивали обед, который был, не так плох, и когда рассчитывались с официантом, то Костя обратился к нему:

– Скажите, а где тут у вас гостиница? Чтобы поприличнее.

– У каждого свое понятие приличности, – улыбка появилась на лице официанта.

– Я понял, что вы имеете в виду, – ответил Костя. – Нас интересует та, где более строгие нравы.

– Тогда вам надо в «Купеческий дом». Это не большая гостиница, там все достаточно строго, – и он объяснил, как проехать.

– Ты что это про нравы? – спросил Иван, когда они ехали в гостиницу.

– Ты видимо не часто ездишь. Так вот, в приличной гостинице тебе не будут звонить в номер, и предлагать отдохнуть с девушкой.

– А как в приличной?

– Там гости сами обращаются к администратору, но на первом месте все-таки покой клиентов, иначе это уже бордель. Поэтому я выбираю строгие гостиницы. Спать ночью люблю, понял?

– Понял, как уж тут не понять.

Гостиница была действительно достаточно уютной. Располагалась она в одном из переулков в старом доме. В небольшом холле, их встретила девушка, и на ее бейдже Костя прочитал – Елена.

– Лена, нам два номера, одноместных, на одну ночь.

– А почему одноместных? Может лучше вместе? – спросил Иван. – Веселее.

– Я не знаю, вдруг ты храпишь по ночам. Нет, Иван, спать надо так, чтобы отдохнуть, можно было, подумать, а так будет кто-то мельтешить перед глазами.

Девушка улыбнулась уголками губ, делая вид, что не слышит их разговор, занимаясь своими делами.

– Два одноместных – подтвердил Костя.

– Ваши номера на втором этаже, – сообщила Лена.

– А поужинать у вас есть где? – обратился к ней Костя.

– Работает кафе, бар. На соседней улице есть ночной клуб, ресторан.

– Хорошо.

Получив ключи, они в сопровождении служащего прошли в номера. Приняв душ, оба спустились в бар. В баре играла не навязчивая музыка. Они расположились за стойкой. Костя заказал мартини, а Иван – виски. Разговор велся о всяких не существенных вещах, говорить о делах не хотелось. Оба просто отдыхали.

– Смотри, вон там, за дальним столиком сидят девушки. Иногда поглядывают на нас. Они тоже здесь живут? Может быть, подойдем, просто поговорим? – спросил Иван.

Костя мельком взглянул и увидел двух достаточно симпатичных девушек лет по двадцать пять, а затем повернулся к Ивану.

– Теленок ты Иван. Они конечно здесь живут, я имею в виду город, но видимо бывает так, что ночевать им негде и они приходят сюда, в расчете вдруг кто приютит в своем номере. В тесноте не в обиде, а денег у них, чтобы заплатить за ночлег нет, вот и рассчитывают на спонсоров. Ты что Иван, с Луны свалился? Не молодой уже.

– Так они что…

– Верно, мыслишь, – перебил его Костя, – но не надо произносить подобные слова. Я же тебе сказал, что если не захочешь, то к тебе никто не подойдет и не позвонит. Этому отелю не нужны проблемы и плохая репутация. А что клиент пожелал, так за его деньги любой каприз, но сам. Мало ты ездил Ваня, ну ничего еще устанешь от поездок, когда после трудного дня тебе захочется просто спать.

– А ты значит через всё это прошел?

– Да, путь был тернист, и не без ошибок.

Посидев в баре, Костя около девяти поднялся в номер, сказав:

– Можешь еще посидеть, а я пойду отдыхать.

– Я еще посижу с пол часика.

Косте было о чем подумать наедине с собой. Войдя в номер, он расположился в кресле, включив телевизор для фона. Первый шаг был сделан. Иван еще не представлял, какое нервное время ждет их впереди, а Костя знал, что впереди стена, которую надо рушить. Их никто не ждет, а значит, сопротивление будет. Он прокручивал возможные варианты уже который раз. Так и провел вечер перед телевизором, не слушая его, и отправился спать в одиннадцать. Уснул быстро и спал спокойно.

Утром, около девяти они завтракали с Иваном в кафе, где Иван поведал, что он поинтересовался у бармена по поводу девушек.

– Да, они не живут в этой гостинице. Он как назвал цену, так я чуть с табурета не сполз. Мне стало жалко таких денег.

Костя засмеялся: – Иван, это приличная, относительно, конечно, гостиница, а поэтому девушки здесь более высокого уровня, я имею в виду внешние данные и прочее. Что касается жалко денег. Если тебе что-то предлагают, не важно, что – вещи, услуги, попробуй заглянуть чуть-чуть вперед и понять, получишь ли ты удовольствие от сделки. Если поймешь, что результат сиюминутный и потом тебе будет жаль, поняв, что легко мог обойтись бы, то не стоит тратить деньги. Если поймешь, что жалеть не будешь, тогда да. Главное надо понимать, что потенциально ты имеешь возможность совершить сделку, и уже это тебя приятно греет, тешит, что вот захочу и потрачу. Но именно в этом случае ты и должен подумать. А оно мне именно сейчас надо? Ты же сможешь всегда получить желаемое, что тебе предлагают. Ситуации будут разные, как и люди вокруг. Ты еще к этому не привык. Что касается девушек, то не торопись. Это здесь ты пока никто, а в будущем могут и подослать, чтобы потом играть на твоих чувствах к семье.

– Даже так?

– Еще и не так может быть. Ну, хватит, пора ехать домой. Здесь нам больше делать нечего.

Глава 6. Голландия

Домой они вернулись во второй половине дня. Подъехав к дому, где жил Иван, Костя произнес:

– Сегодня среда. Два дня я думаю на приведение дел в твоей компании должно хватить. В первое время тебя еще очевидно будут дергать, так с месяц, но приучай их работать без тебя. Хотя бросать совсем, не получится. – Костя помолчал. – Ты не думай, я все прекрасно понимаю, как тебе сейчас тяжело расставаться со своим детищем, которые ты так долго баюкал. В понедельник встречаемся, и начинаешь регистрацию «Импак». Место надо для офиса, небольшой штат, чтобы пока бумагами занимались.

– Кость, а если я своего секретаря возьму – Ольгу?

– Это твой штат, тебе и решать. Я буду типа специалиста по развитию. Да, и документы должны быть всегда в порядке, я имею обычные рабочие: ведение кадров, бухгалтерские, договора и прочее. Здесь мы должны быть чисты, ни какой теневой документации.

Они попрощались, и Костя поехал домой. Отец встретил его молчаливым вопросом.

– Все хорошо, отец, спасибо.

– Что теперь?

– Впрягаться и работать. Ты пока освежи в памяти московские связи, пригодятся, возможно.

В последующие дни он посетил банк, открыл счет и отправил поручение другому банку о переводе средств на новый счет. Ему нужны были средства для передачи и внесения в уставный капитал, который он не собирался делать минимальным. Выходные провел на даче у сестры.

– Ну, что привыкаешь? – поинтересовалась она.

– К чему?

– К нашему образу жизни, климату.

– Некогда привыкать, работать надо.

– И как ты собираешься работать? – ехидно спросила Ольга. – Неужели рядовым сотрудником?

– Угадала, я устраиваюсь на работу рядовым сотрудником.

– Костя у тебя все дома?

– Ты в прямом или переносном смысле интересуешься?

– Про прямой, я и так знаю.

– Если в переносном, то надеюсь, что да.

– Опять что-то затеял.

– Ну, скучно жить иначе. И вообще не учи меня жить.

– А материально ты помогаешь, я тебе не смогу.

Выходные прошли спокойно. В понедельник Костя в девяти приехал в офис Ивана. Ольга встретила его как всегда доброжелательно, он поздоровался и кивнул на дверь кабинета Ивана.

– У себя, – пояснила она.

Костя толкнул дверь и вошел, Иван сидел и пил чай.

– Будешь? – предложил он.

– Какой уж там чай, дел много. Я тебе сейчас коротко обрисую ситуацию, а потом пойдешь регистрировать компанию.

Костя сел напротив, взял лист бумаги и нарисовал несколько квадратов, соединив их стрелками, разных цветов, фломастерами, что лежали на столе. В одном квадрате он написал «И», и пояснил: – Это наша компания, она пока в стороне. В другом квадрате, что был в центре, он написал «А», – это «Альянс». Синими стрелками договора с поставщиками, красными с заказчиками. В холдинг входит два завода, не супер больших, остальное прочие организации. Продукцию, что они выпускают, посмотришь потом, я написал, – и Костя протянул ему лист, – А это заказчики, здесь адреса, телефоны, потом ознакомишься. Первый этап – заключение контракта с поставщиком из Европы. В ближайшее время поедем в командировку. У тебя есть заграничный паспорт?

– Да.

– Хорошо, дашь его мне. Мы обсуждаем цены, затем предлагаем их заказчикам, чуть ниже, чем у «Альянса». Они тоже снизят. Ты сразу попадешь в поле их зрения. Мы снова снизим. Я знаю до какой цены они могут опуститься. Всех потребителей не будем сразу переманивать, постепенно. Отслеживаем поставщиков. Крупных не трогаем, они потом сами переключатся, когда поймут, что дела у «Альянса» ухудшаются. – Костя достал еще один лист: – Это телефоны и имена тех, кого ты должен будешь переманить на работу. На меня не ссылайся. Они работают с поставщиками и заказчиками и наверняка установились личные отношения. Кто напрочь откажется, потом решим, что с ними делать.

– На улицу?

– Это их проблемы. Надо обладать чутьем, где работать. Да это и не завтра, а когда начнутся поставки. Пока все ясно?

– А уронив цены, как их потом поднимать?

– Молча. Никто им не продаст из Европы уже по той цене, что будет временно. Имей в виду, что на тебя выйдут из «Альянса», в переговоры не вступай, я скажу, когда и только с первыми лицами. Пока работаем отсюда, а затем придется перебираться ближе к конкуренту в Москву. Увы, Иван, на первое время без семьи.

– Я понимаю.

– Уже хорошо. Тогда вот тебе папка, положи туда все, что я тебе дал и изучи, но дома. Здесь ничего не оставляй. Вот деньги, – Костя достал из сумки пачку денег. – Это для регистрации и прочих расходов по обустройству офиса. Поручи Ольге. Как откроешь счет дам еще, сам положишь.

– Уставный капитал? В нашем договоре просто сумма займа для создания «Импак».

– Хороший вопрос, мы его еще не обсуждали. И хорошо, что ни разу не спросил про зарплату.

Костя назвал сумму уставного капитала и зарплату Ивана, секретаря, бухгалтера и сотрудников на пару человек.

– Иван, на все неделя. Медлить нечего. За паспортом заеду сегодня вечером, – и он ушел.

В течение недели каждый занимался своими вопросами. Иван арендовал помещение под офис, нанял сотрудников, а Костя сделал запрос на компанию в Европу для встречи, чтобы подписать контракт, получил его, слетал в Москву для оформления виз. В пятницу они встретились.

– Я все сделал, – радостно сообщил Иван. – Сам не ожидал, что так быстро получится.

– Я знал к кому обратиться. Поехали смотреть.

Офис был в приличном здании, с хорошим подъездом на машине. Был он не таким уж и маленьким: кабинет директора, приемная, кабинет бухгалтера и два кабинета для сотрудников, один из которых для Кости.

– Банк еще не закрылся?

– Нет.

– Поехали, положишь деньги на счет. Возьми выписку. В понедельник вылетаем в Голландию.

– Так быстро?

– Так быстро. Когда вернемся, начнем. Нас ожидают новые командировки к заказчикам.

Энергия, напор Кости, передавались Ивану. Он глядя на друга сам как-то поднялся в собственных глазах, начал чувствовать реальное, живое дело, которое все больше захватывало его.

В понедельник вечером, они вступили на землю Голландии, где их встречал представитель фирмы «ИвестТехнолоджи» – Дан. Положив их немногочисленный багаж в машину, он повез их в отель, а затем они прогулялись по городу и вернулись.

На другой день, Дан, заехал за ними, и они отправились в офис, который располагался в одном из высотных зданий. Поднявшись на лифте на четвертый этаж, они прошли по коридору, который слабо освещался светильниками под потолком.

– Электричество экономят, – пояснил Ивану, Костя.

Пройдя почти до конца, Дан, открыл одну из дверей, и они вошли в приемную, где навстречу им поднялась платиновая блондинка, и с голливудской улыбкой пригласила в кабинет директора.

Директор тучный мужчина лет пятидесяти, приветливо встретил гостей.

– Добрый день, – приветствовал его Костя, а Иван повторил за ним по-английски.

Разместившись за столом переговоров, директор, которого звали Альберт, предложил им кофе; никто не отказался. Секретарь принесла ароматный кофе и удалилась. Обменявшись любезностями, Костя приступил:

– Альберт, нас интересуют поставки некоторых продуктов химической промышленности. Вот перечень, там и примерные объемы, даже указано кто их производит. – Костя достал список и передал Альберту через стол.

Тот внимательно изучал перечень, а Костя, наблюдая за ним, пил кофе, Иван последовал его примеру.

– Не плохо, – произнес Альберт, – в России дефицит? Кризис?

– Конечно, но кризис в умах.

– Мы как-то пытались войти на этот рынок, но ничего не получилось.

Костя знал об этом и не собирался посвящать Альберта в то, в чем он лично принимал участие, чтобы не допустить их на рынок. – Времена меняются. Я знаю, что ваша фирма может оказать услугу по поставкам. Мы обращаемся к вам, чтобы не распыляться на все заводы. К тому же, через Вашу фирму должно пройти инвестирование в «Импак».

– Да, мы подписали контракт, с одной из компаний, где было целевым образом указано, комы предназначаются средства. Почему через нас, скажете?

– Мы навели справки, вы имеет хорошую репутацию, да и нам удобнее, чтобы все было через одну фирму.

– Вы основательно подготовились.

– А иначе какой смысл приезжать.

– Как будет производится оплата?

– Альберт, я знаю, что ряд заводов дают отсрочку. Гарантией платежа будет депозит в банке.

– Хорошо.

– Тогда нам надо подготовить и подписать два контракта: первый на инвестиции, второй на поставку продукции. Цену продукции согласуем приложениями, когда она будет вам известна.

– Не возражаю.

– И еще я прошу учесть, что я знаю цены на продукцию на рынке, поэтому прощу наценку большой не делать.

– А вы уверены, что мы пройдем с этой ценой?

– Не пройдем. Когда вы сообщите мне цену, то я сообщу вам свою, чтобы с учетом разных сборов, она была конкурента на рынке в России. Я не смогу снизить цену, если товар уже пересечет границу.

– Тогда убытки могут возникнуть у нас.

– За это вам и платят, чтобы вы решали свои проблемы. Разность вы получите, но по другим каналам.

– Вы хотите уронить рынок?

– Не будем о том, что у меня в голове. Это кратковременные поставки, но у вас есть возможность заработать.

– Даже немного скучно. Вы все знаете, все разложили, нам остается только пропустить все через себя.

– За это вы и получите свой процент.

– Все – таки демпингуете.

– Играю.

– У богатых свои причуды, хотя цель ясна.

– Не думаю, что ее стоит озвучивать.

– Полностью с вами согласен. Кто будет подписывать контракты?

– Иван Белов, – и Костя указал на Ивана, – директор компании «Импак». К сожалению, он пока слабо знает английский.

– Не важно, кто директор, важно кто финансирует, – философски заметил Альберт.

– Наши недоговоренности не выйдут за пределы этого кабинета?

– Недоговоренности нет, а официальная часть доступна. Компания, которая нас рекомендовала вам и заключила с нами контракт, имеет к вам отношение?

– Я ее акционер.

Альберт выставил вперед ладони и засмеялся: – Теперь все встало на свои места, теперь я уверен в оплате и вообще, операция не вызывает опасений. О том, откуда вы так хорошо знаете рынок, могу только догадываться.

– Да, будет лучше, если при вас останутся только ваши догадки. Не нужная информация мешает делу. Предлагаю к завтрашнему дню подготовить контракты, Хотелось бы улететь вечером.

– А отдохнуть?

– Потом.

– Зря. Завтра все будет к обеду.

Они встали и Костя, дойдя до двери, задержался: – Иван, подожди в приемной.

Иван без возражений вышел, а Костя вместе с Даном присоединился к нему, через пару минут.

Весть день они провели в экскурсии по городу, купили подарки близким, и когда принесли их в отель, то Костя предложил посетить еще одно заведение.

Вскоре они вошли в красивый небольшой зал, где стояли столики, люди ужинали. Вели разговоры. Вдоль стены располагался бар. Иван обратил внимание, что было в обстановке что-то странное, а что он понять не мог. Еще в холле он увидел вяло спускающегося по лестнице со второго этажа японца, приняв его за подвыпившего.

Разместившись за столиком и сделав заказ, Костя спросил Ивана: – Как ты думаешь, где мы?

– В ресторане.

– Доля истины есть. Мы в борделе.

– Где?

– В борделе высокого класса. Видел лестницу, так вот она ведет в номера. Здесь Иван, цены на девушек значительно выше, чем ты видел тогда, в гостинице.

– Что ты предлагаешь?

– Пока ничего. Все на твое усмотрение.

– Я пас.

– Кого?

– Это не для меня, Костя. Ты холостой.

– Это твое право. Тогда сиди, отдыхай, я приду, компания оплачивает.

– Нет, я останусь.

– Ладно, – ответил Костя, и ушел.

Через пару часов он вернулся.

– Знаешь Иван, – сообщил он, – я расскажу тебе реальную историю. Несколько парней, наших соотечественников, заработали здесь денег. Работодатель решил им по русскому обычаю сделать отвальную и привел в этот бордель. Ребята выпили, и их потянуло на приключения, то есть к девушкам. Под утро, с большого похмелья и уставшие они вернулись к столику, где их встретил работодатель, вежливо улыбаясь. Принесли счет за девушек и парни поняли что попали, суммы были приличные, денег и у них оставалось очень мало на себя. Их работодатель сообщил, что он оплачивает столик, а девушек он оплачивать не обещал, но тут же заметил, что по правилу этого борделя, если девушка не понравилась, то можно не платить. Что тут началось: и ноги кривые, и тощая, и бревно и прочее, прочее. Хозяин их работы лишь улыбался, глядя на этот цирк. Он уже все оплатил, но ему было интересно посмотреть.

– Это ты про себя?

– Я всегда плачу по счетам, Иван.

– А если бы я согласился пойти, и ты поступил бы также?

– Нет, Иван. Я не хочу портить отношения. Нам еще много работать и подставлять компаньона – последнее дело. Я так, тебе для сведения. Будут ситуации, когда надо будет сдерживаться, а не ругать. А главное за все надо платить.

– Это я как раз понимаю. Пошли домой?

– Пошли.

На другой день они были в Москве с подписанными контрактами.

Глава 7. Авантюра

Ночью прошел дождь, и мокрая лента шоссе блестела в свете фар. Тучи низко висели над землей, готовые в любой момент вновь разразиться дождем.

– Не торопись, – заметил Костя. – В этой жизни самое ценное – сама жизнь, все остальное лишь способ ее благоустроить.

– Да, вроде бы и не лечу, – не спеша ответил Иван.

– Ну, да, скорость свыше ста у нас уже так себе, особенно по мокрому шоссе.

– Нам надо успеть ко времени.

– Нам надо остаться в живых, – отреагировал Костя.

Иван внял совету и сбавил скорость. Они направлялись в один из городов, где находилось предприятие, выпускающее компоненты, что применялись при производстве готовой продукции «Альянсом». В целом, можно было поискать замену, но надо было попробовать поддержать производство и переориентировать на себя.

С того дня, как Костя и Иван приехали из Голландии события развивались по плану. Были согласованы цены и сделаны предложения заказчикам, не все сразу согласились, но Костя это предвидел, и не всегда давил. Там, где понимали, что наступает период передела рынка, не противились получать продукцию от другого поставщика, им было важно не остановить свое производство. Но были и другие. Об одной из таких встреч Костя вспомнил, сидя в машине и наблюдая за унылым осенним пейзажем.

Принимал их коммерческий директор. После того, как Иван озвучил условия, которые были им предварительно высланы, коммерческий вежливо осведомился:

– А что дальше, если мы согласимся?

– Регулярные поставки.

– Мы же понимаем, что сейчас вы просто демпингуете. Проходит время, и вы начинаете поднимать цены. Вариантов развития событий не много: либо мы вынуждены соглашаться, либо нет. Узнав, «Альянс» тоже поднимет цены, если вновь обратимся к нему. Мы с ними работаем давно. Выбор сложный.

– Не простой, – согласился Костя, – но вы понимаете, что в бизнесе всегда есть риски. Предположим, мы уйдем с рынка, но за это время вы получите сырье по более низкой цене, что скажется на снижении затрат. Цену вы снижать не будете, а значит, общая прибыль у вас возрастет. Если мы со временем будем вынуждены поднять цены, то вы все равно имели период низких цен. «Альянсу» вы также нужны, не думаю, что они будут сильно грубить.

– Будут.

– Не уверен. Они даже сейчас попытаются снизить цену, но не получится.

– Уверены? – недоверчиво спросил коммерческий.

– В этом вопросе, да, – попытался развеять его сомнения Костя.

– «Альянс» серьезный игрок и вам с ним будет тяжело тягаться.

– Это не ваша проблема. Они уже испытали на себе наше влияние.

– И молча проглотили? – удивился коммерческий.

– Пока, да, но думаю, что скоро проявят себя. Во всяком случае, вам сделано предложение, решать вам. Просчитайте последствия. Во всяком случае, мы пришли надолго.

– Хотите занять свою нишу?

– Хотим стать основным игроком, – заметил Костя.

– Хорошо, мы обдумаем ваше предложение.

В конечном итоге они согласились, деньги лишними не бывают. Костя понимал, что они будут звонить в «Альянс», и чтобы не всплыло его имя, он не стал никак себя отрекомендовывать.

– Как в шпионском детективе, – заметил Иван.

– А что делать? Выйти сейчас, значит раскрыть им карты.

Но это были редкие случаи, когда он сам принимал участие в переговорах. Иван уже освоил методику и грамотно вел дела.

Все это Костя вспоминал, чтобы занять свое бездействие в машине. Во второй половине дня они въехали в город.

– Переговоры ведешь ты, я молчаливый советник. Мы уже все с тобой обговорили. В крайнем случае, перенесем переговоры на завтра.

Экономическая почва для переговоров была. «Импак» уже активно работал с поставщиками и, особенно с заказчиками «Альянса». Теряя позиции, тот был вынужден сократить закупки, что сразу отразилось на поставщиках, каким и было предприятие, что их интересовало. Костя понимал, что бывшие друзья скоро проявятся, и надо было успеть многое. Он готовил к этой встрече Ивана, в том числе рассказывая о характерах Степана и Евгения.

Предприятие, куда они приехали, было не большое, и принял их сам директор. Обменявшись приветствиями, Иван перешел к делу.

– Мы хотим вам предложить сотрудничество, инвестиции, но для этого надо решить более сложные вопросы.

– У меня простых не бывает, – вздохнул директор. Вид у него был усталый, глаза смотрели грустно. Он руководил этим предприятием уже давно, и очень переживал, что дела в последнее время шли плохо, что могло грозить закрытием.

– Вот мы и хотим помочь вам, конечно не из благотворительных целей, – заметил Иван. Костя молчаливо и с задумчивым видом сидел рядом и слушал.

– Вы уже знаете, что наша компания «Импак» активно проявила себя, выбивая почву из под конкурентов, что отразилось и на вас.

– Я бы сказал, слишком активно, – пробормотал директор, – так что нам грозит банкротство.

– Не надо так грустно. То, что сейчас происходит это лишь бизнес, мы завоевываем рынок. Мы приехали, чтобы заверить вас, что так будет не всегда.

– Что вы хотите?

– Мы хотим сохранить ваше предприятие, что-то обновить из оборудования.

– А в замен вы хотите… – и директор вопросительно замолчал.

– Правильно думаете, контроль над вашим предприятием. Мы хотим иметь 76 % в уставном капитале. Мы навели справки, предприятием владеет три человека, так что усиленной кампании по покупке, быть не должно. Мы делаем вам предложение, как основному владельцу.

– И что потом?

– Вы остаетесь в кресле директора, нам заменять вас, нет смысла, вы хорошо знаете свое предприятие. Оставляем часть доли, чтобы вы могли передать их потомкам.

– Не простой вопрос.

– Разумеется. Скажу больше, мы не выкупим все сразу. Расчет будет постепенный, одновременно с поднятием предприятия с колен. Тогда вы будете заинтересованы. Цену давайте обсуждать.

– А если не соглашусь?

– Тогда мы купим его по более дешевой цене, через процедуру банкротства, выкупив долги и предъявив их, но уже без вас. Это потребует больше времени. Так что выбор за вами.

– Я догадывался, зачем вы приезжаете.

– Тем более у вас было время все обдумать. Я понимаю, что очень больно отдавать предприятие, в которое вы вложили столько своих сил и жизни. Вам сколько лет?

– Почти шестьдесят.

– Но вы еще можете поработать, подготовить себе замену. Это не быстрый процесс. Полученные деньги – ваш пенсионный фонд. Я лично вижу больше плюсов, чем минусов. Вас никто не собирается увольнять, все пропишем в соглашении.

– Всего не обговоришь, не пропишешь.

– Конечно, это просто не реально. И еще одно. Очень не хочется узнать, если вы сообщите о нашем предложении вам, «Альянсу», в расчете на их помощь.

– Напоминает угрозу, – криво усмехнулся директор.

– Отнюдь. Если бы мы угрожали, то действовали бы иначе. Я даже скажу вам, что будет, если вы им сообщите. Мы прекратим все общение с вами, никаких предложений больше не будет. Мы скупим долги и обанкротим вас, просто заберем предприятие, но вы здесь работать не будете, а пенсию вам будет выплачивать государство. Ну, еще пороемся в разных вопросах, если удастся, то предъявим обвинения владельцам лично, чтобы уменьшить их накопления.

– «Альянс» тоже может предложить свои условия.

– Может, – согласился Иван, – хорошо, что озвучили эту мысль, значит, наша беседа носит более-менее откровенный характер. Он может предложить, но ему не до вас. Он пытается удержать рынок, сбивая цены и свободных денег у него нет. Если он предложит, то мы торговаться не будем, пусть он платит свою цену. Если он купит вас, то это не решит проблемы вашего предприятия. Я не угрожаю вам, а объясняю возможное развитие событий, – несколько устало заявил Иван.

– Я вас услышал.

– На это мы и рассчитываем. Предлагаю вам подумать. Недели хватит?

– Вполне.

– Тогда мы прощаемся, а через неделю я жду вашего звонка, визитка с моим телефоном у вас есть.

Они попрощались и вышли. Поинтересовались у секретаря, где у них гостинца, в ночь ехать они не собирались, и вскоре сидели в ресторане при гостинице, предварительно оставив вещи в номерах.

– Ну, как я провел переговоры? – поинтересовался Иван.

– Отлично. Сам же видел, что я молчал. – За время переговоров, Костя даже не пытался вступить в беседу, как не дал и своей визитки.

– Твое мнение?

– Согласится. Ему больно, конечно, но лучше остаться. Это предприятие его жизнь. К таким людям относится фраза «деревья умирают стоя» – высказал Костя свое мнение.

– Я тоже так думаю. Он вероятнее не будет сообщать в «Альяняс».

– Согласен. Мужик он умный, но тебе следует ждать гостей. И вот после их визита, нам надо будет перебираться в Москву, там еще есть каналы, которые могут помочь. Но там уже без меня. Я по своим каналам веду переговоры, ты официально.

– Ясно, – вздохнул Иван.

После ужина они разошлись по номерам. Гостиница была не большая, достаточно уютная; ее перестроили и внутри сделали приличные условия. Костя рисовал в мыслях планы дальнейших действий, когда раздался звонок городского телефона.

«Началось, – подумал он и, взглянув на часы, увидел, что начало десятого. Сняв трубку, он услышал.

– Добрый вечер, не хотите отдохнуть?

– Да я и не устал, но все равно отдыхаю.

– Так то, один, а если с девушкой? У нас очень красивые девушки.

– Увы, она может дать больше того, что есть от природы.

– Но есть у вас?

– Разумно, – засмеялся Костя, – то, что у нее есть – это от природы и она должна этим грамотно распорядиться, а то, что есть у меня, то досталось мне большим трудом.

– У каждого свой труд, – философски заметил женский голос на другом конце.

– Это так.

– Значит, не хотите? Зря. Может быть, подумаете?

– Уже подумал, – Косте вдруг пришла в голову авантюрная мысль. – Есть у вас девушка, умная, которая может думать? Без этих хи-хи, ха-ха. С образованием. Не надо тупоголовую. Не совсем юная.

На другом конце провода возникла пауза, словно обдумывали услышанное, предполагая, для чего ему нужна такая, что у него на уме, но потом сказали:

– Да, есть, но надо уточнить, сможет ли она приехать.

– Хорошо уточняйте.

Трубку повесили. То, что задумал Костя, могло показаться бредом, но иногда подобный бред приносил не плохие результаты. В конечном итоге он потратит немного денег и все.

Через некоторое время телефон снова зазвонил и ему сообщили, что к нему приедут минут через двадцать.

Тихий стук в дверь, поднял Костю из кресла, и он открыл ее. Перед ним стояла девушка лет двадцати пяти, одетая в темное пальто. Темные волосы были собраны сзади в пучок. Большие серые глаза внимательно смотрели на него.

– Проходите, – предложил Костя и посторонился. Когда она проходила мимо, он уловил приятный запах духов.

– Давайте, помогу, – предложил он и помог ей снять пальто. На ней была короткая юбка, чтобы показать какие у нее стройные ноги. Под чуть расстегнутой блузкой чувствовалась красивая грудь.

Повесив пальто в шкаф, Костя предложил ей сесть в кресло.

– Как зовут? – спросил он, разместившись напротив.

– Катерина, – ответила она.

– Катерина, а я Костя. Тебе сказали, что я спрашивал?

– Так в общих чертах. Но встреча, я думаю, ясна для чего, не понятны детали. Вам на время нужно воспользоваться моими услугами, как женщиной.

– Не угадала. То о чем ты думаешь, не будет. Не будет никакой интимной связи, – пояснил он.

– Тогда зачем я вам? – растерянно с некоторым испугом спросила она.

– Поговорить и обсудить некоторые вопросы.

– Поговорить? – удивилась она.

– Да, сначала поговорить, а потом у меня, возможно, будет предложение.

– Я не люблю извращенцев, – сказала она резко, – мне сказали, что клиент приличный.

– Приличный, приличный, – заверил ее Костя, – я же сказал, ничего не будет. Ни интима, ни садизма. Успокойся.

– Ничего не понимаю. Я не сижу в конторе, я работаю иногда по вызову.

– Вот с этого и начнем, – заявил Костя. – Ты хорошо знаешь людей в городе? Я имею в виду верхний эшелон.

– Я ними не общалась и не встречалась. Если бы вызвали, не поехала бы, Предпочитаю малознакомых людей. Мало ли, что и где всплывет.

– Случайных значит.

– Типа того.

– Но ты здесь живешь, есть подруги, кто может что-то знать.

– Вы из полиции?

– Нет, я бизнесмен. У меня здесь дела. Сколько тебе лет?

– Двадцать шесть.

– Образование?

– Высшее.

– Анализировать, думать, запоминать умеешь?

– Если бы не умела, то была бы в числе тех, кто ездит к кому угодно, в том числе и к начальству.

– Работаешь?

– Работаю, – усмехнулась она, поняв его вопрос. – Но за работу должны платить нормальные деньги, вот и приходится подрабатывать телом.

– Ну, оно у тебя достойное. Понятно, – произнес Костя задумчиво.

– Зато мне ничего не понятно, – осмелела девушка.

– Я все поясню. Мне нужен свой человек в городе. Нужна женщина, чтобы знать о том, что творится в городе. Иногда ты что-то обсуждаешь с подругами, друзьями, вот от них можно что-то узнать. Есть такие, кто все-таки вхож в верхний эшелон?

– Есть, но они не знают, чем я занимаюсь еще.

– Не сомневаюсь в этом. Мне нужно знать, кто и что из себя представляет.

– Не думаю, что я подойду для этого. Вы можете найти людей среди того же эшелона.

– Не все так просто. Они легко покупаются и легко перепродаются. Не все, конечно, есть и порядочные.

– Мне это зачем?

– Хочу предложить тебе работу. Ты прекращаешь ездить по вызовам, вообще прекращаешь данную деятельность – торговлю телом. Больше общаешься с друзьями. Через некоторое время я тебя устраиваю на предприятие, – и он назвал какое.

– Что мне там делать? Оно скоро может закрыться.

– Оно будет работать.

– Вы его покупаете?

– Значит, мне прислали правильную девушку, которая может думать, – улыбаясь, сказал Костя. – Так как мое предложение?

Девушка сидела в задумчивости, оценивая сложившуюся ситуацию.

– Что я должна буду делать?

– Думаю что-то типа связи с общественностью, реклама, референт.

– Согласна, – уверенно сказала она.

Затем в течение часа они разговаривали о том, что представляло интерес для Кости. На что она не могла ответить, он попросил ее уточнить.

– Я как шпион, получается, – заметила она в конце разговора.

– Нет, просто у меня нет времени заниматься этим самому. Да, и в дальнейшем, я могу попросить тебя о чем-то. Не значит, что надо будет подслушивать, высматривать. Если что-то очень важное, то позвонишь мне, а так услугу, если я попрошу.

– Интимного характера для ваших партнеров?

– Катя, я не собираюсь подобным образом завоевывать свой авторитет и дружбу. Запомни это. Услуга означает передать мое письмо, просьбу, предложение и прочее. Кстати, если даже кто и обратится к тебе с подобным предложением постели, то ты можешь съездить по физиономии, издержки я оплачу. Если согласишься – уволю. Мне мое имя марать не хочется, что у меня на службе оказывают такие услуги. Твоя личная жизнь – твоя, это меня не касается. Теперь ясно?

– Ясно, извините, стереотип мышления.

– Вот и освобождайся от этих стереотипов. Если у тебя есть вопросы, спрашивай, если нет, то закончим. Вот моя визитка – звони. Костя достал из кармана пиджака бумажник и, отсчитав деньги, протянул Кате. – Возьми за сегодняшний вечер и зарплата за этот месяц.

Катя взяла деньги, это была достойная сумма и, взглянув на Костю, спросила:

– Вы уверены, что не нужна моя другая услуга? – и она кивнула головой на дверь спальной.

– Уверен, – улыбнулся Костя, – если уж что-то и произойдет между нами, то по взаимному интересу, без материальной основы.

– Как ни странно, – Катя поднялась из кресла, – интерес у меня уже проявился, но видимо не у вас.

– Не будем портить мнение друг о друге. Кто знает, что дальше. И еще, ты понимаешь, что о нашем разговоре никому сообщать не надо. Что касается сегодняшней встречи, спросят, скажи, что все было, просто клиент любит пофилософствовать, а не просто удовлетворять свои инстинкты.

– Это я понимаю.

– Тогда позвони мне через неделю. К тому времени у меня будет дополнительная информация. И еще напомню, ты прекращаешь.

– Я это тоже поняла.

Он помог ей надеть пальто, и она ушла.

На другое утро, за завтраком Костя рассказал Ивану о ночной встрече и разговоре.

– Костя, ты уверен, что правильно сделал? – Иван даже замер, не донеся вилку с яичницей до рта.

– Уверен, не подавись. Девушка не глупая. Жизнь заставила ее выкручиваться, а теперь ей предоставилась возможность изменить свою жизнь. Она будет работать отлично.

– И кем?

– Ты же у нас директор. Ты и придумай. Например, референтом, специалистом по связям с общественностью.

– Да, я бы так не смог.

– Ясное дело. Я иногда ввязываюсь в авантюру, которая может быть полезна, на чутье, поэтому я здесь, а ты по другую сторону стола. Не обидел?

– Нет, это реальность. Ты прав, потому и заказываешь музыку. Ты умеешь рисковать, я более осторожный.

– Вот мы и дополняем друг друга. Но научишься видеть людей и привлекать их на свою сторону. Ну что поехали домой?

– С тобой не соскучишься, – сказал Иван, поднимаясь из-за стола.

– Это точно. Сон в кресле руководителя тебе точно не грозит.

Глава 8. Предупреждение

Прошло чуть более недели, «Импак» набирал силу, штат увеличивался. В один из дней Ивану позвонил директор и дал согласие на продажу доли.

– Разумное решение. Я вас уверяю, что вы не пожалеете. Это предприятие – ваша жизнь. Не так ли?

– Потому и соглашаюсь.

– У меня к вам личная просьба. В вашем городе живет родственница одного из наших сотрудников. Не глупая, хотелось бы ее устроить. Не считайте протеже. Она честно отработает свой хлеб.

– Кто она?

– Она позвонит вам. Куда устроить – посмотрите сами, что-то типа референта, связи с общественностью. Это будет надо. Предложите ей после Нового Года, она согласится.

– Надо полагать к тому времени вы хотите успеть.

– Не все, но многое.

– Хорошо, пусть позвонит от вашего имени, а родственница надо полагать вашего молчаливого коллеги.

– Вы проницательны.

– Опыт жизни.

В последующие дни Иван с юристом съездили и подписали договор. Костя позвонил Кате и известил ее о переменах в ее жизни.

– Ты представляешься от имени руководителя. Ивана Белова, но на работу пойдешь после Нового Года. Согласна?

– Еще бы. Спасибо, я ваша должница.

– Забудь о долгах и не напоминай мне, тебе придется много работать.

– Это не сложно, я готова.

– Тогда звони директору и вперед.

Костю немного беспокоило, что «Альянс» пока молчит. Что они там задумали? Пока, выстроенная им цепочка развития событий сбоя не давала. Так мелкие корректировки. До Нового Года так и не позвонили.

– Костя, – однажды спросил Иван: – Почему они молчат?

– Раньше не понимал, но потом понял. Они хотят закрыть год, всё подсчитать. Сейчас они пытаются удержать заказчиков им не до нас. Помнишь, я предложил создать службу сервиса, инженерную службу. Мы сейчас не просто предлагаем товар, мы консультируем. Цель – дать заказчику понять, что с нами выгодно работать. Они понимают, что за всем этим стоит наш интерес в получении прибыли, но техническая поддержка им только на пользу.

Иван не мог не согласиться с Костей, все было так, как он говорил. К ним в компанию уже звонили другие потенциальные заказчики.

– Меня иногда пугает стремительность развития ситуации, – сказал Иван.

– Да, есть такое дело, но нам уже отступать некуда. После Нового Года закрываем операцию с Голландией. Запас у нас есть, пора прекращать демпинг. Долгов у нас перед ними нет.

– Не отпугнем?

– Отпугнем немного, растерянность появится, но заказчики понимают, что так будет не всегда. Для этого мы их и приучали к сервису.

Новый Год Костя провел в кругу семьи.

– Что-то ты все один, – заметила мать.

– Вот закончу дела и займусь личной жизнью.

– Все дела, не возможно, закончить, – но больше к этому разговору не возвращалась.

Откуда ей было знать, что Костя очень хотел позвонить Кристине, но сдерживал себя, боясь, что сорвется. Он понимал, что времени у него нет на личную жизнь в течение этого года. Не мог он позволить себе, чтобы в его голове крутились мысли о чем-то еще кроме работы.

После Нового Года, пользуясь затишьем на рынке, они закрыли договор с Голландией, и перешли с заказчиками на безубыточные цены. Приобретая пакеты акций, они начали диктовать цены для «Альянса», и тот вынужден был принимать их, чтобы не остановить свое производство. К концу зимы «Импак» уже прочно обосновался на рынке.

Костя попросил отца, навести каналы по старым связям, что тому удалось, и Костя часто стал бывать в Москве. Он получал информацию, налаживал связи. Учитывая частые поездки, «Импак» арендовал квартиру, снял офис для компании, куда были приглашены некоторые сотрудники из «Альянса». Иван тоже часто стал бывать в Москве, так как после Костиных встреч ему приходилось вести уже договорные процессы.

В один из дней, когда Костя и Иван сидели в кабинете Ивана, постучав в дверь, вошла Ольга, секретарь Ивана, которую он взял с собой.

– Вам звонят из «Альянса», – сообщила она.

– Кто? – Спросил Иван.

– Начальник управления.

– Что хочет?

– Не говорит, только сообщил, что есть некоторые вопросы для обсуждения.

– Передай ему, что некоторые вопросы пусть обсуждает с женой. Если есть конкретные вопросы для обсуждения, то пусть звонит руководитель компании. У меня нет времен на начальников управлений. Все поняла?

– Так и сказать?

– Так и скажи.

Ольга ушла, а Костя, подняв большой палец вверх изрек:

– Молодец. Как ты их. Вот и началось, а ты беспокоился, что не звонят. Они уже созрели для разговора.

– И что предложат?

– Ничего интересного для нас. Давить будут, но вернемся к нашим делам.

Но времени им не дали, снова вошла Ольга: – Президент компании.

– Вот теперь соединяй.

Она ушла, Иван снял трубку: – Слушаю.

Выслушав, что ему сказали по телефону, он не терпящим возражения голосом сказал:

– Мне приятно, что вы позвонили, но я не собираюсь обсуждать вопросы с рядовым сотрудником…Я не собираюсь подбирать выражения…Если обижается – гоните… Нет, не приеду к вам. Мне этого не надо, у меня нет к вам вопросов. Если считаете нужным приезжайте сами…Да, когда угодно, в течение недели, потом я уеду….Хорошо.

Повесив трубку, он посмотрел на Костю и несколько озабочено произнес: – Звонил Степан, они хотят приехать. Я не слишком резко разговаривал?

– Нормально, пусть приезжают, будем готовиться. А что ты там про поездку сказал? Куда собрался?

– Никуда, это повод вынудить их принять решение быстрее.

– Какой ты занятой, – ехидно заметил Костя.

Весь следующий день они готовились к разговору, вернее готовился Иван. Костя сказал, что в офисе не появится, будет дома, от греха подальше. Они провели анализ данных, полученных от своих сотрудников и из других источников по состоянию «Альянса» Весь день их никто не тревожил, Ольга стояла на страже двери начальника. Сотрудники давно уже поняли, что Костя, хоть и рядовой специалист, но верный и доверенный человек у руководителя, но не вдавались в подробности. Им нравились оба.

Через день в первой половине дня в кабинет Ивана вошли двое мужчин: высокий, худощавый, представился президентом, звали его Степан, а чуть пониже ростом – Евгений, вице-президент.

Кости в офисе не было, и все, что было, он узнал со слов Ивана.

Тот пригласил вошедших, из вежливости поинтересовался, как они добрались, предложил напитки, от чего они отказались, и сразу перешел к делу.

– Слушаю вас.

– Вы на себя много взяли, вынуждая нас приезжать к вам. Но вопрос наш прост – зачем вы раскачиваете рынок?

– Тон не очень любезен, но отвечу. Во – первых, я вас не вынуждал, мне от вас ничего не надо, я не ваш подчиненный, чтобы бежать к вам по первому звонку. Вопросы есть у вас, вам и тратить время на дорогу. Во-вторых, мы не раскачиваем рынок, мы на нем работаем, как и вы.

– Ваши мелкие укусы мешают работать.

– Это ваши проблемы, к тому же не такие и мелкие. – Иван открыл папку и зачитал им данные по «Альянсу, что тот потерял. – Я не сильно ошибся?

– Вы хорошо подготовились.

– А как иначе!

– Мы на этом рынке давно и знаем его лучше вас. Ваши действия дестабилизируют рынок, его цены. Заказчики начинают нервничать.

– Мне кажется, нервничаете больше вы, и те, кто еще с вами работает, наши заказчики чувствуют себя спокойно.

– Не думаете же вы, что ваши потуги могут нам серьезно навредить? Ваши уколы отвлекают нас, и нам жаль тратить на это время.

– Не хотите ли вы сказать, что приехали ко мне из добрых побуждений? – оживился Иван.

– Отчасти. Мы хотим мирно и спокойно решить вопрос о том, чтобы вы сократили свои аппетиты.

– Я вас понял. Начну с последнего, мы еще голодные, это раз. Что касается наших уколов, то это только крупный зверь сразу бросается, используя свою силу, при этом ломая все. Это глупый зверь. Умный свою силу соизмеряет по ситуации. Так что мелкие уколы могут принести вреда больше, – это два.

– Так мы ваша жертва?

– Это сравнение. Мы делаем свое дело, нравится вам это или нет, мне безразлично.

– Степан, – обратился молчавший Евгений, – ты разве не видишь, что он над нами издевается, этот мелкий провинциал. Он решил показать свою значимость. Он посчитал, что может нам навредить. Я говорил, что нечего к нему ехать.

– Подожди Евгений. Личная встреча позволяет выявить детали. Так мы можем договорится?

– О чем? Вы еще ничего конкретного не предложили.

– Конкретно, мы предлагаем вам остановиться. Вам всего не переварить. Пару заказчиков мы вернем, вернее вы прекратите с ними работать, что касается остальных, то пусть будет так, как сейчас.

– Мне это зачем? У меня есть предприятия, от которых вы получаете компоненты.

– Мы это знаем, это было грамотно сделано, поэтому мы и отдаем вам должное и предлагаем мирный исход дела.

– А если не соглашусь?

– Мы не будем говорить о последствиях для вас. Вы вошли на этот рынок дерзко и быстро. Ваш резкий приход вызывает недоумение. В этом вопросе вы новичок, при том мелкий. Хотя надо отметить, что в некоторых ваших действиях чувствуется рука мастера.

– Спасибо, мы готовились к работе.

– И у вас появились деньги, просто так?

– Вы из налоговой?

– Если надо придут и без нас.

– Но с вашей подачи?

– Все возможно. Я бы понял, если бы сейчас на вашем месте сидел другой человек.

– Но сижу здесь я.

– Скажите, а вам знаком Константин Тимофеев? Он жил в вашем городе.

Иван с Костей обсуждали возможность подобного вопроса.

– Да, знаком, мы вместе учились в институте. Потом он уехал. А к чему этот вопрос?

– Мы раньше вместе работали. Вот он знал этот рынок.

– И где он теперь?

– Не знаю. Говорят, совсем уехал из страны.

– Каждый сам выбирает себе путь.

– Так что вы ответите? Время для раздумий еще есть.

– Мне его не надо. Я отвечаю вам отказом. Наша компания будет руководствоваться собственными интересами, и интересами наших партнеров. Вы в их число не входите.

– Вы сказали наша компания, но известно, что вы ее единственный владелец. Это оговорка?

– Нет. Наша – это я и мои сотрудники, а кто знает, может быть появятся еще компаньоны.

– Нам предложите.

– Нет, – равнодушно ответил Иван. – Ваша цель будет войти и развалить «Импак». Зачем две одинаковые компании. Это вопрос я даже не обсуждаю.

– Значит по всем вопросам, нет?

– Не по всем, а лишь по заданным.

– Тогда нам придется применять более жесткие меры.

– Угрожаете?

– Предупреждаем. Не бойтесь, никакого насилия.

– Попробуйте.

– Не сомневайтесь.

Они встали и, попрощавшись, вышли. Иван, оставшись один, в задумчивости смотрел на свой стол. В их предложении была доля правды. «Альянс» еще имел силы. Если сейчас остановиться, то можно неплохо жить, только вот Костя вряд ли согласится. Об этом он и сказал ему, когда вечером приехал к тому домой.

– Наивный ты Иван, – отозвался Костя. – Вел переговоры верно, не боялся их, но неужели ты думаешь, что они согласятся вот так решить вопрос. Им нужно время, чтобы залечить раны, и потом они начнут бить не щадя. Ты их не знаешь. То, что они приехали, свидетельствует, что запаниковали. Они не были готовы к такому развитию событий. Несколько резких ударов и их бизнес пошатнется и упадет. Всё, здесь заканчиваем, перебираемся в Москву совсем. Семья пока останется здесь. Мы не можем дать «Альянсу» передышки.

– У тебя есть план?

– Он у меня всегда был, но я его корректировал в зависимости от ситуации. Все в разъезды по обольщению заказчиков. Мне пора тоже прикрывать спину. Есть идея, кого привлечь.

– Крыша что ли? – беспокойно спросил Иван.

– Какая крыша! Нам нужны единомышленники. Ну что, готов к переменам? К переезду?

– Нет, конечно.

– А придется.

– Это я уже понял, – вздохнув, ответил Иван, хотя в душе радовался новому этапу.

Глава 9. Настя

Константин набрал номер телефона, никакого беспокойства он не испытывал, что даже сам себе удивился. Звонок этот был ему нужен не для праздности, он хотел увидеть сына, и была у него еще одна идея.

– Слушаю, – раздался такой далекий и такой знакомый голос, голос из прошлого. Он не испытал трепета от голоса женщины, которую когда-то любил. Не так много прошло времени, но казалось, что все это было давно, словно в чужой жизни. Голос ее, как и прежде, был мягким, даже убаюкивающим, но ему ли не знать, что порой скрывалось за этим.

– Здравствуй, Настя.

– Костя! – удивление было не поддельным, – Никак не ожидала услышать тебя.

– Что? Совсем?

– Ну, не до такой степени, что совсем. Сегодня в частности. Я знала, что когда-нибудь, ты позвонишь.

– О причине говорить не будем, она на виду.

– Разумеется.

– Я предлагаю тебе встретиться и поговорить. Я хотел бы узнать, как вы живете, как Андрей. Это возможно?

– Почему бы и нет. Никогда не пыталась настроить сына против тебя.

– Я это знаю. Спасибо. Так как? Может быть, Андрей приедет с тобой?

– Ты сейчас в Москве значит.

– Ну, а как иначе, стоило тогда звонить!

– Где предлагаешь?

– Я скоро буду в ресторане у Филиппа. Помнишь где это?

– Да.

– Часов в пять устроит?

– Устроит. Но сначала приеду я, а Андрей подъедет.

– Как скажешь. До встречи.

Костя посмотрел на часы, до встречи время еще было, а сидеть в комнате квартиры, которую снимал для него «Импак», не хотелось. Он подошел к окну и увидел, что мягкий пушистый снег засыпает город. Ветра не было, и снежинки тихо падали, создавая сказочную картину. В такую погоду настроение было тихим и спокойным, ничего не хотелось делать.

Он оделся и зашел в бар, что был неподалеку, взял стакан мартини и остался сидеть за стойкой, погружаясь мыслями в свои планы. Главное, он действительно хотел увидеть сына, узнать, чем он живет, какие планы на будущее. В этом году Андрей заканчивал школу и хотелось знать, что дальше. Но была у него и еще идея, мысль. Пора было заявить о себе. Настя хоть и не вникала в бизнес, как видимо и сейчас с новым мужем, но заняв определенную нишу в сфере общения, пересекалась со многими, в том числе и с его бывшими друзьями. Вероятнее всего она расскажет мужу об их встрече, секрета в этом не было, так что информация о том, что он появился в городе. В «Альянсе» дела уже пошатнулись, даже узнав, что он здесь, дополнительно будут испытывать беспокойство. Они будут обязательно просчитывать варианты, для чего он здесь и что, ему нужно. В «Импак» они его не видели, поэтому прямой связи нет. Заставить их волноваться стоило. Волнение – увеличивает шанс совершения ошибок. Но не факт, что им сообщат об этом. Костя хотел поговорить с Настей и об ее муже, но здесь как получится. Вот для этого он и хотел увидеть ее; сына он мог увидеть и без нее.

За час до встречи, когда уже начали опускаться зимние сумерки, и неоновая реклама освещала улицы, придавая им праздничный вид, Костя входил в небольшой ресторан, который располагался на улице, что не далеко от центра. Ресторан отличался хорошей кухней, обстановкой, а также его хозяином, которого хорошо знали многие. Владел рестораном Филипп, с которым Костя познакомился давно и как-то сошлись характерами. Едва он вошел, как к нему подошел метрдотель:

– Добрый вечер. Вы хотите поужинать?

– Потом. Филипп здесь?

Лицо служащего приняло несколько озабоченный вид, хотя улыбка, вежливая и учтивая не сошла с лица.

– Извините, а как ему сказать о вас?

– Скажите, что Костя приехал, а я пока пройду в бар.

Отдав куртку, Костя прошел в бар. Одет он был для этого ресторана соответствующе. В ресторан Филиппа не пускали в джинсах, футболках, кроссовках. Подойдя к стойке, Костя заказал виски. Сделав пару глотков, он услышал за спиной голос Филиппа.

– Надо же! Не иначе тебя снегопад заставил зайти ко мне.

Костя обернулся и, встав с табурета, направился к Филиппу, который стоял и улыбался своей широкой улыбкой. Филиппу было около пятидесяти. Был он высок ростом, широкоплеч. Густые волосы спадали на плечи. Это был лев в человеческом виде. Одет он был в своей манере: темные брюки, белая рубашка, белый пиджак и бабочка.

Он раскинул руки, и Костя почти упал к нему на грудь, затряс плечами, Филипп сомкнул руки.

– Прости меня, блудного сына, – выдавливал из себя Костя, стараясь придать голосу слезливые нотки. – Бес попутал.

– Поплачь, сынок, поплачь. Со слезами вся твоя дурь и выйдет, все твои бесовские мысли. Душа очиститься. А я тебя прощаю. Такова моя участь, прощать вас грешных, забывающих меня, – ответил он, похлопывая Костю по спине.

Бармен с интересом наблюдал за этой сценой, пряча улыбку. Не часто ему приходилось видеть хозяина в таком настроении.

Костя отстранился и, сделав серьезное выражение лица, спросил: – А сам то, что? Неужели без греха живешь?

– Да как же без него прожить? Это просто не возможно, Это будет не жизнь, а мука. Грех-то он, обычно, сладок. Ну, здорово, бродяга. Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть.

– Взаимно.

– Ну, пошли, пошли, поговорим.

– Филь, к пяти часам Настя подойдет, я специально приехал раньше, чтобы тебя увидеть.

– Тогда пошли в зал.

Они прошли в зал и расположились в дальнем углу, из которого хорошо были видны входящие. Подошедший официант принес напитки, зная вкус хозяина.

– Рассказывай, какими судьбами.

– Решил навестить памятные места. Я вообще к родителям приехал и сына повидать.

– Молодец, что не забываешь. Мне жаль, что у тебя все так получилось. Честно.

– Не думай. Все что было, уже было. Мне мое прошлое не мешает жить. Я уехал в Латинскую Америку и живу там. Только там я научился видеть мир, без суеты. Я хожу в горы, из окна моего дома виден океан. Я отдыхаю. Ты должен приехать ко мне.

– Если пригласишь, приеду. Ты там один живешь?

– Пока один.

– Что значит пока? Это уже многообещающе. Но вернулся все-таки не просто так.

– Остались недоделанные дела. Появились мысли.

– А до этого, что не было?

– Не те Филя, не те.

– Какие, не спрашиваю, захочешь сам скажешь.

– Приедет время, скажу. А ты как здесь?

– Да все по-прежнему. Сам знаешь, болото затягивает, и выбираться из него не хочется, если чувствуешь себя в нем комфортно. У тебя свое болото.

– Я из него вылез?

– И что! Все равно в другом увязнешь. Ищешь еще, как найдешь, так и останешься в нем.

Он рассказывали друг другу, какие изменения в их жизни, как Костя увидел жизнь здесь, после длительного отсутствия.

Костя заметил вошедшую Настю в сопровождении метрдотеля: – Настя пришла.

Филипп встал, и, дождавшись, когда она подойдет, помог ей сесть.

– Ну что? Я на свое усмотрение?

Костя кивнул головой, – Так, что-то легонькое. Да и предупреди, что придет молодой человек, пусть проведут. Придет? – обратился он к Насте.

– Придет.

– Хорошо, – Филипп ушел отдавать распоряжения. Его фигура величественно скользила между столиками.

– Прирожденный артист, – обратила на него внимание Настя.

– Хороший мужик. Добрый. Здравствуй.

– Здравствуй, – ответила она.

– Ты потрясающе выглядишь.

Костя не лукавил. Сидящая напротив него женщина выглядела прекрасно; русые волосы, собранные на затылке подчеркивали ее худощавое лицо, на котором выделялись большие карие глаза под ровными дугами бровей. Чуть тонкие губы, умело подкрашены. В ушах небольшие сережки с жемчугом, как и бусы на шее, что оттеняли красивую шею.

– Спасибо, надеюсь, раньше я выглядела не хуже.

– Не хуже, – согласился он. – Я рад тебя видеть.

Действительно, как-то даже странно было сидеть напротив своей бывшей жены. У него и в мыслях не проскочило, что когда-то они жили вместе. Глядя на нее у него было ощущение, что это просто хорошая знакомая. Не было обид, но не было и восхищения, как женщиной, за которой хотелось ухаживать, добиваясь ее. Была простая симпатия.

– Расскажи как живете.

В это время официант принес закуски, расставил все и чуть отошел от столика. Его нахождение рядом не понравилось Косте.

– Идите, нам пока ничего не надо, – обратился к нему Костя.

– Мне Филипп сказал, что если на меня будет жалоба или просто неудовольствие – он меня уволит.

– А если ты не уйдешь, то он уволит тебя еще быстрее. Если надо позову. Не бойся. Если спросит, то скажешь, что я отослал. Дай поговорить.

Официант удалился, и он снова повернулся к Насте.

– У нас все хорошо, да ты можешь судить по моему виду. – Ответила она на его вопрос, дожидаясь окончания разговора с официантом. – Не по одежде, это все лоск, а по глазам. Никакого беспокойства. У меня салон, – пояснила она. – А как иначе? Андрей вырос, Никита на работе, а сидеть дома я не хочу, как и ездить по гостям перемывая кости знакомым. У нас хороший сын, Костя.

– Наверное, потому что мы сами не глупые. А что случилось, то случилось. Какие у него планы.

– Придет, сам спроси.

– Насть я хочу, если понадобиться, сам оплатить ему учебу. Он примет?

– Конечно.

– А Никита?

– Он тоже все понимает. Ты же его отец.

– А Никита так и занимается строительством? Так кажется?

– Да, это его бизнес.

– Надеюсь все в порядке. Если мне потребуется с ним поговорить, это возможно?

– О чем Костя!

– Ну не об Андрее же, но и это не исключаю.

– Ты хочешь возобновить бизнес.

– Кто знает.

– Думаю, что это возможно, я ему передам. Ты сам-то как?

– У меня все хорошо.

– Не женился?

– Пока нет, – уже во второй раз за вечер ответил Костя.

– Нет кандидатуры?

– Есть, но нет пока желания и времени.

– Про желание понятно, а времени-то почему нет? Чем ты так занят?

– Собой.

– Костя! Это уже нарциссизм, да и я тебя знаю.

– Да я не в этом смысле. Я имел время думать не о работе. Я так много об этом в последнее время говорю, что можно лекции читать.

– Костя, – Настя внимательно смотрела на него. – Я тебе верю, хочется понять, зачем ты приехал?

– Знаешь, мы видим мир через призму своего я, как будто смотримся в зеркало. Мы часто не видим или не хотим видеть, что зеркала кривые. Во всяком случае, у меня оно точно было кривое, да еще треснутое. Я видел людей, какими хотел видеть, такими, какой я сам. У меня не было времени задуматься, что наше восприятие всегда очень личное. Там я научился видеть иначе. Ты даже не представляешь, как там думается в горах или когда сидишь на берегу океана. Вот и приехал, чтобы чуть на время изменить обстановку. За новыми ощущениями.

– Ты стал философом. Про новые ощущения это ты перегнул. Я же тебя знаю. Не хочешь, не говори, и не думаю, что для меня ты сильно изменился.

– Для тебя возможно, но, как и прежде остался эгоистом, – вспомнил он разговор, – как и большинство. Если нет эгоизма, тебя выдавят.

– Так было в прошлый раз?

– Да я не проявил свой эгоизм, но это в прошлом.

– Нет, Костя, это уже в будущем. Я не знаю, что ты задумал, но не верю в твой философский приезд.

– Да и не надо верить, воспринимай меня таким, какой я сейчас.

– Важно, чтобы тебя правильно воспринимал сын. Вон он идет.

Костя повернул голову и увидел, что к их столику направляется Андрей. Костя поднялся и обнял сына, когда тот подошел. Андрей был ростом уже выше Кости, хотя в плечах был еще узковат. Костя подозвал официанта и сделал заказ для сына. Они с Настей так ни к чему и не притронулись.

– Вспоминаете прошлое? – поинтересовался сын.

– Скорее пытаемся понять будущее, – ответил Костя?

– Да вы что! Ну и как?

– Да вот смотрю – выросло, возмужало наше будущее.

– Стараемся.

– Спрашивать об учебе не буду. Скажи куда собираешься поступать, а то мать молчит.

– В медицинский.

– Ого! В нашем роду еще не было медиков. Но если тебе интересно то иди. Мы с мамой договорились, что учебу я оплачу, а потом увидим, что делать дальше. И еще, ты бы навестил дедушку и бабушку.

– Можно весной в последние каникулы?

– Даже нужно.

Остаток вечера они провели в житейских разговорах, когда все понимают друг друга, и нет неприязни, недопонимания, так часто возникающего между поколениями.

Договорились, что в выходные Костя проведет с Андреем. Около восьми Настя и Андрей уехали. Проводив их, Костя вернулся за столик, в задумчивости потер щеку. Мысль, которая пришла ему, сначала, так сидела, а потом как бы активизировалась. Рассчитавшись, Костя зашел к Филиппу.

– Все, я поехал.

– А ты где остановился?

– Квартиру снимаю.

– Надолго приехал?

– Не знаю. Я вот что. – Костя, взял со стола листочек для заметок, написал свой адрес и телефон, и передал Филиппу.

– Пришли кого-нибудь.

– Понял. Может ты и прав, убегая от тоски прошлого.

Костя, не отвечая на философскую фразу, повернулся и направился домой.

Глава 10. Новое знакомство

Домой Костя приехал около девяти. Пройдя по квартире, он везде включил свет, разгоняя сумрак по углам. Хотелось света. Ему было грустно. За окном зима, ночь уже спустилась на город, и одиночество в квартире было нудным и унылым, хотя иным оно, вероятнее всего, и не бывает.

Костя включил телевизор, сел в кресло и стал смотреть на экран, не вникая, что там показывают. Ему очень захотелось оказаться сейчас там, где тепло: в своем доме, где все было привычно: шум океана, теплый ветерок. Ему захотелось увидеть Кристину. Интересно, как она там? Чем занимается вечерами? Костя ей не звонил с тех пор, как уехал, не хотел выпускать память, которую загнал глубоко в себя. Зачем ему было слышать ее голос, который мог и не позвать, но где гарантия, что он сам не сорвется и не поедет, а этого он себе позволить не мог. Он должен был дышать воздухом здесь, чувствовать напряженность. Сейчас он воспринимал все более остро, а стоило чуть расслабиться и можно все испортить. Нервы его были натянуты, но играть на них он никому не позволял, даже себе. Надо было ждать и доделать то, что задумал. В этот период нет места для слабины. Сейчас он был жестким, но иначе было нельзя. Он устал, но понимал, что придет время и он услышит шелест волн океана, поднимется в горы, чтобы найти в горах деревню, где живет Санчос. Посидит с ним, поговорит, а может быть и расскажет, как жил все это время. Все это было возможно, а сейчас была реальность: жесткая, беспощадная, и она не давала шанса, если он чуть уступит. Шла не просто игра, шла борьба, и дыхание противника слышалось очень четко. Они еще не видели друг друга в глаза, но дыхание уже ощущали. Кто кого?

Из мыслей его вывел телефонный звонок:

– Слушаю.

– Константин? – спросил женский голос.

– Он самый.

– Мне ваш телефон дал Филипп. Меня зовут Татьяна. Я могу приехать.

Была в интонации последнего предложения неопределенность. То ли вопрос, то ли утверждение.

– Если это вопрос, ответ – да, если утверждение – не возражаю. Знаете, где я живу?

– Да. Я буду через полчаса.

– До встречи.

Костя посмотрел на часы, они показывали половину десятого. Он встал, прошелся по квартире, проверил все ли в порядке и вернулся в комнату. Около десяти раздался звонок в дверь. Открыв ее, он увидел перед собой женщину лет тридцати. Ее черные волосы спадали на плечи и отдельные снежинки еще не успели растаять.

– Я Татьяна, – сказала незнакомка.

Он посторонился, пропуская ее, помог снять пальто и увидел, что женщина одета в строгий костюм, юбка которого подчеркивала ее крутые бедра. Когда она сняла сапоги, то его взору предстали стройные ноги.

– Проходи, – предложил Костя, указывая на комнату.

– Как обращаться? – спросила она.

Он понял, что она имела в виду и сказал, что официальность в данной обстановке вряд ли подходит.

– Вина, шампанского?

– Ничего, если я откажусь?

– Твое право.

– Тогда, где ванная?

Костя показал ей, где ванная, и обратил внимание, что Татьяна захватила с собой сумочку. Что там у нее, он не собирался смотреть, но если боится, то это ее дело.

Вскоре она вышла, но он заметил, что колготок на ней уже не было. Ожидая, он сидел в кресле, но при ее появлении встал, и она подошла к нему. Легкий запах духов, который источал аромат трав, притягивал. Татьяна подошла вплотную к Константину, и грудью коснулась его. Ее темные глаза, глядя на него, призывно манили. Он потянулся к ней…

– Мне кажется, что мне пора собираться домой, – не глядя на него сказала Татьяна. Они лежали на широкой кровати, под большим одеялом. – Или я не права?

– Вероятнее всего, что так. А почему ты так решила?

– Чувствую. Мне показалось, что ты хочешь утром проснуться один.

– Тебе правильно показалось.

Он посмотрел на часы, что лежали рядом на тумбочке, которые показывали два часа ночи. С тех пор, как она вошла, время пролетело быстро, и они использовали его для наслаждения с некоторыми перерывами.

– Я пойду, приму душ, – известила она и, откинув одеяло, встала и направилась к двери, захватив свою одежду с кресла. Костя видел ее красивую фигуру, стройные ноги.

– Не раздевай и не обволакивай меня взглядом, снимать уже нечего, а обволочь уже успел – услышал он, и усмехнулся.

Когда она вышла, Костя оделся и прошел на кухню. Когда Татьяна заглянула туда, то на столе уже стоял кофе.

– Я не могу тебя отпустить, просто так, давай хоть кофе попьем.

– Ну просто так уже не получилось, а против кофе не возражаю, – и, она, пройдя, села за стол напротив Кости.

– А почему ты на этот раз сумочку с собой не взяла? – поинтересовался он.

– Не было необходимости. Я же не знала, насколько здесь задержусь. Там у меня всякие женские вещицы, так на всякий случай. А ты подумал, что я там что-то прячу?

– Было такое дело. Документы, например.

– Есть такое опасение, но я представляла к кому еду и даже не думала, что ты заглянешь ко мне в сумку.

– Спасибо за доверие.

Татьяна окинула взглядом кухню: – Скромно. Женской руки не чувствуется.

– Откуда ей тут взяться!

– Один живешь или сбежал на время, потому что стало грустно?

– Грустно – это ты угадала. Но я живу не здесь. Это временное жилье, а сбегать не от кого. Я один.

– Даже так? – с иронией спросила Татьяна.

– Понимаю твою иронию, многие представляются холостяками, но я сказал правду, а уж верить или нет твое дело. Есть взрослый сын, есть бывшая жена.

– Не интересуюсь про многих: холостяки или нет. Странно, что видный мужчина и один.

– Сам удивляюсь, как живу с этой ношей. Но что делать. Я также временно живу в другом городе, там у меня родители. А мой дом далеко, очень далеко. Надеюсь не пустой.

– Это как?

– Я уехал и попросил пожить в нем девушку.

– Красивая?

– Красивая, – ответил Костя.

– Надеешься, что когда вернешься, дом не пуст и что она останется?

– Не знаю, что будет, а думать об этом не хочу. Я уже более полугода как уехал.

– И ни разу не позвонил?

Костя кивнул головой: – Ни разу. Не вижу смысла. Дела завершу, тогда и позвоню, и приеду.

– А далеко дом?

– В Латинской Америке.

– Эх, куда тебя занесло! Но там тепло, – мечтательно произнесла она. – Океан далеко?

– Видно из окна, а недалеко горы.

– Хорошо быть богатым.

– Хорошо, – согласился Костя, – но не все так просто.

– Догадываюсь.

– А ты почему одна? Красивая и одинокая.

– Не угадал. Я не одинокая, у меня тоже есть сын. Дальше обойдемся без подробностей.

– Конечно – это твоя личная жизнь, а что и почему, я не интересуюсь, но что могу сказать с уверенностью – ты классная женщина.

– В каком смысле? Как классная дама, по урокам? – засмеялась она.

– Нет, классная в смысле, именно, как женщина.

– Спасибо, – в ее глазах проскочила легкая, теплая грусть. – Я пойду.

– Подожди, а сколько с меня и я вызову такси.

– Такси не надо, я на машине, поэтому и отказалась от вина. Денег тоже не надо. Я твое утешение.

– Не понял!

– Мне позвонил Филипп и попросил снять тоску и унять грусть одному своему очень хорошему другу. Он обращается крайне редко, и когда он звонит, то я понимаю, что так оно и есть. Он заплатит за мою услугу. Сам. А ты не предлагай ему денег, обидится. Я ему ничего не должна и ничем не обязана, но крайне редко не отказываю ему в подобной просьбе. Меня нельзя заставить, я не девушка по вызову. Меня можно только попросить. А я выбираю. Это не моя работа, ублажать мужчин по их прихоти. У меня есть источник дохода, но иногда позволяю себе дать слабину и сделать то, что сделала сегодня, ну и деньги лишними не бывают. Я не только даю удовольствие, я хочу его получать и сама. Вот так вот. Удивлен?

– Удивлен, – не скрывал Костя. – Есть в этом что-то. Теперь понимаю, что ты не просто отработала, в тебе была искренняя страсть.

– Ты правильно понял. Я уточнила, и он объяснил, что неприязни я испытывать не буду. Он знает мой вкус.

– Спрашивать телефон не буду, как понимаю, нет смысла.

– Смысл есть во всем, но ты прав, не думаю, что увидимся еще раз, хотя земля круглая. Мне пора, – она поднялась.

Костя помог ей надеть пальто и уже перед самым ее уходом сказал: – Спасибо.

Татьяна наклонилась к нему, поцеловала в щеку: – Удачи тебе, – и вышла.

Утром Костя проснулся поздно. Подушка еще хранила запах женщины, которая была с ним этой ночью. Втянув воздух, он улыбнулся своим воспоминаниям. Посмотрев за окно, он увидел, как по небу ползут тяжелые серые тучи. Было пасмурно и как-то не уютно. Срочных дел не было, поэтому он не спеша приготовил себе завтрак. Сидя за столом и не спеша, доедая яичницу, Костя видел, как день набирает силу – становилось светлее. Зазвонил телефон, и Костя увидел номер Насти.

– Добрый день, Настя!

– Добрый, особенно для тебя.

– Надеюсь.

– Я не стала звонить раньше, вдруг ты не один, кто знает, чем занимается одинокий мужчина, кроме него самого.

Женская интуиция, – пронеслось в голове у него, – откуда она может чувствовать. А ведь права, позвони она раньше я бы лежал еще в постели. Молодец, выждала, а Настя продолжала: – Я разговаривала с Никитой, он согласился встретиться с тобой, завтра в одиннадцать. Записывай адрес.

Костя записал адрес офиса Никиты.

– Я перед тобой в долгу.

– Твой долг оплачен, есть даже память – сын. Надеюсь, ты не забудешь его снова, так надолго.

– Прости, тогда были другие обстоятельства.

– Я не обижаюсь и понимаю. Ты помнишь, что выходные обещал провести вместе с Андреем?

– Помню.

– Тогда все. Удачи.

– Спасибо.

Отключив телефон, Костя в голове начал прокручивать план беседы. Затем набрал номер Ивана.

– Хорошо, что ты позвонил, – обрадованно ответил тот. – Я уже сам собирался тебе звонить.

– С чего бы это?

– Сейчас звонили из «Альянса», предложили встретиться.

– Кто звонил?

– Степан.

– Тема встречи?

– Обсуждение вопроса по поставкам, ценам и делению рынка.

– Еще чего! Ничего нового. И что ты ответил?

– Сказал, что надо посмотреть мой график, чтобы перезвонил позже.

– Молодец. Что предлагаю. Когда позвонит, перенеси встречу на неделю. Скажи что уезжаешь, а чтобы было правдой, то ты, кажется, собирался на предприятия?

– Надо, конечно. Посмотреть, что и как у них.

– Вот. Съезди с инспекторской целью. Мы, в отличие от них, понимаем, что на предприятиях надо бывать регулярно. Домой заедешь. У меня завтра встреча, по результатам которой многое может проясниться в плане дальнейших действий. Думаю, что летом сможешь перевезти семью.

– Хорошо бы, а то все один здесь.

– Что делать. Этот этап нашего становления скоро закончится, так что сообщи им приятную новость. Я тебе потом, после встречи, перезвоню. Когда поедешь?

– Завтра, что тянуть.

– Договорились. Тогда до связи.

Костя был доволен, что в свое время сделал правильный выбор, остановив его на Иване. Он оказался хорошим хозяйственником, управленцем. Иван не вмешивался в стратегические вопросы, а Костя был спокоен за текущие дела. Теперь Косте надо было выйти на последний этап того пути, который он так долго намечал, и пока не сбился с него. Никита мог помочь, но захочет ли? Что предложить, Костя знал, но многое будет зависеть от того, как его воспримет Никита.

Покрутив все это в голове, он решил, что не плохо бы выйти на улицу. А не сидеть дома. Снова зазвонил телефон, звонил Иван.

– Ну, всё. Я сказал, что пусть позвонит через неделю, я уезжаю.

– И как воспринял?

– Ясное дело с неохотой, но куда ему деваться? Не я же напрашиваюсь.

– Знаешь, я очень рад, что не ошибся в тебе.

– А я благодарен, что ты дал мне возможность начать более активную жизнь.

– И они обменялись любезностями, – заявил Костя. – Посмотри там, что у них в планах, я имею, ввиду, предприятия. Ничего лишнего не говори, мало ли, вдруг у них остались личные связи с «Альянсом»

– Обидеть хочешь?

– Боже упаси! Так мысли вслух.

– Ладно, Костя, жду звонка.

– Позвоню.

Костя, как и решил, оделся и вышел на улицу. В воздухе чувствовался запах весны, зима заканчивалась. Очень, ему хотелось закончить все к лету. Постояв в раздумье, он решительно направился к станции метро, ловить такси, чтобы стоять в пробках – ему не хотелось.

Вскоре он входил в ресторан Филипа. Отдав куртку, он узнал, что тот у себя, куда Костя и прошел, в сопровождении метрдотеля, который постучав, спросил разрешения и лишь потом, уступил дорогу Косте, а сам ушел.

– Вот теперь я вижу лицо мужчины, который не прячет глаза от старого друга, чтобы не показать свою грусть. Ее уже нет, – приветствовал его Филипп.

– Да уж, грустить не пришлось.

– Друг мой, есть еще женщины, которые могут разжечь огонь страсти, даже если страсть уже отсырела. Как понимаю, все было замечательно.

– Именно так. Не спрашиваю, откуда ты ее знаешь, но знакомства у тебя завидные.

– Я сделал правильный ход. Я же понимаю, что бывают моменты, когда должна быть не просто женщина, а гейша что ли.

– Спасибо, угадал и угодил.

– Мне ли тебя не знать. Я видел, какой ты был вчера, сам не предлагал, но после того как ты обратился, понял, что обязан помочь. Кстати, она не работает по вызову.

– Она мне сказала.

– Можно считать, что это у нее хобби, хоть и оплачиваемое, приносящее не плохой доход. Она словно исследует души одиноких мужчин. Кстати, она психолог.

– Не удивлен. Мы хорошо расстались, никаких обменов телефонами.

– Разумно, да она и не дала бы. Может быть, поужинаем? – предложил Филипп. – Как понимаю, ты никуда не торопишься?

– И надо полагать все расходы твои?

– Не обижайся. Вот приеду к тебе, тогда и будешь расплачиваться.

– Да, что касается в гости. Я очень надеюсь, что уже в этом году смогу принять тебе у себя дома. Мой телефон знаешь?

– Только тот, что дал вчера.

Костя написал на бумаге адрес, где был его дом и телефоны: домашний и сотовый местный. – Возьми. Я когда буду уезжать, тебя извещу, что уже можно звонить.

Филипп посмотрел адрес: – Хорошо. Точно приеду. Всегда хотелось посидеть на берегу океана, не как турист, а как гость, – и он убрал листок в стол. – Пошли ужинать.

Глава 11. Никита

Костя подошел к старому особняку в три этажа, который радовал глаз, сохранив свою архитектуру. Дом был отреставрирован и его не искажали новинки, типа кондиционеров на окнах, как в офисе Ивана. Фасад был бежевым, оконные рамы чуть темнее, но не смотрелись заплатками обычных пластиковых окон. Даже антенн спутникового телевидения на крыше не было. Оценив вид здания, и чуть поджав губы, Костя произнес: – Молодец Никита, вкус есть, посмотрим, что там внутри.

Подойдя к массивной деревянной двери, он потянул за ручку, и на его удивление она открылась легко, чего он не ожидал и даже чуть подался назад, но удержался за дверную ручку.

Маленький тамбур отделял наружную дверь от внутренней; сам тамбур был из стекла, и Костя заметил, что на него смотрит охранник. Открыв вторую дверь, он вошел и, пройдя по плиточному полу, поднялся на несколько ступенек. Ни каких турникетов не было, а просто справа за стойкой сидел молодой парень и ждал посетителя.

– Добрый день, меня ждет Никита Савельевич. Я, Константин Тимофеев.

– Да, нам сообщили о вашем визите. Подождите, вас проводят.

Он нажал кнопку и из правого коридора вышел еще один мужчина.

– К Никите Савельевичу, по договоренности, – сообщил ему, сидящий за стойкой.

– Прошу, вас, – и второй указал на лестницу, что вела на верхние этажи. Лестница была широкой, застелена темно-зеленой ковровой дорожкой. Стены были светло-коричневыми, на них не было ни картин, ни каких-либо еще украшений. Все было скромно, но во всем чувствовался вкус, и благородство.

Поднявшись по первому пролету, Костя услышал голос мужчины, что шел чуть сзади.

– Лучше налево, – и они свернули на второй пролет, поднявшись по которому свернули направо. Вверх, на третий этаж, вела еще одна лестница. Пройдя по коридору не более пяти метров, они остановились перед дверью, которую охранник открыл, давая Косте возможность войти первым в приемную. Обстановка в ней была современная и даже не фоне стен с лепниной была подобрана умело. За столом, перед экраном монитора, сидела женщина лет сорока. Увидев вошедших, она перевела взгляд на них.

– Константин Тимофеев, – известил ее сопровождающий.

Женщина поднялась из-за стола, а охранник ушел, тихо закрыв за собой дверь.

– Прошу, Никита Савельевич, ждет вас. – Она открыла дверь, и Костя вошел в большой кабинет, одна стена которого была в шкафах, противоположная – в три окна. У дальней стены из-за стола поднялся мужчина, выше среднего роста. В темных волосах его уже мелькала проседь.

– Прошу. Садитесь, – и он указал нас стол для переговоров, – Чай, кофе? – предложил он.

– Чай.

Никита не стал повторять, а секретарь вышла.

– Настя попросила меня встретиться с вами, сказав лишь, что у вас ко мне дело.

Костя видел серые, проницательные глаза сидящего напротив мужчины и не отводя своего взгляда предложил:

– Если не затруднит, можно ли перейти на «ты», а то очень официально.

– Не затруднит, – уголки губ Никиты чуть поднялись, изображая улыбку. – Так что за дело? Насколько я знаю, наши бизнес-интересы не пересекаются.

– Это так. Я пришел попросить тебя о содействии, или о помощи, как тебе удобнее слышать.

– Помощь? От меня? Не думаешь же, ты, что если ты первый муж Насти и у вас есть сын, то это повлияет на мое решение?

– Даже в мыслях не было. Это просто возможность ускорить встречу. Моя просьба заключается в следующем. Есть некая компания «Импак». В последнее время у нее неплохо идут дела, но хотелось, чтобы шли лучше в области химической продукции.

– «Импак»? С английского «Impact» переводится как «воздействие». Я правильно понимаю?

– Правильно.

– И на кого воздействовать собираешься?

– На умы отдельных личностей.

– Получается?

– Пока да, но надо усилить воздействие, чтобы поставить точку.

– Я слышал об этой компании, она появилась из ниоткуда, достаточно агрессивна, но с грамотной деловой хваткой. Это мне между делом поведали где-то, что начала она выдавливать другие компании. За относительно небольшой период по меркам бизнеса, она подмяла под себя ряд предприятий химической отрасли, доставив массу неудобств владельцам. Ее действия взывают беспокойство уже даже у крупных игроков, типа компании «Альянс», которая диктует условия в этом сегменте.

– Ты хорошо осведомлен.

– Ну что ты, так общая информация. А с «Альянсом», если мы где и пересекаемся, то чисто по хозяйственным вопросам. Бизнес разный.

Никита замолчал, так как вошла секретарь и внесла поднос с чаем и конфетами.

– Спасибо, оставьте, мы дальше сами.

Когда она ушла, Никита налил чай Косте и себе, лишь после этого продолжил:

– Как понимаю, твоя просьба не будет выглядеть мелкой услугой. Это большой бизнес. Там другие правила. Я навел справки. Раньше ты был почти единоличным владельцем «Альянса», но тебя оттуда выдавили и ты ее уступил. Обидно тебе было конечно, получить удар от друзей, но Костя, это бизнес, здесь нет друзей, здесь есть интересы. Судя по тому, что ты сказал о компании «Импак», то я почти уверен, что ты имеешь к ней отношение.

– Косвенное. Я не руковожу.

Никита засмеялся: – Еще бы. Для того чтобы управлять компанией, не обязательно сидеть в кресле директора. Важно кто владелец.

– Это я уже слышал.

– Тем более. Но я не буду вникать в детали. Как бы ни было, но твой приход подсказывает мне, что твоя цель – «Альянс».

– Я этого не говорил…Пока.

– Не все сразу, но думаю до этого мы еще дойдем. Тебя, возможно, гложет обида за то, что с тобой так поступили. Ну что делать? Кто-то оказался сильнее. Ты решил поквитаться?

– Начнем с того, что обиды нет. Можешь не верить. Обижаться могу только на себя, за то, что дал слабину. Поквитаться вряд ли, а вот взять реванш – это да.

Костя понимал, что с Никитой надо говорить открыто. Недосказанность не даст установить контакт в деле. Он знал, что Никита не будет рассказывать о его приходе, но и уходить, не попробовав решить свой вопрос, не хотелось. – У меня было время, чтобы обдумать и оценить свои возможности и сделать попытку возврата относительной справедливости.

– Ты борец за справедливость? Зорро?

– Нет, захотелось хоть немного побыть дьяволом.

– Даже так!

– А что мелочиться.

– Тогда надо полагать, что твоя просьба не будет связана с финансами. В этом направлении у тебя не должно быть затруднений. До меня дошли слухи, что ты ушел не пустым.

– Так, кое-что прихватил, но по сравнению с тобой, – и Костя обвел взглядом кабинет.

– Не прибедняйся. Я думаю, что твое финансовое состояние, как айсберг – на две трети скрыто от глаз.

– Если кто так сказал – завидует, наговаривает.

– Конечно, людская зависть увеличивает возможности в несколько раз.

– Или ей кто-то помогает.

– Да кто! Скажи, о ком говорят и помогают. Имидж, статус свой повышают.

– Я не такой.

– Знаю, потому и говорю, что айсберг. Но вернемся к нашему разговору. Что ты хочешь от меня?

– Ты прав. Компания «Импак» нацелилась на «Альянс», на все его активы. То, что они забеспокоились известно, дела пошли хуже. Если грамотно подогреть, то можно вызвать и легкую панику. Твоя помощь может заключаться в следующем – в твоих связях. Надо чтобы их перестали поддерживать, а по возможности размещать заказы у них.

– А тендеры? Как их возьмешь?

– Никита, не будем говорить о глупостях. Ты прекрасно знаешь, как их можно провести. Не там буква, например вместо кириллицы – латинская «с» и все, программа не пропустит. Вариантов много. Или дать им выиграть и не дать сырья, отказать в кредите. Итог не выполнение обязательств и попадание в «черный» список. Даже если захотят перекупить продукцию, то должны будут обратиться к «Импак». Возможностей много.

– Костя, сейчас все строже и строже. Особенно по ценам. Купить у «Импак» по более высокой цене не получится. Кто поумнее, чуть притихли. Всех денег не заработаешь, а им на жизнь уже хватит. Только глупые хватают голый крючок.

– Цена, если будет тендер, будет нормальной. Нужна лишь информация, чтобы подать в последний момент.

– Какая информация?

– Об условиях и ценах конкурентов.

– А почему ты решил, что я смогу помочь?

– Никита, я не вчера пришел в бизнес. Я тоже навел справки. Считай, что ко мне обратились, и я решил попробовать помочь. О тебе никто ничего не знает.

– Надо полагать информация о состоянии «Альянса» у тебя уже есть?

– Разумеется. Там не все уж и плохо. Действия «Импак» без поддержки из вне, могут не сработать, во всяком случае, времени потребуется больше, затрат.

Никита отпил уже остывший чай, постучал пальцем по столу, обдумывая ситуацию: – Может быть, ты расскажешь, что это за «Импак»?

– Только то, что знаю.

– Ну, разумеется, что тебе известно, – улыбнулся Никита, понимая Костю.

– Создана компания в областном центре. Капитал, откуда, не берусь сказать. Затем компания вышла на европейскую инвестиционную фирму и предложила им план развития своего бизнеса. Те, оценив ситуацию, вложили деньги. «Импак» их принял.

– Хорошие подробности.

– Что знаю, – пожал плечами Костя. – В дальнейшем на рынок стала поступать продукция по более низким ценам, чем производимая здесь.

– Открытый демпинг.

– Похоже, а дальше стали скупаться небольшие предприятия, которые не могли противостоять.

– Это не малые деньги.

– Не такие большие. Главное было им выдержать демпинговую компанию. А предприятия либо должны были закрыться, либо продастся.

– Продукция была из сегмента «Альянса»?

– Из него.

– А предприятия?

– Не все. Здесь можно было потратится только на те предприятия, которые выпускают значимую продукцию – компоненты, даже в малых долях, но влияющие на выпуск основной продукции. Как только происходила покупка, то предприятие сразу возобновляло работу. И что характерно, импортная продукция уже не могла конкурировать, цена на нее стала подниматься. Так что потребители не долго получали льготу.

– Действительно странно, что цена на импорт стала расти – вставил реплику Никита.

– Может быть, деньги кончились, чтобы удерживать цены.

– Все может быть, – поддакнул Никита. – И каково сейчас состояние «Импак»?

– Все работает.

– А иностранный инвестор?

– Ему уже вернули его инвестиции.

– Странный инвестор, уходит из прибыльного бизнеса.

– Таковы видимо условия контракта.

– А может вернуться?

Костя видел внимательный взгляд Никиты. Оба понимали все, что осталось не досказанным. А не сказано было самое главное, но оба промолчали.

– Вряд ли, – ответил Костя.

– Это хорошо. Значит «Импак» хочет монополизировать рынок.

– Этого они делать не собираются, слишком много проблем с государственными органами, а вот занять прочное, лидирующее положение – да.

– И хотят устранить «Альянс».

– Или устранить, или купить. В зависимости от ситуации. Можно купить и ликвидировать, чтобы не было у заказчиков воспоминаний.

– Разумно. Ну, а теперь скажи, мне от этого, какой интерес?

– После завершения операции – выкуп по небольшой цене 24,9 % акций.

– Хорошее предложение. А тебе их не жалко?

– Прости. А должно? – Костя понял, что Никита имеет в виду «Альянс».

– Наверное, нет. А ты стал более жестким.

– Приходится. Когда я ушел, то у меня было такое впечатление, что мне сделали операцию на горле, так что я не мог говорить, и видимо случайно задели сердце.

– Всем нам задевают сердце.

– Один старик сказал, что раны не заживают, они перестают болеть, когда остановится сердце.

– Он прав. А ты, куда уехал тогда?

– В одну из стран Латинской Америки.

– Нравиться там?

– Нравиться.

– А твои бывшие друзья навещали тебя? Они знают, что ты здесь?

– Не знают, но могут догадываться, а так приезжали, но не ко мне, к директору «Импак».

– Даже так? И каков результат?

– Никакого для них.

– Неужели они отупели от счастья владения бизнесом. Они совершили как минимум три ошибки: первая – выдавили тебя, не подумав о последствиях и расслабились, вторая – не держали на коротком поводке поставщиков, третья – приехали, показав, что испугались.

– Согласен. Так что скажешь?

– Пока ничего. Задумка интересная, но это не мое направление в бизнесе, знакомых искать надо.

– Никита, ты забыл, что я сказал, что навел справки.

– Да, помню, помню. Давай так. Позвони мне дня через три, – он чуть задумался, – нет лучше через неделю.

– Хорошо.

Никита встал и, подойдя к столу, взял визитку, вернулся, написал на обороте номер телефона и протянул Костя.

– Это мой прямой номер. Теперь все?

– Почти.

– Что еще, – Никита снова сел напротив.

– Насколько я знаю, у тебя хорошие отношения с Андреем.

– И что?

– Я тут подумал о его будущем. Он собирается поступать в медицинский. Так вот за учебу плачу я.

– Ты думаешь, я буду возражать?

– Это не все. По окончании института я хочу построить клинику, где бы он работал.

– Не слишком рано для него?

– Я не говорил, что он будет владельцем. Он будет работать рядовым, а владеть ей будем мы.

– Мы!

– Ты и я. Если он наберется опыта, тогда и передадим.

Никита наклонил голову набок: – Выглядит неплохо. Только смотрится как-то странно: бывший и настоящий мужья – совладельцы. Как-то не очень.

– Можно проще. Я оформлю долю на Настю. Это раз, и из «Импак» я фактически уйду.

– Что значит фактически?

– Либо буду числиться в штате, либо вообще покину.

– Так тебя же там нет?

– Чуть-чуть будет, если удастся операция против «Альянса». Я не альтруист.

– И куда подашься? Неужели домой к родителям?

– Нет, уеду совсем. Сейчас компанией владеет мой друг Иван Белов. А я уеду туда, откуда приехал.

– Зачем? Там же скучно.

– Я найду, чем заняться. Уйду в свой мир теней, где могу затеряться и никуда больше не пропадать.

– Не могу сказать, что я тебя понимаю, но что-то в этом есть. Может быть, я еще не созрел для этого.

– Не торопись. Вот теперь у меня все.

– Тогда звони. Думаю, вопрос решаем больше «да», чем «нет».

Костя встал, они обменялись рукопожатием, и он вышел на улицу, где солнце играло на мелких снежинках, которые лежали на тротуаре. Осмотревшись по сторонам, Костя направился к ближайшей станции метро.

Глава 12. Поддержка

После встречи с Никитой, Костя позвонил Ивану: – Я думаю, что у нас все получится, – известил он его, – встреча прошла хорошо. Как у тебя?

– Тоже не плохо. Так мелочи.

– Возвращайся во второй половине недели. Встречу можно назначать на пятницу, и дай команду, чтобы мне прислали данные, какие я сброшу тебе сегодня на электронную почту.

– Хорошо.

Костя отправился домой, скучать больше было некогда. Еще когда работа стала налаживаться, он получил доступ к базе данных «Импак». Ежедневно он просматривал данные по продажам, поставкам, анализировал состояние рынка, в том числе и зарубежного. Иногда он запрашивал данные, которые ему были нужны от аналитического отдела, который был создан. Пока все запросы он направлял Ивану, а тот пересылал ему. Как-то Иван спросил:

– Костя, а не пора перестать играть в прятки? В партизана? Может быть, уже пора сесть в рабочий кабинет и руководить? Детство какое-то.

– Детство, – согласился Костя, – но если честно, то я побаиваюсь, или, скажем, опасаюсь. До тех пор, пока обо мне не знают, я чувствую, что еще могу повлиять на развитие событий, но как только они увидят меня в компании, все может измениться. Они меня знают, знают мои возможности и могут более детально просчитывать. Ты для них провинциал, выскочка. Они пытаются просчитать твои ходы; ты для них темная лошадка и что ты выкинешь им не известно. А это плюс. Кто у тебя за спиной не известно, а неизвестность пугает. Да и кто знает, что у них может быть на уме, если я себя выдам.

– Думаешь, могут пойти на крайность?

– Не знаю, но исключать нельзя, в отличие от меня ты их не знаешь, да и глупо тогда все, зачем было начинать. Думаешь, мне самому не надоело? Мне было бы легче вместе с тобой вести дела, переговоры, но как уже сказал – опасаюсь открываться. Надо еще подождать. Да ты и сам неплохо справляешься.

– Но стратег-то у нас ты?

– Научишься, я еще пока здесь…И еще. Наверное, это глупое мальчишество, но во мне еще живет дух артистизма. Хочется под занавес произвести эффект. Это будет сильнее всяких экономических тонкостей, это будет последний удар. Хочется его нанести.

– Как знаешь, – ответил Иван.

Выходные Костя провел с сыном. Они гуляли по городу, ходили в музеи, на выставки, вечером пошли на концерт. Уже в воскресенье, когда такси остановилось около дома, где сын жил с матерью и Никитой, Андрей сказал: – Спасибо, пап. Все было здорово.

– Тебе спасибо. Ты извини, что я так долго пропадал, обещаю, что такое не повторится. Я опять уеду, но не пропаду. Ты приедешь ко мне, я буду звонить, и приезжать. Но еще до отъезда увидимся.

В будние дни Костя продолжал работать над цифрами. Через неделю он позвонил Никите.

– Ну, что, дело будет сдвигаться, – сообщил тот Косте.

– Это радует.

– Завтра жду у себя в десять. Подойдет?

– Буду.

На другой день, Костя, проделав тот же маршрут, десять часов входил в кабинет Никиты. Никита встретил его более дружелюбно, и они снова расположились за столом напротив друг друга. На Никите был темно-серый костюм, белая рубашка, галстук голубого цвета, чего нельзя сказать о Косте, он был в джинсах и пуловере.

– Чай, кофе? – предложил Никита.

– Спасибо, не хочу.

– Тогда к делу. Я смогу тебе помочь. «Альянсу», потихоньку перекроют кислород в бизнесе. Резко этого делать нельзя, все-таки рынок, да и надо придержать тех, кто за ними стоит, кто прикормлен.

– Мне надо будет заплатить?

– Нет, рассчитываться буду я. А ты со мной рассчитаешься.

– Что теперь требуется от меня?

– Расписка, что ты передаешь мне обещанное.

– Оформлять будем у юриста?

– Нет. Напишешь расписку в присутствии свидетеля, юриста по образованию, он и будет передавать тебе нужную информацию. Сам понимаешь, знакомить тебя с людьми, к которым я обратился, не входило в договоренность.

– Мне этого и не надо. Если ты согласился, значит, у тебя есть интерес, ты сам проконтролируешь ситуацию. Зови юриста.

Никита подошел к телефону и, набрав номер, произнес: – Зайди ко мне, – а затем вернулся.

– За какое время хочешь управиться?

– Хочу к лету. Устал я.

– Понимаю, нервы, небось, натянуты.

В дверь постучали, и вошел мужчина, лет сорока, высокий, худой.

– Познакомьтесь, это Николай, а это Константин. Присаживайся, – обратился Никита к вошедшему. – Ты принес текст расписки?

– Да, – Николай достал из папки, что принес с собой, листок, и протянул Никите. Тот, пробежав его глазами, передал через стол Косте.

Костя начал внимательно изучать документ, и ознакомившись с ним, он вернул его Никите: – Этот вариант не пройдет.

– Что в нем не устраивает?

– Обрати внимание на фразу «после ухода с рынка продукции «Альянса» или его ликвидации». Я буду обязан тебе продать 24,9 % акций «Импак». А теперь давай представим. «Альянс» ликвидируется, но перед этим переводит свои активы на другую компанию. Согласно, этого документа ты свои обязательства выполнил, но мне то, что от этого? «Альянса» нет, он ушел – юридически, а фактически?

– Что предлагаешь?

– Изменить формулировку. «После распродажи основных активов «Альянса» подконтрольным компаниям «Импак» или приобретения компанией «Импак» 76 % акций «Альянса», – далее по тексту.

– Понял. Активы распродаются. Даже если какая-то часть и приглянется кому-то, то собрать все воедино сложно и затратно, а у самих у них средств нет, кредит им не дадут. Приобретение 76 % акций дает право провести собрание с одним вопросом – ликвидация «Альянса» Так?

– Именно.

Никита посмотрел на Николая.

– Я думаю, что это можно, – ответил тот, поняв взгляд Никиты.

– Тогда я согласен, но у меня вопрос, Где твое право распоряжаться «Импак»?

– Я ждал этого еще в прошлый раз, – Костя достал из портфеля расписку, которую они составили у нотариуса, и показал ее Никите. Тот вместе с Николаем прочитал ее.

– Теперь я спокоен. Значит один акционер со стороны, уже будет, кроме меня.

Далее они поработали над текстом, и Костя написал расписку.

Придя домой, он оценивал в очередной раз сделки, что совершал за последние месяцы. Все, что он вложил в «Импак» были не такие уж малые средства. Но он отдавал доли в уставном капитале, а активы «Импак» значительно выросли, конечно, вместе с ним росли цены на акции. Но в последнее время «Импак» проводил сделки самостоятельно, за счет собственных средств. Костя не считал вложенные средства потерянными. Любые вложения в бизнес, если грамотно работать окупаются, не надо только рассчитывать на быструю отдачу. Он знал, что делал, да его доля будет составлять более 50 %. Он знал, что вернет все затраченное. И жила в нем все-таки мысль, что он платит за месть, хотя сам, ранее, не признавался себе в этом. За моральное удовольствие тоже надо платить.

– Иван, когда у тебя встреча? – позвонил он.

– Завтра в двенадцать.

– Приезжай ко мне сегодня вечером, обсудим.

– Хорошо.

Около семи, приехал Иван; Костя сварил кофе, и они сели на кухне.

– Как поездка? – поинтересовался Костя.

– Хорошо. Есть вопросы, но это текущие моменты. Тебе рассказать?

– Потом, для общей информации. Как дома?

– Дома все хорошо. Я, конечно, соскучился по ним.

– Чуток подожди, да и детям учебный год надо закончить.

– Вот так я, примерно, им и сказал.

– Завтра, – перешел к вопросу встречи Костя, – я буду в соседнем кабинете. У тебя микрофон еще остался?

– Да, я не убирал.

Еще когда они арендовали помещение, в кабинете Ивана был установлен скрытый микрофон, а в соседнем кабинете можно было слышать, что говорят. Вход в тот кабинет был как из кабинета Ивана, так и из коридора. Это было место Кости, когда ему надо было услышать, как идут переговоры.

– Ты не хочешь появиться?

– Не в этот раз, но в следующий раз время придет.

– Что задумал?

– Я не задумал, я предпринял, – и Костя рассказал о своей встрече, не называя Никиту. – За помощь он получит 24,9 % акций «Импак», так что будет еще один акционер. Это серьезный, умный человек, у него крепкий бизнес, но сам понимаешь, что бизнес лишним не бывает.

– Тебе виднее.

– Поэтому сильно деньги не трать. Либо они продадут свои акции, либо распродадут активы.

Они просидели часа два, обсуждая возможные варианты хода переговоров, и Иван ушел.

В одиннадцать часов Костя сидел в комнате, смежной с кабинетом Ивана.

– Готов? – Спросил он Ивана.

– Всегда готов, – смеясь, ответил тот.

– Вот увидишь, они будут угрожать.

– Зная, что дальше, я чувствую себя увереннее.

К двенадцати часам приехали гости. Костя сидел с наушниками и слышал разговор.

– Присаживайтесь. Кофе, чай, вино, виски? – предложил Иван.

– Не сейчас, все будет зависеть от результатов переговоров, – ответил Степан.

– Я слушаю.

– Мы вынуждены признать, что недооценили вас, – сказал несколько напряженным голосом Степан. – В ту, нашу первую встречу, вы показались нам выскочкой, прыщиком, который мы сможем удалить.

– Не все прыщики удаляются, иногда они мешают человеку всю жизнь, – ответил Иван.

– Возможно. Мы предлагаем вам поделить рынок сбыта продукции по регионам и предприятиям. И чтобы не было метания заказчиков, держать примерно одинаковые цены. При этом не продавать продукцию не в свой регион.

– Примерно похожий вариант вы предлагали ранее, правда тогда хотели еще взять от нас кусок пожирнее. А вообще это уже сговор.

– Мы отказываемся от своих прежних требований.

– Я думаю не отказываетесь, а вынуждены отказаться, чтобы сохранить хотя бы что-то.

– Пусть так. Что касается сговора, да назовите, как хотите. Почти все так работают. Мир поделен.

– Не спорю, но мне это не интересно.

– Почему?

– Я не хочу участвовать в сговоре, чтобы потом не попадать под санкции антимонопольного комитета.

– Так мы ничего и не подписываем, доказать практически не возможно.

– Зато нервы помотают.

– Так это бизнес, вы, что не знали, что здесь не всегда играют по правилам и в первую очередь государство?

– Я знаю, что играть с государством бесполезно. Оно меняет правило до тех пор, пока не выиграет. Но моя компания развивается и зачем о чем-то договариваться? Смысл?

– Смысл есть. Я уже упомянул, что в прошлый раз мы недооценили вас. Это была наша ошибка.

– Грубая, – перебил Иван.

– Пусть грубая. Надо было уже тогда начать обсуждать тему деления рынка.

– Это ничего бы не изменило.

– Как знать, я думаю, что не открою секрета, что мы проверяли вас, откуда вы взялись.

– И что нашли? – в голосе Ивана звучала ирония.

– К сожалению, ничего существенного. Вы возникли из ниоткуда, вместе со своим капиталом. Есть у нас подозрения, откуда у вас капитал, откуда вы так хорошо знаете рынок, но пока наши подозрения не нашли подтверждения.

– Стоит ли тратить время? Есть много мест, где можно спрятаться. Но оставим мое темное прошлое. Надо полагать, вы и органы подключили.

– Не важно, кто занимался сбором информации.

– Или поиском компромата.

– Или его. Но я все-таки вернусь к теме беседы. Да, вы потеснили нас и чуть отхватили кусок.

– Ошибочка. Чуть, чуть – это теперь у вас. У вас же проблемы с получением сырья, а значит и выполнением обязательств по своей продукции. Вам стало трудно конкурировать с нами.

– Трудно не значит не возможно.

– Согласен. Вы что принесли мне карту деления регионов?

– Не так сразу. Интересует принципиальное согласие.

– Согласия не будет.

– Вы хорошо подумали? Я предлагаю не торопиться, а спокойно обдумать наше предложение, а потом встретиться.

– Я повторюсь, мне это не интересно.

– Не думаете ли вы, – вступил в разговор Евгений, – что если вы отхватили у нас кусок, то мы повержены? Не подавитесь. У нас еще есть возможность прогнуть вас. Не вам объяснять, как можно закрыть компанию. У государства много надзорных органов, а уж указов и законов не счесть, и в них всегда есть лазейки. Они и оставлены, чтобы воспользоваться, когда надо. Есть люди, которые с удовольствием займутся вашей организацией.

– Я думаю, что удовольствие они получают в другом месте и другим способом, на полученные от вас премии, но я переживу.

– Не говорите так, вы не знаете, что вас может ожидать.

– А вы знаете, что вас может ожидать?

– Что вы имеете в виду? – спросил Степан.

– Ничего конкретного, все под Богом ходим, а он своими планами не делится. Или у вас есть с ним договор?

– Не ехидничайте. Все-таки подумайте.

– О чем? Если хотите себя успокоить, что я взял время на раздумье, то пусть будет так. Приходите, поговорим, но это не значит, что я изменю свое решение.

– Мне сейчас жаль, – снова вступил Евгений, – что мы вас после первой встречи не прихлопнули. Надо было бы тогда вас закрыть.

– Это угроза?

– Нет, лишь сожаление о не сделанном. Так что скажете?

– Я свое мнение сказал, ваше предложение меня не интересует, но знаете… – Иван сделал театральную паузу. – Если вы надумаете продать активы или свои акции, я, пожалуй, соглашусь это обсудить.

– Ну, вы наглец, – сказал Степан. – Ладно, разговор не получился. Мы вас предупредили, не удивляйтесь, потом и обижайтесь на собственную глупость, которая победила разум.

– Да, иногда она побеждает, но поверьте не в данном случае. Я тоже ошибаюсь, как и все, как и вы. Глупость и разум живут рядом, и между ними постоянно идет борьба.

– Пошли, Евгений, – предложил Степан, – оставим этого философа. Ему место в бочке, как и древнему Диогену.

– Там тесно, – заметил Иван.

– Вас ожидает тоже.

Послышался шум шагов.

– Про мое предложение не забудьте. Приходите.

Это была последняя фраза, что слышал Костя, а затем послышался звук закрываемой двери, и он снял наушники. Вошел Иван.

– Ну как? – спросил Иван.

– Неплохо.

– Знаешь, когда чувствуешь поддержку, это придает уверенность. Если бы я не знал всего, что будет, я бы согласился.

– И зря.

– Почему?

– Они бы тебя и сдали, а уж тогда точно пришли бы надзиратели.

– Что теперь?

– Что теперь? Работать еще больше. Выдавливать их, копить деньги.

– Это понятно.

– Ну, а если понятно, тогда остается одно – вечером посидеть и отметить маленькую победу. Посидим?

– С удовольствием.

– Тогда давай у Филиппа.

Затем они обсуждали текущие дела. Иван рассказал о поездке, Костя запросил необходимые ему данные. Через пару часов они расстались, чтобы встретиться вечером.

Глава 13. Последний удар

Прошло несколько недель, наступила как всегда долгожданная весна. Солнце начало прогревать землю и веселые, радостные ручейки потекли по улицам. Настроение у Кости было радостное, светлое сродни погоде. Соглашение, заключенное с Никитой, начало приносить плоды. В один из дней, Косте позвонил Николай, юрист Никиты.

– Константин, надо встретиться.

– Где? Когда? – Не стал вдаваться в подробности Костя, понимая, что значит так надо.

– Предлагаю в кафе «Русская кухня», что не далеко от нашего офиса.

– Да, я видел, когда приходил к вам.

– Тогда через час.

К назначенному времени, Костя вошел в кафе, осмотревшись, он увидел сидящего Николая, и направился к нему. Они заказали кофе.

– В ближайшие дни к вам нагрянет проверка из одного ведомства, сообщил Николай.

– Что хотят?

– Как всегда закрыть бизнес, найдя нарушения.

– Найдут?

– Нет. «Альянс» начал предпринимать военные действия против «Импак». Ваша задача не пугаться и не предпринимать никаких ответных действий, а ждать. Проверяющие ничего не найдут, во всяком случае существенного.

– Они об этом знают?

– Конечно. Указания даны. Мы посчитали, что заблокировать саму проверку не очень хорошо. Это сразу насторожит и даст возможность искать иные пути. К тому же к тем, кто отдал указание, тоже имеются претензии. Таким образом, не пугая «Альянс» противодействием, выигрываем время. Возможно, проверяющие будут несколько резковаты им даны жесткие указания, но старший знает, что это игра. На основании этого к чиновникам тоже будут предъявлены обвинения в превышении полномочий, там остались следы, по выполнению ими заказа. Так как практически ничего не найдут, те, кто отдал команду, сами на крючке. Вероятнее всего их либо переведут, либо вообще уберут, выбив из-под «Альянса» почву. Там своя игра между чиновниками.

– Согласен, ход более дальновидный и получается, наши интересы совпали с чьими-то еще, чтобы освободиться от тех, кто не угоден.

– Именно так. Следующее. В ближайшие дни, будет объявлен тендер. Цену, что даст «Альянс» я вам сообщу. Далее сами знаете, как себя вести.

– Спасибо.

– Если будут новости, я вам сообщу. Предпочитаю лично, не по телефону. И последнее. «Альянс» кредитуется в «Геобанке».

– Это мне известно.

– Попробуйте поговорить с руководством. Время удачное.

– Сам я не встречался с руководством банка, меня там не знают, согласен, пора перекрывать кислород и там.

– Теперь у меня все. У вас есть вопросы?

– Нет. Прощаемся, – и Костя вышел из кафе. По дороге, он позвонил Ивану, чтобы тот приехал к нему. Когда Иван приехал, Костя рассказал ему о том, что следует ожидать и как себя вести.

– Проверка практически ничего не выявит и это их насторожит. Возможно, позвонят, но не встречайся, будем дожимать. Завтра позвони в «Геобанк» и договорись о встрече. Меня там не знают, поэтому поедем вместе.

На следующий день Иван договорился о встрече в «Геобанке» и во второй половине дня они входили в кабинет президента банка, Семена Георгиевича Найденова. Из-за стола им навстречу вышел мужчина за пятьдесят, полноватый, небольшого роста. На вид очень добродушный, но Костя понимал, что на таких должностях не бывает добродушных людей. Внешность обманчива. С мягкой улыбкой он произнес:

– Прошу проходите. Кто из вас Иван Николаевич Белов?

– Я – ответил Иван, – а это мой помощник – Константин Сергеевич.

– Фамилия не Станиславский?

– Нет, но постановку организовать думаю смогу, а уже сказать знаменитое «не верю» – легко.

После того, как они обменялись приветствиями, сели за стол переговоров, Семен Георгиевич спросил:

– Что столь уважаемую компанию, привело к нам?

– Судя по тому, что вы сказали уважаемую, то значит, навели справки. А цель проста – установить сотрудничество.

– Мы всегда рады новым клиентам. В чем выражается сотрудничество?

– Возможно, откроем счет в вашем банке.

– Слово «возможно» предусматривает какое-то условие.

– Правильно, и оно есть.

– Я весь во внимании.

– Мы работаем на одном поле с компанией «Альянс», которую вы кредитуете. В настоящее время данная компания теряет свои позиции. Мы навели справки о вашем банке и пришли к выводу, что будет жаль открывать счет в банке, у которого могут возникнуть проблемы с невозвратом кредита.

– Вы в этом уверены?

– Предполагаем, – уклончиво ответил Иван, – иначе бы не пришли.

– Спасибо за заботу, но у нас есть залог. Иначе ни один банк не работает.

– Семен Георгиевич, – вступил в разговор Костя, – залог, как бы он не перекрывал кредит, надо реализовать. Залог в виде недвижимости и прочих подобных активов – формальность, требование законодательства, иначе вообще некому давать кредиты будет. Вы что сумеете его реализовать? Сомневаюсь. Покупателей не много.

Семен Георгиевич был опытным финансистом, и не глупым человеком, он понял, кто из этих двоих главный: – Да, это сложная операция. Так вы полагаете, что если возникнет такая угроза, то продать трудно?

– Трудно. Но продать можно, важно по какой цене. Знаете, мне что-то подсказывает, что велика вероятность, что покупателем можем оказаться только мы.

– А это что-то не подсказывает вам, какие обороты вы собираетесь пропускать через счет в нашем банке?

– Нашептывает, – и Костя написал на бумаге цифры.

– За год?

– Обижаете, за квартал.

– Хороший у вас советник в голове. Нам надо подумать.

– Конечно, время еще есть. А мы подумаем, какова может быть цена. Да и согласитесь, что просто уберечь от ошибок, тоже чего-то стоит.

Они попрощались и вышли из банка. Приехали они в банк на машине Ивана, который сам был за рулем.

– Тебя куда? – спросил он Костю.

– Домой.

Машина ехала по улицам вечернего города. Рабочий день закончился, погода давала возможность прогуливаться, наслаждаясь теплым вечером, чем и воспользовались горожане. Костя смотрел за окно и молчал. Ему хотелось просто наблюдать за мелькающими сюжетами города за окном, и снова захотелось уехать.

– Думаешь получиться? – нарушил молчание Иван.

– Получится, – вздохнув, ответил Костя. – Он быстро все понял.

– А не передаст?

– Он не глуп. Такие вещи не говорят. Мы дали ему повод задуматься, с кем он будет дальше работать. Не забудь открыть счет, проводи операции Иваньковского завода через него.

– Но это меньше чем ты написал.

– Вань, он все примет. Если сначала будет намекать, что обороты меньше чем говорили, то скажи, что мы уберегли его от потерь. Наша информация стоит приличных денег. Он не глуп. Давай помолчим, не хочется ничего обсуждать.

Костя действительно не хотел ничего обсуждать, он хотел посидеть в тишине, читать книги, смотреть телевизор, гулять по улицам. Но вместо этого сидел над таблицами, рисовал схемы. Он понимал, что наступает решающий момент и это потребует большей концентрации внимания.

Уже около дома, Костя, повернувшись, к Ивану сказал:

– Завтра проверка. Мне ничего не присылай. Никакой связи по электронной почте.

– Хорошо.

Следующий день Костя провел в очередной обработке данных. Чтобы развеяться, он сходил в кафе, где отвлекаясь, наблюдал за посетителями, но мысли не отпускали его.

Через три дня позвонил Иван и сообщил, что проверка была, ничего не изъяли, а по результатам мелкие прегрешения.

– Как думаешь, позвонят? – задал он вопрос Косте.

– Раньше считал возможным, теперь думаю, что нет. Им нечего сказать. Потом обязательно.

Последующие дни принесли первые плоды. Николай сообщил цену «Альянса» по одному из тендеров. «Импак» держал интригу до последнего и дал свою чуть ниже, чтобы конкуренты не успели изменить свою.

Время шло, пролетели еще два месяца. За это время «Альянс» проиграл еще несколько тендеров. Сотрудники «Импак» чаще стали ездить к заказчикам, в том числе и потенциальным. «Альянс» терял свои позиции; когда он обратился в банк, то компании отказали в кредите. Обращение в другие банки не дало результатов, – банковское сообщество может быть единым, когда им это выгодно. На горизонте «Альянса» замаячило банкротство, а «Импак» набирал обороты. Компания стала уже на слуху.

В один из последних дней весны, Иван позвонил Косте и известил, что Степан просит о встрече. Костя это сообщение принял очень спокойно, даже несколько равнодушно.

– Вот теперь все.

– Ты что не рад?

– Как ни странно, радость с примесью грусти.

– Не понял.

– Почти год я жил идеей о поглощении и разорении «Альянса». Все что мог направил на достижение этой цели. Теперь цели почти нет. И стало грустно.

– Наметь другую цель?

– Наметить можно, но захочется ли к ней идти.

– Что за настроение! Тебе нужен отдых.

– Это и так ясно, но позже. Я буду на переговорах.

Когда Степан с Евгением вошли в кабинет Ивана, тот предложил:

– Хотите выпить?

– Не откажусь, – ответил Степан, Евгений присоединился. Сидя со стаканами в руках они расположились напротив Ивана.

– Какова цель визита?

– Извечный вопрос. Кто вы Иван? – грустно спросил Евгений. – Ну не верим мы, что вот так можно захватить рынок. Сказок, увы, не бывает в реальной жизни. Вас проверили – чисто. Кто отдавал указание о проверке, уже не работают. Тендеры вы выигрываете. Я думаю, в том, что нам отказали в кредите – ваша заслуга. Откуда у вас, провинциального человека такие возможности? Вы в прошлый раз упомянули про договор с Богом, так может быть он у вас на руках, а не у нас?

– Не будем упоминать Бога в суе. У него и без меня забот хватает. Я не собираюсь подставлять вам свою грудь, чтобы вы могли в нее поплакать.

– На это не рассчитывали. Но к теме. Когда мы в прошлый раз уходили, вы упомянули что можете подумать о покупке у нас активов или акций. Мы пришли обсудить такую возможность.

– Время прошло. Раньше было проще.

– Но активы стоят денег.

– Согласен, но каких? Не надо выдавать желаемое за действительное? Сколько вы хотите?

Евгений назвал цифру, которая исчислялась с семью нулями.

– В рублях?

– В долларах.

– Вы не больны?

– Это нормальная рыночная цена, – сказал Степан.

– Здесь не рынок, – услышали они за спиной голос и повернулись. Возле боковой двери стоял Костя.

– Такая мать! – только и вымолвил Степан. – Так это ты?

– Нет, моя голограмма, – ответил Костя, и прошел к столу, захватив по пути стул, который поставил со стороны Ивана и сел. – А вы что хотели? Впарить залежалый товар.

– Значит за всем этим все это время стоял ты, – не слушая, что сказал Костя, выдавил из себя Степан. Евгений просто молчал. – Мы догадывались, но были сомнения, о тебе ничего не было известно, с тех пор как ты уехал. Этот, – Степан махнул рукой в сторону Ивана, – не смог бы так провести операцию Ты стоял у истоков, ты знал нюансы бизнеса. Ты много знал о нас. Ты, как тень, маячил за всем этим, за ним, его действиями.

– Верно Степа, я его тень, я тень вашего прошлого, вернее нашего общего. Я был тенью, только вы этого не замечали. Вы же думали, что удалив меня, будете почивать на лаврах и вам было невдомек, что бизнес это работа каждый день. Вы уперлись в скалу, которую надо покорять ежедневно, карабкаясь вверх, а сверху летят камни. Тень, всегда поднимается с человеком, замер, остановился – остановилась и она. Но вы тупо и стояли перед скалой вопросов, проблем. Так вяло шевелились иногда. Иначе не допустили бы того, что я сделал с вами. Что вы сделали за это время? Считайте, что я, как тень, распластался на скале и наблюдал. Я всегда был рядом с ним, и вы это чувствовали.

– Ты все это время жил местью!

– Не обольщайся. В мире много куда более интересных вещей, чем думать о вас. За это время я научился по-другому смотреть на мир, я понял, что можно жить и выстраивать бизнес иначе. Так, что не тешь себя иллюзиями, что я появился из мести. Я вернулся, чтобы поправить то, что наломал сам. То, что вы обо мне не слышали, это не значит, что не слышали другие. Я знал достаточно, чтобы предпринимать шаги. Но не стоит тратить время. Я сказал, что здесь не рынок, то, что вы хотите, здесь вам не дадут. Сколько вы сейчас стоите, я знаю. Всё хватит дебатов. Ваши физиономии вызывают у меня аллергию.

Костя вынул из кармана бумаги и рассказал своим бывшим партнерам о состоянии их компании.

– Короче, – сделал он вывод, – ваша компания стоит на 70 % дешевле того, что вы запросили.

– Ты в своем уме?

– Именно в нем я и пребываю. Никто не купит кроме нас.

– Ты в этом уверен?

– Сейчас да. Только мы, ну разве мелочь какую кто иной купит. Кто захочет выстраивать новый бизнес на этом поле?

– Ты ушел с другими средствами.

– Я не ушел, меня ушли, но я оказался умнее вас тогда, как и сейчас. Я сумел себя обезопасить. Вы этого не умеете. У вас мозги плохие, прогнили. Сняли ваших заступников.

– Твоя работа.

– Нет, я к этому не прикасался, но наши интересы совпали в интересами других людей. Оставим дебаты. Активы я покупать не собираюсь. Я предлагаю вам продать акции, что дальше не ваше дело.

– Что дальше и так ясно.

– А раз ясно, то нечего обсуждать. Пособие по безработице получите у государства. Я назвал цену, другую не дам. Это сегодня. Завтра цена будет ниже и так каждый день. Вы владеете 75 % акций, остальное мы докупим. Все Иван, аудиенция закончена. Пусть думают. Что сидите? Идите.

– Ты дьявол Костя. Мы с тобой так не поступили, – сказал Евгений поднимаясь.

– Только потому, что не смогли. Но если мне удалось предстать перед вами дьяволом, значит, все было не зря, – улыбаясь, ответил Костя.

Когда посетители ушли, Иван спросил: – Продадут?

– У них есть вариант стоять на вещевом рынке и продавать с лотка. Продадут. Пойдем-ка Иван по компании, пора знакомится с персоналом и увидеть знакомые лица, кого ты переманил.

Глава 14. Итог

Последующие события происходили как на экране при ускоренном просмотре. Акции «Альянса» выкупили на условиях Кости. Он свои обещания тоже выполнил, передав пакеты акций Ивану и Никите. Ивану он сказал:

– Вот теперь ты полноправный собственник крупного бизнеса.

Он пригласил для встречи и Никиту, где познакомил их, там и, сообщив, что устал за год и уедет, но не бросит. Он рекомендовал Никите Ивана, как грамотного менеджера.

В общем, каждый получил все, что хотел.

– Надо же, прошел год, как я здесь появился, – философски заметил Костя, они с Иваном сидели в ресторане у Филиппа. – А столько изменений. Даже самому не верится, что все удалось.

– Это была большая авантюра. А что если бы не удалось?

– Да это была авантюра, признался Костя. – Но ничего кроме материальных и моральных потерь не ожидалось. Я бы уехал и все.

– А теперь когда уедешь?

– В ближайшее время. Текущие дела идут, все отлажено. Стратегия на ближайшее время выстроена. Надо будет, напишешь, позвонишь, я буду появляться здесь.

– Я думал, ты еще поживешь.

– Иван, все закончилось два месяца назад. Я и так задержался, конец лета…Ты теперь доволен, что и семья рядом?

– Еще бы. Теперь у меня и работа интересная и семья рядом. Я даже не знаю, как тебя благодарить.

– Сохрани компанию.

– Сделаю все, что смогу.

– И!

– И даже больше, – смеясь, продолжил Иван, поняв Костю. – Ты к родителям поедешь?

– Обязательно, возможно даже завтра. Пора закрывать этот этап моей биографии.

– У тебя, Костя, очень запутанная биография, но не знаю на радость или на беду, но дело в том, что ты меняешь биографии других, и что странно они с этим согласны.

Костя сидел в это время и смотрел за окно на улицу, по которой проезжали машины, не торопясь проходили люди, наслаждаясь вечером. Солнце уже коснулось крыш домов и еще отражалось в окнах зданий, стоящих напротив. Услышав сказанное, он повернулся:

– Наверное, есть в твоих словах доля истины. Во всяком случае, в близком моем окружении эти изменения заметны. Да и сам я стал другой.

– Я это вижу. Когда будешь уезжать на отдых, позвони, я провожу.

– Из вежливости?

– Костя!

– Да, ладно знаю всё. Позвоню. Знаешь, Иван, побыть один хочу. Ты иди. Привет супруге, а я еще посижу.

– Тебе же пусто и тоскливо одному будет. Тебе уже сейчас нужна цель, чтобы не пропасть.

– Не пропаду. Поищу в одиночестве цель.

– Да, прежде чем уйду, оставив тебя наедине. Ты помнишь ту, свою родственницу, Катю?

– Помню, а с чего такой вопрос?

– Да тут начальник отдела бывал у них на предприятии в командировке и влюбился.

– Этого еще не хватало? Женат?

– Нет.

– Тогда это не мое дело. Мне не нравится, когда в компании, из личных отношений разбиваются семьи. А так мне все равно.

– Понимаешь, он просит перевести ее сюда.

– Вань, это твои дела. Я-то здесь при чем? Найди ей работу, пусть живут, радуются, только разведи их по разным отделам.

– Договорились.

– Тогда зачем меня спрашивал?

– Ну, это же «твоя родственница»

– Иван, не приплетай то, чего не было. Разговор это еще не личные отношения. Зачем мне чужие личные проблемы, мне бы со своими разобраться. Ты директор компании, вот и решай.

Иван не стал настаивать и, попрощавшись, вышел. Оставшись один, Костя просто смотрел за окно. Ему нравилось наблюдать за течением жизни большого города. Через полчаса он поднялся и зашел к Филиппу, попрощался и напомнил, что ждет его в гости, затем вышел на улицу.

Возле входа стояла машина, из которой вышел Семеныч, – служба охраны, водитель остался за рулем.

– Езжайте домой, я прогуляюсь.

– Нет, Константин Сергеевич, не положено.

– Да на черта мне ваша охрана. Кому я нужен кроме вас? Иван, наверное, распорядился.

За прошедшее время, Косте, занявшему должность председателя правления компании, выделили машину, охрану. Особых плюсов он в этом не видел, самолюбием не страдал в таких вопросах, но так было положено, особенно если учесть, что в городе жили обиженные им люди.

– Я понимаю вас, а вы поймите меня. Я хочу побыть один, пройтись по улицам, посмотреть на девушек… Нет пора уезжать, там я точно никому не нужен. Езжайте. Да, Семеныч, пусть завтра зарезервируют мне билет. Домой слетаю, к родителям. Вот вам поручение. Все, до завтра, – и он пошел вдоль переулка.

Костя вышел на центральную улицу, где было значительно оживленнее. Он с удовольствием рассматривал прохожих, улавливая отрывки разговоров. Пожилая пара, которую он догнал, шла не торопясь.

– Миша, ну что ты вертишь головой. Смотри лучше под ноги, чтобы не споткнуться, они у тебя больные…Да под ноги, а не на ноги молодых девушек.

– Маша, не надо делать из меня инвалида, пока у меня еще есть глаза, я должен замечать прекрасное.

– Я свожу тебя в музей.

– Там, Маша, красота искусственная, а здесь природная.

– Да. Твою природу, как и породу уже не исправишь.

Костя обогнал их и пошел дальше. Его обогнали три девушки: молодые стройные, в коротких платьях.

Прав этот Миша, природу не заменишь, как и породу. Вспомнив про породу, он достал телефон, и позвонил:

– Просьба у меня к тебе, позвони…Да, ты правильно понял… За что и ценю, за понятливость.

Убрав телефон, Костя остановился, осматриваясь, чтобы определиться, где ближайшая станция метро. Брать такси не хотел, метро быстрее.

Войдя в квартиру, он сразу направился в душ, в метро было жарко, и он даже пожалел, что не поехал на такси. Выйдя из душа, он чувствовал себя легко, прошел в комнату, достал дорожную сумку и стал складывать вещи, чтобы завтра поехать к родителям.

Раздался звонок в дверь, открыв ее он, увидел женщину, которая улыбалась, – это была Татьяна. Выглядела она, как всегда изумительно. Она поцеловала его и прошла в комнату, где увидев сумку, спросила:

– Собираешься? Всё, спектакль закончен?

– Да, занавес опустился, и зрители, собирая вещи, расходятся по домам.

– Уезжаешь?

– Сначала к родителям, а потом к себе.

– И после того, как из театра вышел, тебя снова заела тоска? – Татьяна села на диван и ее красивые ноги еще больше обнажились.

– Захотелось тебя увидеть.

– Я должна спросить зачем?

– Например, поговорить о людях, с точки зрения психологии.

– Филипп сказал, – сделала она вывод, но не обиделась, – И как? До, после или вместо?

Костя сделал задумчивое лицо, пытаясь придать ему серьезный вид:

– Думаю все-таки после того.

– Кто бы сомневался, я уж точно нет.

– Здесь мы единомышленники.

Голова Татьяны лежала на плече Кости. В комнате царил полумрак, солнце уже зашло, и лишь ночник освещал комнату.

– Ты совсем уезжаешь?

– Во всяком случае, надолго. Буду приезжать, но редко.

– Тоска тебя уже оставила?

– На время. Я сделал все, что наметил, и образовалась пустота. Надеюсь временно.

– Хорошо, когда цель достигнута.

– Да, но надо искать другую.

– Что ты натворил?

– Почему натворил? – удивился Костя.

– Ты относишься к тем людям, которые всегда идут прямо к цели, а значит, по пути возможны разрушения.

– Нет, путь был извилист, но разрушения есть: я разорил одну компанию, создал и поднял другую. Теперь мне даже приставили охрану. Но было интересно жить в этот период.

– Уезжаешь за новыми идеями.

– Уезжаю за собой. Там я чувствую себя свободным.

– А здесь скован?

– Дела, дела, дела.

– Не знаю, что ты и как делал, но видимо, ты должен был через это пройти. Эта потребность действия жила в тебе и если бы не приехал, то там она тебя бы глодала изнутри.

– Психолог, – заметил Костя.

– Сам сказал, что после того!

– Так еще ничего не закончилось, – и он повернулся к Татьяне, обняв ее.

Затем они сидели на кухне, и Татьяна отпивала чай:

– Если бы не ты, я бы не поехала, отказалась. Но Филипп знал, что не откажу.

– Почему?

– Не спрашивай, не отвечу. Речь не идет о любви, но откровенной быть не хочу. Зачем тебе моя откровенность? Ты же увезешь ее с собой, а я не хочу ее отпускать. Пусть останется со мной. Тебя там ждут?

– Не знаю.

– Ты так и не позвонил ни разу?

– Ни разу. Позвоню перед отъездом.

– Боишься?

– Наверное. Когда буду знать, что точно уезжаю, то решение менять не буду, а так вдруг услышу что-то неприятное, и передумаю.

– Мне пора, – сказала Татьяна, вставая со стула.

– Ты на машине?

– Да, люблю ездить сама.

– Не устала?

– Устала, – кивнула она, – но это приятная усталость, и не хочется, чтобы в машине был еще кто-то, даже водитель. Я могу побыть сама с собой.

– Я… – начал Костя, но Татьяна его перебила, – не надо. Не порть мне вечер, который доставил удовольствие. Я же сказала, что не поехала бы, если бы не ты.

Оба поняли друг друга. Никаких расчетов, никаких обязательств. Просто встреча наедине мужчины и женщины.

Уже около двери, она поцеловала его в щеку: – Пусть билет принесет тебе удачу, – и вышла.

Костя вернулся на кухню. В голове вертелись мысли относительно сегодняшнего вечера. «Ну что Костя, теперь все счета закрыл? Ты же мог позвонить Кристине сегодня. Пусть раньше ты решал вопросы, но сегодня? Ты не захотел, потому что боялся, что если позвонишь, то вдруг окажется, что там никого нет, или тебя не ждут. А если все иначе, ты не встретишься с Татьяной, а встретиться с ней ты хотел. Вот потому и молчал. Да, хотел, – ответил он своему собеседнику. – Пусть так. Но теперь это уже в прошлом».

Утром он проснулся бодрым, собрал остатки вещей и днем улетел к родителям, где провел несколько дней, а затем вернулся в Москву.

Вот тогда, Костя позвонил в свой дом, с учетом разницы во времени. Трубку сняла Кристина.

– Привет, это я Костя.

Наступила долгая пауза.

– Кристина, ты меня слышишь? – забеспокоился он.

– Ты почему не звонил? Чего я только не надумала.

– Не хотел тебя беспокоить.

– Иногда мне хотелось тебя убить.

– Хорошо, что меня не было рядом.

– Это тебя и спасло. Ты думаешь, молчание приносит успокоение?

– Теперь уже не думаю. Я скоро приеду. Ты будешь дома?

– Да, я буду дома, как всегда за этот год.

– Прости и подожди еще чуть-чуть.

– У меня нет выбора, я его уже сделала давно.

День отъезда пришел быстро и как-то даже неожиданно. В аэропорт Костю отвез Иван. Они стояли возле входа в таможенную зону. Посадку уже объявили, но Костя не торопился; полет был долгим, еще успеет насидеться в кресле.

– На кой черт ты забираешься так далеко?

– Может быть, он и знает?

Иван пожал плечами: – Не понимаю. Что ты там нашел на краю света?

– Как ни странно, себя, – ответил Костя просто, – но на это ушло несколько лет.

декабрь 2013 г. Н. Новгород


home | my bookshelf | | Тень на скале |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу