Book: Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины



Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

В.Г. Глушкова

Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Посвящается памяти сына Соловьева Георгия Александровича (1977–2012)

Рецензенты: д. г. н., проф. А.И. Алексеев (МГУ им. М.В. Ломоносова), д. пед. н., проф. Е.Л. Плисецкий (Финансовая академия при Правительстве РФ)

© Бурыгин С.М., автор идеи и проекта, 2015

© Глушкова В.Г., 2015

© ООО «Издательство «Вече», 2015

© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2015

Сайт издательства www.veche.ru

Предисловие

После знакомства с российской историей по большинству школьных и вузовских учебников, по книгам, изданным массовым тиражом, передачам телевидения и кинофильмам трудно понять и объяснить многие события в судьбе России, многовековую нерешенность одних и тех же проблем. Причин для этого много, и одна из них – крайне недостаточное знание соотечественниками своей реальной истории и краеведения, узкие возможности разобраться в клубке запутанных событий субъективизированной истории. Люди, как правило, ценят, любят и дельно используют то, что хорошо знают. А пока свою страну, ее историю, богатства, деяния предшественников россияне знают недостаточно. Освоить все эти мудрости быстро сложно, поэтому начинать надо с малого – с изучения своей малой родины и частей страны, вызывающих особый интерес, – у каждого он свой, отличительный. Изучение исторических столиц и окружающих их районов приближает к познанию всей страны, уяснению событий в ней и их причин. В связи с этим углубление культурологических знаний о Санкт-Петербурге, более двух веков (1712 – март 1918 г.) выполнявшем столичные функции, и его окружении – дело полезное и плодоносное. По событиям в этих местах можно изучать и представить в основных чертах историю жизни и служения России многих россиян, в том числе представителей царского рода Романовых и их окружения с начала XVIII в., то есть приоткрыть для себя страницы персонифицированной истории России, а также вспомнить о многих судьбоносных свершениях и потрясениях, произошедших именно здесь и в ощутимой мере определивших развитие всей страны, Петербурга и его окружения.

Об исторических, архитектурно-художественных, мемориальных и других достопримечательностях окрестностей Санкт-Петербурга написаны и изданы многие тысячи самых разных книг, статей, фотоальбомов, иных видов издательской продукции. Большинство из них посвящены небольшому числу широко известных дворцово-парковых ансамблей и знаменитым усадьбам, старинным крепостям, значимым религиозным центрам. Лучшим комплексным изданием по частям и районам Ленинградской области остается скорее всего книга А.В. Даринского «Ленинградская область» (1975), а лучшим культурологическим путеводителем является, вне сомнений, книга Е. Чернобережской «Ленинградская область и пригороды Санкт-Петербурга» (2010). Но, знакомясь даже с этими изданиями, читатель чаще всего не может уяснить отличительные и уникальные черты района, конкретного поселения или объекта, связанные, как правило, с природно-историческими причинами и субъективными обстоятельствами. Участие во многих экскурсионных и учебно-познавательных поездках по Ленинградской области убедили автора, что у читателей, экскурсантов, учащихся обостренный интерес вызывают именно уникальные черты места или объекта, а также назидательные уроки жизни их владельцев, создателей, жителей, гостей, и только потом проявляется интерес к истории и архитектурно-художественным чертам конкретного места.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ленинградская область


Цель этой книги – создать культурологическое описание наиболее значимых населенных пунктов в окрестностях Санкт-Петербурга, дополнить традиционный краеведческий рассказ культурологического толка выявлением отличительных, а подчас и уникальных черт того или иного поселения, рассказать о личностях, тесно связанных с ним, уроками их земных судеб дать интеллектуальную пищу читателям для самостоятельных анализов и выводов, которые, возможно, помогут им в решении их жизненных ситуаций, проблем, подскажут верные пути реализации планов.

В книге рассказано более чем о 110 населенных пунктах – городах, поселках, сельских поселениях, бывших усадьбах, а также о религиозных центрах, в том числе о 13 православных монастырях и 8 их скитах, подворьях, святынях, о 7 святых источниках и озерах, более чем о 120 неординарных исторических личностях, в том числе о русских святых, кроме того, рассказывается о чудотворных, особо чтимых и мироточивых иконах, других православных святынях и реликвиях.

В Ленинградской области, учитывая ее внутренние различия, выделяют 4 части (или 4 группы административных образований – по Даринскому А.В.): 1) центральная (районы Ломоносовский, Гатчинский, Тосненский, Всеволожский и г. Кронштадт, 2) северная (районы Приозерский, Выборгский), 3) восточная и северо-восточная (районы Волховский, Киришский, Тихвинский, Бокситогорский, Лодейнопольский, Подпорожский), 4) юго-западная (районы Волосовский, Кингисеппский, Сланцевый, Лужский). Повествование об окрестностях Санкт-Петербурга, районах Ленинградской области включает описание ряда городов, подчиненных в наши дни мэрии Санкт-Петербурга; эти поселения в сознании людей остаются историческими предместьями императорского Петербурга. Именно они вызывают особенно большой интерес у читателей и экскурсантов благодаря своим огромным и редчайшим по красоте рукотворным архитектурно-художественным ценностям и насыщенной яркими событиями истории. Подчинены мэрии Санкт-Петербурга города Петродворец (Петергоф), Ломоносов (Ораниенбаум), Пушкин (Царское Село), Павловск, Кронштадт и некоторые другие поселения, в том числе города Зеленогорск, Колпино, Сестрорецк и почти два десятка поселков (см.: Города России. Энциклопедия, с. 394).

Писать об окрестностях Санкт-Петербурга сложно. Как автор, я понимаю огромную ответственность перед читателями за достоверность изложенной информации и обоснованность суждений и выводов. Но и читатель должен понять мою ситуацию. Пользовалась я информацией из опубликованных источников и собирала ее более 40 лет, также использовала воспоминания моих бабушек – воспитанниц Смольного и Екатерининского институтов благородных девиц, учитывала рассказы о Петербургском регионе одного из моих главных учителей и наставников – Сергея Борисовича Лаврова (1928–2000), заведующего кафедрой Санкт-Петербургского государственного университета, профессора, президента Русского географического общества, доктора географических наук. Стремительные события нынешней жизни определяют быстрое старение информации, вот почему возможны непринципиальные расхождения реалий и текста книги. Хотя несчетное число раз я приезжала в Петербург (Ленинград) и Ленинградскую область, уловить и уяснить все изменения в них крайне сложно, хотя я стараюсь следить за ними и отражать их в публикациях. Возможно, читатели найдут небольшие огрехи в книге; я буду благодарна, если они мне об этом интеллигентно сообщат, я непременно учту их замечания в моей дальнейшей работе. В книге в ряде случаев приведены сведения, изложенные в моих других публикациях, в том числе более чем в 50 книгах и учебниках, но ведь не все их читали или кое-что забыли.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Схема пригородов Санкт-Петербурга


Создавать и оформлять рукописи моих последних книг было чрезвычайно трудно для меня. Внезапные неожиданные и непоправимые жизненные потери свели почти к нулю мою работоспособность и готовность творить. Только при помощи добрых, отзывчивых, верящих в мои знания и силы людей из издательства «Вече»: С.Н. Дмитриева (главный редактор), а также Н.С. Дмитриевой, О.Н. Богачевой (Афанасьевой), Р.В. Родякиной, И.В. Осанова, – мне удалось завершить рукопись этой книги. Особую благодарность выражаю моему названному сыну А.В. Пашкевичу, который остается моей опорой, помогает, в том числе и в процессе создания рукописи, сборе и проверке информации для этой книги.

Часть 1. Ближние пригороды

1.1. Ломоносовский район

Ломоносовский район является скорее всего главным магнитом притяжения туристов, экскурсантов, инвесторов, а также петербуржцев, мечтающих о приобретении комфортного жилья в престижном пригородном месте. Многие хотят побывать в знаменитых исторических пригородах с их многочисленными историческими и архитектурно-художественными памятниками. Северная часть Ломоносовского района, протянувшаяся вдоль побережья Финского залива, имеет типичные озерно-ледниковые ландшафты. Леса занимают менее половины площади этого района. Из полезных ископаемых района промышленное значение имеют гравий, песок, глины, охра, известняки, гидрокарбонатные минеральные источники.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Большой (Меншиковский) дворец в Ораниенбауме. Гравюра А.И. Ростовцева. 1717 г.


На берегу Финского залива, в 40 км от Санкт-Петербурга, находится город Ломоносов (менее 40 тыс. чел.), который до 1948 г. назывался Ораниенбаумом. В начале XVIII в. царь Петр I подарил мызу Теирис и прилегающую к ней территорию своему другу и соратнику князю А.Д. Меншикову (1673–1729 гг.; см. рассказ о нем в сюжете о г. Кингисеппе), который построил здесь загородную дворцово-парковую усадьбу (1710–1727). Когда Меншиков оказался в ссылке, все его имущество перешло (1727) в государственную казну. В 1743 г. императрица Елизавета Петровна подарила Ораниенбаум племяннику и наследнику русского престола великому князю Петру Федоровичу, который 19 лет (1743–1762 гг., когда ему было 15–34 года) ценил это место как свою любимую загородную резиденцию, где он себя ощущал полновластным хозяином; в созданной по его желанию потешной крепости Петерштадт занимался военными играми, в дворцах принимал угодных ему людей, развлекался. Когда он стал императором Петром III, то царский двор во главе с ним пребывал в теплое время года в Ораниенбауме, а его жена Екатерина предпочитала оставаться в Петергофе. Петр III – знаток и любитель серьезной музыки, хорошо и бегло игравший на скрипке, устроитель музыкальных концертов (где он играл первую скрипку), обладатель тогда лучших в России скрипок, – устроил в Ораниенбауме музыкальную школу для детей придворных служителей, из нее замечательными артистами вышли братья Василий и Дмитрий Каратыгины. Петр III был ценителем живописи, в своем дворце имел коллекцию картин западноевропейских художников. Но основное время и силы Петр III отдавал пустым развлечениям, кутежам, любовным делам. Неудивительно, что вскоре он потерял престол и именно в Ораниенбауме подписал акт отречения от него. Петр III оказался жертвой своего происхождения, неправильного воспитания, искушения властью и неумения дельно пользоваться ею.


Петр III Федорович (Карл Петр Ульрих, 1728–1762 гг., царствовал с 1761 г.) был внуком Петра I от его дочери Анны и ее мужа герцога голштейн-готторпского Карла Фридриха, в возрасте 33–34 лет был российским императором. Волей случая Петр еще ребенком стал потенциальным наследником сразу трех монархов: шведского короля Карла XII, Петра I, герцога голштинского. Его воспитателем был жестокий, невежественный гофмаршал немец Брюмер. Принц пристрастился к муштре, ружейным приемам, военным забавам. Его готовили занять шведский трон, учили шведскому языку, воспитывали в лютеранских традициях. Императрица Елизавета Петровна приказала привезти его – своего племянника, сына ее сестры Анны в Петербург. В возрасте 14 лет отрок прибыл в Россию.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Петр III Федорович. Художник А.П. Антропов. 1762 г.


Его стали обучать русскому языку и православию, учили танцам, разрешали предаваться пустым развлечениям (игра в солдатики, разные забавы, непристойные шутки с прислугой и др.). В возрасте 17 лет его женили на принцессе Ангальт-Цербстской, принявшей в России православие и ставшей великой княгиней Екатериной Алексеевной. Немка-жена его не интересовала, он влюблялся во фрейлин, менял фавориток, жестоко дрессировал собак, играл в карты, куклы, солдатики, вешал крыс, много курил и пил, ждал смерти своей тетки-императрицы. На 9-м году семейной жизни у великокняжеской четы родился сын Павел (некоторые считали, что Петр III не являлся его отцом, ведь Екатерина Алексеевна имела фаворитов). Елизавета Петровна забрала ребенка к себе, решила сама его воспитывать и со временем именно ему передать русский престол, но вскоре умерла. Петр Федорович, став императором, заключил мир с Пруссией, что свело на нет результаты побед русских войск в Семилетней войне (1756–1763), ввел в армии немецкие порядки, отпустил пленных прусаков без выкупа, возвратил своему кумиру, прусскому королю Фридриху II (Петр III постоянно носил на пальце бриллиантовый перстень с изображением Фридриха) земли, завоеванные русскими войсками. Петр III не любил, не умел ценить русских людей, особенно выделял немцев, хотел видеть их (а не русских) в числе своих главных помощников, советников, что настраивало его подданных против него. Русские гвардейцы ненавидели Петра III, который кроме всего прочего кощунственно относился к православию, издевался над служителями церкви. Выходки Петра III заставили дворян сполна не доверять ему; сказалось и отсутствие их сословной организации. Дворяне сполна не оценили ряд стоящих дел Петра III, в том числе «Манифест о вольности дворянской», освобождавший дворянство от обязательной военной службы. Он восстановил монополию только дворян на владение крепостными крестьянами, упразднил внушавшую всем страх Тайную розыскных дел канцелярию, издал ряд других указов, изданных в пользу дворян. В 1762 г. Петр III был свергнут с престола своей женой, которая с ее сторонниками-гвардейцами организовала дворцовый переворот, беззаконно в обход сына Павла заняла престол, стала императрицей Екатериной II. В Ораниенбауме Петру III пришлось подписать акт об отречении от престола, его отвезли в Ропшу как арестанта и там вскоре втихую убили, а подданным сказали, что он внезапно умер.


Единолично правившая императрица Екатерина II построила в Ораниенбауме, недалеко от Большого дворца, небольшую летнюю резиденцию, которую назвала Собственной дачей. В 1791 г. она передала Большой дворец и крепость Петерштадт Морскому кадетскому корпусу, себе оставила только комплекс Собственной дачи.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Михаил Павлович. Художник Дж. Доу. 1820-е гг.


С 1796 г. Ораниенбаум принадлежал великому князю Александру Павловичу (будущий император Александр I), а затем последовательно его братьям великим князьям Константину Павловичу (1779–1831) и с 1831 г. Михаилу Павловичу. Последний передал эту загородную резиденцию в собственность его жене – великой княгине Елене Павловне, которая сделала очень многое для благоустройства этой резиденции. Затем хозяйкой дворцово-паркового комплекса стала ее дочь Екатерина Михайловна, ставшая по мужу герцогиней Мекленбург-Стрелицкой (с 1851 г.), потом, до потрясений 1917 г., – ее потомки. Хотя у этого дворцово-паркового комплекса всегда были знатные и богатые хозяева, его стабильное развитие и грамотное благоустройство началось только когда его владельцами стали Михаил Павлович и Елена Павловна; их потомки также были дельными хозяевами резиденции.


Великий князь Михаил Павлович (1798–1849) – сын Павла I, с детства увлекался военным делом. В возрасте 16 лет он попал на театр военных действий, в 22 года основал Артиллерийское училище (позже названное в его честь Михайловским), в 26 лет он женился на своей двоюродной 18-летней сестре принцессе Вюртембергской, ставшей в России великой княгиней Еленой Павловной (1806–1873). Михаил Павлович со временем стал главным начальником военно-учебных заведений, главнокомандующим. Он был чрезвычайно строгим руководителем, требовал до самых мелочей выполнять положения устава. Многие осуждали его большую требовательность к подчиненным; при этом они не знали о его многочисленных добрых делах, материальной и иной помощи нуждавшимся, о которых он не любил распространяться и просил их о своей помощи им не рассказывать. Михаил Павлович уделял большое внимание развитию кадетских корпусов, возглавил систему кадетских корпусов. Все силы он отдавал военной службе. Бытовыми делами их семьи пришлось заниматься его жене – великой княгине Елене Павловне. Русская императрица немка Мария Федоровна выбрала ее в невесты для своего младшего сына. Умная девушка заранее стала сама по книгам изучать Россию, без учителя при помощи словаря и грамматики более-менее сносно выучила русский язык. Она 25 лет была супругой великого князя, у них родились 5 дочерей, тяжело перенесла смерти четырех из них, страдала от того, что не смогла родить сына-наследника, в возрасте 43 лет овдовела. Но она крепко помнила православные правила: 1) нельзя бесконечно горевать, тосковать, пребывать в отчаянии – все это страшный грех; 2) все события и дела происходят по воле Божией, их нужно смиренно принимать; 3) лучший путь перенести жизненные тяготы, укрепить свой духовный и физический настрой – это бескорыстно помогать другим, особенно тем, кто оказался в худших условиях; 4) земная жизнь коротка и нужно уметь ценить даже самые простые и пока доступные радости. Елена Павловна никогда не теряла интереса к жизни, интересовалась событиями в мире искусства, науки, политики, была щедрой благотворительницей, своими связями и финансами помогала лучшим творческим умам. Она была сторонницей отмены крепостного права в России. В разработку, принятие, проведение реформы 1861 г. Елена Павловна внесла ощутимый вклад. В период Крымской войны (1853–1856), в 1854 г., Елена Павловна и великий князь Константин Николаевич (1827–1892) возглавили организацию помощи раненым в районе театра военных действий, что заложило основы организации будущего российского Красного Креста.




Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великая княжна Екатерина Михайловна. Гравюра XIX в.


Великая княжна, в замужестве герцогиня Мекленбург-Стрелицкая, Екатерина Михайловна (1827–1894) была дочерью великокняжеской четы Михаила Павловича и Елены Павловны, внучкой императора Павла I. В 24 года она вышла замуж за сына великого немецкого герцога Георга Мекленбург-Стрелицкого – Георгия, у них родились трое детей: Елена (вышла замуж за принца Саксен-Альтенбургского, до его смерти в 1902 г. жила с ним в Германии, потом вернулась в Россию, жила в Ораниенбауме в Китайском дворце), Михаил (женат не был, детей не имел), Георгий (к невероятному огорчению матери, женился, хотя и по большой любви, но всего лишь на фрейлине Наталье Ванлярской, получившей в морганатическом браке фамилию и титул графини Карловой). В России род герцогов Мекленбург-Стрелицких продолжила только семейная чета Георгия и Натальи, у них родились 3 дочери – Екатерина, Мария, Наталья и сын Георгий. Все Мекленбург-Стрелицкие активно занимались благотворительностью. Георгий Георгиевич Мекленбург-Стрелицкий был попечителем Императорского Клинического института, основанного его бабушкой великой княгиней Еленой Павловной. Дочери Георгия Георгиевича – Екатерина и Мария – вышли замуж за офицеров из рода князей Голицыных, стали княгинями Голицыными, после потрясений осени 1917 г. эмигрировали из России. Сын княгини Екатерины Георгиевны Голицыной – Георгий Владимирович (умер в 1992 г.) был очень уважаемым экспертом в области русской культуры, похоронен согласно его завещанию в Ораниенбауме, его вдова и дочь в память о нем основали в Санкт-Петербурге, в бывшем особняке их родителей на набережной р. Фонтанки, Мемориальную библиотеку имени князя Г.В. Голицына и подарили ей ценные книги по истории России и русской эмиграции.


Город Ораниенбаум возник из придворной слободы, сложившейся рядом с дворцово-парковым ансамблем; поселение получило статус города в 1780 г. До конца XIX в. этот город был известен как дачное место; в нем жили, отдыхали, гостили, работали Н.А. Некрасов (создал здесь поэму «Поэт и гражданин»), М.Е. Салтыков-Щедрин, Л.Н. Толстой, И.С. Тургенев, Н.А. Добролюбов, Д.В. Григорович, И.И. Шишкин, И.Н. Крамской, другие творческие личности. В Ораниенбауме родился и жил дирижер и композитор И.Ф. Стравинский (1882–1971 гг., с 1914 г. постоянно жил за рубежом, с 1939 г. – в США).

После переворота 1917 г. дворцы и парки Ораниенбаума были национализированы. Дворцово-парковый ансамбль взяли под государственную охрану. В Китайском дворце открыли музей, другие здания ансамбля стали использоваться для разных хозяйственных и просветительских нужд. В период Великой Отечественной войны с сентября 1941 г. до января 1944 г. в районе Ораниенбаума, на побережье Финского залива, был создан плацдарм («Ораниенбаумский пятачок», 50 км вдоль берега залива и 20–25 км в глубину), который целых 29 месяцев геройски удерживала часть отрезанной от основных советских войск 8-й армии. Ораниенбаумский плацдарм сыграл важную роль в обороне Ленинграда. Фашисты не смогли войти в Ораниенбаум, но его достопримечательности пострадали от военных действий.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Китайский дворец


В 1948 г. Ораниенбаум переименовали в честь великого русского ученого М.В. Ломоносова.


Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765) стал первым русским ученым с мировым именем и авторитетом, кроме того, он был поэтом, художником, историком, поборником отечественного просвещения, развития русской науки и экономики.


Михаил Ломоносов родился в деревне Денисовка (ныне село Ломоносово) под г. Холмогоры в Архангельской губернии в обеспеченной семье владельца рыбной артели из нескольких судов, преуспевающего купца, одного из самых образованных людей тех мест (было время, когда Василий учился в Москве на священника, в родной деревне имел свою большую библиотеку). Отец Ломоносова первым из поморов построил судно новейшей формации и получил патент на звание мичмана, что сопровождалось дарованием потомственного дворянского титула. Ломоносовы были богатыми и хорошо образованными для Севера России людьми. Мать М.В. Ломоносова была дочерью дьякона, она научила его читать и писать еще в юном возрасте, привила любовь к книгам. Отец требовал, чтобы сын готовился взять семейное дело в свои руки, а Михаил хотел учиться. Он поступил в Москве в возрасте 20 лет в Славяно-греко-латинскую академию. В числе ее 12 лучших учеников он был отправлен в Академический университет в Петербурге; затем его отправили учиться в Германию, где он изучал математику, физику, философию, химию и металлургию. В 29 лет в Марбурге он женился на Елизавете-Христиане Цильх, дочери умершего члена городской думы. Ломоносов учился с редчайшим упорством и трудолюбием, но в студенческие годы вел беспорядочную жизнь, кутил, имел долги, однако его успехи в учебе были блистательными. В 30 лет М.В. Ломоносов вернулся в Россию, но не получил ни места, ни жалованья. Через год его определили в Академию наук адъюнктом физики. В Академии тогда господствовали немецкие ученые, тормозившие карьеру русской молодежи. Из-за частых ссор с немцами, особенно в нетрезвом виде, его на год оставили без жалованья. В 34 года его назначили в Академии профессором химии; в 37 лет он основал при Академии наук в 1748 г. первую в России химическую лабораторию. С приездом к нему жены и рождением дочери жизнь его стала спокойнее, разумнее, приняла добропорядочный уклад.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

М.В. Ломоносов. Портрет XVIII в.


Обеспеченное положение профессора способствовало расцвету его научной деятельности. В 1745 г. Ломоносов стал первым русским академиком в Петербургской академии наук, в 1757 г. стал канцлером (вице-президентом) Академии наук. Его главные научные открытия связаны с химией, физикой, астрономией, при этом он много сделал и в области многих других наук. Ломоносов открыл закон сохранения материи и движения – один из основных законов природы. Он развил атомно-молекулярные представления о строении вещества. Первым открыл атмосферу на Венере. Внес огромный вклад в развитие русской словесности, становление русского литературного языка светского характера. Он писал: «В русском языке есть нежность итальянского, живость французского, великолепие испанского, крепость немецкого, богатство и сильная в изображениях краткость латинского и греческого». Ломоносов уделял большое внимание образованию россиян. В 1758–1765 гг. он в Петербурге возглавлял Академический университет. При помощи влиятельного вельможи Ивана Ивановича Шувалова (1727–1797) он основал Московский университет в 1755 г. и гимназию. Ломоносов проявлял большой интерес в области изящных искусств. В 1850-х гг. он проявил особый интерес к мозаике, стеклянным и бисерным заводам, в России возродил искусство мозаики, создавал с учениками мозаичные картины. При жизни к нему пришло международное признание. Ломоносов имел веселый и добрый, но крутой, вспыльчивый до ярости нрав, любил пиво, всегда помогал своим ученикам, землякам и родственникам.


В наши дни город Ломоносов представляет интерес прежде всего как исторический населенный пункт с сохранившимся в большой мере в первозданном виде дворцово-парковым комплексом. Среди главных архитектурно-художественных памятников этого города Большой (Меншиковский) дворец в стиле раннего русского барокко (1710–1725, 1727 гг., арх. Дж. М. Фонтана и Г.И. Шедель и др.) с нижним парком (5 га), дворец Петра III (Малый дворец) в стиле, переходном от барокко к классицизму (1758–1762 гг., арх. А. Ринальди), комплекс Собственной дачи Екатерины II: Китайский дворец (1762–1768), Кавалерский корпус (1767), павильон «Катальная горка» (1762–1774 гг., все – арх. А. Ринальди), Петровский и пейзажный Верхний парки. Ораниенбаум с 1784 г. застраивался по регулярному плану, по «образцовым проектам» (арх. В.П. Стасов, А.И. Мельников и др.). Сохранились здание Городских присутственных мест в стиле классицизма (1815–1824 гг., арх. В.П. Стасов и А.А. Михайлов), Городские ворота (1826–1829 гг., арх. А.М. Горностаев), здание манежа Волынского полка, деревянные жилые дома первой половины XIX в. Ломоносовский парк (162 га) сложился из нескольких садово-парковых территорий, его основные исторические части: Нижний и Верхний парки.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дворец Петра III


О жизни в этих местах и судьбах Романовых особенно напоминают здесь остатки земляных рвов крепости Петерштадт, каменные Почетные ворота, дворец Петра III (в нем развернута музейная экспозиция о Петре III, представлены его личные вещи, 60 картин западноевропейских художников, сохранилась старинная мебель), а также ансамбль Собственной дачи Екатерины II. В составе этого ансамбля особый интерес представляют Китайский дворец и Китайский пруд, берега которого украшают барочные статуи античных богов и героев. Абсолютно уникальным в Китайском дворце является Стеклярусный кабинет с 14 стеклярусными панно; подобной стеклярусной отделки нет нигде – ни в России, ни в зарубежных странах. Для создания панно использовали стеклярус, произведенный на основанной М.В. Ломоносовым в его близлежащем имении Усть-Рудица фабрике по изготовлению цветного стекла, бисера и стекляруса (Ломоносов первым в России наладил их производство). Рисунок панно выполнен в технике вышивки разноцветным ворсистым шелком, фоном служат переплетения тонких трубочек перламутрового стекла. Вышивку выполнили 9 русских золотошвеек под руководством француженки Марии де Шель. Сохранился ряд других строений (или их частей) Собственной дачи: павильон катальной горки (с его третьего этажа по 600-метровому желобу-скату, не сохранившемуся до наших дней, вниз неслись колясочки; высота здания была 33 м, спускались на колясочках с 20-метровой высоты), Кавалерский корпус, Китайская кухня (середина XIX в.), дворец Каменное зало (арх. Ф.Б. Ринальди, 1750-е гг., первоначально использовался для устройства балов, концертов, спектаклей, с XIX в. в нем размещался госпиталь, одно время в нем была устроена фамильная лютеранская церковь герцогов Мекленбург-Стрелицких; сейчас во дворце развернута экспозиция древней скульптуры Ораниенбаума).

Для верующих людей в г. Ломоносове особую значимость имеет собор Архистратига Михаила (1910–1914), построенный в неорусском стиле на месте старого храма (1865–1867 гг., арх. А. Миняев), связанный с памятью о великокняжеской чете Михаиле Павловиче и его жене Елене Павловне, их дочери Елене Михайловне (обе внесли ощутимые средства на строительство первого храма на этом месте), а также со святым архиепископом Гдовским, Д.Г. Любимовым (1857–1935 гг., родился и вел богослужения до 1895 г. в Ораниенбауме), святым митрополитом Санкт-Петербуржским и Ладожским Владимиром (Богоявленский В.Н., 1848–1918 гг., освещал собор, вел богослужения в нем). Собор закрыли в 1932 г., устроили в нем склад, но в 1988 г. его вернули верующим.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Стеклярусный кабинет


Самым знаменитым историческим поселением в петербургских окрестностях является город Петродворец (менее 80 тыс. чел.), называвшийся до 1944 г. Петергоф, расположенный в 29 км от Петербурга на берегу Финского залива. Город Петродворец с его исторической первоосновой Петергофом имеет громкую международную известность благодаря огромному (около 1000 га), на редкость красивому дворцово-парковому ансамблю, одному из крупнейших и лучших российских подобных комплексов. Основал Петергоф царь Петр I, который наметил создать здесь свою летнюю резиденцию не хуже и желательно лучше резиденции французских королей – Версаля.

Строительство этой резиденции началось в 1709 г. на месте прибрежной мызы Питергоф, или Петергоф (Петров двор, известный с 1705 г.), где Петр I останавливался на пути из Санкт-Петербурга в Кронштадт. Первоосновой для Петергофа были Петров двор, или Попутный двор, и пристань для переправы на остров Котлин с крепостью. В Петергофе Петр I намеревался создать «приморский парадиз», под чем он понимал рукотворный земной рай. В XVIII–XIX вв. в Петергофе был создан один из крупнейших в России дворцово-парковых ансамблей. В царский период создание этой парадной летней императорской резиденции продолжалось более двух веков (1709–1917), причем особенно активно в первые 150 лет. Основной вклад в создание Петергофа внесли Петр I и его дочь императрица Елизавета Петровна (любительница всего роскошного и поражающего взор, сторонница архитектурного стиля барокко).

Одновременно с дворцово-парковым комплексом формировался город. В первой четверти XVIII в. образовалась Большая (или Старая) слобода, позже ее стали именовать Старый Петергоф; со временем сложилась Малая (или Новая) слобода, которую стали именовать Новый Петергоф, в нем жили строители и дворцовые служащие. В 1732–1739 гг. под руководством архитектора М.Г. Земцова застройка Петергофа была упорядочена. В Петергофе жили главным образом дворцовые служащие, офицеры и солдаты лейб-гвардейских полков.

В Петергофе в 1918 г. дворцы и парки были национализированы и музеефицированы. Колоссальный урон дворцово-парковому комплексу нанесли немецко-фашистские войска в период временной оккупации Петергофа с 23 сентября 1941 г. по 19 января 1944 г. Ансамбль был фактически разрушен, были украдены многие, в том числе уникальные, художественные ценности. Трудно было даже представить, что после подобных разрушений и воровства архитектурно-художественный ансамбль можно возродить в его былом великолепии. Но труд и таланты россиян оказались выше всех похвал, как чудо восстановленный Петергоф снова блистает. С 1983 г. этот музейный комплекс приобрел статус художественно-архитектурного дворцово-паркового музея-заповедника.

О дворцово-парковом комплексе Петродворца написаны и изданы тысячи статей, книг, альбомов, проспектов, сделаны многие радио– и телепередачи и фильмы, напечатаны многочисленные открытки с чудными видами природы и рукотворными богатствами этого дивного места. Но всегда лучше хоть один раз увидеть все это лично, на всю жизнь запечатлеть в памяти этот сказочно красивый дворцово-парковый ансамбль, который нельзя забыть или спутать с каким-либо другим. Даже только скупой перечень основных архитектурно-художественных и ландшафтных ценностей этого ансамбля завораживает, рождает желание поехать и лично полюбоваться ими.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Большой дворец в Петергофе. Гравюра А.И. Ростовцева. 1717 г.


Среди главных архитектурно-художественных и ландшафтных прелестей царского дворцово-паркового ансамбля (XVIII–XIX вв.) в Петродворце: Большой дворец (1714–1725 гг.; перестроен в 1747–1752 гг., арх. В.В. Растрелли), Верхний сад с 5 фонтанами, в том числе Нептун (1714–1723), Нижний парк с комплексом знаменитых фонтанов, в том числе Большой каскад (1714–1721), с подземным гротом, водопадными лестницами, бронзовыми позолоченными статуями (скульп. И.П. Мартос, Ф.И. Шубин, Ф.Ф. Щедрин и др.), разными «забавами», среди них Римские фонтаны (1739), каскады Шахматная горка (1722–1739) и Золотая гора (1724 г., в 1819 г. облицован позолоченной медью), Менажерные фонтаны (1722–1724), фонтаны-«шутихи», а также дворец Петра I Монплезир (1714–1725, арх. И.Ф. Браунштейн, Ж.Б.А. Леблон, М.Г. Земцов и др.) с регулярным «голландским» садиком, павильон Эрмитаж (1721–1724), дворец Марли (1720–1723 гг., оба – арх. И.Ф. Браунштейн), павильоны-колоннады (1803 г., арх. А.Н. Воронихин) и др. В конце XVIII – начале XIX в. были созданы пейзажные парки Английский (с Английским дворцом, 1781–1794 гг., арх. Дж. Кваренги), Александрия (с дворцом Коттедж, 1826–1829 гг., арх. А.А. Менелас) и Александровский, Колонистский, Луговой (с дворцом Бельведер, 1853–1856 гг., арх. А.И. Штакеншнейдер). В середине XIX в. были построены дворцовые конюшни (1848–1854), железнодорожная станция (1855–1857), фрейлинские дома (1858 г., все – арх. Н.Л. Бенуа).

Не только объемные архитектурно-художественные памятники Петергофа, но и собственно его планировочная структура представляют интерес. Характерной чертой планировочной организации территории здесь является гармоничное сочетание регулярности и симметричности общей композиции с искусным использованием сложного и живописного рельефа этой местности. На высоком холме, на природной верхней террасе поставлен дворец. В этот прибрежный холм как бы врезан Большой каскад фонтанов с подземным гротом, водопадными лестницами, многочисленными бронзовыми позолоченными статуями. Знаменитая скульптурная группа «Самсон, раздирающий пасть льва» была похищена немцами в 1944 г. (ее восстановил в 1947 г. В.Л. Симонов). Авторами установленных здесь скульптур и скульптурных групп являются И.И. Козловский, Ф.Ф. Щедрин, И.П. Мартос, Ф.И. Шубин и другие мастера. Возвышающийся на вершине холма Большой дворец, дошедший до нас в перестроенном виде по проекту В.В. Растрелли в стиле развитого русского барокко, поражает роскошью и богатством интерьеров. Анфилада парадных и жилых комнат украшена деревянной позолоченной резьбой, художественными плафонами, скульптурой, картинами, меблирована прекрасной мебелью. Перед Большим дворцом Верхний сад имеет регулярную планировку.




Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Большой каскад фонтанов Петергофа


Как мы видим, в Петергофе много интереснейших в историческом и архитектурно-художественном планах объектов. Лучшие среди них: роскошный Большой Петергофский дворец (парадная летняя резиденция императорской семьи, использовалась для проведения официальных приемов, устройства шикарных балов и праздников, жить в нем было неудобно), а также малые дворцы на территории Нижнего парка, где отдыхали и жили императоры и члены их семей: Монплезир (первое сооружение Петергофа и единственный дворец Петра I, сохранившийся практически без изменений, его самый любимый летний малый дворец; в нем он жил, временами проводил деловые встречи, устраивал праздники и ассамблеи), входящий в комплекс Монплезира Екатерининский корпус-дворец (увеселительный дворец середины XVIII в., арх. Ф.Б. Растрелли, создан для балов, карточных вечеров императрицы Елизаветы; в пристроенном к нему флигеле до переворота 1762 г. жила великая княгиня Екатерина Алексеевна, здесь ее разбудил 28 июля Алексей Орлов, и она отправилась низвергать с трона своего мужа-императора Петра III, не имея на это никаких прав, но одержала победу, стала единолично правящей императрицей Екатериной II; этот корпус-дворец был частично перестроен после 1762 г., арх. Дж. Кваренги, для Екатерины II; в нем устраивались и парадные обеды, ежегодные балы выпускниц основанного Екатериной II Смольного института благородных девиц), Марли (Малые приморские палаты, построен для проживания знатных особ и гостей, с середины XVIII в. – мемориальный музей Петровской эпохи), Эрмитаж (арх. И.Ф. Браунштейн, возведен для устройства банкетов, музыкальных и литературных вечеров, интимных встреч и застолий, главной «изюминкой» был большой стол с подъемным механизмом для подачи блюд без помощи и контактов со слугами). В пейзажном парке Александрия (начал создаваться в 1826 г., арх. А.А. Менелас, назван в честь супруги Николая I – императрицы Александры Федоровны) были 3 дворца, а сохранились только 2 дворца: Коттедж (в нем большая коллекция картин русских художников – более 200 полотен, в том числе 13 работ И.К. Айвазовского) и Фермерский дворец (арх. А.И. Штакеншнейдер, построен для цесаревича Александра Николаевича; уже император Александр II считал его своим «вторым домом», здесь он готовил указ об отмене крепостного права), не сохранившаяся Нижняя дача-дворец (1883–1885 гг., арх. А. Томишко, построена для семьи императора Николая II, была разрушена в 1941–1945 гг.). В парке Александрия особый интерес представляет церковь во имя Святого Александра Невского, или Готическая капелла (1829 г., арх. В.Ф. Шинкель, А. Менелас, И. Шарлемань, единственный в России православный храм в готических формах; богослужения в царский период проводились только летом и только для императорской семьи, их ближайших придворных; в советский период в здании был музей «Александрии»; сейчас церковь восстановлена, ее можно посетить).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Вид на Большой дворец со стороны Верхнего парка


Самые лучшие садово-парковые территории Петродворца: Верхний и Нижний сады Петергофа (их разделяет Большой Петергофский дворец, их площадь соответственно 15 и 102 га) и парк Александрия. Верхний парк в составе дворцового комплекса простирается на прибрежной террасе высотой порядка 15–16 м; он был создан в 1724 г. (по наброскам Петра I и чертежам арх. Ж.Б. Леблона и И. Браунштейна), в нем бьют 5 фонтанов, самый известный из них Нептун (создан в Нюрнберге, куплен Петром I и перевезен в Петергоф, во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. увезен в Германию, в 1947 г. возвращен в Петергоф). В Нижнем парке установлены и функционируют в теплое время года свыше 150 фонтанов и 4 мощных водных каскада. Большой каскад (1714–1721 гг., торжественно открыт в 1723 г.) – это самое большое дворцовое гидротехническое сооружение Петергофа, России, всей Европы; он объединяет более 60 фонтанов, состоящих из 198 водных струй. Его украшают почти 250 скульптур и декоративных украшений (мифологические герои и аллегорические фигуры). Его ядром является Большой грот. Поражает взор фонтанный водомет (самый крупный в петергофском ансамбле) «Самсон, разрывающий пасть льва» (аллегория России и побежденной ею Швеции в первой четверти XVIII в.; оригинал был похищен гитлеровцами в 1944 г., существующий установлен в 1947 г., работа скульптора В.Л. Симонова; высота бронзовой фигуры 3 м 30 см, вес 5 т; фонтанная струя бьет ввысь почти на 20 м). Все многочисленные фонтаны в парке – разные, есть фонтаны-«шутихи»; часть Монплезирской аллеи представляет собой Водную дорожку (3 ряда в день с обеих сторон взмывают 300 наклонных струй, образуя арку из воды); фонтан Пирамида представляет собой 500 струй разной высоты, образующих семиуровневую водяную пирамиду. Интересны и оригинальны все фонтаны сада, особенно фонтаны-обливалки. Фонтаны Петергофа действуют по принципу сообщающихся сосудов за счет перепада высот рельефа и не требуют накачивания воды. В фонтаны вода поступает из пресных водных источников Ропшинских высот по 22-километровому самотечному водопроводу, созданному первым русским инженером-гидравликом В. Туволковым при участии Петра I (по Чернобережской Е., c. 162, 166).

Вне дворцового комплекса в городе Петергофе нет столь ярких архитектурных памятников. Сохранились Кавалерские дома (1799–1801 гг., арх. Броуэр), ряд зданий в стиле развитого классицизма, комплекс монументальных зданий в стиле английской неоготики (1830 – 1850-е гг., арх. Н.Л. Бенуа, А.К. Кавос), здание бывшей военной школы в формах барокко начала XVIII в. (1914 г., арх. Л.А. Ильин), ряд других зданий, монументальный 5-главый Петропавловский собор в псевдорусском стиле, (1894–1905 гг., арх. В.А. Косяков по проекту Н.В. Султанова; имеет необычное устройство: крытую галерею для крестных ходов; имеет колокольню, часовню, смотровую площадку в центральной главе). Для верующих людей особую значимость имеет именно собор во имя Святых Апостолов Петра и Павла (1895–1899), который является главным храмом Петергофского благочиния и главной архитектурной доминантой города. Храм закрыли в 1938 г., в 1989 г. его вернули верующим. Он имеет уникальное восстановленное внутреннее убранство (иконостас из изразцов, высококачественная роспись сводов, мраморные ступени и др.).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Cобор во имя Святых Апостолов Петра и Павла


В Петродворце, кроме дворцового комплекса с его музейными объектами, есть целый ряд других интересных музеев, среди них Музей фонтанного дела, Музей императорских велосипедов, Музей императорских яхт, Музей русских живописи, графики, фарфора, Музей семьи Бенуа, Музей игральных карт и др.

По прошлым событиям в Петергофе можно в миниатюре изучать историю, быт, нравы семей русских императоров, пытаться понять достоинства и недостатки Романовых, приведшие к краху их рода и Российской империи. Стремление всех самодержцев Романовых, кроме Александра III, к расширению геополитического пространства Российской империи, обогащению – личному, их потомков, родственников, друзей, причем всеми известными путями, выдвижение на ответственные посты не по принципу профессиональной грамотности и честности, а по личной (подчас только показушной) преданности им, не пресеченная ими и безнаказанная практика казнокрадства (особенно со стороны их родственников, друзей, ставленников), а также растущий духовно-нравственный развал клана власть имущих неизбежно вели Романовых и царскую Россию к краху (об этом есть немало публикаций, в том числе наши книги «Путешествие из Москвы в Петербург», «Дворцы Санкт-Петербурга. Наследие Романовых», «Путешествие по храмам и монастырям Санкт-Петербурга» и др.).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дворец Монплезир


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Петр I в Монплезире. Художник В.А. Серов


Петергоф и его владельцы – самодержавные Романовы – задавали тон всей стране в моделях поведения. Самодержец, как первое лицо в государстве, и члены его семьи всегда были объектом особого внимания подданных, видевших в них пример для подражания. Неудивительно, что в Петергофе появились или надежно утвердились некоторые бытовые новации. Приведем только несколько примеров. Так, Петр I на праздниках и ассамблеях в его дворце Монплезир утверждал пример потребления непомерного количества спиртного мужчинами и женщинами всех возрастов, заставлял нарушителей ассамблейных правил выпивать наполненный водкой или крепким вином более чем литровый Кубок Большого Орла (этот стеклянный кубок можно увидеть в экспозиции во дворце Монплезир), расхваливал и рекламировал якобы дающее ощущение расслабления и дурманящее, веселящее голову табакокурение (в Монплезире можно увидеть его курительные трубки), имел привычку славить все иностранное (в формах и оформлении Монплезира прослеживается влияние голландской архитектуры, его комнаты украшают полотна западноевропейской живописи, панно в китайском стиле висит в оформленном в восточном духе Лаковом кабинете, росписи потолков выполнил французский художник Ф. Пильман, в Морском кабинете все инструменты иностранные и т. п.). Это и многое другое воспринималось современниками как импульс к перенятию во всем иностранных, якобы более прогрессивных норм поведения, быта и деловой деятельности на западный манер, а также способствовало развитию «свободы нравов». Также императоры Петр III, Павел I и отчасти Александр I были склонны преувеличивать зарубежные достижения и «достоинства» свободы нравов. Стиль жизни в Петергофе Екатерины I, Анны Иоанновны, Елизаветы Петровны, Екатерины II еще в большей мере способствовал падению духовно-нравственных устоев при дворе и в обществе в целом, ибо все правившие дамы были жертвами их эмоций, были слишком увлечены их корыстолюбивыми фаворитами, хотя и помнили об унижении, перенесенном ими от их мужей и любимцев.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Прохождение Кавалергардского полка перед дворцом Коттедж в присутствии императора Николая I и Александры Федоровны. Гравюра середины XIX в.


В Петергофе самый красивый в XIX в. в Европе мужчина – император Николай I, 38 лет давал подданным пример ровных, бесконфликтных отношений между супругами при нарушении мужем супружеской верности. Николай I был щедрым мужем, отцом, дедом. В большой мере именно ради значимых семейных событий (именины, дни рождений, помолвки, свадьбы, юбилеи, крестины и др.), но временами и ради событий государственного масштаба он первым ввел правило устраивать в Петергофе шикарные празднества с иллюминацией, фейерверками, разными масштабными увеселениями, пиршествами, на которых присутствовали многочисленные гости. Чтобы доставить жене радость лицезреть с комфортом военные парады, Николай I в Верхнем саду устраивал небольшие парады, которые Александра Федоровна (принцесса Прусская) наблюдала с балкона Большого дворца. Когда за собором Святых Апостолов Петра и Павла по желанию Николая I выкопали пруд (1838), то на нем, на двух искусственных островках, по воле императора создали два небольших дворца (виллы) для его жены – Царицын павильон и для дочери Ольги – Ольгин павильон. Пруд получил название Ольгин. У Царицына павильона был создан сад с любимыми цветами Александры Федоровны – белыми розами. Ольгин павильон построили к свадьбе Ольги Николаевны с принцем Вюртембергским, которую справляли с большим размахом в Петергофе в 1846 г. Для Александры Федоровны Николай I построил (1853) павильон Бабигон (см. рассказ о Николае I в сюжете о Царском Селе).

Знаменитый пейзажный парк Александрия Николай I создал главным образом ради своей жены, имя которой получил этот парк. Александра Федоровна не любила большие комнаты Большого дворца, жить в котором было неудобно, любила уютные небольшие дворцы, да и еще созданные в модном тогда стиле неоготики. Именно такой дворец с садом по воле Николая I построили для нее в парке Александрия, назвали его Коттедж. Вокруг Коттеджа благоухали многочисленные кусты любимых Александрой Федоровной белых роз. Николай I распорядился создать для своих детей в Александрии Великокняжеский учебный дом (в нем учили его детей) и различные детские увеселительные строения.

Петергофские дворцы и парки были свидетелями многих порочных романовских любовных романов, дававших негативные примеры. События в Петергофе неоднократно доказывали, сколь ненасытны в своей любовной прыти все русские императрицы и императоры (кроме Александра III и Николая II), как ловко они могут на людях казаться примерами нравственности и верности православным традициям, а на деле быть совсем другими, способными обманывать подданных. Самым беспринципным в этом плане оказался император Александр II. Он неустанно твердил о важности сохранения нравственного здоровья россиян, усиленно содействовал созданию и развитию монастырей, особенно женских (якобы особенно заботился о женской нравственности), подчеркивал свою верность православию, часто осенял себя крестным знамением (особенно на людях), а сам безудержно предавался супружеским изменам. Его супруга Мария Александровна (принцесса Гессен-Дармштадтская) за первые 19 лет их семейной жизни родила 8 детей, рожала через каждые 2–3 года, подорвала здоровье, внешне подурнела. В возрасте 42–47 лет у Александра II на стороне роман сменялся романом. В 47 лет он влюбился в 18-летнюю княжну фрейлину Екатерину Михайловну Долгорукую (1847–1922). В 1865 г. в окрестностях Петергофа в лесу проходили их тайные свидания. В возрасте 48 лет (1866) он овладел ею в петергофском павильоне Бабигон. Их близость продолжалась 15 лет (1866–1881), когда ему было 48–63 года, ей 19–34 года. Долгорукая родила от него двух сыновей и двух дочерей (один из родившихся сыновей умер сразу после рождения); он хорошо обеспечил и признал детей своими, и все держалось в тайне. На людях Александр II старался казаться примерным мужем, каким он совсем не был. Он знал о болезнях своей постаревшей жены и, по сути, способствовал их развитию, получается, ждал ее кончины. (Он позволил себе редчайшую бестактность: поселил княжну с прижитыми от него детьми в Зимнем дворце, прямо над покоями его больной жены, чем увеличил ее физические и моральные страдания, ускорил ее кончину.) Через месяц после смерти жены Александр II заключил тайный, но законный брак (1880) с Е.М. Долгорукой, которой присвоил титул светлейшей княгини Юрьевской, намечал со временем объявить ее открыто императрицей. Александр II в личной жизни оказался обманщиком: призывал подданных к нравственности, а сам ее не сохранял. Став императором в возрасте 37 лет и 26 лет правив Россией, дельно и грамотно управлять страной он не смог, твердил о необходимости кардинальных реформ, но все проведенные им реформы имели половинчатую сущность, больше играли на интересы богатых людей, чем простого народа. Долгорукая успела сполна использовать возможности Александра II в своих интересах, к тому же он обеспечил ей и их детям надежный финансовый базис, в том числе в зарубежных банках. Ведя двуличную жизнь, Александр II был неспособен грамотно и сполна честно вершить государственные дела, чем осложнил положение России (финансы были расстроены, экономическое развитие замедлилось, местное благоустройство было в катастрофическом состоянии, в университетах был полный беспорядок, происходили убийства должностных лиц и т. п.). Одним словом, если человек не вполне честно ведет себя в семье, в личной жизни, он, как правило, способен нагрешить и в деловых операциях и чаще всего не может результативно решать большие задачи (см. рассказ об Александре II в сюжете о Царском Селе).

Со второй половины XIX в. в Доме Романовых одобряли, значит – пропагандировали нудистские нормы; начали втихую их вводить в Петергофе, ибо понятие стыда становилось старомодным. Жена наследника русского престола великого князя Александра Александровича (ставшего затем императором Александром III) великая княгиня Мария Федоровна (принцесса Датская), особенно в молодом возрасте, любила в Петергофе, в укромном уголке дворцового парка, раздеться донага и плавать в таком виде в море. Ее сын император Николай II и его жена одобряли и, если позволяли обстоятельства, практиковали нудистские нормы. Родственники царя старались не отставать в проявлении своей бытовой смелости. Так, в петергофской усадьбе Ольденбургских новые веяния подобного рода появились одними из первых. Принц Александр Петрович Ольденбургский (1844–1932 гг., правнук императора, внук великой княгини Елены Павловны, член Государственного совета, командир Преображенского полка, командир Гвардейского корпуса, основатель в Петербурге Института экспериментальной медицины) смело демонстрировал пренебрежение к нормам высшего света; его жена Евгения Максимилиановна, герцогиня Лейхтенбергская, княжна Романовская разделяла его взгляды и тип поведения. Примеры можно продолжить. Так что именно в Петергофе со второй половины XIX в. на светском уровне появился и утвердился в России обычай загорать полуобнаженными и обнаженными, а также купаться голыми, что означало начало постепенной потери людьми чувства стыда в их обыденной жизни и подталкивало их к утрате стыда и в иных ситуациях. Безобидное на первый взгляд, начавшееся в XIX в. и в массовой практике продолжившееся в начале ХХ в. движение «долой стыд» способствовало распространению и утверждению разнопланового бесстыдства не только в быту рядовых обывателей, но и в экономике, политике.

В XIX в. в России респектабельным делом стало увлечение яхтами. У императорской семьи было несколько яхт. Участие в соревнованиях на яхтах оценивалось как престижное занятие. Император Николай II лично награждал победителей в Петергофе за победы в ежегодных яхтенных соревнованиях огромным серебряным кубком (в музее «Особая кладовая» в Большом дворце можно увидеть подобный кубок). Участие в ежегодных яхтенных соревнованиях в Петергофе предполагало наличие у ее участников дорогостоящих яхт, опыт и мастерство в управлении ими, что требовало больших средств, а они далеко не у всех любителей яхт были. Самохвальство владельцев роскошных быстроходных яхт рождало зависть тех, у кого их не было, и подчас толкало их на неблаговидные поступки. Яхтенный спорт начал терять лучшее, что в нем было, – честные борцовские начала. Год от года гонки на яхтах в Петергофе способствовали все в большей мере созреванию и обострению снобизма в людях, подчеркивали обостряющееся разящее социальное неравенство. Император догадывался обо всем этом, но ничего изменить не смог, тем более что множились споры и росли денежные выигрыши за угадывание победителя. Спорт постепенно начал превращаться, перерождаться из хобби, радости и удовольствия участников и болельщиков в прибыльное дело с азартным сценарием. Правило «рыба тухнет с головы» сполна проявлялось в Петергофе; духовно-нравственный климат в России стабильно ухудшался.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Императорская яхта «Александрия» у Ново-Петергофской пристани. Фото 1880 г.


Все императоры Романовы заботились об укреплении династической законной демографической прочности. Высокая детская смертность определяла необходимость иметь нескольких детей. Законных детей родилось у Петра I 1, у Петра III и Екатерины – 1 сын, у Павла I – 9 детей, у Александра I – две дочери, у Николая I – 7, у Александра II – 8, у Александра III – 6, у Николая II – 5 детей. Особенно ответственными и заботливыми отцами были Николай I, Александр III, Николай II. Все императоры, кроме Александра III, любили в теплое время года с семьями – с женами и детьми – жить в Петергофе. Для семьи императора Николая II Петергоф был особым местом, ведь именно в нем родились четверо из его пятерых детей (старшая дочь Ольга родилась в 1895 г. в Царском Селе). В Петергофе родились его дочери: Татьяна – в 1897 г., Мария – в 1899 г., Анастасия – в 1901 г. и цесаревич Алексей в 1904 г. Все царские дети родились в летнем Приморском дворце, или на Нижней даче, расположенной на берегу Финского залива. Новорожденных царских детей крестили в Петергофе в Большом дворце, в его боковом Церковном корпусе, где размещалась дворцовая церковь. Поскольку для Николая II главной земной ценностью была семья, то Петергоф, где родились его дети и где их крестили, был особо дорогим для него местом (см. рассказ о Николае II и его семье в сюжете о Царском Селе). Для всех россиян Петергоф – это место прошлой земной жизни в летний период восьмерых канонизированных Русской православной церковью Романовых: 7 членов семьи Николая II (супружеская чета и 5 их детей), а также сестры императрицы и жены дяди царя, великой княгини Елизаветы Федоровны (1864–1918).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Экспозиция Путевого дворца Петра I в Стрельне


В состав г. Петродворца входит историческая местность (в прошлом поселок) Стрельна, находящаяся ближе к Петербургу на берегу Финского залива, на р. Стрелка (отсюда ее название), прославившаяся своим комплексом дворцово-парковых ансамблей XVIII – первой половины XIX в. Это место известно с XV в. как деревня, в XVII – первой половине XVIII в. называлось Стрелина мыза. Она принадлежала Петру I, который поначалу намеревался здесь создать свою резиденцию («русскую Версалию»), но потом передумал и создал ее в другом близлежащем месте (так возник Петергоф). Основные сохранившиеся до наших дней достопримечательности Стрельны: деревянный Путевой дворец Петра I (1711 г., перестроен в 1749–1750 гг., арх. В.В. Растрелли, возобновлен в 1837–1839 гг., арх. Х.Ф. Мейер), Большой, или Константиновский, дворец (1720–1726 гг., проект арх. Н. Микетти, достраивался и перестраивался арх. Растрелли, А.Н. Воронихиным, Л.И. Руска и др.), усадьба с дворцом князя Львова, парки – Стрельнинский (Константиновский, 1710 – 1800-е гг.) и Орловский с усадебными постройками (1830 – 1840-е гг.).

Деревянный Путевой дворец Петра I использовали и другие самодержцы Романовы для отдыха в пути. Екатерина II передала этот дворец в Военное ведомство, разместившее в нем военный госпиталь. После Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. в восстановленном здании бывшего дворца устроили детский сад, в 1987 г. его передали ГМЗ «Петергоф» для создания историко-художественного музея, который открыли к 1999 г. В музее Путевой дворец Петра I создана экспозиция об истории Стрельны, ее жителях, гостях, владельцах, о быте царей Романовых, представлен ряд личных вещей некоторых из них. Если верить легенде, то по указу Петра I именно в Стрельне впервые в России начали выращивать картофель. Западнее дворца Петра I можно увидеть древний Портовый канал (400 м) и часовню Николая Чудотворца (начало ХХ в.). В местной Спасо-Преображенской церкви обвенчалась вторым браком вдова А.С. Пушкина – Наталия Николаевна, она стала генеральшей Ланской.

При Петре I в Стрельне начали возводить Большой каменный дворец по проекту итальянца Н. Микетти, но вскоре царь охладел к его строительству (в связи с возведением Петергофа); со временем в подвалах недостроенного дворца стали хранить токайские вина. Достраивать дворец стали при императрице Елизавете Петровне. Настоящей роскошной резиденцией этот дворцовый комплекс стал только в конце XVIII в., когда владельцем Большого дворца стал (с 1797) великий князь Константин Павлович; со временем дворец стали называть Константиновским. Дворец достраивали, перестраивали, реконструировали. Владельцами Константиновского дворца были великие князья: Константин Павлович (1779–1831), его племянник, сын Николая I, морской министр Константин Николаевич (1827–1892), его сын Дмитрий Константинович (1860–1919 гг., начальник всех государственных конных заводов России). Стрельню с ее дворцом безгранично любил великий князь Константин Константинович (1858–1915 гг., президент Российской академии наук, начальник кадетских корпусов, поэт с псевдонимом К.Р.; он всегда возил с собой в металлической коробочке стрельнинскую землю, считал Стрельню своей малой родиной).

В конце 1917 г. Константиновский дворец был национализирован, в нем разместили трудовую школу-колонию для беспризорников, затем – санаторий для психически больных людей, потом – курсы усовершенствования командного состава Военно-морского флота. Во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. дворец был сильно разрушен. Его частично восстановили в послевоенный период и разместили в нем Ленинградское арктическое училище (функционировавшее в нем до 1990 г.). В 2000 г. его передали в ведение Администрации Президента России, восстановили в 2001–2003 гг. Теперь возрожденный дворцово-парковый ансамбль с Константиновским дворцом имеет статус государственного комплекса Дворца Конгрессов, где проводят встречи и мероприятия только самого высшего уровня. Но иногда в нем проводят и просто светские мероприятия: концерты, балы, выставки, презентации и т. п. Частично дворец выполняет и музейные функции, в нем проводят только заранее организованные экскурсии.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Вид Стрельнинского (Константиновского) дворца из Нижнего парка. Художник И. Мейер.1841 г.


В состав государственного комплекса кроме Константиновского дворца входит огромный ухоженный парк (заложен в 1710 г., второй по древности возраста в этих местах после петербургского Летнего сада). Первоначальный проект парка в Стрельне разработал в строго регулярном стиле француз арх. Ж.Б. Леблон, его дополнил архитектор-итальянец Н. Микетти, плотины и шлюзы строили под руководством В. Туволкова (первого русского инженера-гидравлика), со временем в парке создали пейзажные участки. В XXI в. в стрельнинском ансамбле в парке построили павильон для встреч и переговоров в неофициальной обстановке, а также пристань, вертолетную площадку, гостиницу на 106 комфортабельных номеров «Балтийская звезда», коттеджный городок «Консульская деревня» (около 20 коттеджей). Ансамбль украшают памятники Петру I: у входа во дворец – копия рижского памятника работы скульптора Г. Шлидта-Касселя, 1910 г., отлитого в честь присоединения Лифляндии к России, и у причала – бронзовая скульптурная группа Петр I и Екатерина I.

Расскажем о некоторых владельцах и жителях Константиновского дворца в царский период.


Великий князь Константин Павлович (1779–1831) был вторым и любимым сыном императора Павла I, по складу духа похожий на отца, имел нервный, неуравновешенный характер; гнев его не имел пределов, был склонен к ругани и позорной брани. Когда императором стал его брат Александр I, то Константин Павлович был назначен председателем Воинской комиссии, участвовал в военных походах. Он не умел считаться с мнением других, не был способен на глубокий анализ дел, не мог понять многие дельные распоряжения специалистов, мог только повелевать. С 1814 г. он командовал польской армией, с 1819 г. сосредоточил в своих руках все военное и гражданское управление Царством Польским, но дельным военным и администратором не был, возмущал всех своими грубостью и хамством. В 1796 г. он женился на принцессе Юлиане Кобургской (1781–1860), которую оскорблял и мог даже ударить, детей у них не было, она уехала от него в 1801 г.; развод ему Александр I позволил оформить только в 1820 г., перед его второй женитьбой на дочери знатного польского графа Жанетте (Иванне) Антоновне Грудзинской (1799–1831), которой был дарован титул княгини Ловицкой, или Лович. Этот брак заставил его отречься от прав на российский престол (его запоздалое формальное отречение способствовало военному бунту в декабре 1825 г. в Петербурге, «делу декабристов»). Его отречение от престола долго держалось в тайне, вероятно, бездетный Александр I (обе его дочери умерли в раннем детстве) считал полезным пугать соотечественников перспективой иметь на троне скандального Константина, по сути «второго Павла I». Константин Павлович усилил недовольства в Польше, едва там не был убит, безжалостно участвовал в усмирении польского мятежа 1830 г. Александр I отозвал его из армии. Константин Павлович был подавлен результатами своих действий в Польше и их последствиями, едва не сошел с ума, вскоре заболел холерой и умер в возрасте 52 лет.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Константин Павлович. Гравюра XIX в.


Великий князь Константин Николаевич (1827–1892), сын Николая I и брат Александра II, был яркой и энергичной личностью, реформатором и новатором по своему складу характера, прогрессивным государственным деятелем, дельным морским министром и красивым мужчиной. Он был генерал-адмиралом, управлял флотом и Морским ведомством (его с 8 лет обучали теории и практике морского дела), а также с 1860 г. был председателем Главного комитета по крестьянскому делу, Наместником Царства Польского (1862–1863), Председателем Государственного совета (1865–1881), возглавлял с 1845 г. Императорское Русское географическое общество. Хотя он не выиграл ни одного морского сражения, он по праву входит в когорту прославленных русских флотоводцев, создателей российского флота. Он сделал исключительно много для развития морского флота России, строительства кораблей, подготовки высококвалифицированных кадров, а также для разработки, принятия, реализации на практике Указа (манифеста) об отмене крепостного права в России, для публикации литературных трудов талантливых авторов (Н.В. Гоголь и др.), заложил основы будущего российского Красного Креста (в 1854 г. вместе с великой княгиней Еленой Павловной возглавил организацию помощи раненым и больным в районе театра военных действий). Он доказывал порочность применения чрезмерно жестких мер при поиске выходов из конфликтов национально-управленческого толка, был до крайности строг к взяточникам, ворам, смело критиковал за ошибки, сомнительные дела, жульничество самых именитых сановников и чиновников.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Константин Николаевич и Александра Иосифовна. Фото 1860-х гг.


Константин Николаевич во время Крымской войны (1853–1856) все свои силы, а также все средства Морского ведомства отдал на сооружение кораблей нового поколения. Возрождать и технически переоснащать русский флот было чрезвычайно трудно из-за нехватки на это государственных средств. Константин Николаевич выделил из своих личных средств для развития русского флота огромную сумму и отказался от своего жалованья управляющего Морским ведомством, чтобы эти деньги шли на нужды флота. Когда императором стал его брат Александр II, то он поручил 28-летнему Константину Николаевичу на правах министра перестроить работу Морского ведомства, найти способы и усовершенствовать русский военно-морской флот. После окончания Крымской войны при катастрофической нехватке финансовых средств он возродил русский военно-морской флот, способствовал созданию надежно укомплектованного, хорошо в техническом плане оснащенного и вооруженного флота. В основу преобразования флота он положил два принципа: возможно большее плавание хорошо оснащенных военных судов в дальних морях, океанах и резкое сокращение числа морских чиновников – береговой администрации (подведомственную администрацию сократил вдвое; чиновников в большой мере оценивал как дармоедов). Константин Николаевич провел решительное обновление кадров Морского министерства, пригласил для работы в нем грамотных, честных, молодых и перспективных специалистов. В отчетах о делах он требовал прежде всего называть недостатки, трезво анализировать деятельность министерства, особое внимание уделял контролю за использованием финансовых средств.

Константин Николаевич заботился о повышении эрудиции морских офицеров и матросов. В базах флота были созданы библиотеки, в морских собраниях офицеры отдыхали и слушали лекции по морским и общим вопросам. Ему удалось принципиально улучшить условия жизни и службы моряков, при нем были отменены телесные наказания, смертность на флоте уменьшилась в 8 раз. 25-летняя служба моряков была сокращена до 10, а впоследствии – до 7 лет. Впервые в истории флота были введены пенсии для нижних чинов по инвалидности и окончании срока службы. Значительно улучшилось положение морских офицеров: выросло жалованье, были введены различные виды пособий, создана особая касса на флоте, которая позволяла в 1,5–2 раза повысить пенсии тем, кто уходил в отставку.

С 1855 г. Константин Николаевич результативно участвовал в подготовке реформы по отмене крепостного права, был одним из ее инициаторов. С 1860 г. он был председателем Главного комитета по крестьянскому делу, возглавлял комитет, ведавший реализацией крестьянской реформы.

Константин Николаевич не одобрял политику нового императора Александра III, его племянника, сторонника жесткой борьбы с революционным движением и противника любых уступок обществу. В возрасте 54 лет Константин Николаевич вынужденно отошел от больших государственных дел, по сути, оказался невостребованным в государственном масштабе.

Константин Николаевич был самым богатым среди детей Николая I (владел Стрельней, Павловском, крымской Ореандой, другой недвижимостью), а также был самым образованным среди Романовых. Он великолепно знал русский язык, имел ораторский талант, свободно владел основными европейскими языками, имел обширные познания в истории, литературе, искусстве, любил музыку, прекрасно играл на фортепьяно и виолончели, с удовольствием посещал театры и концерты, с интересом общался с крупнейшими отечественными учеными и общественными деятелями. Он был внешне очень привлекательным человеком: высоким, стройным, с одухотворенным лицом, пользовался большим успехом в свете, особенно у дам.

Константин Николаевич помнил о краткости земной жизни и спешил (особенно на пятом-шестом десятках лет) успеть познать как можно больше личных радостей и удовольствий. Он был сильно увлечен театром и актрисами, которым щедро дарил дорогие подарки, и на продолжительное время почти забыл о своей жене Александре Иосифовне (в девичестве принцесса Саксен-Альтенбургская, 1830–1911 гг.), на которой женился в возрасте 21 года. Он в 43 года влюбился в 23-летнюю балерину Анну Кузнецову (1847–1922), которая была на 3 года старше его сына Николая, завалил ее ценнейшими подарками, сделал своей любовницей, построил для нее особняк на набережной р. Мойки. А.В. Кузнецова бросила сцену; у них родились 5 детей, из которых трое сыновей умерли в младенчестве (что было карой за их грехи), а две дочки выросли (Марина, 1875–1941 гг., и Анна, 1878–1920 гг.). Оскорбленная Александра Иосифовна уехала от мужа, стала жить в их дворце в Павловске. Более 16 лет Константин Николаевич фактически не думал о законной жене и их 6 детях, которые родились за первые 14 лет их счастливой семейной жизни. К 60 годам он был тяжело больным человеком (что воспринимал как расплату за свои грехи), у него случались припадки эпилепсии, еле двигались правая рука и нога, с трудом говорил. Он приехал к жене в Павловск, вымолил у нее себе прощение. Анна Иосифовна почувствовала свою нужность ему, воспряла духом и стала ухаживать за больным мужем. Корила себя, что в молодом и среднем возрасте чрезмерно увлекалась своими интересами, мистицизмом, светскими развлечениями, нарядами, сплетнями, не разделяла желания и дела мужа, что способствовало его отдалению от нее. Немощный Константин Николаевич ничего не мог делать без посторонней помощи, тосковал по гражданской жене и их двум дочерям. Он в активном возрасте все свои лучшие силы отдал решению государственных задач, жена и дети тогда были у него далеко не на первом месте, тем более что его жена не была его единомышленницей. Получилось, что супруги забыли главное православное правило для семейных людей: для мужа главный человек жена (а для жены – муж), только потом идут престарелые родители и дети. Получилось, что его дела во благо государства сполна не оценили и скоро о них забыли; его законные дети не простили ему измену их матери и им; обеспеченные им его любовница и их дети в нем уже не нуждались. Он был полностью разочарован в жизни. Константин Николаевич умер в Павловске в возрасте 65 лет; жена пережила его на 19 лет и умерла в возрасте 81 года.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Дмитрий Константинович. Фото конца XIX в.


Великий князь Дмитрий Константинович (1860–1919), сын великокняжеской четы Константина Николаевича и Александры Иосифовны, был потрясен разладом родителей после двух десятилетий их семейной совместной жизни, люто ненавидел их разлучницу – молодую балерину А.В. Кузнецову. А главное, посмотрев на родителей, он понял, что семья и людская любовь – категории ненадежные. Получилось, что своим порочным примером его родители отбили у него интерес к семейным делам и нормальным человеческим отношениям. Дмитрий стал женоненавистником, убежденным холостяком. Он был большим любителем и знатоком лошадей, коннозаводческого дела, нашел свою стихию в лейб-гвардии Конном полку, курировал все государственные конные заводы, стал командиром. Он был скромным, неприхотливым в быту и щедрым благотворителем (жертвовал большие деньги на нужды полка, на подарки солдатам и особенно много – на монастыри и храмы). Дмитрий за 15 лет до начала Первой мировой войны предсказал ее неизбежность. Он после октября 1917 г. был арестован, затем сослан в Вологду, потом его возвратили в Петроград в Петропавловскую крепость, где в январе 1919 г. расстреляли (вместе с ним тогда погибли великие князья Павел Александрович, Георгий Михайлович, Николай Михайлович). До последней минуты Дмитрий Константинович неистово молился, повторял слова: «Прости им, Господи, не ведают, что творят».

Великий князь Константин Константинович (1858–1915 гг., литературное имя криптоним К. Р.) вошел в русскую историю прежде всего как яркий поэт, переводчик, драматург, музыкант, актер, начальник кадетских корпусов и президент Петербургской академии наук. Его отцом был брат Александра II – великий князь Константин Николаевич, управлявший флотом и Морским ведомством. Но Константин Константинович по болезни был списан из флота. Он стал командиром Преображенского полка, начальником военно-учебных заведений (1900–1910), в том числе особое внимание уделял развитию кадетских корпусов, был генерал-инспектором военно-учебных заведений, был Почетным попечителем Педагогических курсов при петербургских женских гимназиях. Константин Константинович считал, что его главным предназначением в жизни является литература, но в царском роде было принято полезность Отечеству доказывать воинской службой. В молодости он служил на флоте, потом в сухопутном ведомстве, с 31 года и до конца жизни был 26 лет президентом Петербургской академии наук (с 1889 г.). Руководить Академией наук было очень сложно из-за процветавших в ней интриг и нехватки финансовых средств. Он способствовал лучшему финансированию академии, добился улучшения ее штатного расписания.


Константин Константинович написал много прекрасных стихов, на многие из них были написаны романсы и песни, в том числе С.В. Рахманиновым, П.И. Чайковским и другими композиторами. Он был великолепным переводчиком; с его переводческой деятельностью связано становление русской переводческой школы. Константин Константинович проявил себя и как драматург. Написав драму «Царь Иудейский», стал одним из зачинателей религиозного ренессанса в России.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Константин Константинович. Фото 1910-х гг.


Личная жизнь Константина Константиновича была одновременно счастливой и отчасти несчастливой. В возрасте 24 лет он был сильно увлечен своей двоюродной сестрой Еленой Строгановой (1861–1908), дочерью великой княгини Марии Николаевны (1819–1876) и ее второго мужа графа Г.А. Строганова (1823–1879); но брак с двоюродной сестрой по правилам Русской православной церкви был недопустим. Женившись по любви на принцессе Саксен-Альтенбургской, он со временем понял, что его жена не интересовалась русской историей, культурой, поэзией, его попытки расширить ее кругозор дали минимальные результаты. Его жена, в России её стали называть Елизавета Маврикиевна, все годы их семейной жизни оставалась доброй женщиной, материнские заботы были главным смыслом ее жизни. Но она не приняла православия, осталась убежденной лютеранкой; получилось, что Константин Константинович жил в браке с чуждым по духу человеком, что для него равнялось одиночеству. Но он был по-своему счастлив в семье, благодарен жене за то, что она вернула ему интерес к женщинам (с 12 лет он ощущал гомосексуальные эмоции) и уверенность в его сугубо мужских достоинствах, радовался, что у них были хорошие дети.


В 1914 г. 56-летний великий князь оказался на лечении в Германии, мучительно перенес фактически положение пленного русского офицера (шла Первая мировая война). Затем он узнал о гибели (1914) на германском фронте 22-летнего любимого сына Олега (1692–1914), подававшего надежды поэта, наследника отцовской лиры. Всего у великого князя было 6 сыновей и 3 дочери, но к 1915 г. из них уже не было в живых одного сына и одной дочери. Все это сильно подорвало здоровье Константина Константиновича, и вскоре после возвращения в Россию он скончался в возрасте 57 лет. Большевики под Алапаевском в 1918 г. расстреляли трех его сыновей – великих князей Ивана, Константина, Игоря (их в 1981 г. Русская православная церковь за границей причислила к лику святых). Стихи Константина Константиновича остались в памяти россиян. Но в наши дни об этом поразительно интересном человеке и его простых милых стихах большинство россиян ничего не знает.


Среди других достопримечательностей Стрельны – остатки усадьбы князя Алексея Федоровича Орлова (1786–1861) на берегу Орловского (до 1840-х гг. Заводского) пруда. Усадебный орловский ансамбль с 1856 г. считали одним из красивейших в окрестностях Петербурга, иначе и быть не могло, ведь его хозяином был родной племянник фаворита Екатерины II (графа Григория Григорьевича Орлова). Отец А.Ф. Орлова – Ф.Г. Орлов не был женат, но имел от двух женщин 6 сыновей и 2 дочерей; из его 8 детей Алексей Федорович достиг максимальных успехов: стал близким лицом к императору Николаю I, который пожаловал ему княжеский титул (Алексей не мог наследовать графское достоинство своего отца, так как официально считался не его сыном, а только воспитанником, поскольку был незаконнорожденным), стал дипломатом, генералом, председателем Государственного совета, шефом жандармов, был женат на О.А. Жеребцовой (внучке О.А. Жеребцовой – сестры последнего фаворита Екатерины II – П.А. Зубова). Из-за осенних событий 1917 г., Гражданской войны и Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. от орловской усадьбы почти ничего не сохранилось. Можно увидеть только готические Главные ворота в усадебный парк, основу Башни – руины с земляным пандусом, домик привратника.

Поблизости, рядом с Петербургским шоссе, можно увидеть остатки усадьбы-дачи князя Александра Дмитриевича Львова (1864 – после 1917 г.), в том числе усадебный 2-этажный каменный дом, построенный в стиле английской готики, напоминающий средневековый замок. Этот дом был построен в конце 1830-х гг. (проект арх. А. Кольмана) для деда А.Д. Львова – генерал-майора П.К. Александрова (1808–1857), который был внебрачным сыном великого князя Константина Павловича. У П.К. Александрова была дочь Александра, вышедшая замуж за князя Д.А. Львова, у нее родились два сына, один из них стал владельцем этой усадьбы. А.Д. Львов жителям Стрельны запомнился своим увлечением пожарным делом. Он создал и содержал на свои средства в Стрельне первую местную и образцовую пожарную команду. В 1894 г. 30-летний А.Д. Львов возглавил Главный совет всероссийского пожарного общества, фактически он стал руководить всей системой пожарной охраны в России, вкладывал в это дело и свои ощутимые средства, организовывал выставки по делу пожарной охраны, что-то вроде курсов повышения квалификации брандмейстеров, писал пособия и инструкции для городских пожарных команд. Одним словом, он был полезным для России человеком. Но после 1917 г. его, как дворянина, князя, родственника Романовых, арестовали, сослали в Вологду, расстреляли.

Как видим, с давних времен вдоль Петергофского шоссе строили дачи, загородные усадьбы, резиденции. Среди них была и загородная усадьба Михайловка, созданная императором Николаем I для его младшего сына великого князя Михаила Николаевича. Великокняжеский усадебный комплекс включал главный дом-дворец (1860-е гг., арх. Г. Боссе), церковь в древнерусском стиле, манеж, кавалерские корпуса, многочисленные хозяйственные постройки, пейзажный парк (был создан в английском пейзажном стиле, с цепью прудов, арх. А. Штакеншнейдер, А. Резанов, Г. Боссе).


Великий князь Михаил Николаевич (1832–1909), сын Николая I и брат Александра II, генерал-фельдцейхмейстер, был начальником кавалерии, главнокомандующим Кавказской армией, наместником на Кавказе (1863–1881), председателем Государственного совета (1881–1905). Михаил Николаевич в статусе наместника Кавказа, как сплетничали в свете, чуть ли не в открытую воровал, присваивал имения с их богатствами, в Петербурге размах хищений не мог быть большим и незаметным. Но князь Ф.Ф. Юсупов-младший в своих «Мемуарах» дает ему хорошую характеристику, напоминает, что он участвовал в Крымской, Кавказской и Русско-турецкой войнах, 18 лет оставался, несмотря ни на что, императорским наместником на Кавказе, а по возвращении получил пост главного инспектора артиллерии и должность председателя Государственного совета (и все потому, что он Романов).


После 1917 г. в национализированной усадьбе Михайловка разместили детскую трудовую школу, потом ее вывели и создали на базе усадьбы пансионат Кировского завода, с 2006 г. усадьбу передали Санкт-Петербургскому государственному университету для организации и размещения в ней бизнес-школы мирового класса.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дворец Михайловка. Фото 1890-х гг.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Михаил Николаевич. Фото конца XIX в.


За Михайловкой находится развлекательный этнографический комплекс «Русская деревня», созданный в 2003 г. на основе деревни Шуваловки, принадлежавшей графам Шуваловым. Этот комплекс создали, чтобы люди могли приятно и полезно отдохнуть, развлечься, познакомиться с традиционным русским бытом, обычаями, ремеслами, представить, как в XVIII–XIX вв. жили крестьяне в северных губерниях и в Карелии.

Поблизости находится в прошлом роскошная усадьба Знаменка, ее самыми известными владельцами были фельдмаршал Б.К. Миних, граф К.Г. Разумовский, граф П.И. Шувалов, великий князь Николай Николаевич-старший.

Вторым владельцем этой усадьбы был богатейший граф К.Г. Разумовский, при котором усадьба называлась «Приморская дача», или «Приморский двор». Разумовский поддерживал свою славу утонченного гастронома (поваров он выписывал из Парижа), у него всегда был открытый стол (куда могли являться званые и незваные, но непременно достойные гости). После учебы и жизни в Париже К.Г. Разумовский стал активным пропагандистом в России французских вкусов. Именно он ввел в России моду пить шампанское (его впервые привез в Россию французский посланник маркиз де ла Шетарди), обмениваться любезностями, сыпать дамам комплименты. Он вместе со своим другом графом И.И. Шуваловым способствовал внедрению французских нарядов и мод в России, чем очень угодил императрице Елизавете Петровне.


Кирилл Григорьевич Разумовский (1728–1803) был влиятельным придворным в период царствований императриц Елизаветы Петровны и Екатерины II, стал графом, фельдмаршалом, камергером, сенатором. К.Г. Разумовский родился в Малороссии (Украине) в Лемешах в семье простого казака. Возвысился он по воле случая, когда его родной брат Алексей Розум (1709–1771 гг., с 1731 г. Разумовский) стал фаворитом, а с 1742 г. и морганатическим мужем императрицы Елизаветы Петровны. В возрасте 18 лет Кирилл вместе с матерью и сестрами был вызван в Петербург. Затем его отправили на 2 года учиться за границу. В 20 лет он вернулся в Россию, был пожалован в графы, обратил на себя всеобщее внимание, ибо был красивым, образованным, галантным человеком, отлично танцевал, свободно говорил по-французски и по-немецки. В возрасте 22 лет он был назначен президентом Академии наук, стал покровителем М.В. Ломоносова. Он женился на Екатерине Ивановне Нарышкиной, у них было 5 сыновей. По желанию императрицы Елизаветы в 1750 г. он был выбран в Глухове в гетманы Малороссии, стал там жить, но реально все дела за него вел доверенный и верный императрице и ему Г.Н. Теплов. Когда императором стал Петр III, он сделал К.Г. Разумовского главнокомандующим армией. С императрицей Екатериной II К.Г. Разумовский чуть было не испортил отношения, так как попросил ее о преемственности гетманского достоинства от отца к сыну. Екатерина II не собиралась этого делать, перевела его в фельдмаршалы. В возрасте 47 лет он вернулся в Петербург и вскоре овдовел. Жениться снова он не стал (не хотел, чтобы у его 5 сыновей появилась мачеха), но, уехав в малороссийский г. Батурин, взял с собой свою любимую молодую племянницу графиню С.О. Апраксину, которая смогла влюбить в себя уже немолодого и очень богатого К.Г. Разумовского и сполна использовала его материальные возможности. Все называли ее его метрессой.


Третьим известным владельцем усадьбы Знаменка был граф П.И. Шувалов, временщик и двоюродный брат фаворита императрицы Елизаветы Петровны И.И. Шувалова. При П.И. Шувалове усадьба получила название «Знаменка» в честь подмосковного села Знаменское, пребывание в котором И.И. Шувалова было связано с его плодоносным «случаем», возвышением его и всей семьи Шуваловых. Карьера ловкого в делах П.И. Шувалова сложилась быстро и удачно. П.И. Шувалов успел за несколько дней до своей смерти выгодно продать Знаменку известному ярославскому наместнику генералу А.П. Мельгунову, причем купчая была совершена без пошлин.


Петр Иванович Шувалов (1710–1762) – граф, один из самых влиятельных вельмож елизаветинского времени, двоюродный брат И.И. Шувалова – последнего фаворита императрицы Елизаветы Петровны. Императрица женила 31-летнего вдовца П.И. Шувалова на своей 34-летней любимице М.Е. Шепелевой (1708–1759). Братья Шуваловы хорошо знали тягу быстро старевшей императрицы Елизаветы Петровны к красивым молодым мужчинам. Они способствовали, чтобы их двоюродный красивый брат Иван Иванович Шувалов (1727–1797) был взят ко двору. В возрасте 24 лет И.И. Шувалов стал фаворитом 42-летней Елизаветы Петровны, оставался им 10 лет, вплоть до ее смерти (1761), стал генерал-адъютантом, очень богатым человеком, в последние годы императрицы все государственные дела проходили через его порядочные руки. Это обстоятельство сполна использовали его ловкие двоюродные братья. С возвышением И.И. Шувалова П.И. Шувалов стал генерал-аншефом, главноприсутствующим в Межевой канцелярии (1755), конференц-министром (1756), вице-президентом Военной коллегии. В нем было много и хорошего, и плохого. П.И. Шувалов особенно интересовался делами армии и финансов, любимым его детищем была артиллерия. Он якобы стремился увеличить государственные доходы, а результаты оказывались обратными. Так, передача горных заводов и промыслов частным лицам только обогатила последних, прежде всего самого П.И. Шувалова и его родственников. П.И. Шувалов сосредоточил в своих руках все северные и каспийские рыбные промыслы, стал владельцем Гороблагодатских заводов, получил табачный и винный откупа. П.И. Шувалов стремился все захватить в свои руки, был необыкновенно самоуверенным и властолюбивым, всегда и любой ценой стремился к личному обогащению. Он требовал ото всех строгого соблюдения законов, а сам первым нарушал их, потому что знал, что он обманывает грамотно, а в крайнем случае при помощи двоюродного брата (фаворита императрицы) и жены (любимицы императрицы) всегда сможет выпросить прощение у Елизаветы Петровны. Хотя П.И. Шувалов уничтожением внутренних таможен содействовал успехам торговли, но незаконными привилегиями и монополиями (в которых сам принимал значимое участие) нанес торговле ощутимый вред. При влиятельных двоюродном брате и жене П.И. Шувалов знал, что Сенат беспрекословно будет выполнять его волю. Расплатой за грехи для П.И. Шувалова стала смерть его влиятельной первой жены Мавры Егоровны (1759) и большинства их детей, только один их сын достиг зрелых лет – Андрей Петрович (1744–1789); вторая жена княжна Анна Ивановна Одоевская, на которой он женился в возрасте 50 лет, на первом году их семейной жизни умерла от родов. В семейной жизни П.И. Шувалов счастливым не был, стал дважды вдовцом, всю жизнь волновался за здоровье и благополучие единственного сына Андрея. Огромные богатства и солидное положение не принесли ему личного счастья и семейного благополучия (что было карой за его грехи).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дворец усадьбы Знаменка


Четвертым владельцем Знаменки был Алексей Петрович Мельгунов (1722–1788), сын санкт-петербургского вице-губернатора, начальник Кадетского корпуса. Он умел льстить, подслужиться к начальникам, делал им подношения, выполнял их волю, чем всячески упрочивал свое служебное положение. При этом он способствовал ведению археологических раскопок, сбору остатков северных зырянских древних рукописей, открытию в Ярославле Дома призрения Ближнего и Народного училища (гимназии), основал первый в России областной провинциальный журнал «Уединенный пошехонец» (1786), но и масонскую ложу в Ярославле.

Затем владельцами Знаменки были Нарышкин, екатерининский сенатор П.В. Мятлин. Потом император Николай I купил Знаменку и близлежащую мызу «Крейг» для своей жены императрицы Александры Федоровны, а она со временем их подарила сыну – великому князю Николаю Николаевичу-старшему, для которого в середине XIX в. перестроили Знаменский дворец.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Николай Николаевич-старший. Фото 1877 г.


До наших дней в Знаменке сохранились великокняжеский Знаменский дворец, ряд других исторических построек этой усадьбы: конюшенный двор, кухонный корпус, Петропавловская церковь, оранжерея, большой пейзажный парк. В наши дни в усадьбе Знаменка устроен пансионат, расположенный на берегу Финского залива. При желании и ощутимых средствах можно лично представить, как жили члены великокняжеской семьи, какое-то время пожив в апартаментах Знаменского дворца. В этом пансионате постояльцам предлагают экологически чистые продукты, в том числе овощи из местной оранжереи, и кучу рекреационных занятий в фитнес-центре, игру в пинг-понг, другие спортивные игры (есть прокат инвентаря) и сауну.

Посещая Знаменку, полезно вспомнить судьбу великого князя Николая Николаевича-старшего и лишний раз подумать о том, что происхождение, доставшиеся от предков средства, ценности, связи нужно использовать, тратить с умом, вместе с детьми творить добрые дела, быть им примером и воздерживать их с детства от сомнительных занятий, помня, что для детей чрезвычайно важны искренние внимание и любовь родителей.


Великий князь Николай Николаевич-старший (1831–1891) был сыном Николая I и братом Александра II, был женат на принцессе Ольденбургской Александре Петровне (1838–1900). Он был главнокомандующим войсками Гвардии и Петербургского военного округа (1864–1880), генерал-инспектором кавалерии (1864). Вел себя как диктатор по отношению к подчиненным, был способен на обманы и жульничество, тем не менее всегда занимал важные посты, ведь он был Романов, умел выслужиться и льстить императору. Когда он был главнокомандующим в Русско-турецкой войне 1877–1878 гг., то был замешан в махинациях с поставками фронту, дело шло к суду, который под давлением свыше смогли отменить, а «дело» закрыть, поскольку неизбежно пришлось бы раскрыть не только дела махинаторов, но и участие в их аферах главнокомандующего. Николай Николаевич любил свободу не только в деловых операциях, но и в личной жизни. Он влюбился в молодую балерину Е.Г. Числову (1845–1889), сделал ее своей любовницей, стал открыто жить с ней, у них родились два сына и две дочери. Числова полностью подчинила его своей воле, устраивала ему громкие скандалы, била. Стареющий великий князь все терпел, прощал молодую любовницу, любил и их детей, завалил их дорогими подарками, обеспечил в финансовом плане, полностью содержал их всех. Его законная жена, страдавшая от своего унизительного положения оставленной женщины, устроила под Киевом монастырь, стала монахиней и его настоятельницей. Получилось, что Николай Николаевич своим распутством заставил жену стать монахиней.


У Николая Николаевича было два законных сына: Николай Николаевич-младший, или Николаша (1856–1929 гг., с 1907 г. женат на княжне Черногорской Стане, ради брака с ним разошедшейся с первым мужем, ставшей в России Анастасией Николаевной, 1868–1935), и Петр Николаевич (1864–1931 гг., с 1889 г. женат на княжне Черногорской Милице Николаевне, 1866–1951 гг.). Его сыновья, не получившие в детстве от родителей должных любви и внимания, благотворного примера достойной семейной жизни, оказались чуть ли не под каблуком своих ловких жен, под их влиянием увлеклись сомнительными делами, в том числе спиритизмом. Особенно усердно «столоверчением» занимался Николай Николаевич-младший, искавший поддержки у потусторонних сил для сокрытия своих делишек, махинаций, тем более что он был генерал-инспектором кавалерии (1895–1905), председателем Совета государственной обороны (1905–1908), главнокомандующим войсками Петербургского военного округа (1905–1914). Николай Николаевич-младший был в начале ХХ в. одним из основных виновников неэффективности русской военной машины, низкой боеспособности армии, ее недостаточном оснащении техникой, вооружением, боеприпасами, нехватки в ней медицинского персонала и медикаментов. Из-за больших потерь, серьезных поражений, стратегических и тактических ошибок в период Первой мировой войны он был смещен с поста Верховного главнокомандующего всеми вооруженными силами России, который занимал с 1914 по 1915 г. Других наказаний для него не было. В начале 1919 г. он эмигрировал во Францию. Жены братьев Николая Николаевича-младшего и Петра Николаевича – сестры Стана (Анастасия) и Милица Николаевны – дружили с колдунами и гадалками, занимались черной магией, привели к императорскому двору француза Филиппа Назье-Вашо, масона, мистика, шарлатана-«целителя», а потом – старца Григория Распутина. Они способствовали расширению влияния этих и других спорных личностей на петербуржцев. Получилось, что сыновья и невестки Николая Николаевича-старшего сильно способствовали пропаганде колдовства, целительства, черной магии, что было на руку властям, не способным навести порядок в стране и заинтересованным в оболванивании людей.

В конце XIX – начале ХХ вв. Стрельна стала очень модным дачным местом. Именно здесь был загородный дом-дача тогда знаменитой балерины Мариинского театра Матильды Феликсовны Кшесинской (1872–1971), возлюбленной нескольких великих князей: родных братьев Сергея и Георгия Михайловичей, Владимира Александровича и его сына Андрея, цесаревича Николая Александровича (ставшего императором Николаем II).


Гуляя по Стрельне, 28-летняя М.Ф. Кшесинская увидела продающуюся большую дачу с обширным садом и захотела стать её хозяйкой. Влюбленный в нее великий князь Сергей Михайлович (1869–1918) купил их ей в 1894 г., год их обустраивали и с 1895 г. Кшесинская стала проводить в этом доме все лето. 23-летний Сергей Михайлович влюбился с первого взгляда в 20-летнюю Матильду еще в 1892 г. и всю свою жизнь любил только ее, хотя у нее были и другие любовные партнеры – Романовы и мужчины попроще (например, танцовщик, партнер по сцене Николай Легат, граф француз Роббер де Монтескье и др.).

В Стрельне, на своей вилле 30-летняя Кшесинская родила сына (1902), он стал ее единственным ребенком. В самом начале ХХ в. Кшесинская постоянно жила с великим князем Андреем Владимировичем (1879–1956), но не прервала близкие отношения и с великим князем Сергеем Михайловичем, были слухи и о ее тайных свиданиях с императором Николаем II (но она подтверждала только один его тайный приход к ней, но ведь могла и приврать). Чьим сыном был родившийся в Стрельне мальчик, точно не знал никто. Матильда назвала его Владимиром (Влади, 1902–1974 гг.) в честь его отца Андрея Владимировича, а поначалу она хотела назвать новорожденного Николаем, но поняла, что это безрассудно. Чем взрослее становился Владимир, тем больше он становился внешне похожим на Николая II. Тогда отечественные и иностранные газеты намекали или открыто писали, что Владимир – тайное дитя Его Величества Николая II. Когда ее сыну Владимиру исполнилось 10 лет (1912), император Николай II дал ему (всего лишь внуку обрусевшего поляка-танцовщика Императорских театров и его жены, бывшей танцовщицы, и всего лишь сыну польки-католички примы-балерины Мариинского театра) титул князя Красинского (большинство дворян о княжеском титуле могли только мечтать), и позже он проявлял интерес к здоровью и благополучию взрослевшего Владимира и его матери. О возможном отцовстве Николая II намекала уже в престарелом возрасте М.Ф. Кшесинская, ставшая в 1921 г. женой и с 1956 г. вдовой великого князя Андрея Владимировича. Она по памяти цитировала письма Николая II к ней, выражавшие внимание к ней и сыну. Но отвергнутая в молодости Николаем II Кшесинская в ее почтенном возрасте в своих высказываниях и воспоминаниях могла что-то приврать, перепутать, забыть, ведь всю свою жизнь она любила морочить людям голову, действовать с выгодой для себя.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Матильда Кшесинская и великий князь Андрей Владимирович с сыном Владимиром. Фото 1900-х гг.


На границе исторических местностей Старый Петергоф и Ораниенбаум (г. Ломоносов), за Серафимо-Дивеевским подворьем, на запад от него, сохранился небольшой дворец, который был основой Собственной дачи императрицы Елизаветы Петровны. До Елизаветы эти места принадлежали псковскому и новгородскому архиепископу Феофану Прокоповичу, здесь была его шикарная приморская дача-усадьба с великолепным садом. Елизавета Петровна часто приезжала к Феофану Прокоповичу, высказывала желание приобрести его дачу-усадьбу. После смерти Феофана Прокоповича его Приморская дача поступила во владение великой княжны Елизаветы Петровны. Став императрицей, она переименовала ее в Собственную дачу.


Феофан Прокопович (1681–1736) – украинский и русский государственный и церковный деятель, глава Ученой дружины. Его современники были под влиянием его проповедей и трудов. Феофан родился в Киеве в купеческой семье, осиротел в детстве, учился в Киевской духовной академии, в Риме, приняв католичество, учился в иезуитской коллегии, вернулся в Россию, принял снова православие, поступил в Почаевский монастырь, стал монахом. Он обладал огромными познаниями, был редкостным эрудитом. Феофан поддерживал царя Петра I, его начинания и реформы. Феофан опровергал первенство духовной власти над светской и первенство духовенства над другими общественными классами, был сторонником сильной светской власти, стремящейся к реформам, государственным и церковным. Царь Петр I вызвал его в Петербург, где он разъяснял верующим действия правительства, доказывал необходимость преобразований, писал речи царю и стал верным и главным помощником Петра I в делах духовного управления. При своих уме и редчайшей эрудиции Феофан был хитрым, мстительным, имел жесткий характер, понимал выгоду бесконфликтных отношений с самодержцами. Призывая к духовности других, он думал о личном комфорте, умел не упустить материальные выгоды от своего положения помощника властей предержащих.


Со временем владельцем Собственной дачи стал император Павел I, который впоследствии подарил ее своей жене императрице Марии Федоровне и часто приезжал на эту дачу к ней. Потом дачу унаследовал их третий сын, ставший императором Николаем I, который подарил дачу наследнику престола, своему старшему сыну Александру. Став императором Александром II, он летом жил на этой даче с женой императрицей Марией Александровной и их детьми, для них дворец был перестроен (арх. А.И. Штакеншнейдер).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Сергиевка – дворец Лейхтенбергских


К западу от Собственной дачи находится старинная усадьба Сергиевка. Ее посещение доставляет эстетическое удовольствие, а также напоминает о силе отцовских чувств императора Николая I и еще раз заставляет вспомнить, что брак по расчету или вынужденный редко оказывается счастливым.

Николай I был великолепным отцом и дедом. Он нежно любил своих семерых детей, пока они росли, каждый день непременно заходил в детскую, постоянно уделял им внимание, тщательно заботился об их воспитании, образовании, подарках для них, а позже – и об устройстве их браков. Усадьба Сергиевка была куплена им в 1839 г. в качестве одного из свадебных подарков для его дочери великой княжны Марии Николаевны.


Великая княгиня Мария Николаевна (1819–1876) была любимой дочерью императора Николая I. Она была энергичной, честной, не мыслила своей жизни вне России. В нее влюбился герцог Максимилиан Лейхтенбергский (1817–1852) – сын Евгения Богарне (пасынка Наполеона), самый красивый принц в Европе, прекрасно образованный человек. Он ради женитьбы на Мэри согласился навсегда покинуть свое отечество, стать русским подданным, служить в русской армии, будущих детей воспитывать в православной вере. Мэри в ее 19 лет не столько полюбила 22-летнего Максимилиана, сколько радовалась счастью остаться и жить в России. За почти 13 лет их супружества у них родились 7 детей. Первый сын Николай имел врожденный дефект ноги, перенес 4 ортопедические операции, больная нога стала короче здоровой. Мария Николаевна была одержимой матерью, она при деятельной поддержке своего отца-императора неутомимо боролась за здоровье сына, искала пути к его выздоровлению. Мальчик, которому грозила судьба инвалида, стал физически здоровым, лучшим в Петербурге верховым ездоком и конькобежцем. Мария Николаевна переняла от своих родителей страстную любовь к детям, ежедневную потребность заниматься с детьми, хотя при них был штат слуг и воспитателей.


Мария Николаевна щедро помогала поэтам, писателям, художникам, музыкантам, которые получали от нее моральную и финансовую поддержку. В возрасте 33 лет (1852) по указу ее отца Николая I она стала президентом Академии художеств; так в первый и, вероятно, последний раз Академию художеств России возглавила женщина. В ощутимой мере на ее личные деньги были созданы библиотека и музей Академии художеств; Академия от нее получила очень нужные и дорогие предметы, произведения искусства в качестве подарков. Деньги, которые ей полагались на представительские «столовые» нужды, она отдавала нуждавшимся учащимся Академии художеств. Мария Николаевна стремилась помогать и обычным простым людям, прежде всего женщинам. С 1840-х годов она стала предоставлять средства на содержание дома милосердия «Магдалинское убежище» для падших женщин (этот дом существовал только на пожертвования).

И тем не менее Мария Николаевна счастливой не была, ведь ее личная жизнь оказалась сложной. С ее стороны большой любви к мужу не было, даже казавшаяся поначалу влюбленность быстро прошла. Мария Николаевна вышла замуж за принца Максимилиана Лейхтенбергского не по любви, а только потому, что не хотела уезжать из России. А Максимилиан Лейхтенбергский безумно любил ее, хотел, чтобы она максимально много была с ним, утомил её своей супружеской любовью. В течение почти 13 лет их супружества она через год рожала, все роды у нее были труднейшими. Постепенно по ее инициативе их брак стал формальным, она, как судачили в свете, «отлучила мужа от своего ложа». Избранником ее сердца стал граф Григорий Александрович Строганов (1824–1878), на 5 лет моложе ее, кутила и добряк. На людях Мария Николаевна и ее муж изображали благополучную семью. Все трое порядочных по своей натуре людей страдали, видя безысходность ситуации. Максимилиан, вероятно, мучился особенно сильно, ощущал, что его роль уже сыграна; он вскоре сильно простудился и умер в возрасте 35 лет.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великая княгиня Мария Николаевна. Акварель К.П. Брюллова. 1837 г.


После смерти мужа Мария Николаевна не могла рассчитывать на разрешение отца Николая I на брак со Строгановым, поэтому они остались любовниками, затем тайно обвенчались в Сергиевке в Свято-Екатерининской церкви, ей тогда было 35 лет. После смерти императора Николая I Августейшее семейство не признало Г.А. Строганова мужем Марии Николаевны. Она и ее второй муж были вынуждены подолгу жить в Италии, где они могли постоянно быть вместе. У них родились сын Григорий (умер в возрасте 3 лет) и дочь Елена. Мария Николаевна страдала из-за того, что вынуждена жить подолгу вне России, ведь за границей она быть по-настоящему счастливой не могла, но и быть вместе с дорогим ей Строгановым она могла только за пределами Родины.

Архитектор А. Штакеншнейдер построил в Сергиевке красивый и удобный двухэтажный летний дворец, а также церковь во имя Святой Екатерины. В устройстве и украшении парка участвовал известный мастер садовых дел П. Эрлер. Великая княгиня Мария Николаевна и ее первый супруг герцог Максимилиан Лейхтенбергский любили красоту и изящество во всем. В разное время он и она были президентами Академии художеств. Герцог Лейхтенбергский пылко любил свою жену, знал ее художественный вкус и интересы, изо всех сил стремился превратить их усадьбу Сергиевку в «художественное гнездо». В усадебном парке по его желанию установили многочисленные ценные скульптуры, которые он привез из Германии. В парке из гранитных валунов были высечены скамьи и фигуры; до наших дней сохранилась «Адамова голова».

И раньше и теперь люди, знавшие особенности отношений Марии Николаевны и ее первого супруга, винят именно ее в ненадежности ее первого брачного союза, измене мужу, нарушении брачных православных правил, традиций и говорят о жестокой расплате за все это: 1) отсутствие ее полного личного счастья; 2) неудачный брак ее старшего сына Георгия Лейхтенбергского; 3) смерть ее младшего сына Григория Строганова; 4) невозможность брака по большой обоюдной любви ее дочери Елены Строгановой и ее двоюродного брата великого князя Константина Константиновича.

После смерти Марии Николаевны владельцем усадьбы Сергиевка стал ее сын от первого брака Георгий Максимилианович Лейхтенбергский (1852–1912). Он считал, что своей неудачной личной жизнью он расплачивается за семейные грехи его матери. Его первая жена принцесса Терезия Ольденбургская умерла в 1883 г. Его второй женой была Анастасия Николаевна Черногорская (Стана, 1868–1935 гг., дочь черногорского короля), их брак длился 17 лет (1890–1907); она развелась с ним ради своего нового более выгодного брака с великим князем Николаем Николаевичем-младшим (1856–1929 гг., внук Николая I). Георгий Максимилианович и Анастасия Николаевна многие годы, как супруги и хозяева усадьбы Сергиевка, в летнее время жили в ней. Анастасия Николаевна и ее сестра Милица Николаевна (1866–1951) – при царском дворе их называли «сестры-черногорки» – усиленно интересовались теологическими вопросами, склонялись к мистицизму, дружили с колдунами и гадалками, занимались «черной магией». Милица была частой гостьей у супружеской четы Лейхтенбергских, в том числе в их усадьбе Сергиевка. Когда семейная чета Лейхтенбергских – Георгий и Анастасия жили в Сергиевке, к ним часто приезжал император Николай II с семьей и один. Именно в Сергиевке в ноябре 1905 г. сестры-черногорки Анастасия и Милица познакомили царскую семью со старцем Григорием Распутиным (Распутин – Новый, или Новых, Григорий Ефимович, 1865–1916).

После потрясений 1917 г. в усадьбе Сергиевка открыли биологическую станцию Петербургского университета, которую со временем преобразовали в Биологический институт университета, затем на его базе создали самостоятельный научно-исследовательский биологический институт.

На территории Ломоносовского района сохранился ряд значимых действующих религиозных центров, прежде всего это православные храмы: Свято-Троицкая Сергиева Приморская мужская пустынь (малый монастырь) в г. Стрельне и Серафимо-Дивеевское подворье. Они расположены в районе исторической местности Петродворец.

На подъезде к г. Стрельне (петербургское шоссе, д. 15) находится действующий малый мужской монастырь Троице-Сергиева Приморская пустынь.

Свято-Троицкая Сергиева Приморская мужская пустынь имеет почтенный возраст (280 лет в 2012 г.). С историей этой пустыни оказалась связана земная жизнь не менее шести святых: Германа Аляскинского (был здесь монахом с 16 лет), Иннокентия Московского – просветителя Сибири и Америки (здесь был пострижен в монашество, получил имя Иннокентий), Игнатия Брянчанинова (почти 24 года был здесь настоятелем), Игнатия Малышева (настоятельствовал здесь 40 лет, написал для пустыни более 70 икон, благодаря его стараниям в пустыни возвели 30 зданий), Сергия – епископа Нарвского (Дружинин, был в 1930-е годы настоятелем пустыни), схимонаха Михаила (Чихачёв, духовный друг Брянчанинова, плодотворно способствовал расцвету пустыни). В наши дни главными святынями пустыни являются пребывающие в ее Сергиевском храме: частица мощей Сергия Радонежского и часть его облачения, а также мощи настоятеля-архимандрита Игнатия (Малышева) и схимонаха Михаила (Чихачева). Среди всех монастырей России эта пустынь выделяется как минимум по двум позициям: 1) это единственный монастырь, для которого его настоятель в XIX в. сам написал более 70 икон; 2) именно этот монастырь дал первых главных православных просветителей Америки.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Свято-Троицкая Сергиева Приморская мужская пустынь. Литография 1900-х гг.


Эта пустынь была основана в 1732 г. по желанию императрицы Анны Иоанновны ее духовником – архимандритом Варлаамом (В.А. Высоцкий, 1663–1738 гг.), настоятелем подмосковной Троице-Сергиевой лавры. Анна Иоанновна подарила отцу Варлааму мызу по Петербургской дороге в 1732 г., потом в 1732 г. подписала указ о передаче Приморской дачи архимандриту Варлааму, который на территории этой дачи создал малый монастырь-пустынь, в котором в 1734 г. освятили храм. Приморская пустынь поначалу принадлежала подмосковной Троице-Сергиевой лавре. Императрица Елизавета Петровна решила превратить эту пустынь в настоящий монастырь; в 1756–1760 гг. в пустыни возвели пятиглавый каменный храм во имя Пресвятой Живоначальной Троицы по проекту архитектора П.А. Трезини при участии Ф.Б. Растрелли. Императрица Екатерина II с особым пристрастием относилась к этому монастырю, ведь именно в нем в настоятельских покоях она получила письменное отречение от престола свергнутого ею императора Петра III, ее мужа. Екатерина II в 1763 г. присутствовала при освящении соборного храма во имя Пресвятой Живоначальной Троицы (1756–1763 гг., взорван в 1962 г.). В 1764 г. Свято-Троицкая пустынь стала самостоятельным монастырем.

В 1805 г. по проекту архитектора Л. Руска возвели Зубовский корпус с храмом в честь святого мученика Валериана, ставший усыпальницей братьев Зубовых. При этой церкви действовала основанная по завещанию генерала В.А. Зубова и созданная под контролем его братьев богадельня для 30 увечных воинов (Инвалидный дом). В крипте (подземном этаже) этого корпуса была похоронена дочь А.В. Суворова, в замужестве графиня Н.А. Зубова.

В 1834–1857 гг., т. е. почти 24 года, настоятелем пустыни был архимандрит Игнатий (Д.А. Брянчанинов). Император Николай I неоднократно приезжал в Приморскую пустынь, просил благословения на свои начинания у архимандрита Игнатия. Николай I и его современники оценивали святителя Игнатия как наиболее видного духовного авторитета их времени.


Аскет, духовный писатель, богослов Игнатий Брянчанинов (Дмитрий Александрович Брянчанинов, 1807–1867 гг.) происходил из славного дворянского рода, он с детства хотел быть монахом, но по настоянию отца поступил в возрасте 15 лет учиться в военное учебное заведение – Инженерное училище в Петербурге, которое с успехом окончил. Служба его мало интересовала, все свои силы он отдавал литературному творчеству. Из военного училища он был выпущен инженер-прапорщиком, но по болезни вышел в отставку в чине поручика. Он получил от императора Николая I разрешение перейти в духовное звание, прошел послушание в ряде монастырей. В 24 года он принял постриг в Вологде с именем Игнатий. Он был возведен в 27 лет в сан архимандрита и назначен настоятелем Троице-Сергиевой пустыни, в 50 лет стал епископом Ставрополя. В возрасте 54 лет, когда его здоровье резко ухудшилось, он ушел на покой и поселился в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии, где и умер. Святитель Игнатий Брянчанинов оставил богатое литературно-богословское наследие. И. Брянчанинов был канонизирован, с 1988 г. его святые мощи покоятся в Толгском монастыре в Ярославской области.


В 1857–1897 гг. настоятелем монастыря был архимандрит Игнатий (Иван Васильевич Малышев, 1811–1898), духовный сын Игнатия Брянчанинова, с 1833 г. его келейник, церковный художник и публицист. Он окончил кроме Духовной академии Императорскую академию художеств, написал для церкви Воскресения этой пустыни более 70 икон, при нем в пустыни возвели 50 зданий, жили 46 (1867 г.) – 50 монахов. Отец Игнатий в сотрудничестве с архитектором А.А. Парландом создал Воскресенский собор, или Спас на Крови в Петербурге; архимандрит Игнатий составил программу и эскиз собора.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Преподобный Игнатий Брянчанинов. Икона XX в.


В 1854–1859 гг. по проекту арх. А.М. Горностаева в пустыни построили новый Сергиевский храм, вмещавший 2 тыс. человек. Около алтаря этого сохранившегося храма находится могила А.М. Горностаева. В 1857 г. была построена церковь во имя Святителя Григория Богослова (арх. А.И. Штакеншнейдер); она сохранилась до наших дней, в 1994 г. ее вернули верующим. Были возведены въездные ворота с часовнями и братский корпус с надвратным храмом Св. Саввы Стратилата (заложен в 1859 г. по проекту Горностаева). В 1866 г. старую церковь во имя апостола Иакова перестроили и освятили как храм Воскресения Христова; именно для него Игнатий Малышев написал иконы (этот собор снесли в 1950–1967 гг.). В конце XIX – начале ХХ в. при пустыни действовали церковно-приходская школа для 60 мальчиков, приют для малолетних мальчиков на 15 человек, богадельня для 15–20 престарелых женщин, амбулатория. Кладбище пустыни было одним из привилегированных. Здесь были погребены некоторые члены царского семейства (Петр Георгиевич Ольденбургский и члены его семьи, Дарья Константиновна Богарне-Опочинина и др.). Здесь был похоронен выдающийся дипломат, управляющий Министерством иностранных дел, вице-канцлер светлейший князь А.М. Горчаков (1798–1883 гг., недавно восстановлено надгробие). В 1917 г. в обители жили почти 100 монахов (из которых выбирали судовых священников для русского военного флота) и до 70 вольнонаемных служащих. В монастыре было 7 храмов и 4 часовни.

После переворота 1917 г. пустынь терпела лишения. Часть принадлежавших ей строений занимали школа военизированной охраны (с 1930 г.), детская колония со 194 воспитанниками (в 1923–1925 гг.). В 1930 г. Троицкий собор закрыли. Монастырь полностью закрыли в 1930 г. В 1937 г. расстреляли епископа Нарвского (с 1924 г.) Сергия (Дружинина, 1863–1937 гг.), который в предреволюционный период был настоятелем пустыни; со временем он был прославлен как новомученик (в 1981 г. канонизирован Русской православной церковью за границей). После переворота 1917 г. и национализации ценностей монастыря многие его богатства делись неизвестно куда. В 1932–1933 гг. разобрали верх колокольни, в 1933–1935 гг. монастырское кладбище частично срыли, в 1936–1938 гг. надстроили Зубовский корпус, Сергиевскую церковь переделали под клуб, а Воскресенский собор – под физкультурный зал. В 1947 г. в пустыни разместили спецлагерь – исправительно-трудовую колонию для малолетних. Взорвали (1962) храм Живоначальной Троицы, снесли Воскресенский храм (в 1950–1967 гг.) и Покровский храм (в 1960-е годы). В 1964–1999 гг. в монастырском комплексе размещалась специальная школа милиции, для ее учебного плаца полностью уничтожили остатки монастырского кладбища. Но в 1993 г. пустынь возродилась. Главным строением монастыря является пятиглавый двухэтажный собор в честь Преподобного Сергия Радонежского (1854–1859).

Этот монастырь является единственным в России, пользующимся абсолютно особым почитанием у православных американцев, ведь его история связана с двумя выдающимися монахами, способствовавшими распространению в Америке православия и созданию Американской православной церкви, причисленными к лику святых, – это монах Герман Аляскинский и митрополит Иннокентий.


Герман Аляскинский (1757–1837) родился в подмосковном городе Серпухове в купеческой семье. С 16 лет он был послушником в Троице-Сергиевой Приморской пустыни, где подвизался более 5 лет, затем удалился в Валаамский монастырь, принял монашеский постриг. В 36 лет он в составе духовной миссии из 5 монахов Валаамского монастыря прибыл на Аляску, которая тогда входила в состав Российской империи. Спустя 5 лет четверо его сподвижников погибли во время бури. В суровом крае монахи руководить миссией не стремились. Вся ответственность была возложена на Германа, который всю жизнь оставался простым монахом, отказался принять священство и сан архимандрита. Герман все свои силы отдал приобщению к православию коренных жителей Аляски. Герман Аляскинский особо почитается в Америке как один из первых на этом континенте учителей православной веры. Является одним из самых почитаемых православных святых в Америке.

Митрополит Иннокентий, просветитель Сибири и Америки (Иван Евсеевич Попов-Вениаминов, 1797–1879 гг.) родился в Сибири в семье бедного причетника, окончил Иркутскую духовную семинарию. За высокие заслуги в учебе получил новую фамилию Вениаминов (в память об иркутском епископе Вениамине), стал священником в Иркутске. В возрасте 26 лет он оказался единственным священником, который согласился поехать на о. Уналашку в Северную Америку приобщать алеутов к православию. В 1833 г. его перевели на о. Ситха (где давно работает посвященный ему музей) приобщать к православию колышей. В 1840 г. он приехал по священническим делам в Петербург, где познакомился с митрополитом Филаретом (В.Н. Дроздов), который высоко оценил его труды и, узнав, что у него умерла жена, убедил его принять монашество, помог устроить на казенный счет всех его шестерых детей. Его дочерей определили в Петербургский институт благородных девиц, а сыновей – в Петербургскую Духовную академию. В возрасте 43 лет он принял монашество с именем Иннокентий, монашеский постриг был совершен в Свято-Троицкой Сергиевой Приморской пустыни, на другой день он был возведен в сан архимандрита (старшего монаха). Вскоре он стал епископом Камчатским и Алеутским. При его ведущем участии перевели Святое Писание на алеутский, курильский, якутский языки. Он составил первую грамматику алеутского языка, написал ряд выдающихся этнографических и лингвистических трудов об алеутах, результативно внедрял православие в Северной Америке, создал Православную церковь в Америке. В возрасте 53 лет он стал архиепископом, а в 71 год – митрополитом Московским. Хотя в 1857 г. Аляска была продана царским правительством Соединенным Штатам, святитель Иннокентий заботился о распространении и упрочении позиций православия в Северной Америке. В 1977 г. он был канонизирован.


Недалеко от западной границы исторического комплекса Старый Петергоф и г. Ломоносов, на Ораниенбаумском спуске, находится подворье Серафимо-Дивеевского женского монастыря (Ораниенбаумское шоссе, д. 11), построенное в 1911 г. (арх. Н. Никонов), закрытое в советский период и не так давно возрожденное. В это подворье часто приезжали император Николай II и члены его семьи. Николай II и его жена императрица Александра Федоровна не могли усердно и часто в своих молитвах обращаться к издавна особо почитаемому на Руси-России русскому святому Сергию, который, как они поняли, не стал их небесным покровителем (в период их коронационных торжеств в Москве в 1896 г. в Троице-Сергиевой лавре их никто достойно не встретил). Они приветствовали и способствовали канонизации Серафима Саровского (1903) и надеялись, что он станет небесным покровителем их семьи, пошлет им сына-наследника (что и произошло). Серафим Саровский был провозглашен покровителем Царской Семьи. Вскоре вся российская знать, в том числе особенно петербургская, стали выражать чрезвычайное почтение именно Серафиму Саровскому. Поскольку совершать паломнические поездки в места его рождения и земной жизни было делом непростым, то многие петербуржцы приезжали в петербургское подворье Серафимо-Дивеевского монастыря. Серафим Саровский остается до наших дней одним из самых почитаемых русских святых. Верующие люди считают, что его своего рода «чудесной специализацией» является исцеление или как минимум ослабление нервных болезней, болей в пояснице, избавление от зловредных чародеяний, от беснований, а также изгнание бесов.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Митрополит Иннокентий. Портрет XIX в.


Серафим Саровский (1759–1833), в миру Прохор Мошнин, родился в 1759 г. в Курске, в купеческой семье Исидора и Агафии Мошниных. Исидор Мошнин владел кирпичными заводами и участвовал в роли подрядчика в строительстве каменных зданий. 19-летний Прохор Мошнин пришел в Саровскую обитель, где он 8 лет прожил в качестве послушника, в 27 лет принял монашеский постриг и получил имя Серафим. 35-летний иеромонах Серафим удалился в пустынь, т. е. на жительство в домик-келью в лесу, на берегу р. Саровки. Чтобы прокормиться, он разбил огород, создал пчельник, все свое время проводил в молитвах и хозяйственных делах. Он совершал молитвы по ночам, в течение тысячи ночей (почти 3 года) стоя на огромном камне на коленях и воздевая руки к небу. 10 лет отдал он пустынножительству. На 45-летнего монаха-пустынника, когда он рубил дрова в лесу, напали 2 или 3 крестьянина и стали требовать деньги. Серафим сказал, что денег у него нет, тогда они набросились на него, избили чуть ли не до смерти. Когда он пришел в себя, то едва дошёл до Саровской обители, где 5 месяцев лечился. Когда он поправился, то вернулся в свою пустынь-келью. Серафим Саровский, после 16-летней жизни в пустыни, в 1810 г. вернулся в монастырь в свою келью и стал жить в затворе. Это значит, что он никого не впускал, сам никуда не выходил, молчал. Еду ему приносили и оставляли на пороге кельи, где он совершал все ежедневные службы. 57-летний Серафим решил изменить направление своей духовной жизни. 38 лет (1778–1816) жил он в Саровской обители, из них почти 22 года (1794–1816) пустынножительствовал, заботился о спасении своей души; с 57 лет он посвятил себя подвигу старчества, в том числе назиданию паломников, прибывавших в обитель, также он пророчествовал.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Преподобный Серафим Саровский. Икона начала XX в.


Серафим Саровский попечительствовал соседней Дивеевской женской общине. В 1826 г. отец Серафим начал строительство нового поселения сестер Дивеевских. Дивеевская женская обитель была к тому времени разделена на 2 части: одна осталась на старом месте, а другая переселилась на место, выбранное отцом Серафимом. Со временем стали существовать недалеко друг от друга две женские общины: Дивеевская и Серафимо-Дивеевская. Обеим он оказывал посильную духовную помощь, а также Ардатовской женской обители и Зеленогорской общине.

Отец Серафим часто ходил, окруженный монахинями, которые почитались невестами Христовыми, многие из них были девственницами. Из-за этого девственного окружения о Серафиме пошли странные толки. Светское начальство приказало духовным властям допросить его о характере его общения с монахинями. Имели место полицейские дознания, которые констатировали ложность непристойных слухов. Однако после этой истории отец Серафим сказал: «Сие обстоятельство означает, что близок конец моей жизни». (И действительно, вскоре он умер в возрасте 74 лет.)

Серафим Саровский был причислен к лику святых в 1903 г. В кабинете императора Николая II в Петербурге висел лик Серафима Саровского, император молился и просил его помочь сыну-цесаревичу Алексею бороться со страшной болезнью – гемофилией (несвертывание крови), а еще просил помочь России пережить все беды и страдания.

Мощи Серафима Саровского в 1920 г. были вскрыты и конфискованы, многие десятилетия никто ничего не знал об их местонахождении, в 1990 г. они были обретены во второй раз – их нашли в Ленинграде, теперь снова Санкт-Петербурге, в запасниках Казанского собора – точнее, в подвале Музея атеизма, размещавшегося тогда в нем. Серафим Саровский умер в 1833 г., впервые его нетленные мощи обрели в 1903 г., а во второй раз – в 1990 г., после надругательства над ними в 1920 г. Все это Серафим Саровский еще при жизни предсказал. Для нас особенно важны следующие слова пророчества Серафима Саровского: «Господь помилует Россию и приведет ее путем страданий к великой славе». Серафим Саровский учил: «Душа, исполненная отчаяния, делается безумной, кто победит страсти – победит и отчаяние». Он говорил, что уныние и отчаяние – греховны. Нужно уметь побороть в себе грустный настрой, начать активно, созидательно действовать во имя будущего благополучия, и оно непременно настанет. Все пророчества Серафима Саровского всегда сбывались, вот почему Россия непременно возродится и станет действительно величайшей и могущественной державой в мире.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Виды дворцов и церквей в Ропше. Гравюра 1873 г.


На Ижорской возвышенности на р. Стрелка находится поселение Ропша. В толще пород, слагающих Ижорскую возвышенность, есть обильные водоносные горизонты, содержащие подземные воды, образующие ключи и родники. От одного из таких источников у деревень Большое и Малое Забродье (в 30 км от г. Ломоносова) начинается построенный в 1720-х годах водоподводящий канал, питающий фонтаны Петродворца. Второй трубопровод, подающий воду в Петродворец, берет начало из ключей на Ропшинских высотах. Селение Ропша известно с 1500 г. Ропша, или Храпша, упоминается в солидных документах XVI в. В XVII в. это место было известно как шведская мыза. (Со временем около Ропши на Княжьей горке возвели шведскую кирху, с начала XVIII в. – церковь Петра и Павла.) В окрестностях Ропши сохранились старинные курганы, которые с давних пор местные жители называли и называют Шведовыми могилами.

В царский период владельцами Ропши были только богатые и влиятельные люди, в том числе императоры и императрицы, а также Ф.Ю. Ромодановский, М.Г. Головкин, Г.Г. Орлов, И.Л. Лазарев (Ованес Лазарян) и им подобные.

Царь Петр I, владелец мызы Ропша, бывал в этих местах неоднократно. После того как Петр I узнал о местных минеральных источниках и их лечебных возможностях, он в 1713 г. создал в Ропше «лечебную усадьбу». В 1713 г., когда он наблюдал за прокладкой водовода в Петергоф, то останавливался в местном летнем Путевом дворце – первой дворцовой деревянной постройке на этой мызе. В 1715 г. Петр I подарил мызу Ропша князю-кесарю Ф.Ю. Ромодановскому, который здесь устраивал шумные пиры, на которых Петр I был частым гостем.


Федор Юрьевич Ромодановский (1640–1717) был видным сподвижником царя Петра I. Именно он во время первого заграничного путешествия молодого царя Петра I (1697–1698) был управляющим Москвой. Князь Ф.Ю. Ромодановский был начальником Преображенского приказа, ведавшего «розыском» – тайной полицией. Петр I только ему одному доверял замещать его в делах управления страной в его отсутствие. Знаком особого отношения царя к Ромодановскому было и то, что ему разрешалось – в виде исключения – носить старинный длиннополый кафтан. Ромодановский выделялся редчайшей жестокостью при отстаивании интересов молодого царя. Последний исключительно ценил его за неистощимую верность ему, абсолютную честность, неподкупность, хотя знал о его безудержном пьянстве и пристрастии к старорусским обычаям. Когда Петру I понадобились огромные средства для войны со шведами, а денег на это не хватало, то Ромодановский передал ему громадное количество серебряных монет и других ценностей. Деньги и огромное количество серебряной и позолоченной посуды передал представителю древнего княжеского рода Ф.Ю. Ромодановскому на хранение отец Петра I – царь Алексей Михайлович, который наказал Ромодановскому сберегать эти сокровища и выдать их только в случае войны или при самой крайней надобности в делах России. Об этих сокровищах знали только Алексей Михайлович и Ромодановский. После смерти Алексея Михайловича Ромодановский эти сокровища мог присвоить, и никто бы об этом не узнал. А он абсолютно все полностью сохранил и в сложный момент для России передал Петру I.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ф.Ю. Ромодановский. Гравюра XIX в.


Петр I стал называть Ромодановского «генералиссимус», потом присвоил титул «князь-кесарь» и «Ваше Величество», сам изображал себя как его подчиненного. Все это было шутовством, комедией, а Ромодановский к этому относился серьезно. Петр I терпел его усы, татарское, польское, старорусское одеяния. Ромодановский по одежде, своим обычаям и стилю жизни служил сатирой (но не понимал этого) на старое время, по сути, выполнял маскарадную роль «князя-кесаря», был живой пародией на старое житье-бытье. Во двор его дома абсолютно все (даже царь) не въезжали, а входили, причем непременно сняв головной убор, делали ему земной поклон. При поездках на охоту в его свите было порядка 500 человек. Ромодановского везде окружала азиатская роскошь. В сенях его дома посетителей встречал обученный медведь со стаканом водки с перцем в лапе и вручал его гостю; если тот отказывался его осушить, то медведь срывал с визитера шляпу, парик, хватался за платье. Можно представить, что творилось при таких нравах в ромодановских вотчинах, усадьбах, но царь все равно поддерживал и хвалил его. Надежно преданный царю, раболепный служака, не обдумывающий и не анализирующий, а только точно выполняющий приказы царя, да к тому же не вор, хотя и пьяница, а в интеллектуальном плане ограниченный человек был нужен Петру I как верный холуй и исполнитель любых его, в том числе спорных, сомнительных решений. И в дальнейшем российские правители, многие начальники разных рангов держали подле себя зависимых от них недалеких людей, начальников меньшего ранга, не обладавших должными знаниями и профессиональными компетенциями, но способных озвучивать и реализовывать неблаговидные мысли и намерения своих шефов и соглашавшихся выдавать спорные решения шефов за свои (что портило их репутацию, но сохраняло чистой репутацию их шефов).


В 1722 г. Ропша была отдана в приданое за внучкой Ф.Ю. Ромодановского, она стала женой М.Г. Головкина – сына петровского дипломата, имевшего поблизости собственные владения. Ропша была присоединена к имению Головкина. После ссылки Головкина в Сибирь (1741) Ропша была передана в казну, а затем приписана к царским вотчинам.


Михаил Гаврилович Головкин (1705–1775) был графом, государственным деятелем, сыном графа Г.И. Головкина (один из воспитателей и сподвижников царя Петра I, руководил русской внешней политикой, с 1709 г. канцлер, в 1726–1730 гг. член Верховного тайного совета, поддерживал императрицу Анну Иоанновну). М.Г. Головкин выступил в поддержку Анны Иоанновны против Верховного тайного совета, в 1740–1741 гг. был вице-канцлером по внутренним делам и противником фаворита императрицы графа Э.И. Бирона (1690–1772). Затем он был доверенным лицом правительницы Анны Леопольдовны при младенце-императоре ее сыне Иване VI Антоновиче, свергнутых в 1741 г. После воцарения Елизаветы Петровны М.Г. Головкин был сослан в Якутию, где и умер. Жизнь М.Г. Головкина лишний раз подтверждает, сколь опасно участвовать в политических играх и стремиться угождать властям предержащим; победившие в политической борьбе, как правило, не щадят даже грамотных специалистов – слуг их поверженных противников.


В 1748 г. императрица Елизавета Петровна поручила архитектору В.В. Растрелли создать в Ропше новую царскую резиденцию. Работы велись с 1750–1756 гг., а потом были прерваны Семилетней войной (1756–1763). К этому времени основные постройки были возведены и разбит парк. Бездетная Елизавета Петровна пожелала, чтобы сын ее сестры Анны – Петр, полурусский-полунемец, прибыл в Россию, стал ее наследником и будущим императором Российским. Он приехал, она одарила его ценными подарками, среди них была и Ропша, где он вскоре начал хозяйствовать. Но именно здесь он был убит (1762) в возрасте 34 лет. Судьба Петра III лишний раз напоминает о бремени и опасности власть предержащей роли, а также о том, что успешно править Россией может только хорошо знающий и искренне любящий ее православный человек, понимающий ведущую роль русских людей и других представителей славянского этноса (по людности резко преобладающего в России) в наведении порядка в стране, доверяющий и поручающий главным образом именно им ведущие управленческие позиции (см. текст о Петре III в сюжете о г. Ломоносове, раньше Ораниенбауме).


29 июня 1762 г. Петр III со свитой прибыл в Петергоф, где узнал о действиях своей жены, дворцовом перевороте в ее пользу. Петр III пытался укрыться в Кронштадте, затем Ораниенбауме, но потом подчинился судьбе, тем более что на стороне его жены были 14 тыс. военных, стянутых к Петергофу. Петр III предложил Екатерине примирение, о чем он в письме просил ее дважды, просил разрешить ему уехать в Голштинию и назначить ему пенсию для безбедного существования. В Ораниенбауме Петр III подписал акт отречения от престола, после этого Петра III перевезли в Петергоф и держали под конвоем. Затем его перевезли в Ропшу, где он был в роли арестанта, просил прислать к нему врача, фаворитку Елизавету Воронцову, скрипку и его собачку. Получилось, что в России были и жили не на свободе два свергнутых императора: Иван VI Антонович и Петр III; их жизнь в заточении неизбежно должна была рано или поздно, но непременно насильственным образом оборваться. Тем более что об этом тайно и страстно мечтала Екатерина II. Иван VI Антонович был убит в тюрьме при попытке освободить его в 1764 г., а Петр III был убит в 1762 г. в Ропше (якобы в пьяной драке он и охранявшие его военные повздорили). Насильственная смерть Петра III подтверждается рядом источников, в том числе письмом к Екатерине II А.Г. Орлова. Он написал, что Петр III повздорил с князем Ф. Барятинским, началась драка, якобы кто-то из военных убил Петра III, поэтому все виноваты. При тщательном изучении документов о тех днях абсолютно ясно, что убийство Петра III было заранее задумано, организовано и документально оформлено как случайный трагический случай. Официально было объявлено, что Петр III умер своей смертью «от геморроидальных колик».


После дворцового переворота 1762 г. императрица Екатерина II подарила эту усадьбу в 1764 г. Г.Г. Орлову, своему фавориту, одному из знаменитых братьев Орловых, сыгравших решающую роль в дворцовом перевороте 1762 г. и незаконном возведении ее на престол в обход ее сына Павла. Кроме того, А.Г. Орлов, брат Г.Г. Орлова, организовал убийство Петра III, чем обеспечил спокойствие пребывания на троне Екатерины II. Г.Г. Орлов и все его родные братья – все пятеро всю жизнь расплачивались за свои грехи. Судьбы Орловых напоминают о неизбежных бедах и непоправимых потерях в семьях грешников (их самих, их детей, внуков, других их потомков; страдают как минимум четыре поколения).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Убийство Петра III в Ропше. Гравюра начала XIX в.


Братья Орловы были сыновьями новгородского вице-губернатора Г.И. Орлова, женатого на Л.И. Зиновьевой. Из братьев старшим и главным был строгий и прижимистый в деньгах Иван (1733–1791). Григорий (1734–1783) был самым красивым и непутевым в развлечениях. Алексей (Алехан, 1737–1807 гг.) был самым сильным, смелым, расчетливым. Федор (1733–1791) был обходительным и осторожным. Владимир (1743–1831) был самым образованным и воспитанным. Все в 1762 г. получили графское достоинство, а Алехан (Алексей) и Григорий (фаворит Екатерины II) со временем стали князьями. Орловы отличались ростом, богатырской силой, удалью, красотой, хитростью. После переворота императрица осыпала братьев Орловых всевозможными наградами, в том числе земельными угодьями и деньгами. Орловы стали обладателями колоссального состояния. Но получив свои баснословные богатства ценой крови дворцового переворота и других бесчинств, никто из них счастливо свою жизнь не прожил. Не было у них, как правило, стабильных благополучных семей, умных и счастливых детей, да и род их по прямой линии был не долгим.

Так, Иван, женатый на Е.Ф. Ртищевой (1750–1834), детей не имел. Григорий был женат только 4 года на Е.Н. Зиновьевой (1758–1781), детей от нее не имел, но имел внебрачного сына от Екатерины II – Алексея Бобринского (1762–1813 гг., с 1796 г. – граф, затем пожалован в генерал-майоры, управлял Петербургским воспитательным домом; был, особенно в молодости, распущенным, расточительным, склонным к пьянству, картам, легкомысленным поступкам, имел долги, только к старости стал дельным сельским хозяином). Алехан недолгое время был женат на Е.Н. Лопухиной (1763–1786 гг.), имел в браке умершего в младенчестве сына и одну дочь – Анну (графиня А.А. Орлова-Чесменская, 1785–1848 гг., фрейлина, счастливой в личной жизни не была, замуж не вышла, умерла страшной мучительной смертью в возрасте 63 лет – пребывая в летаргическом сне, была похоронена, проснувшись, задохнулась в гробу), кроме того, он имел нескольких внебрачных детей. Федор женат не был, имел 8 внебрачных детей (из них 2 умерли в младенчестве). Владимир был женат, имел в браке двоих сыновей и дочь, но сын умер в молодости. Даже похороны и перезахоронение братьев Орловых проводили несколько раз, что напоминало трагикомедию.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Г.Г. Орлов. Гравюра XVIII в.


Григорий Григорьевич Орлов (1734–1783), владелец Ропши, провел бурную молодость, славился своей редкой внешней красотой, громадным ростом, силой, веселым характером, сугубо мужскими достоинствами, в боевых операциях выделялся смелостью. По восшествии Екатерины II единолично на престол Г.Г. Орлов стал графом, камергером, получил много крепостных, крупные деньги, мызу Ропшу и Гатчину, стал первым президентом (с 1765 г.) русского Вольного экономического общества. Счастье и беда Г.Г. Орлова были в том, что он полюбил немку Екатерину II – женщину на 5 лет его старше, опытнее, хитрее, стоящую гораздо выше его на социальной лестнице, что неизбежно ставило его в зависимое положение, унижало его человеческое достоинство русского мужчины. Он был не только фаворитом (1760–1773) императрицы Екатерины II, но и сделал немало полезного для России. Основные заслуги Г.Г. Орлова перед Отечеством таковы: 1) в 1771 г. обеспечил подавление «чумного бунта» в Москве, возглавил государственную комиссию для наведения порядка в городе и борьбы с чумой; все сделал оперативно, качественно, впечатляюще порядочно, был московским генерал-губернатором несколько месяцев; 2) организовал заезд иностранцев в Россию для освоения залежных земель за р. Волгой; 3) проводил опыты по строительству на сложных, в том числе болотистых и мерзлотных грунтах (опыты в Гатчине и других местах); 4) содействовал научно-практическим делам и планам М.В. Ломоносова и других ученых. У Орловых была надежда, что Г.Г. Орлов со временем станет официальным мужем императрицы Екатерины II, но этого им не удалось добиться. Приручить Григория, полностью подчинить его себе Екатерина так и не смогла, не смогла простить и его многочисленные любовные измены ей, отказалась от него как от своего фаворита. В 1777 г. в возрасте 43 лет Г.Г. Орлов женился на своей 19-летней двоюродной сестре Е.Н. Зиновьевой (1758–1781), которую еще 13-летней девушкой он изнасиловал и в которую был давно влюблен. Она через 4 года после свадьбы умерла, детей у них не было. После смерти жены Г.Г. Орлов чуть ли не потерял рассудок, серьезно заболел и через 6 лет, в возрасте 49 лет, умер.

Алексей Григорьевич Орлов был ведущим участником дворцового переворота 1762 г. За морскую победу у Наварина и Чесмы в 1770 г. получил почетный титул Чесменского, обманом выловил и привез в Россию так называемую княжну Тараканову – интриганку и самозванку, выдававшую себя за дочь императрицы Елизаветы Петровны Романовой, претендовавшую на русский престол. Он в 1775 г. вынужденно ушел в отставку, стал жертвой интриг и понял, что был исполнителем уймы сомнительных планов императрицы, впоследствии пожелавшей отделаться от него. У него была только одна дочь, умершая мучительной смертью (очнулась в гробу, будучи погребенной, задохнулась).

Владимир Григорьевич Орлов в памяти людей остался как образованный и порядочный человек. Когда современники спрашивали, почему у него нет обилия орденов и медалей, как у его братьев, он отвечал, что не от каждой власти честный человек может ждать, а главное – принимать награды. В.Г. Орлов к деятельному участию в государственных делах и политике не стремился. Он был 6 лет директором Академии наук (1766–1774), на этом его карьера и кончилась, к его радости (он не стремился к высоким постам, не хотел быть слугой-холуём). У В.Г. Орлова и его супруги Елизаветы Ивановны (урожденной Штакельберг) был один сын, умерший молодым, прямых наследников по мужской линии у них не было.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

А.Г. Орлов-Чесменский. Портрет XVIII в.


Федор Григорьевич Орлов (1741–1796) был эрудированным, оставлял впечатление воспитанного человека. На деле он имел упрямый, несносный характер, был большим эгоистом. Он не смог создать полноценную семью. Тем не менее от двух женщин у него были 6 сыновей и 2 дочери, но двое из его детей умерли в раннем детстве. Одну из этих женщин он почитал своей женой, жил с ней в гражданском невенчанном браке, хотя их 5 сыновьям это грозило – после его смерти – утратой прав на графский титул и богатства. Но Ф.Г. Орлов смог уладить этот щекотливый вопрос, хотя все его сыновья назывались его воспитанниками.


Владельцем усадьбы Ропша был и известный армянин И.Л. Лазарев (Ованес Лазарян), который привлек для проведения необходимых перестроек в усадьбе итальянца архитектора Антонио де ла Порте, инженера Г. Энгельмана, русских зодчих Ю.М. Фельтена, Е.Т. Соколова, С.П. Берникова, Л.П. Руска, «садовых дел мастера» Томаса Грея. Дошедший до наших дней дворцовый комплекс приобрел свой окончательный облик в 1785–1801 гг., именно при И.Л. Лазареве. При нем в Ропше было цветущее имение с комфортным главным домом, парком, озером, ручьями, водопадом, прудами, бумажной фабрикой. Император Павел I задумал выкупить Ропшу у Лазарева, сделать ее мемориальным местом в память его отца Петра III, убитого в этом месте, и переименовать его в Кровавое поле. Лазарев не хотел продавать имение, но Павел I ему предложил очень большие деньги, ежегодную хорошую пенсию, чин действительного тайного советника, дал льготы его землякам – нахичеванским армянам. Так владельцем Ропши стал Павел I, а потом она перешла в казну.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Николай I, Александра Федоровна и великий князь Константин Николаевич в море на прогулке. Рисунок 1840-х гг.


Лазаревы – армянский дворянский род предпринимателей, меценатов, банкиров. (Один из первых российских миллионеров конца ХХ – начала XXI в. красавец Артем Тарасов – дальний потомок тех знаменитых Лазаревых.) Родоначальником этого рода был богатый и знатный армянин Лазарь Назаретович Лазарян (1700–1782), в 1747 г. переехавший из Персии (Ирана) в Россию. Он поселился в Москве, где его стали называть на русский манер Лазарев. Он основал в Москве торговлю драгоценными камнями, а один из его сыновей, Иван (Ованес, 1735–1801 гг.), пользовался особым расположением императрицы Екатерины II. В 1744 г. она возвела Лазаревых в дворянство. Иван Лазаревич Лазарев (Ованес) стал одним из самых богатых помещеков в России, он владел также фабриками, железными рудниками на Урале, лесами во многих губерниях России, при этом он вел значительную благотворительную деятельность. И.Л. Лазарев умер бездетным, оставив свое состояние брату Иоакиму (Овагим, 1744–1826 гг.) и завещал устроить на оставленные им средства училище для детей бедных армян. Иоаким выполнил его волю в 1815 г., это училище в Москве в 1835 г. стало гимназией, а затем было преобразовано (1827) в Лазаревский институт восточных языков.


В 1826 г. император Николай I подарил Ропшу своей супруге 28-летней императрице Александре Федоровне, к тому времени уже матери их четверых детей. Николай I был неверным, но мудрым и щедрым супругом.


Императрица Александра Федоровна (1798–1860) была дочерью прусского короля, немецкой принцессой Фредерикой Луизой Шарлоттой Вильгельминой. В возрасте 19 лет она стала женой великого князя Николая Павловича. Она не думала, что будет со временем русской императрицей, поскольку у ее мужа были 2 старших брата; тем не менее он в 1825 г. стал императором (ему было 29 лет, а ей – 27). Николай Павлович объяснил ей, что одна из их главных задач – обеспечить надежное продолжение царского рода Романовых. К этому времени умерли ее деверь (брат мужа) – император Александр I и две его дочери. Второй деверь, Константин, был бездетным, третий деверь, Михаил, имел одну дочь. У Александры Федоровны и ее мужа родились 4 сына и 3 дочери: Александр (1818–1881 гг., с 1855 г. – император Александр II), Мария (1819–1876 гг., любимая дочь Николая I), Ольга (1822–1892), Александра (1825–1844), Константин (1827–1892), Николай (1831–1891), Михаил (1832–1909). У их четырех сыновей родились 17 внуков, династический запас прочности был достигнут. За 14 первых лет замужней жизни Александра Федоровна родила всех своих 7 детей; ее замужество длилось 38 лет (1817–1855), из них 30 лет она была супругой правившего императора. Александра Федоровна была красивой и мудрой женой. Николай I был редкостно красивым человеком, высоким и стройным, говорили, что он – красивейший в Европе мужчина; неудивительно, что он имел бешеный успех у женщин и пользовался этим. Но Александра Федоровна на этот счет не слишком переживала, тем более что знала, каким любящим отцом и ответственным супругом был Николай I. На праздничные дни Александры Федоровны (именины, дни рождений) супруг устраивал роскошное торжество с приглашением многочисленных гостей. Николай I подарил ей в Петергофе небольшой дворцовый ансамбль Александрия и красивый павильон-бельведер Бабигон.


С конца XIX в. Ропша стала своего рода центром, где особенно сильно обсуждали и критиковали позицию, дела правившего императора – Александра III, а затем его сына Николая II. Лидерами враждебных к царствующей супружеской паре группировок были брат Александра III – великий князь Владимир Александрович и его жена великая княгиня Мария Павловна, центром фронды был их загородный дворец в Ропше. В глубине души этой великокняжеской пары жила сильная зависть к Александру III, его положению императора российского. Когда произошла катастрофа императорского поезда в Борках (1888), чудом Александр III, его жена и дети остались невредимы, Владимир Александрович был разочарован, ведь в случае их гибели он сам стал бы императором. Владимир Александрович и Мария Павловна не одобряли государственные дела, а также стиль жизни, любовь ко всему русскому Александра III. Владимир Александрович и Мария Павловна были богаты, умны, аристократичны, ненасытно честолюбивы, восхищались немецким кайзером Вильгельмом II и Бисмарком. Устраиваемые ими балы в их Ропшинском и петербургском дворцах затмевали своим блеском и роскошью императорские балы и приемы. При императоре Николае II, не подготовленном мудро управлять империей, неопытном в государственных делах, Владимир Александрович не стремился искренне помочь молодому, страдавшему от своей неопытности императору, в основном старался навязать ему свою точку зрения, подчинить себе, а также злобно критиковал его и его жену императрицу Александру Федоровну, по сути, способствовал формированию и усилению общественного недовольства против императорской четы. На балах, приемах, гостевых вечерах, встречах в Ропшинском дворце передавали и множили сплетни, осуждали поступки и решения Николая II, преувеличивали недостатки императрицы, перемывали косточки великим князьям и князьям императорской крови, практически каждый из которых допускал те или иные проступки, в том числе подворовывал. В то же время сам Владимир Александрович и его жена Мария Павловна были не прочь лишний раз любыми приёмами обогатиться.


Великий князь Владимир Александрович (1847–1909), сын Александра II, имел сложную репутацию. Он слыл знатоком живописи, хорошо рисовал, был покровителем творческих личностей, особенно художников, интересовался балетом и способствовал его развитию, первым финансировал заграничные балетные турне труппы С.П. Дягилева (1872–1929), много читал, почти профессионально играл на рояле. Он выполнял обязанности президента Академии художеств, был председателем Комитета по созданию собора Воскресения Христова (Спас на Крови), занимал пост главнокомандующего войсками гвардии и Петербургского военного округа (1884–1905), был членом Государственного совета. Он болезненно завидовал своему брату Александру III, потом следующему императору – своему племяннику Николаю II. Женой Владимира Александровича была (с 1874 г.) великая княгиня Мария Павловна-старшая, герцогиня Мекленбург-Шверинская (Михень, 1854–1920 гг.), склонная к интригам, сплетням, формированию группировок при дворе, только к старости и только в корыстных целях сменившая (1909) лютеранство на православие. Они с расходами не считались, любили шикарно жить, вели себя вызывающе, имели долги. Из-за частых развлекательных заграничных поездок на многие месяцы Владимир Александрович забывал о своих служебных военных обязанностях, что способствовало росту беспорядков в войсках гвардии, в Петербургском военном округе, облегчало условия для казнокрадства, воровства. Владимир Александрович имел множество романов с молодыми красивыми женщинами, хотел получить внимание и балерины М.Ф. Кшесинской, хотя знал, что несколько Романовых являлись ее любовниками, в том числе и его сын Андрей.


Для Владимира Александровича и его жены стало престижным и выгодным назначение Владимира Александровича председателем Комиссии (с 1883 г.) по сооружению собора Воскресения Христова (Спас на Крови) на месте убийства его отца. Деньги на его постройку собирали по всей стране. Со временем стало известно, что эта великокняжеская чета была не вполне чиста на руку, якобы присваивала себе часть денег, стекавшихся на увековечивание памяти Александра II. Когда дело дошло до суда, были представлены записки жены этого великого князя с требованием о выдаче разных сумм из собранных денег; были и другие улики, но дело смогли закрыть. Ведь в России для власть имущих были особые правила неприкосновенности их личности и свободы. Хотя слухи, разговоры, газеты поначалу много твердили об их проступках и все возмущались, а когда никого серьезно не наказывали, то о проступках и жульничествах знатных лиц постепенно забывали; обыватели твердили, что безнаказанно воровать в России могут только влиятельные, богатые приближенные к царю и правительству люди.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Владимир Александрович со своей невестой Марией Мекленбург-Шверинской (в замужестве Мария Павловна). Фото 1874 г.


При всех Романовых-самодержцах многим из их родственников, друзей, фаворитов (-ток) удавалось обогащаться нечестным путем, но никого и никогда громко и поучительно не наказывали, порой начинали временную шумиху в прессе, пугали проштрафившихся, а потом все непременно стихало, не было масштабных конфискаций наворованного у заметных персон, никто из них не попадал в тюрьму, «своих» не сдавали, наказывали – преимущественно «стрелочников». Стабильное покрывательство разного рода постыдных действий власть имущих, их родственников, друзей, ставленников, умолчание их воровских или каких-либо других противозаконных поступков вели к расшатыванию и подрыву государственной (центральной) власти в стране, неизбежно были связаны с ослаблением авторитета и экономической роли Российской империи на мировой арене и в конечном счете форсировали свержение царской власти в стране.

В советский период Ропша была научным центром рыборазведения. В ней разместили центральную экспериментальную станцию Всесоюзного НИИ озерного и речного рыбного хозяйства, создали искусственные пруды, в которых разводили и выращивали мальков форели, карпа и других рыб. Когда они вырастали, их расселяли по озерам и водохранилищам в разных частях страны.

В Ропше до наших дней сохранился дворцово-парковый ансамбль, в том числе дворец (1725 г.), перестроен в 1750-х гг. арх. В.В. Растрелли и в конце XVIII в. арх. А. Порта, Ю.М. Фельтен и др.), парк с прудами, здание бывшей бумажной фабрики (1788–1794 гг., арх. Ю.М. Фельтен и С.П. Берников), хозяйственные постройки, церковь Благовещения (1799) на кладбище на Княжьей горке. Центром ропшинского архитектурно-художественного комплекса является двухэтажный каменный дворец. Парковый фасад дворца на высоком гранитном цоколе украшен портиком, поставленным на аркаду первого этажа. Дворовый фасад имеет простые и строгие формы; его центр акцентирован фронтоном, поддерживаемым широким выступающим карнизом. Благовещенская церковь на кладбище на Княжьей горке была построена при графе Г.Г. Орлове, к ней была пристроена каменная колокольня, а над церковью возведен деревянный купол. Разрушения, нанесенные фашистами в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., и последующее восстановление строений усадьбы исказили ее первоначальный облик.

В центральной части Ломоносовского района находятся поселение Гостилицы (в 28 км от г. Ломоносова) и недалеко от него историческое место размещения первой в России фабрики по производству цветного стекла, бисера, стекляруса. В деревне Усть-Рудица, в имении, пожалованном императрицей Елизаветой Петровной М.В. Ломоносову, он в 1753 г. на реке Рудице создал фабрику цветного мозаичного стекла, которая работала до 1768 г. Из сделанного на этой фабрике цветного стекла Ломоносов и его ученики изготовляли мозаичные картины и различные художественные изделия. На месте Ломоносовской фабрики установлен памятный знак.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Церковь Троицы Живоначальной в Гостилицах


Селение Гостилицы впервые упоминается в писцовых книгах на рубеже XV–XVI вв. После победоносной для России Северной войны (1700–1721) царь Петр I пожаловал Гостилицы инженеру-гидростроителю (позже он стал фельдмаршалом) немцу графу Б.К. Миниху, добросовестно служившего ему. Б.К. Миних владел Гостилицами почти 2 десятилетия (1721–1741), создал здесь усадьбу. Из-за происков его завистников при императрице Елизавете Петровне он попал в опалу и был сослан в ссылку в Пелым, Гостилицы у него отобрали в казну.

Императрица Елизавета Петровна в 1743 г. подарила Гостилицы своему морганатическому мужу, 33-летнему Алексею Григорьевичу Разумовскому, ее ровеснику, с которым она заключила тайный брак (1742). Граф А.Г. Разумовский создал здесь роскошную усадьбу, строительством которой занимался архитектор А.В. Квасов (1719–1772), автор генерального плана Петербурга. Был перестроен усадебный дом, возведены новые постройки, создан зверинец, расширен парк (60 га), на Колокольной горе (105 м) возвели колокольню «для смотрения моря с Кронштадтом», создали парковые затеи. В Гостилицы часто приезжала Елизавета Петровна, веселилась на празднествах с фейерверками, развлекалась охотой на лосей и оленей. В Гостилицах для гостей в спешке постоянно что-то перестраивали и строили. Жертвами поспешного некачественного строительства даже стали в 1748 г. гостившие здесь великий князь Петр Федорович и его жена Екатерина Алексеевна (будущие Петр III и Екатерина II). Они ночевали в деревянном флигеле, около 8 ч. утра снизу каменная кладка этого домика стала разваливаться, здание съехало с фундамента и рухнуло, великокняжеская чета чудом спаслась, а 18 человек погибли, многие получили серьезные ранения. После смерти А.Г. Разумовского владельцем Гостилиц стал его брат, последний гетман Украины К.Г. Разумовский, а затем сын последнего – А.К. Разумовский, продавший усадьбу полковнику в отставке А.М. Потемкину. Потемкин и его жена Т.Б. Потемкина (урожденная Голицына) оставили о себе добрую память. Т.Б. Потемкина славилась своей благотворительностью, на свои средства строила приюты и богадельни, участвовала своими деньгами в строительстве и восстановлении храмов и монастырей, почти полвека возглавляла Попечительский комитет о тюрьмах. Гостями Потемкиных в Гостилицах были император Николай I, другие достойные персоны. В 1830 г. Потемкины сменили на Колокольной горе колокольню на многоярусную башню. По желанию Т.Б. Потемкиной в 1845 г. вместо обветшавшего деревянного дворца построили каменный в стиле псевдоготики, с тремя башнями и сложным планом (арх. А.И. Штакеншнейдер), в 1850-е гг. в парке возвели небольшую потешную крепостицу с пушками. После смерти Т.Б. Потемкиной (1872) усадьбой владел ее племянник князь Б.А. Голицын, который ею не интересовался, в 1880-е гг. он продал усадьбу. Барон Ф.Е. Врангель был владельцем усадьбы с 1880-х гг. до 1896 г., затем ею владел предприниматель К.Ф. Сименс, последней частной владелицей Гостилиц была его дочь баронесса М.К. Гриневиц. Получилось, что Миних владел Гостилицами 20 лет, графы Разумовские – 81 год, Потемкины – 48 лет, Голицын, Врангель, Сименс, Гриневиц – каждый более 10 лет. После 1917 г. усадьба была национализирована, усадебные постройки были почти полностью разрушены в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Сейчас о когда-то великолепной усадьбе едва напоминают остатки господского дома, кавалерских корпусов, оранжерейного флигеля и запущенный парк. Не так давно отреставрировали Троицкую церковь, построенную на средства К.Г. Разумовского в 1764 г. Именно в этой церкви в 1854 г. произошло тайное обручение подруги Т.Б. Потемкиной – великой княгини Марии Николаевны, дочери Николая I, с графом Г.А. Строгановым, а потом именно гостилицкий священник тайно обвенчал их в храме во имя Святой Екатерины в Сергиевке. Здесь Т.Б. Потемкина и Мария Николаевна рассуждали о счастье в венчанном браке с любимым человеком, о плюсах и минусах положения членов императорской семьи, сделали вывод о преимуществах семейной жизни вне круга Августейшего рода. Посещая Гостилицы, полезно вспомнить судьбы некоторых главных владельцев усадьбы и их гостей, как минимум – графа Б.К. Миниха (см. о нем в сюжете о Кронштадте) и А.Г. Разумовского, вел. кн. Марии Николаевны (см. о ней в сюжете о Знаменке).


Алексей Григорьевич Разумовский (1709–1771) был сыном простого казака Г.Я. Разума, родился он на Украине в деревне Лемеши. Он был очень красив, в молодости обладал удивительным голосом, пел на клиросе сельской церкви. Несколько лет А.Г. Разумовский в Петербурге был придворным певчим. Его редчайшая внешняя красота поразила царевну Елизавету Петровну, он стал ее певчим, надежным другом, управляющим ее имениями, затем ее двором. Когда она стала императрицей (1741), положение А.Г. Разумовского стало исключительным, он был осыпан ее милостями, стал графом (1774), получил награды, огромное состояние, но остался добрым, мудрым человеком, которого все любили. Разумовский покровительствовал своим родичам, обогатил их. В 1731 г. А.Г. Разумовский стал фаворитом Елизаветы Петровны, а с 1742 г. был ее морганатическим мужем. (Когда заключили их тайный брак, им обоим было по 33 года.) Он не искал себе высот в политике и экономике, не занимался интригами, всегда был верным другом императрицы, ее доверенным человеком, благодаря своей скромности не нажил врагов. Императрица всегда публично оказывала ему знаки нежности, все почитали его как супруга императрицы. К концу жизни императрицы у нее были и другие фавориты, но А.Г. Разумовского она не забывала, старалась угадать его желания и их выполнить. А.Г. Разумовский стал графом, генерал-фельдмаршалом, кавалером высших орденов, владельцем огромного состояния. Причем сам он ничего у императрицы не просил.


В крайней юго-западной части Ломоносовского района, в 3 км от железнодорожной станции Копорье, находится село Копорье, около которого сохранились остатки крепости Копорье, основанной новгородцами в XVIII в. для обороны рубежей Северо-Западной Руси от немецких рыцарей, шведов, других недругов. Древний оборонительный ансамбль Копорье является памятником средневековой фортификационной архитектуры. В прошлом эта крепость располагалась на побережье Финского залива, но постепенно воды отступили от ее стен на 10–12 км. Сохранились развалины крепости, построенной на рубеже XV–XVI вв., в том числе часть стен толщиной почти до 4,5 м и высотой до 15–20 м, башни, часть крепостных строений (казематы, мост и др.). В наши дни даже остатки крепости поражают взор. Крепость стоит на высокой скале, со всех сторон окруженной оврагом, по дну которого протекает речка Копорка; в прошлом попасть в эту крепость и захватить ее было очень трудно.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

А.Г. Разумовский. Портрет XVIII в.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Крепость Копорье. С гравюры XVII в.


На Копорской горе еще в начале XIII в. были поселения. Одним из первых был небольшой погост на земле подвластного Новгороду племени водь. Возникли здесь и другие поселения води и родственного ему племени – чуди (эстов). Немецкие рыцари, завоевывавшие себе новые земли, построили (1240) здесь деревянную крепость, контролировали движение новгородских караванов, нападали и грабили их, а при опасности скрывались за крепостными стенами. Новгородцы призвали на княжение Александра Ярославича (названного Невским за победу над шведами на р. Неве в 1240 г.), начавшего освобождение от немцев-крестоносцев новгородских владений именно с Копорья, захватившего и разрушившего (1241) крепость немецких рыцарей. В 1242 г. князь Александр Ярославич одержал победу над немецкими рыцарями в битве на льду Чудского озера. В 1280 г. новгородцы построили «городок Копорию камен». Этому способствовал сын Александра Ярославича – Дмитрий, князь переяславский, владимирский, новгородский. В 1279 г. он получил у Господина Великого Новгорода разрешение и построил укрепленную деревянную (1279), затем каменную (1280) крепость Копорию. Князь Дмитрий Александрович хотел распоряжаться в Копорье только по своей воле, чему противились новгородцы, ведь это была их земля. Дмитрий Александрович устроил в Копорье казнохранилище и перевел сюда свою семью. Он стал внушать новгородцам растущее опасение поддержкой его ордынцами и его самостоятельностью, поэтому они в 1282 г. изгнали его из Копории и разрушили крепость, чем ослабили охрану своих северо-западных границ. Но в 1297 г. новгородцы поняли свою ошибку и восстановили крепость, которая вскоре сыграла важную роль в обороне границ Новгородской феодальной республики. Крепость сыграла важную роль и во время боевых действий с немцами в 1338 г. В 1348 г. шведский король Магнус Эриксон безуспешно пытался овладеть Копорской крепостью. Гарнизон этой крепости неоднократно преграждал путь иноземным захватчикам, вторгнувшимся в новгородские владения. Крепость, сложенная из местного известняка, имела мощные стены протяженностью 550 м.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Войска Александра Невского разрушают крепость Копорье в 1241 г. Миниатюра XVI в.


В XV в. крепость в Копорье была отчасти перестроена в связи с развитием в России артиллерии (в 1478 г. в состав Московского государства вошли новгородские оборонительные сооружения). Ливонская война (1558–1583) на завершающей стадии оказалась для Копорья и северо-западных русских земель трагической. В 1581 г. польское войско под предводительством Стефана Батория пошло на приступ Пскова, а шведские войска захватили Копорье, Ям, Ивангород. В войну вступили Литва, Швеция, Дания, Польша, обессиленная войной Россия была вынуждена заключить перемирие и уступить недругам упомянутые крепости. Но уже в 1590 г. русские войска вернули России оборонительные ансамбли в Копорье, Яме, Ивангороде. В 1612 г. началось очередное вторжение шведских войск в пределы Московского государства. Копорскую крепость осаждали до 2,5 тыс. шведов, а защитников крепости было в 10 раз меньше. Гарнизон крепости был вынужден сдаться. В 1656–1658 гг. русские войска предприняли неудачную попытку вернуть Копорье. До конца мая 1703 г. в крепости находился шведский гарнизон. В период Северной войны (1700–1721) взятием крепости Копорье руководил (1703) опытный генерал-фельдмаршал Б.П. Шереметев, который заставил шведский гарнизон сдаться, крепость была возвращена России. Царь Петр I неоднократно приезжал в крепость Копорье. После окончания военных действий эти места стали владением (1708–1727) князя А.Д. Меншикова, который построил в Копорье деревянный дворец. В XVIII в. крепость в Копорье утратила свое значимое стратегическое оборонное значение, по воле Екатерины II эту крепость исключили (1763) из состава военных действующих крепостей. С 1809 г. владельцем Копорья был дворянский род Зиновьевых. В Копорье прошло детство художника-портретиста О.А. Кипренского (1782–1836), незаконнорожденного сына помещика А.С. Дьяконова и крепостной крестьянки. Дьяконов дал сыну фамилию в честь Копорья – Копорский, позже измененную на Кипренский. О.А. Кипренский очень любил Копорье.

В наши дни можно попасть внутрь и осмотреть крепость-музей (2001 г.). Проходят в крепость по высокому арочному мосту на каменных опорах (XVIII в.). Толщина башен крепости, поднимающихся на высоту 20 м, у их основания достигает 4–4,5 м; все башни, кроме Средней, круглые в плане. Частично сохранились мощные крепостные стены. В крепости был Спасо-Преображенский собор (вторая половина XIV – начало XVI в., в 1962 г. он сгорел).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Крепость-музей Копорье сегодня


Уникальной чертой Ломоносовского района является наличие в его северо-западной части атомной электростанции (АЭС) в городе Сосновый Бор (менее 50 тыс. жителей.), расположенном на берегу Копорской бухты Финского залива, в 81 км от Санкт-Петербурга. Строительство АЭС начали в 1967 г., в 1973 г. был принят в эксплуатацию первый энергоблок, тогда же поселок при стройке и станции получил статус города. В 1975 г. ввели второй энергоблок. Жить в городе с АЭС почетно, но отчасти и волнительно. Аварии на АЭС: на Украине в 1986 г. на Чернобыльской АЭС, в Японии в 2011 г. и другие, – заставили страны мира более трезво оценить достоинства и недостатки атомных станций. В XXI в. Германия, Швейцария и ряд других стран собираются постепенно отказаться от атомной энергетики, функционирование которой связано с большими риском и потерями. В России производство электроэнергии на АЭС стабильно растет, в млрд кВт-часов: 3,5 – в 1970 г., 173 – в 2013 г., что составляет от общего объема выработки электроэнергии в стране в процентах соответственно 1 и 17 %. В России продолжается курс на строительство АЭС, и развитие безопасной атомной энергетики. На АЭС в качестве топлива используется обогащенный уран. АЭС располагаются в районах потребления электроэнергии.


Достоинства АЭС: 1) не требуют привязки к источнику сырья, их можно строить в любом районе, даже при полном отсутствии в нем энергетических ресурсов; 2) коэффициент использования установленной мощности равен 80 % (у гидравлических и тепловых электростанций он значительно меньше); 3) при нормальных условиях функционирования они меньше наносят вред окружающей среде, чем иные виды электростанций; 4) не дают выбросов в атмосферу при безаварийной работе, не поглощают кислород. Главное преимущество АЭС заключается в независимости от сырьевого фактора и транспортировки топлива. Для ТЭС мощностью 1 млн кВт требуется в среднем 2 млн т условного топлива в год, а для работы такого же атомного блока нужно доставить всего 30 т обогащенного урана. Размещение АЭС зависит прежде всего от наличия крупных потребителей электроэнергии, а также достаточно крупных водных источников, необходимых для работы ядерных парогенераторов.

Недостатки АЭС: 1) трудно предсказать масштабы последствий при осложнении режима работы старых энергоблоков АЭС из-за форс-мажорных обстоятельств (землетрясений, ураганов, террористических актов и т. п.) и невозможно заранее их предотвратить; 2) принципиально не решена проблема утилизации твердых радиоактивных отходов (их вывозят со станции с мощной защитой и системой охлаждения, они захораниваются на больших глубинах в геологически стабильных пластах и в остеклованных контейнерах на специальных предприятиях в удаленных частях России); 3) имеет место мощное тепловое загрязнение (выбросы тепла в атмосферу и в воду), гораздо большее, чем от ТЭС; сброс огромной массы нагретой воды в реку нарушает ее экологический баланс, вызывает гибель водной флоры и фауны; 4) комплекс АЭС занимает огромную территорию, включающую и систему прудов-отстойников для охлаждения горячей отработанной воды, а также большую санитарно-защитную зону; 5) реально пока не решены проблемы демонтажа отслуживших реакторов (максимальный срок работы ядерного реактора 25–30 лет, по истечении которого его нужно заглушить и закрыть надежным саркофагом, что в отечественной практике сполна не отработано); 6) несовершенная система защиты; 7) колоссальные трудности и огромные потери при ликвидации аварий, длительность преодоления их последствий – социальных, экологических и др.

После катастрофы на Чернобыльской АЭС под влиянием общественности в России приторможены темпы развития атомной энергетики. В настоящее время введена практика международной экспертизы проектируемых и действующих АЭС. Согласно международным рекомендациям, устанавливаются новые принципы размещения АЭС: не ближе 25 км от городов с численностью более 100 тыс. жителей и ограничение мощности АЭС до 8 млн кВт. В конце 1990-х годов правительство России приняло постановление, утвердившее программу строительства новых АЭС. Она имеет два этапа: на первом проводится модернизация действующих энергоблоков и ввод в эксплуатацию более безопасных новых, которые заменят выбывающие блоки, на втором – строительство новых АЭС.

1.2. Гатчинский район

К югу от Петербурга находится Гатчинский район, имеющий характерные низменные моренные ландшафты с небольшими всхолмлениями и озерно-ледниковыми впадинами. Леса занимают примерно половину его площади. Среди полезных ископаемых выделяются формовочные пески, известняки и известковые туфы, песок, гравий, ленточные глины. Гатчинский район плотно заселен. Для православных людей особенно дороги местные Вырицкие места, где жил и окормлял своих духовных чад преподобный Серафим Вырицкий (В.Н. Муравьев, конец XIX–XX вв.). Его святые мощи почивают в храме в честь Казанской иконы Божией Матери в поселке Вырица, куда при его земной жизни приезжали к нему за духовной поддержкой люди со всей России, особенно в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.

Административным центром Гатчинского района является город Гатчина (около 80 тыс. чел.), расположенный в 46 км от Санкт-Петербурга. Гатчина в 1923–1929 гг. называлась Троцк (в честь Л.Д. Троцкого), в 1929–1944 гг. – Красногвардейск. В Гатчине исключительно много интересного, она резко выделяется среди абсолютно всех поселений в окрестностях Санкт-Петербурга, заставляет раздумывать над судьбой, стилем жизни ее обитателей и владельцев, поражает рукотворными уникумами.

Гатчина была настоящим и ярким центром инноваций. Здесь граф Г.Г. Орлов проводил (XVIII в.) первые в России масштабные опыты по строительству на сложных, в том числе мерзлотных и болотистых, грунтах. Вначале это были отчасти забавы графа, но затем они приобрели четкую практическую направленность. Г.Г. Орлов в Гатчине увлекся строительством на сложных грунтах, в том числе доказывал, что в условиях сурового русского климата лед может служить фундаментом для строений. Он изобрел ледяные сваи, опускал их в грунт и возводил над ними пышные арки и иные сооружения. Таким образом, Гатчина – это своего рода первый в России научно-практический полигон для изучения возможностей строительства на сложных грунтах.

Именно в Гатчине в конце XVIII в. впервые в России на высоком уровне была доказана надежность, долговечность строительства землебитных сооружений, технология которых была выработана русским гением Н.А. Львовым. В Гатчине на опыте строительства и долгого использования Приоратского дворца была убедительно доказана целесообразность широкого внедрения в российскую практику экономичного и надежного «землебитного строительства», но вскоре о нем забыли, а вспомнили о нем и снова постепенно начали использовать только с конца ХХ – начала XXI в.

В Гатчине, на Белом озере, изобретатель С.К. Джевецкий впервые демонстрировал императору Александру III свое новаторское изобретение – первую в России настоящую подводную лодку; так что Гатчина – колыбель отечественного подводного военно-морского флота.

Гатчина является, по сути, и колыбелью отечественной авиации; здесь, с испытательного летного поля (создано в 1909 г.) – первого отечественного аэродрома, взлетали первые русские военные авиаторы – П. Нестеров, М. Слепнев, А. Ковинько; именно здесь впервые в России поднялись в воздух две женщины-авиаторы – Л. Зверева и Л. Галанчикова; здесь была открыта (1910) первая в России Воздухоплавательная (позднее – авиационная) школа. Сейчас в Гатчине, недалеко от Большого Гатчинского дворца, в районе Большой липовой аллеи, работает Музей истории авиационного двигателестроения и ремонта.

В Гатчине проводили первые испытания знаменитой винтовки-«трехлинейки» (1891) С.И. Мосина (1849–1902).

В Гатчине Г.Е. Котельников (1872–1944) изобрел первый авиационный ранцевый парашют (1911), впервые примененный в Первой мировой войне.

Первая в России Учительская семинария тоже была открыта в Гатчине.

Наиболее практично настроенные русские императоры хотели иметь в Гатчине не только безопасную резиденцию для их жилья, но и использовать это место в государственных интересах. Гатчина была местом проведения военных учений; для военных целей здесь были созданы Мариинские укрепления, казармы, конюшни, манеж, учебный плац, крепость. С императорского согласия Сигнальная башня дворца вошла в систему и обеспечивала работу оптического телеграфа.

Российские императоры стремились совмещать решение государственных дел и свои личные радости. Так, император Александр II, хотя и мечтал о государственных реформах, не меньше думал о своих личных удовольствиях. Будучи азартным охотником, он перевел в Гатчину из Петергофа Императорскую охоту, для чего пришлось построить свыше 60 домиков Егерской слободы для расселения придворных егерей. Личные радости всегда были не на последнем месте у российских самодержцев, на их реализацию всегда находились солидные средства (а на решение государственных задач финансовых средств слишком часто не хватало). Затратные показушные военные учения, маневры, парады, прославляющие якобы военные мудрость, способности и опыт самодержцев, поглощали заметные государственные средства.

Стиль жизни в Гатчине императоров Павла I и Александра III убедительно доказывает, что жизнь за мощными высокими каменными стенами резиденции первого лица в государстве и его семьи, по сути скрывающихся от своего народа, боящихся его, окруживших себя толпой слуг, охранников, сторожей, – свидетельствует о слабости правителей прошлой России, их неумении достаточно грамотно и решительно править страной, их неспособности думать в первую очередь о благополучии соотечественников – своих подданных, а не о личных спокойствии, здравии, комфорте и прочих радостях земной жизни.

Гатчина представляет интерес как ценный исторический архитектурно-художественный комплекс. В парке можно посетить дворец, возведенный в 1780-х гг. по проекту А. Ринальди. К дворцовому парку примыкает Приоратский парк, созданный вокруг уникального Приоратского дворца. Но, пожалуй, самое удивительное в гатчинском парке – эхо, помнящее и прославляющее императора Павла I. В 120-метровом подземном ходе, выходящем на берег Серебряного озера, сохраняется это удивительное эхо, подтверждающее, что в Гатчине жил и правил Россией император Павел. Экскурсанты, посетители парка в этом подземном ходе спрашивают эхо, кричат: «Кто здесь жил и Россией правил?» – и слышат вскоре в ответ: «Павел».

Как и во всей России, в 1917 г. в Гатчине усилились революционные беспорядки. Именно Гатчина в конце октября 1917 г. была центром антисоветского мятежа А.Ф. Керенского – П.Н. Краснова, подавленного советскими войсками.

Гатчина имеет долгую и богатую событиями историю. Гатчина как владение Новгорода – село Хотчино – известна с 1499 г., значит, этому населенному пункту идет 6-й век (515 лет в 2014 г.). На какое-то время село Хотчино отошло к Ливонии и Швеции, но после 1721 г. оно снова стало русской собственностью. В начале XVIII в. (в 1720-х гг.) Гатчинская мыза была владением любимой сестры царя Петра I – царевны Наталии Алексеевны, затем она принадлежала придворному медику И.П. Блументросту, князьям Куракиным, в 1765 г. была подарена императрицей Екатериной II ее фавориту графу Г.Г. Орлову, после его смерти была куплена в 1783 г. Екатериной II и подарена ее сыну – великому князю Павлу Петровичу (будущий император Павел I; стала одной из главных резиденций в период его царствования). В 1801–1828 гг. Гатчина принадлежала вдовствующей императрице Марии Федоровне (жена, потом вдова Павла I), затем последовательно – императорам Николаю I, Александру II, Александру III, Николаю II. После смерти Александра III до революционных потрясений 1917 г. реальной хозяйкой Гатчины оставалась его вдова императрица Мария Федоровна. Многие события, связанные с жизнью царского двора, членов Дома Романовых и их ближайших приближенных, были связаны с Гатчиной. Расскажем только о некоторых из них.

Большой Гатчинский дворец (1766–1781 гг., арх. А. Ринальди) по воле графа Г.Г. Орлова был возведен огромным, напоминающим средневековый охотничий замок в Англии. Так Орлов показывал, что по богатству и возможностям он не уступает европейским аристократам и королям, а его собрание старинного оружия скорее всего лучше их. Чесменский обелиск на одном из островов дворцового Серебряного пруда (1770-е гг.) славил победу во время Русско-турецкой войны 1768–1774 гг. русской эскадры в Чесменской битве (1770) под командованием его брата А.Г. Орлова (рассказ о Г.Г. Орлове см. в сюжете о Ропше).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Фасады Большого Гатчинского дворца. Чертеж 1761 г.


История Гатчины и ее обитателей – особенно судьба императора Павла I – напоминают и о том, что счастья и благополучия в России не будет, если во главе нее будет стоять не русский по духу, не истинно убежденный в силе православия, реально неправославный по своей сути человек, верящий в интеллектуальное превосходство Запада над Россией, окружающий себя «специалистами» по принципу личной верности, ловкими дельцами, способствующими бытовому и экономическому комфорту его самого и членов его семьи, а также друзей и ставленников.

Наследник русского престола, сын императрицы Екатерины II, великий князь Павел Петрович стал владельцем Гатчины почти в 30-летнем возрасте. Его мать подарила ему имение с Гатчинским дворцом в связи с рождением его дочери Александры. К этому времени Павел и его супруга уже были 6 лет владельцами загородной резиденции в Павловске. Мария Федоровна была всецело увлечена созданием и совершенствованием Павловской резиденции, Павлу приходилось считаться с ее обширными знаниями и опытом. Павел оставил Павловск на попечение жены, а сам единолично занялся переустройством своего нового владения в Гатчине.

Павел в Гатчине создал дворец-крепость с местами для занятий военными делами. При Павле значительно увеличили размеры Гатчинского дворца, перед ним устроили военный плац, вокруг которого создали бастионы с пушками, дворцовую резиденцию окружили крепостным рвом с подъемным мостом, оформили площадь Коннетабль, возвели уникальный землебитный Приоратский дворец, переоформили и усовершенствовали парковые территории. Став императором, Павел I придал Гатчине статус города (1796). Императорская загородная резиденция в Гатчине по красоте и богатству стала одной из лучших в Европе. Но это была своеобразная резиденция, во многом напоминавшая военный лагерь с казармами, конюшнями, с многочисленными караулами, двухтысячным войском, одетым в прусскую форму (Павел боготворил Пруссию и ее короля) и с напудренными париками, с воинским духом везде и во всем.

Павла I в большой мере окружали люди, умевшие войти к нему в доверие, доказать их особую верность и нужность ему и его семье, а на деле думавших не о них и не о России, а только о своем личном обогащении. Ярким примером подобных приближенных к Павлу I был градоначальник Гатчины, генерал-провиантмейстер А.Х. Обольянинов, человек, обеспечивавший комфорт проживания Павла I в его любимой резиденции Гатчине. Обольянинов и ему подобные стремились выслужиться перед Павлом I, льстили ему, обеспечивали определенные услуги, комфорт и одновременно – неизменно мешали жить и творить на благо России ее честным, скромным, талантливым, патриотически настроенным (в отличие от них) людям. Так, отношение Обольянинова к архитектору Н.А. Львову в период его работы в Гатчине – лучший пример этого.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Павел I в залах Гатчинского дворца. Гравюра XIX в.


Император Павел I, ставший русским самодержцем в 42 года, царствовал всего 5 лет. Тогда он из-за занятости решением государственных дел нечасто бывал в Гатчине (но стремился приезжать и обдумывать именно в ней свои планы). Павел I 34 года (1762–1796) терпеливо ждал, когда же он станет императором, ведь он должен был стать им еще в возрасте 8 лет по российским законам, но его мать не подчинилась им. Павла I называли Русским Гамлетом, неудивительно, что трагедия У. Шекспира «Гамлет» (1601) при Екатерине II была запрещена. Павел I болезненно мечтал о власти, стремился к ней и ее сохранению. Вступив на российский престол, он получил благословение правящего православного иерарха в России, но в своей жизненной практике он далеко не всегда следовал канонам православия, более того – изменял им, переоценивал иностранные, западные нормы. Доказательством этого стала и поддержка им Мальтийских рыцарей.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Посвящение Павла I в гроссмейстеры Мальтийского ордена. Эскиз медали. 1799 г.


Мальтийские рыцари (иониты, госпитальеры) – члены духовно-рыцарского ордена, основанного в Палестине католиками-крестоносцами в начале XII в. Первоначально их резиденцией был иерусалимский госпиталь (дом для паломников) св. Иоанна. В 1530–1798 гг. иоаниты обосновались на о. Мальта. Мальтийский католический орден стал хорошо известен; с 1834 г. резиденция иоанитов была в Риме. После занятия о. Мальты войсками революционной Франции резиденция ордена была перенесена по предложению императора Павла I в Санкт-Петербург. Павел I пожелал, чтобы в Гатчине появился дворец для находившегося в эмиграции принца Конде, приора этого рыцарского ордена. Павел I в 1797 г. утвердил в России «великое приорство» ордена Мальтийских рыцарей, тем более что он принял титул главы – гроссмейстера, или Великого магистра этого духовного рыцарского ордена Иоанна Иерусалимского. Все это было неуместно и бестактно для первого лица в России, ибо одновременно служить православным и иным идеалам в России нельзя (подобную ошибку совершали в России и позже некоторые другие политики, доказывая этим шагом свою недостаточную грамотность, отсутствие должного уважения к православию и большинству россиян, неумение действенно способствовать позитивному развитию России).


Павел I прошел тайно крещение по католическому обряду в 1782 г., фактически отрекся от православия и тайно вступил в масонскую ложу. Павел I принял на себя звание Великого гроссмейстера ордена Св. Иоанна Иерусалимского, ввел в стране мальтийскую символику («мальтийский крест»), учредил высшую награду – Мальтийский орден, чуть ли не требовал от дворян вступать в число мальтийских рыцарей. Павел I разрешил масонские ложи, вернул из тюрем, ссылок видных масонов (Н.И. Новикова, М.М. Хераскова, А.Б. Куракина, Н.В. Репнина, И.В. Лопухина, И.П. Тургенева и др.), дал им чины, высокие звания и должности. Павел I из-за недостаточности своих знаний верил, что масонские ложи могут стать источником демократической идеологии свободы, равенства, братства. Павел I был приверженцем – на деле безрезультатных в условиях России – западнических реформ. Он верил, что только его благими намерениями, указами, а то и давлением можно быстро переменить жизнь в России к лучшему. Жизнь неоднократно доказала обратное: в территориально обширной, многонаселенной, многонациональной России никакие потрясения, тем более по иностранному рецепту, истинную пользу стране не приносили (и не принесут) – в смысле надежного счастья, благополучия большинству ее жителей, а не 3–5 % из них. Идеологией поддерживаемого Павлом I Мальтийского ордена были католичество и масонство. Павел I не хотел учитывать то, что 93 % россиян были православные и мусульмане. Павел I и другие ему подобные россияне, одобрявшие членство в масонском ордене, отошли от православия. Павел I, став рыцарем-командором, гроссмейстером ордена Св. Иоанна Иерусалимского, отверг от себя Благодать Божию, полученную им при восшествии на престол через благословение правящего православного иерарха в России. При Павле I – Великом магистре Мальтийского ордена – и его администрации добра в России ждать было нельзя. Павел I подписал в 1801 г. секретный указ о постепенном введении в России католичества руками миссионеров из Мальтийского ордена и ордена иезуитов; через 4 дня после подписания этого приказа он был убит.

При многих недостатках у Павла I были и достоинства, в его краткое царствование произошло немало важных событий. Были победы русских армий и флота под командованием фельдмаршала А.В. Суворова (1729–1800) и адмирала Ф.Ф. Ушакова (1744–1817 гг., канонизирован). Вышли важнейшие законодательные документы: «О Престолонаследии» и «Учреждение об Императорской фамилии» (Павел I стремился установить законность в наследовании царского трона). В армии были ограничены телесные наказания, введены отпуска для нижних чинов (28 дней в году), под страхом смерти запрещена невыдача солдатского жалованья, было запрещено командирам использовать солдат в качестве рабочей силы в их имениях, в каждом полку учреждены лазареты, для увечных воинов и прослуживших 25 лет установлены пенсии и созданы инвалидные гарнизонные роты. Были созданы Медико-хирургическая академия, Лесной департамент, учреждены казачьи пограничные разъезды (фактически пограничная стража). Был издан указ, ограничивший барщину тремя днями и запретивший крестьянские работы на помещика в воскресные дни, была запрещена продажа порознь крепостных из одной семьи. Павел I, по сути, отменил «Жалованную грамоту дворянству» Екатерины II (1785 г., полное название «Грамота на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства»), предоставлявшую исключительные привилегии дворянскому сословию. Павел I осудил эту грамоту, превращавшую дворян из служилой корпорации в паразитарный слой. Историк В.О. Ключевский (1841–1911) назвал Павла I «первым антидворянским царем». Убийство Павла I организовала дворянская корпорация, отождествлявшая свои сословные интересы с интересами всей России (по Боханову А.П., 2013 г., с. 7 – 12). До сих пор в публикациях в должной мере правдиво не изложена судьба Павла I – личности трагической, в большой мере оклеветанной, искренне стремившейся к правде, но и допускавшей ошибки. Лучшей книгой о Павле I остается труд известного отечественного историка, доктора исторических наук А.П. Боханова «Павел I. Заговор против венценосца».

Нужно отдать должное императорам, прежде всего Павлу I, Николаю I, Александру III, они думали не только о своей дворцово-парковой гатчинской резиденции, но и о благоустройстве г. Гатчины. Улицы получили освещение и были замощены, появились городские водопровод и канализация, начали действовать телеграф и телефонная линия (связывала Зимний и Гатчинский дворцы), построена первая тепловая электростанция, для обеспечения жизни относительно простых людей в городе создали места приложения труда (открыли суконную и полотняную фабрики, золотошвейную мастерскую, стеклянный и фарфоровый заводы и другие предприятия). Павел I первым дал понять, что Гатчина – это благодатное место для благотворительной деятельности. При Павле I были открыты воспитательные дома для сирот, больницы для бедных, другие благотворительные заведения. При императоре Николае I был открыт Сиротский институт; в 1820 – 1830-х гг. создали госпитальный городок со зданием Городского госпиталя для бедных (арх. А. Штаунберг).

Гатчина была самым любимым и длительным (1881–1894) местом проживания императора Александра III и членов его семьи; они постоянно жили в Гатчине с 1881 г. Но ежегодно императорская семья 1,5–2 месяца – июнь и июль – проводила в другой царской резиденции, в Петергофе, а в августе на 3 недели ездили в Данию к родителям императрицы Марии Федоровны (королю Дании Христиану IX и его жене). Конечно, были и другие временные отъезды. Постоянным местом жительства императорской семьи был Большой Гатчинский дворец с его 900 комнатами, где в галереях хранились предметы искусства, были роскошные парадные апартаменты и более скромные помещения для каждодневного использования.

Гатчинская резиденция при Александре III усиленно охранялась, на значительном расстоянии не было ни единой живой души, кроме охраны, придворных, дворцовых слуг. Гатчина превратилась в крепость, вокруг нее день и ночь дежурили солдаты, сквозь цепь которых никто не мог пройти без особого разрешения; у всех входов и выходов дворца, обнесенного крепостной стеной с бойницами, стояли солдаты с заряженными ружьями.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Приемный кабинет императора Александра III в Гатчинском дворце


Александр III в Гатчине, как и везде, не переносил в быту помпезность и роскошь, чувствовал себя особенно хорошо, когда облачался в простое крестьянское платье (неудивительно, что его называли мужицким царем). Он вставал в 7 часов утра, умывался холодной водой, одевал простую одежду, сам варил кофе в стеклянном кофейнике и наполнял тарелку сушками (рано утром прислугу он никогда не беспокоил). После такого простого завтрака он садился за письменный стол и работал. Через какое-то время к нему приходила его жена, лакеи вносили небольшой столик, и они завтракали вместе, ели крутые яйца и ржаной хлеб с маслом, пили кофе или чай. Александр III был внимательным отцом, нежно относился к своим детям. Он был высоким, крепким, коренастым и очень сильным (мог руками растянуть подкову, связать серебряную ложечку в узел, согнуть и разогнуть железную кочергу), своим детям с детства дарил чаще не игрушки, а книги, садовые инструменты, другие полезные вещи. На праздники императорская чета раскошеливалась на подарки всем детям, родственникам, придворному штату, многим чиновникам, всей прислуге, солдатам и матросам, служившим во дворце (в Гатчине было порядка 5 тысяч слуг).

Александр III боготворил свою жену императрицу Марию Федоровну, хрупкую, небольшого роста изящную женщину, не выделявшуюся красотой и умом, любившую красивые платья, драгоценности, балы, танцы, веселье. По настрою они были абсолютно разные люди, но она смогла найти ключик к его сердцу, и он старался не замечать ее небольшие и немногочисленные недостатки. Мария Федоровна всегда интересовалась делами мужа, с вниманием постоянно выслушивала от него рассказы о них (или как минимум делала вид, что слушает, одобряет, видит успехи в делах мужа). Она, как и он, позволяла себе физические занятия, делала гимнастику, несложные физические упражнения. Она следила, чтобы он каждый день час-два гулял в гатчинском парке, приветствовала его пристрастие к рыбалке и терпеливо выслушивала о приготовлениях к ней и ее результатах (Александр III особо любил ночную подледную ловлю с острогой, а в гатчинских прудах было много рыбы). Поддерживала она мужа и в его стремлении похудеть, хвалила его за усилия в этом плане; он пилил и рубил дрова, разгребал снег, греб на лодке. Она всячески давала понять мужу (искренне или ловко, по-актерски), что восхищается им, его умом, смелостью, силой, преданностью всему русскому, постоянно нуждается в его советах, поддержке, помощи. Рядом с такой женой Александр III неизменно ощущал себя значимой личностью, чувствовал прилив сил и растущую ответственность за судьбы своей семьи и России.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Александр III с семьей в Гатчине


Император Александр III (1845–1894 гг., царствовал с 1881 г.) получил почетное прозвище Миротворец, так как за все 13 лет его царствования Россия не участвовала в масштабных войнах, военных операциях. При Александре III Россия вернула себе авторитет великой мировой державы, которого она со времен разгрома Наполеона (1812) не имела. Без войн Александр III заставил западные страны Россию уважать и даже побаиваться. Александр III в советских исторических описаниях оказался из русских царей самой оболганной личностью, хотя на самом деле это был мудрый и сильный человек. Он периодически организовывал участие русских войск в военных операциях, но его главным принципом во внешней политике было не вмешиваться в чужие дела, а сосредоточить внимание на решении внутренних проблем. Он призывал не думать об увеличении территориальных владений России, но и не допускать потери своих каких-либо (даже самых малых и далеких) территорий. Александр III уверенно и убежденно утверждал: «Я не допущу ничьего посягательства на нашу территорию». Он подчеркивал исключительную важность российских армии и флота для России. Александр III любил повторять: «Во всем свете у нас только два верных союзника – наша армия и флот. Все остальные при первой возможности сами ополчатся против нас» (по воспоминаниям великого князя Александра Михайловича, с. 66, 67). Александр III не был ловким дипломатом и не всегда мог изысканно сформулировать свои мысли. Он любил всех своих соотечественников, подчиненных разных национальностей, но понимал особую значимость и историческую роль титульной нации – русских. Вот почему при нем впервые открыто во всей России прозвучали слова: «Россия – для русских». Это, вне сомнения, был не шовинистический лозунг, а стремление оградить и защитить интересы русских в их стране. Он не мог допустить ущемления, умаления возможностей и интересов русских в политике, экономике, культуре, общественной жизни, постепенно складывающейся тенденции сокращения удельного веса русских православных людей в Санкт-Петербурге, Москве и других городах. Он выступал против быстрого упрочения позиций неправославного контингента в экономике, особенно негативно оценивал быстро растущее влияние евреев, и особенно евреев-иудеев в сферах промышленности, финансов, управлении, поэтому ограничивал их права. Его царствование отличалось антиеврейской политикой и погромами евреев, о чем следует помнить и реально оценивать неприятные факты. Оптимальную национальную политику он не смог сполна обеспечить в России.


Александр III отличался приверженностью ко всему русскому, пропагандировал русский уклад жизни, любил все русское, осуждал заимствование иностранных привычек и моды. Он всячески искоренял разврат при дворе, где у него не было фавориток. Он очень любил свою жену, почти не изменял ей (были кратковременные, немногочисленные, тщательно скрываемые связи с простолюдинками, о которых при дворе известно не было). Самыми радостными моментами в своей жизни он считал рождение детей (а их у него родилось шесть).

При Александре III в Петербурге и во всей России поняли, что этот решительный царь не даст безотчетно воровать. Он ввел строгую экономию во всех отраслях государственного управления, сильно урезал расходы дворцового ведомства, сократил штат министерства двора, вел строгий надзор за расходованием денег в своей семье и в семьях великих князей. Особое внимание Александр III уделил решению военных проблем, наведению порядка в армии и на флоте. До Александра III интенданты (должностные управляющие лица, в том числе в вооруженных силах, ведающие снабжением войск) покупали роскошные особняки и имения за счет украденных ими государственных средств, а в армии и на флоте солдаты и матросы плохо питались, были плохо обмундированы, не хватало боеприпасов, техники, вооружения, медикаментов. Управленцы шиковали, ездили в роскошных экипажах, посещали фешенебельные рестораны, развлекались с кокотками, которых они одаривали дорогими подарками за счет наворованного ими. Александр III потребовал жестких мер против воров; пошли суды, жесткие наказания и отстранения от выгодных и престижных постов. Воровство в армии, на флоте и в других сферах в большой мере удалось пресечь. Решительно карали жуликов, не смотрели на их статус, родовитость, богатства. Но так было только при Александре III.

Александр III грамотно решал кадровые вопросы: назначал на ответственные посты не по принципам родства и личной верности, а главным образом с учетом профессиональных знаний и нравственной стойкости специалистов. Особенно тщательно он подходил к назначению на должности военного министра, министра внутренних дел, министра финансов. Александр III потребовал, чтобы ему постоянно предоставляли ведомость всех неисполненных поручений, решений и фамилии виновных в этом; такое впервые случилось в России и до смерти перепугало нерадивых чиновников. Бюджет в царствование Александра III стал сбалансированным (ранее расходы неизменно превышали доходы), финансово-экономическое положение России существенно улучшилось, но многие социально-экономические вопросы и ускорение социального расслоения общества принципиально решить не удалось.

Александр III в личной жизни был очень экономным и строгим, не любил роскошь и показуху, чуть ли не до дыр занашивал панталоны и сапоги, носил в обыденной жизни простую одежду. Но на официальных мероприятиях соблюдал этикет, был одет, как подобает российскому императору. Александр III не доверял врачам, особенно иностранцам; лечиться предпочитал народными приемами: малина, мед, парная баня, травяные настои, обтирание холодной водой и др. Он никогда в жизни не был пьяным; иногда выпивал одну-две рюмки водки, настойки или наливки, выделял кавказские и венгерские вина, на приемах пил почти всегда шампанское, разбавленное водой. Александр III прощал своей любимой жене ее неравнодушие к нарядам, украшениям, светским развлечениям. Он при его тучной комплекции ненавидел танцы, а его жена императрица Мария Федоровна была ими увлечена. Когда балы затягивались, Александр III принимался постепенно выдворять музыкантов из бального зала, подчас оставался один только барабанщик, а танцы все равно продолжались, тогда он вдобавок выключал свет, и танцы приходилось заканчивать. Но ради любимой жены Александр III терпел балы. Если им приходилось расставаться, он очень тосковал без жены, мучился оттого, что ее не было рядом (ведь она была его лучшим другом), по много раз перечитывал ее письма и мечтал поскорее снова быть рядом с ней. Императорская чета была рачительной и экономной в использовании собственных финансовых средств и щедрой в тратах на благотворительные цели. Например, императрица Мария Федоровна из своего личного бюджета на себя, свои нужды тратила только 25 % средств, а 75 % передавала на благотворительные надобности.

В семье Александра III детей было не принято баловать, от них требовали добросовестно учиться, подчиняться беспрекословно воле родителей, что подавляло и унижало детей. Детские апартаменты во всех царских дворцах были относительно скромными: походные кровати с волосяными матрацами и тощей подушкой, венские стулья с прямыми спинками и плетеными сиденьями, на полу скромный ковер, простые столы и этажерки для книг и игрушек, но в Красном углу была икона Божией Матери с Младенцем, усыпанная жемчугом и драгоценными камнями. Еда была простой и здоровой. Непременно были: овсяная каша на завтрак, холодные ванны, закаливание, стремление много времени проводить на свежем воздухе. С малых лет детей учили ухаживать за их питомцами; они чистили сами клетки, в которых жили попугаи и канарейки.

В 1888 г., при крушении царского поезда в Борках, дети еще раз восхитились богатырской силой Александра III: он приподнял рухнувшую крышу вагона и дал возможность пассажирам – жене, детям, свите, слугам – выбраться из-под обломков (тогда пострадал 281 человек, погибли 23 человека, император и члены его семьи не пострадали).

Александр III после себя оставил сильную государственную систему, крепко стоявшую страну. Его сын унаследовал сильную административную власть. Александр III передал своему сыну страну, превращавшуюся постепенно из аграрной в аграрно-индустриальную, становившуюся все больше похожей на пример экономического чуда, в ней постепенно преодолевались отсталости социально-экономического толка. Позиции России на мировой арене были прочны, у нее была самая большая в мире армия (порядка 900 тысяч человек), третий в мире флот (после Англии и Франции), но ее вооруженные силы уступали ведущим странам по уровню научно-технического оснащения, однако и здесь начались позитивные изменения.


При Александре III страна динамично развивалась; расходы были сбалансированы с доходами, были повышены пошлины на импортные товары (чтобы оградить интересы российских производителей); увеличены налоги, касающиеся богатых людей; снижено налогообложение крестьянства; учрежден Крестьянский поземельный банк; создана Фабричная инспекция (чтобы следить за исполнением фабричного законодательства, предотвращать конфликты между хозяевами и рабочими); запрещена ночная работа на текстильных фабриках женщин и подростков до 17 лет; сохранялась цензура (ради охраны нравственных устоев, религиозных традиций и верований) и многое другое. Но его удаление в Гатчине от соотечественников, жизнь и работа за высокими стенами гатчинской резиденции, не полное, а частичное знание истинного положения жизни народа и дел в стране не позволили ему стать абсолютно действенным, верно результативным правителем России. Кроме того, он не подготовил к грамотному правлению страной своего сына – наследника Николая (ставшего со временем императором Николаем II).


Гатчина была местом, где зарождались, развивались многие любовные романы и заключались браки, но для Романовых почти все они почему-то были непростыми или даже трагическими. Напомним только о некоторых из них.

У императора Павла I родились 9 детей, в том числе 6 дочерей. Двое из них: великие княжны – красавицы Александра (1783–1801) и Елена (1784–1803) в 1799 г. в Гатчине в Большом Гатчинском дворце в дворцовой церкви Живоначальной Троицы венчались с немецкими принцами. Мужем 16-летней Александры стал Иосиф-Антон, эрцгерцог Австрийский, палатин Венгерский (1776–1846), а мужем 15-летней Елены стал Фридрих-Людвиг, герцог Мекленбург-Шверинский (1778–1819). Жить вне России, в недружелюбно настроенном к ним протестантском окружении царевны долго не смогли. Замужество Александры длилось 2 года, а Елены – 4 года; обе умерли в родах. Александре было всего 18 лет, Елене – 19 лет.

Семейные дела двух из шести детей императора Александра III особенно тесно были связаны с Гатчиной и Павловском. Особенно много воспоминаний о Гатчине и жизни в ней было у его дочери великой княгини Ольги и у его сына – великого князя Михаила. В возрасте 19 лет Ольга обвенчалась с 33-летним принцем Петром Ольденбургским в Гатчине в дворцовой церкви Живоначальной Троицы; их брак оказался формальным, муж был не способен на нормальные супружеские отношения; Ольга была глубоко несчастлива в этом «браке».


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великая княжна Ольга Александровна и Петр Ольденбургский. Фото 1900-х гг.


Великая княгиня Ольга Александровна (1882–1960), дочь Александра III и сестра Николая II, внешней красотой не отличалась, но была решительной и талантливой (хорошо рисовала, играла на фортепьяно и на скрипке). В 1901 г. ее выдали замуж за принца Петра Ольденбургского (1868–1924 гг., с 1901 г. – князь), который женщинами совсем не интересовался, увлекался только азартными играми. Но этот брак позволил Ольге Александровне жить в России (если бы ее мужем стал проживавший на своей родине иностранный принц, ей бы пришлось жить за границей). Прожив вместе почти 15 лет, они так и не стали настоящей супружеской парой. В возрасте 21 года в 1903 г. Ольга Александровна влюбилась в красивого офицера лейб-кирасирского полка, то есть гатчинского офицера, Николая Александровича Куликовского (1881–1958); с первого взгляда любовь была обоюдной. Ольга Александровна попросила мужа дать ей развод. Он не рассердился, но предложил отложить решение этого дела на 7 лет, назначил Н.А. Куликовского своим адъютантом и разрешил ему поселиться в их доме. Под влиянием Ольги Александровны Куликовский согласился на эти условия. Никто, кроме этих троих людей, не знал об их отношениях и тайне. Следующие почти 11 лет (1903–1914) Куликовский безупречно выполнял свои служебные обязанности, был для Ольги Александровны единственной душевной опорой; любовниками они не были. Когда началась Первая мировая война (1914), Ольга Александровна отправилась сестрой милосердия на фронт, сказала мужу, что к нему никогда не вернется. Куликовский также последовал на фронт со своим полком. Николай II аннулировал брак Ольги Александровны и П.А. Ольденбургского в 1916 г.; это был не развод, а расторжение на деле не существовавшего брака, который Синод признал недействительным. Ольга Александровна в Киеве обвенчалась с Куликовским (1916), стала женой офицера известной военной семьи, перестала быть Романовой. У Куликовских родились два сына (1917, 1919). Куликовским удалось эмигрировать. Они оказались в лагере для интернированных на острове в Мраморном море, потом – в Константинополе, Белграде. Они в 1920 г. приехали в Копенгаген, чтобы быть рядом и помогать матери Ольги Александровны – вдовствующей и бывшей российской императрице Марии Федоровне. Супруги жили в Дании в 1920–1948 гг. Оба их сына получили образование, женились на датчанках, служили в датской королевской гвардии. После разгрома гитлеровской Германии во Второй мировой войне стало ясно, что дружелюбно настроенное к Куликовским правительство Дании не сможет долго противиться требованиям СССР выдать великую княгиню Ольгу Александровну. Куликовские (Ольга Александровна – 66 лет, Николай Александрович – 67 лет, их сыновья 37 и 36 лет и их жены, внучка Ксения – 6 лет, внук Леонид – 5 лет) были вынуждены эмигрировать в Канаду. Они стали хозяйствовать на ферме, затем сыновья уехали работать в Торонто, жены с ними развелись, одна из них с сыном вернулась в Данию. Старевшим Куликовским стало трудно содержать усадьбу с фермой, они их продали и купили небольшой коттедж; их финансовое положение ухудшалось. Николая Александровича разбил паралич, в возрасте 77 лет он умер. После его смерти не умевшая экономно и дельно вести хозяйство Ольга Александровна продавала написанные его этюды, что приносило временное финансовое облегчение ее материальных дел, главное утешение она находила в молитвах. Она 42 года была счастлива быть женой любимого человека, почти 40 лет прожила в изгнании, пережила мужа только на 2 года, умерла в бедности в возрасте 78 лет в Канаде.


В Гатчине в начале ХХ в. сын Александра III великий князь Михаил Александрович влюбился и увел жену у своего подчиненного – гатчинского офицера, что в офицерском кругу оценивалось как подлость и редчайший позор. Михаил Александрович нарушил и Свод законов Российской империи, пренебрег династическим правилом императорской семьи: женился не на иностранной царевне или принцессе, а на соотечественнице, принадлежавшей к среднему классу, да и еще дважды разведенной, женился и без разрешения правившего Россией императора. Такой брак не мог быть счастливым, он не стал радостным, долгим. Михаил Александрович был расстрелян на Урале первым из Романовых в возрасте 40 лет, его сын погиб в автомобильной катастрофе в возрасте 19 лет; его жена эмигрировала, страшно бедствовала, страдала от неизлечимой болезни, умерла в возрасте 72 лет. Русская православная церковь за границей канонизировала Михаила Александровича в 1981 г.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ольга Александровна и Николай Куликовский


Великий князь Михаил Александрович (1878–1918), сын Александра III, был в начале ХХ в. самым богатым из великих князей, выделялся красотой и мягкостью натуры, любил (слушать и сочинять) музыку, цветы, тенистые сады, еще он страстно любил лошадей, автомобили и гонки на них. В его конюшнях были лучшие арабские и ахалтекинские скакуны, он принимал участие в большинстве конных соревнований и был победителем. Михаила Александровича считали бравым офицером; он был физически сильным, но был в большой мере безвольным человеком, подчинялся более решительным людям, не было в нем надежного духовно-нравственного стержня, умения противостоять греховным жизненным искушениям. В молодости он дважды был влюблен, но жениться ему не разрешали. Его избранницами были его двоюродная сестра, дочь герцога Эдинбургского английская принцесса Беатриса (Беби Би, Сайма, 1884–1966 гг.; из-за близкого родства влюбленным не разрешили жениться) и фрейлина Александра Владимировна Коссиковская (Дина, 1875–1923 гг.; неравное социальное положение исключало возможность их брака). Михаил Александрович в 1906 г. хотел на Коссиковской жениться (что было запрещено Николаем II); в возрасте 28 лет он намечал с ней тайно обвенчаться в Италии, что не удалось осуществить.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Михаил Александрович с морганатической супругой Н.С. Вульферт, графиней Брасовой. Фото 1910-х гг.


После неудачных попыток жениться Михаил Александрович обратил свое внимание на красивых и непременно замужних женщин, их происхождение и социальный статус его не интересовали. Михаил Александрович не интересовался политикой, боялся даже возможности стать когда-нибудь императором. До рождения цесаревича Алексея Николаевича (1904) на него смотрели как на вероятного наследника русского престола, требовали соблюдать многие скучные для него обязанности; рождение племянника Алексея сделало его сполна свободным и счастливым человеком. Особенно не обременявший себя военной службой и участием в реализации государственных проектов, Михаил Александрович в очередной раз влюбился, да еще и в простую для его положения, разведенную женщину. Избранницей его сердца стала красавица и сексапильная женщина Наталия Сергеевна Вульферт (1880–1952), дочь адвоката Шереметевского, жена офицера-поручика кирасирского полка В.В. Вульферта, влюбившись в которого она добилась развода (1905) с ее первым мужем – сыном миллионера, критиком, пианистом, дирижером Большого театра С.С. Мамонтовым-младшим, от которого имела дочь Наташу (Тату, род. в 1903 г.). Михаил Александрович командовал с 1908 г. эскадроном в кирасирском полку, где свято чтили законы товарищества, считали позором отбить жену у полкового товарища. Н.С. Вульферт была ловкой дамой с авантюрным характером, умевшей почувствовать выгоду и любой ценой добиться цели. Н.С. Вульферт скрыла свой настоящий возраст (она была на 6 лет старше, а не на 2 года младше Михаила Александровича). Она умела ради своих интересов увлекать и подчинять себе мужчин, использовать их возможности и средства, а потом их оставлять. Подчинив себе Михаила Александровича, она получила сказочно богатого поклонника и хрупкую надежду стать со временем русской императрицей. Об отношении дочери к ее менявшимся мужчинам она не думала. Она стала любовницей Михаила Александровича и, по ее словам, родила от него; но отцом ребенка мог быть и капиталист, влиятельный государственный деятель А.И. Гучков (1862–1936), с которым у нее недлительное время была тщательно скрываемая любовная связь. В.В. Вульферт готов был простить жену, признать ребенка своим, но великий князь под давлением Наталии решил жениться на ней, хотя понимал, что будет наказан. Удалось получить у Вульферта согласие на развод с женой ценой получения для него более выгодного места службы и щедрой денежной компенсации от великого князя. Затем Михаил Александрович, заплатив колоссальные деньги, устроил (1910) второй развод Наталии. В царской семье считалось недопустимым жениться на разведенной женщине, а женитьба на дважды разведенной женщине была полным позором и неслыханным делом. Но Михаил Александрович под давлением властной возлюбленной, принуждавшей его жениться на ней (делала она это ловко, хитро, даже использовала артистические приемы), отважился не отступать от их планов. Они приехали в Вену, где их тайно обвенчал (1912) сербский православный священник. Еще до венчания у них родился сын Георгий (1910–1931).

Когда Николай II узнал об их тайном морганатическом браке, Михаилу Александровичу запретили въезд в Россию, уволили из армии, лишили воинских званий, над его имуществом учредили опеку, что означало: он не может им распоряжаться, из России ему присылали относительно небольшие деньги. Супруги поначалу жили в Ницце, потом арендовали имение Небворт под Лондоном, со временем купили это имение с замком. Жили шикарно, много путешествовали, особенно любили развлекаться в Италии и Франции. Михаил Александрович писал Николаю II слезные письма и под напором жены выпросил в связи с началом Первой мировой войны (1914) разрешение вернуться в Россию и возвращение звания, имущества. Еще раньше (1910) Николай II подписал Указ, возводивший их сына Георгия в потомственное дворянство с фамилией Брасов и отчеством Михайлович. Позже его жене был пожалован титул графини Брасовой, а сыну – титул графа Брасова (1915).

Великокняжеская чета поселилась в Гатчине, где графиня Брасова изумляла публику своими туалетами и драгоценностями, но в обществе ее не любили, воспринимали как бесстыдную хищницу, хитрую женщину. Вдовствующая императрица Мария Федоровна и императрица Александра Федоровна ее не принимали. Во время Первой мировой войны Михаил Александрович успешно командовал Кавказской Дикой конной дивизией, стал любимым командиром у воинственных, с трудом подчинявшихся дисциплине горцев. Из-за язвы желудка он получил отпуск, приехал в Гатчину, был свидетелем переворотов 1917 г., узнал об отречении от престола Николая II в его пользу. Михаил Александрович одни сутки (2–3 марта 1917 г.) числился де-факто последним русским царем Михаилом II (отрекшийся от престола, бывший царь Николай II в телеграмме ему, посланной 3 марта, назвал его Императорским Высочеством Михаилом II), но Михаил отрекся 3 марта от престола. Однако он не отказался полностью от возможности воспринять верховную власть, призвал соотечественников подчиниться Временному правительству, ждать решения выборного Учредительного собрания об образе правления и дал понять – если будет угодно воле народа, он воспримет верховную власть (так он извещал в акте от 3 марта). Этим он отчасти разочаровал свою жену, с февраля 1917 г. ударившуюся в либерализм, принимавшую с тех пор в своем салоне левых депутатов, мечтавшую о роли новой императрицы и статусе цесаревича их сыну Георгию. Его изворотливая жена при Временном правительстве умудрилась ловким путем извлечь из банка свои арестованные драгоценности, а затем переправить весной 1918 г. сына Георгия в Данию. Слухи утверждали, что все это помог организовать Н.С. Брасовой влиятельный А.И. Гучков (капиталист, лидер октябристов, депутат и с 1910 г. председатель 3-й Государственной думы, в 1907 и с 1915 г. член Государственного совета, в 1915–1917 гг. председатель Центрального военно-промышленного комитета, с 1917 г. – военный и морской министр Временного правительства, ее давний поклонник и одно время в прошлом ее любовник, ее сын мог быть и его сыном).

Михаил Александрович просил управляющего делами Совнаркома В.Д. Бонч-Бруевича легализовать его положение в Советской республике как рядового гражданина, просил о перемене фамилии Романов на Брасов. Михаила Александровича и его жену подвергли (август – сентябрь 1917 г.) домашнему аресту, потом отпустили и разрешили уехать в Крым, однако он не поспешил это сделать, потому что поверил в порядочность новой власти. Вскоре (с ноября 1917 г.) его снова арестовали, выслали в марте 1918 г. в Пермь, где в 1918 г. расстреляли, а людям сказали, что он был убит при попытке бегства. В 1918 г., через месяц после высылки мужа, Н.С. Брасова приехала к нему в Пермь. Недолго пробыв в Перми, она отправилась в Гатчину якобы забрать детей и вместе с ними снова вернуться в Пермь (но к тому времени ее детей в Петрограде уже не было, и она это хорошо знала). Получается, что она спасала себя и спешила уехать из Перми. Вскоре после ее отъезда его убили. Брасову недолго держали в тюрьме в Петрограде; при помощи ее денег и связей удалось перевести ее в лечебницу, откуда ей помогли совершить побег. Брасовой и ее дочери удалось эмигрировать из России. Они смогли добраться до их английского имения Небворт, куда приехал из Дании и ее сын Георгий. Брасова и ее дети жили чрезмерно шикарно в своём поместье, но вскоре из-за склонности Брасовой к роскоши и неизбежных финансовых проблем не смогли его содержать и переехали в Париж, где она называла себя княгиней Брасовой. Ее дочь вышла замуж за небогатого и относительно простого англичанина, родила дочь, Брасова перестала с дочерью общаться. Потеряла она и сына Георгия – он погиб в автомобильной катастрофе. С 1941 г. Брасова нищенствовала, питалась в бесплатных столовых для бедных. Ее внучка из Лондона присылала ей ежемесячно небольшую сумму денег. Брасова снимала жалкий угол, потом стала бездомной. Больную раком груди старуху поместили в приют для бедных; хоронить ее было не на что, но было купленное ею место на кладбище рядом с могилой сына. Всего 6 лет она была счастливой женой Михаила Александровича, а затем 35 лет расплачивалась за свои грехи. Корыстная Брасова принесла искушения, беды Михаилу Александровичу и их сыну.


В 1853 г. через Гатчину прошла линия Варшавской железной дороги. Улучшение транспортной доступности Гатчины во второй половине XIX в. сделало ее местом элитарного расселения и престижным дачным пригородом. В Гатчине жили и работали А.И. Куприн, М.А. Балакирев, С.М. Ляпунов, М.М. Ипполитов-Иванов (уроженец Гатчины), С.Ф. Щедрин, Ф.А. Васильев и другие представители русской культуры.

В 1918 г. дворцовый комплекс был национализирован, получил статус дворца-музея. С сентября 1941 г. до конца января 1944 г. Гатчина была оккупирована немецко-фашистскими войсками. Дворцово-парковому комплексу был нанесен огромный ущерб. В послевоенный период были проведены восстановительные работы. Восстановление Гатчинского дворца, точнее его научное возрождение, началось только во второй половине 1970-х гг., первые залы открыли для возобновления музейной жизни и приема посетителей в 1985 г. После войны Гатчинский дворец занимало военно-морское училище, затем оборонный НИИ; только с 1970 – 1980-х гг. началось возрождение его музейных функций.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Балтийский вокзал в Гатчине. Фото конца XIX в.


Историческим ядром Гатчины остается его дворцово-парковый ансамбль, который начал складываться в 1760-х гг. вокруг цепочки озер (Белое, Черное, Серебряное, Филькино, Карпин пруд и др.) в живописной местности. До наших дней дошли Большой Гатчинский дворец с дворцовой церковью Живоначальной Троицы в стиле раннего классицизма (1766–1781 гг., арх. А. Ринальди; расширен в 1793–1797 гг., арх. В.Ф. Бренна; перестроен в 1845–1851 гг., арх. Р.И. Кузьмин), перед дворцом памятник императору Павлу I (скульптор И. Витали), а также парки общей площадью 617 га (Дворцовый, Приоратский, Зверинец, Сильвия) с системой прудов и каналов, с многочисленными павильонами (Венера, Орел, Ферма, Птичник), мостами (Каменный, Львиный), террасами, воротами (Берёзовые, Адмиралтейские) и другими постройками-«затеями» ландшафтной архитектуры, созданными в конце XVIII – начале XIX в. по проектам Бренны, А.Д. Захарова и др. и относящихся к лучшим образцам русской ландшафтной архитектуры.

Большой Гатчинский дворец окружают большие парки. Особенностью гатчинских парковых территорий являются огромные водные пространства, занимающие около четверти их площади. На Белом озере Павел I имел флотилию: яхты, гондолы, ялики, лодки, 15-пушечный фрегат, разыгрывал военные сражения, в том числе реконструировал знаменитый Чесменский бой с турками (1770); в 1881 г. императору Александру III на этом пруду изобретатель С.К. Джевецкий демонстрировал первую в России настоящую подводную лодку. Приоратский парк площадью свыше 150 га в царский период был единственным из дворцовых парков, в который с 1906 г. разрешался доступ широкой публике. Исключительный интерес представляет созданный по технологии землебитных строений Приоратский дворец на берегу Черного озера (1798–1799 гг., арх. Н.А. Львов). Его возвели по воле Павла I в связи с учреждением в России в 1797 г. по воле этого императора Великого приорства – католического ордена Мальтийских рыцарей.

Н.А. Львов предложил возводить жилые, общественные, хозяйственные постройки по разработанному им уникальному способу землебитных строений, сооружаемых из специальных блоков или кирпичей, сделанных из утрамбованной (битой) земли, уплотненной специальным известковым раствором. Львов разработал и внедрил в практику строительства огнестойкие материалы, в том числе землебитные блоки и кирпичи, неотесанные валуны, из которых возводили постройки или их части. Время доказало надежность зданий из землебитных блоков. Даже в дни Великой Отечественной войны с немецко-фашистскими захватчиками, когда в Гатчине шли ожесточенные бои, от снарядов и авиабомб рушились даже массивные каменные постройки, а землебитный Приоратский дворец выстоял, но оккупанты нанесли ему ощутимый ущерб. В послевоенный период исследовали конструкции Приоратского дворца, определили соотношение его строительных материалов, главный из которых – землебит. Львов подобрал такой состав грунтомассы, что она по прочности до наших дней соперничает с железобетоном. Объемный состав этой грунтомассы таков: гравий крупностью от 3 до 7 мм – 4 %, песок – 58 %, пыль или мелкая земля – 20 %, глина – 18 %. Прочность землебита у Н.А. Львова через 20–30 лет после возведения здания составила 10–12 МПа, хотя цемент в состав грунтомассы не вводился.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Приоратский дворец


Приоратский дворец был построен всего за 3 месяца, позже об успешной практике землебитного строительства в России фактически забыли. Вспомнили о нем только в начале XXI в. (см.: В.Е. Зубкин, В.М. Коновалов, Н.Е. Королев. Зонное нагнетание сыпучих сред, или как строить из обычной земли весьма дешевые, прочные, теплые и огнестойкие дома посредством «Русских качелей». Практическое пособие. М.: Русаки, 2002). С 1967 г. в здании Приоратского дворца открыт музей. Об этом думали еще в 1905 г., когда в Приоратском дворце было создано Общество любителей старины. Осматривая Приоратский дворец, нужно непременно вспомнить его гениального создателя – дворянина, удивительно талантливого и порядочного человека Н.А. Львова.


Николай Александрович Львов (1751–1803) родился под г. Торжком в деревне Черенчицы в семье прапорщика А.П. Львова, принадлежал к очень древнему, но обедневшему дворянскому роду. Львов от природы был настойчивым в достижении своих желаний, трудолюбивым, талантливым и исключительно красивым человеком. Начальное образование он получил в родительском доме, затем – в Петербурге, а по сути – по своей инициативе он учился всю жизнь. Львов остается в русской и мировой истории как яркая и неординарная личность. По богатству талантов, широте интересов и масштабности открытий Н.А. Львов сопоставим только с Леонардо да Винчи и М.В. Ломоносовым. Львов был счастлив как талантливый человек и востребованный специалист, но именно из-за этого у него было немало врагов и завистников. Его давние дворянские корни, благородная порода, внешняя редкая красота, способность быть душой общества, его обширные знания и высокая культура не давали покоя беспородным выскочкам. Многое в России Львов сделал лично впервые или одним из первых. Отдавая все свои таланты и способности служению Отечеству, он не щадил себя, вот почему прожил всего 50 лет. Он умер в Москве в 1806 г. и был похоронен под Торжком в его усадьбе Никольское-Черенчицы, в родовой усыпальнице.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Н.А. Львов. Художник Д.Г. Левицкий. 1789 г.


Н.А. Львов был одним из самых лучших русских архитекторов (причем теоретиком и практиком), строителем-новатором, создателем новых строительных материалов (землебитные блоки, толь), художником, графиком-новатором; садовником, ботаником, мастером садово-паркового и ландшафтного искусства; разносторонним изобретателем и инженером-конструктором машин, а также гидротехником, механиком, новатором-создателем отопительно-вентиляционных устройств; геологом (по сути, основателем отечественных каменноугольной и торфяной промышленности), химиком-исследователем, географом-экологом (как мы говорим теперь); поэтом, прозаиком, драматургом, переводчиком, редактором, причем везде и всегда он отстаивал и доказывал большие возможности и достоинства русского языка; автором ряда научных книг и художником-иллюстратором изданий; историком, археологом, этнографом, искусствоведом; композитором, музыкантом, теоретиком музыки и первым профессиональным собирателем народных песен, автором-сценаристом ответственных празднеств; дипломатом; талантливым педагогом; мудрым руководителем, плодовитым управляющим и организатором; решительным и одновременно терпеливым возлюбленным (тайно при романтических обстоятельствах заключившим брак и четыре года после тайного венчания добивавшимся и добившимся его огласки, признания), счастливым отцом 5 детей. И это еще далеко не все отличительные таланты и достоинства этого человека. Все, что он делал, было неординарным, выделялось на общем фоне, в большой мере было новаторским.

Н.А. Львов внес выдающийся вклад в архитектуру, стал одним из основателей пейзажного стиля в садово-парковом искусстве, первым крупным ландшафтным архитектором в стране (сохраняется понятие «львовский сад»). Он прославлял достоинства классической архитектуры, доказал своим творчеством большие возможности форм ротонды, создал парковые пирамидальные беседки-погреба, «львовский купол» зданий и многое другое. Он изобрел новые тогда строительные материалы: толь, землебитные блоки, кирпичи.

Н.А. Львов стал первым в мире и России создателем бумагоделательной машины с паровым приводом. Он стал создателем отопительной пиростатики в России, создал теорию вентиляционно-отопительных систем.

Н.А. Львов был первым или одним из первых в России переводчиком сонетов Петрарки. Нашел и издал две старинные русские летописи. Он первым в России собрал 200 народных песен, написал трактат о народной песне. Стал автором первой в России тематической литературной программы для симфонической музыки. Он стал инициатором создания первой в России хоровой оперы. Львов первым в музыкальной науке, первым в русской музыкальной литературе указал на многоголосие русского народного хорового пения. Львов одним из первых стал писать оперные либретто на русском языке. Он был высокого класса мастером организации, проведения праздничных торжеств.

Н.А. Львов является основателем отечественной топливной, прежде всего угольной, промышленности. Он проявил себя и как геолог, географ-эколог, архитектор. Львов обследовал минеральные воды на Кавказе, где также вел и археологические работы. Ему удалось впервые в России найти месторождение углей на Валдайской возвышенности, доказать высокую калорийность русских каменного и бурого угля. Он первым в России нашел способ получения из каменного угля кокса, а также первым нашел способ получения из отечественного каменного угля серы. Львов внес заметный вклад в развитие отечественной химической промышленности и корабельного дела.

Н.А. Львов был прекрасным художником, в России первым стал работать в технике лависа, начал составление первой российской художественной энциклопедии.

Н.А. Львов был увлечённым педагогом. Он создал Школу землебитного строительства и успешно руководил ею. Перевел и написал лично ряд обстоятельных научных трудов. Был столь даровит и талантлив, что вкратце передать здесь все, что он сделал, просто невозможно.

В нем беспрестанно и мучительно боролись два человека: примерный семьянин и жертвенный в своих творческих исканиях одинокий одержимый исследователь, который отдавал творчеству всего себя, не оставляя сил ни для чего другого. Вероятно, творчество и было для него превыше всего, вот почему он шел на компромиссы с судьбой. Но свое творческое призвание он оценивал как Божий дар, как призвание к достойному служению на благо Отечества, как долг и священную обязанность перед Родиной – Россией.

Во всех своих мыслях и поступках Н.А. Львов был патриотом России. Он был глубоко убежден, что только сами россияне своим умом, знаниями, разумным учетом зарубежного опыта могут улучшить свою жизнь, обеспечить процветание Родины. Он не допускал копирования и переноса без корректив в русскую практику зарубежных приемов в любом деле. Об этом писал в своих работах: «Может быть, и оттуда заимствовать будет что-нибудь возможно, не отступая однако от сего единственно и твердо во мне вкорененного закона, что для русского человека русские только годятся правила и совсем он не сотворен существом подражательным – везде исполин и везде подлинник».

При жизни Н.А. Львов был признан современниками, его высоко ценили правители России. За недолгое время он прошел путь от чиновника VIII класса до действительного тайного советника (штатский генеральский чин), стал действительным членом Российской академии, Почетным членом Академии художеств, членом Вольного экономического общества, Главным директором угольных приисков, Главным начальником земляного битного строения в Экспедиции государственного хозяйства, Директором Школы землебитного строительства. Но за творческие победы он заплатил краткостью своей земной жизни (всего 50 лет) – сказались постоянное нервное напряжение, обиды от клеветников, депрессии, обострившиеся с годами болезни, поиск доходов для содержания семьи из 7 человек.

Почему-то немало из того, что Н.А. Львов изобрел, сделал, было забыто или приписано другим. Многое из архитектурных творений Н.А. Львова было приписано И.Е. Старову, А. Менеласу, М.Ф. Казакову, Дж. Кваренги, В.П. Стасову, И.Г. Моору и некоторым другим архитекторам. Забыв, или не зная, не желая упоминать о работах Н.А. Львова, происходили «открытия» уже предложенных им инноваций. Идеи Львова в области отопительно-вентиляционных устройств восприняли Мейснер, Н. Амосов и другие; воздушное отопление вошло в историю под названием «Амосовская система отопления» (в честь Н. Амосова). А землебитное строительство стало вновь внедряться в южных губерниях России во второй половине ХIХ в. уже Изнаром, а еще шире – с 1990-х гг. Все рукописное наследие Львова никогда не издавалось, изданы лишь несколько научных и переведённых им книг, отдельные его статьи, поэмы и «Сборник песен с их голосами».


Творчество русского гения Н.А. Львова в большой мере связано с Санкт-Петербургом и его предместьями, а также с Тверской землей, Москвой и Подмосковьем, рядом других мест. К сожалению, пока Львов в основном известен как талантливый архитектор. До сих пор нет фундаментальной книги о нем, нет и полноценных фильмов, дельных телепередач о Н.А. Львове.

В Гатчине вне дворцово-паркового ансамбля в конце XVIII – начале XIX в. постепенно сложился городской комплекс на основе отдельных придворных поселков (Ингенбург, Гатчинский посад, Бомбардирская слобода, Мариенбург). Сохранились здания бывших суконной фабрики, а затем – дворцового управления (1794–1795 гг., арх. Н.А. Львов); госпиталя (1793–1794, арх. А.Н. Воронихин); Ингенбургские ворота (1831–1832 гг., арх. В.А. Глинка), в центре храм Покрова Пресвятой Богородицы (построен в 1914 г. на средства купца К. Карпова, арх. Л. Харламов), собор Святого апостола Павла (1846–1852 гг., арх. Р.И. Кузьмин), в егерской слободе храм Покрова Пресвятой Богородицы (1888 г., арх. Д. Гримм), лютеранская кирха Святого Николая (1825–1828 гг., арх. Д.И. Квадри, А.М. Байков), бывший Съезжий дом с высокой пожарной каланчой (присутственные места, 1860-е гг., арх. А.В. Кокарев), здание городского госпиталя для бедных (1820-е гг., арх. А.Е. Штауберт), усадьба (теперь музей) художника П.Е. Щербатова (1911 г., арх. С.С. Кричинский; дом построен в стиле позднего северного модерна, привлекает необычностью архитектурного облика, является одной из наиболее притягательных достопримечательностей города). Особый интерес представляет площадь Коннетабль с 32-метровым монументальным обелиском (1790-е гг., проект арх. В. Бренна, его реализация – каменных дел мастер К.А. Пластинин).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ингенбургские ворота


В городе возведен мемориал на месте казни в 1942 г. комсомольцев-подпольщиков и памятники советским воинам в парке «Сильвия» (1965).

В окрестностях Гатчины много достопримечательностей, в том числе усадебных комплексов XVIII–XIX вв. К северо-востоку от Гатчины, вблизи станции железной дороги Пудость, находится выработанный карьер известкового туфа – знаменитого пудовского камня, из которого построены Большой Гатчинский дворец, облицованы стены и колонны Казанского собора и станция метро «Площадь Восстания» в Санкт-Петербурге. Около станции сохранились остатки садово-паркового ансамбля первой половины XIX в. На берегу р. Пудость была усадьба Ивановка. Из усадебных построек сохранился главный дом (представляющий собой одноэтажную постройку с мансардой, с двусветным просторным залом в центре анфилады комнат), который во второй половине XIX в. перестроили на дачный лад. В этой усадьбе, в имении своего отца, родился известный русский архитектор А.И. Штакеншнейдер (1802–1865), много и успешно творивший в Петербурге. В 1870-х гг. уже известный петербургский зодчий вместе с семьей поселился в Ивановке.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Демидовых в Тайцах


В 10–12 км от Гатчины находится поселок Тайцы с ансамблем усадьбы А.Г. Демидова. Сохранились дворец с бельведером в стиле раннего классицизма (1774–1778 гг., арх. И.Е. Старов) и ландшафтный парк с Готическими воротами (конец XVIII в.).

В первой четверти XVIII в. Петр I подарил мызу Большие Тайцы адмиралу И.М. Головину; ему и его потомкам эти места принадлежали почти полвека. В 1767 г. часть земель – Малые Тайцы – купил Абрам Петрович Ганнибал – «арап Петра Великого», прадед А.С. Пушкина. А владельцем большей части имения – Большие Тайцы – в 1772 г. стал действительный статский советник Александр Григорьевич Демидов (1737–1803), правнук Н.Д. Антуфьева, основателя Демидовских заводов на Урале. Для А.Г. Демидова в Тайцах в 1774–1780 гг. был построен редкий по красоте усадебный дворцово-парковый ансамбль.


Демидовы вошли в русскую историю как легендарные предприниматели, заводчики и землевладельцы. Родоначальником их династии был Никита Демидович Антуфьев, более известный под фамилией Демидов (1656–1725), тульский купец, выдвинувшийся при Петре I, получивший большие земли на Урале для строительства металлургических заводов. В 1726 г. Демидов и его потомки получили дворянское звание. К концу XVIII в. Демидовы вошли в круг высшей бюрократии и знати, основали более 50 заводов, дававших свыше 40 % чугуна в России уже в середине XVIII в. и в XIX в. – не менее 25 %. Богатея и возвышаясь, Демидовы нравственно менялись, причем в худшую сторону, но, следуя правилам и своего рода моде, участвовали в благотворительной деятельности. Так, Павел Григорьевич Демидов основал Демидовский лицей в Ярославле, свершил и другие добрые дела; Павел Николаевич Демидов, владелец петербургского особняка на Б. Морской улице, учредил Демидовские премии Петербургской академии наук, выдававшиеся из его средств в 1832–1865 гг. за опубликованные труды по науке, технике, искусству; эти премии тогда считались наиболее почетной научной наградой России. Последние Демидовы не хотели трудиться, не могли грамотно вести дела, стремились к роскоши, развлечениям, любили праздность. Грехи, деловые и нравственные, в конце концов привели к краху рода Демидовых.


Еще в давние времена были известны в Тайцах минеральные Орловские источники, их при Демидовых в народе стали называть Демидовскими ключами, над ними со временем возвели павильон Келленбург – «Крепость над источником». В 1774 г. при Демидовых был проведен самотечный водопровод в Царское Село и в Павловск длиной 15 км; в 1907 г. водопровод перестроили. По желанию Демидовых был создан роскошный усадебный парк (110 га), состоявший из нескольких отличавшихся друг от друга частей. Но главным предметом гордости был усадебный дом. Это двухэтажное здание на стилобате, увенчанное бельведером; его фасады оформлены пилястрами, главный фасад украшают две колонны; заглубленные окна обрамлены пилястрами и ионическими капителями. В скругленных углах дома устроены террасы-лоджии.

После смерти последнего владельца усадьбы из рода Демидовых – генерал-лейтенанта П.Г. Демидова (1808–1862), усадьба за долги была взята в удельное ведомство, вошла в состав государевых имений. Император Александр III часто отдыхал в Тайцах во время военных маневров в Красном Селе. В 1897 г. усадьба перешла в ведение Общества русских врачей. Здесь устроили Станцию (санаторий) для легочных больных. В наши дни в усадьбе размещается санаторий.

Тайцы и их окрестности оказались связанными с легендарным спортсменом – футболистом, хоккеистом, тренером В.М. Бобровым (1922–1979 гг., см. рассказ о нем в сюжете о г. Сестрорецке), который жил здесь с родителями в раннем детстве. Они жили при маленькой электростанции в Тайцах, где глава семейства М.А. Бобров работал электриком и где в служебном помещении жили Бобровы. На этой электростанции случился страшный пожар, началась паника, в удушающем дыму, на ощупь его мать – Л.Д. Боброва с трудом отыскала Севу (которому тогда был год и два месяца) и успела вынести его из огня, через секунду рухнула крыша и погребла под собой остатки строения. Судьба, Бог как будто всю жизнь покровительствовали В.М. Боброву. Даже в утробе матери он был под покровительством Всевышнего. В 1921 г. его отец-большевик и его беременная мать оказались в селе Островка, где отец был назначен уполномоченным по заготовке продовольствия для московских рабочих. В 1922 г., в отсутствие главы семьи, на село налетела одна из банд атамана Антонова, они все жгли, грабили и убивали людей; дом, где жили Бобровы, подожгли и выгнали из него беременную женщину (если бы узнали, что это жена большевика, ее непременно бы убили). 7 января 1950 г. Бобров проспал и не успел на самолет, доставлявший хоккейную команду ВВС на первенство СССР по хоккею в Свердловск; случилась авиационная катастрофа, и опоздавший на самолет Бобров остался жив.

В 18 км от Гатчины, около поселка Елизаветино, сохранился ансамбль бывшей усадьбы Дылицы со старинным парком, с небольшим Охотничьим дворцом в стиле барокко (середина XVIII в.; декор фасадов отчасти изменен в духе классицизма в конце XVIII в.) и Владимирской церковью (XVIII в.), построенной в стиле барокко. Усадьба Дылицы получила название по одноименному селению. Дылицы известны с 1499 г., тогда здесь был погост. Затем здесь для императрицы Елизаветы Петровны построили небольшой Охотничий дворец, где она отдыхала в периоды охоты и развлекалась. Тогда разбили регулярный парк с цветником и Лебединым прудом. Усадьба называлась Елизаветино. В 1762 г. императрица Екатерина II подарила эту усадьбу своему верному слуге Василию Шкурину. Семья Шкуриных владела усадьбой 87 лет (1762–1849), затем ее владелицей стала помещица Волкова (1849), а в 1850–1917 гг. – князья Трубецкие. В усадьбе были красивый одноэтажный, увенчанный бельведером господский дом в стиле барокко (1762–1766 гг., арх. С.И. Чевакинский), скотный двор, амбары, птичник, другие хозяйственные постройки, а также построенная на средства В.Г. Шкурина Владимирская церковь (1762–1766 гг., арх. С.И. Чевакинский). Купившая усадьбу в 1850 г. княжна Е.Э. Трубецкая решила переделать усадьбу, но сохранить в ней дух елизаветинского барокко. По проекту арх. Г.А. Боссе усадебный дом был реконструирован. Во второй половине XIX в. Трубецкие выстроили дачные павильоны для приезжающих на отдых дачников. В 1911 г. здесь снимал дачу красавец-поэт Игорь Северянин, создавший здесь более тридцати стихотворений. После 1917 г. в Елизаветино устроили профессионально-техническое училище. Сейчас идет восстановление усадебного комплекса, который взяли в аренду и восстанавливают частные арендаторы.

Поблизости от железнодорожной станции Елизаветино (5 км) находится природный гидрологический памятник – урочище Донцы, где на поверхность выходят артезианские воды Ижорского плато и находится исток реки Оредеж.

Посещая эти места, невольно вспоминаем их основных владельцев и дачников: императрицу Елизавету Петровну, В.Г. Шкурина, князей Трубецких, И. Северянина – и их судьбы. Расскажем вкратце только о некоторых из них.


В.Г. Шкурин (XVIII в.) был не столько слугой-гардеробмейстером, камердинером великой княгини Екатерины Алексеевны, потом – императрицы Екатерины II, сколько был ее верным помощником. Василий Шкурин искренне сочувствовал великой княгине Екатерине Алексеевне, много страдавшей из-за грубости и пьянства ее супруга, великого князя, потом императора Петра III Федоровича, уделявшего внимание многим женщинам, но не своей супруге. Неудивительно, что у Екатерины Алексеевны появились любовные чувства не к мужу. Ее увлечения менялись, но Г.Г. Орлов был ее фаворитом почти 13 лет (1760–1773), от него она стала беременной. Женская одежда тех лет позволяла скрыть беременность. Но скрыть роды, продолжающиеся обычно несколько часов, сопровождающиеся криками и стоном рожениц, было трудно. Шкурин придумал, как на период родов удалить императора Петра III из Зимнего дворца. Шкурин вспомнил, что Петр III любил бывать на пожарах, наблюдать огонь и горе погорельцев. Когда наступил момент появления на свет ребенка императрицы, Шкурин поджег на окраине Петербурга свой собственный дом, куда смотреть на большой затянувшийся пожар стремительно приехал Петр III. Когда император вернулся с пожара, Екатерина уже родила сына и, собрав силу воли, встретила его сама. Мальчика тайно увез из дворца Шкурин, который взял его на воспитание. В младенчестве мальчик считался сыном Шкурина. Василий Шкурин участвовал в дворцовом перевороте 1762 г. в пользу Екатерины Алексеевны. Когда она стала императрицей Екатериной II (1762), то компенсировала Шкурину потерю имущества в пожаре, щедро наградила его за преданность и помощь ей, даровала дворянство. Незаконнорожденный сын Екатерины II воспитывался с сыновьями Шкурина, вместе с которыми был отправлен в Лейпциг; в 1774 г. они все вернулись в Россию. Сына Екатерины II и Г.Г. Орлова звали Алексей Григорьевич Бобринский (1762–1813), он получил графский титул, должное материальное обеспечение, знал, кто его родители.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Игорь Северянин. Фото 1900-х гг.


Е.Э. Трубецкая (XIX в.), жена князя П.Н. Трубецкого, происходила из знаменитого княжеского рода Белосельских-Белозерских, очень стремилась подчеркнуть особое отношение царской семьи к ее княжескому роду. Родоначальника их рода, А.М. Белосельского, особо отмечали императрица Екатерина II, императоры Павел I и Александр I (дал приставку к фамилии «Белозерский» в 1799 г.). Елизавета Трубецкая купила Охотничий дворец императрицы Елизаветы Петровны неспроста: урожденная княжна Елизавета Белосельская-Белозерская хотела жить во дворце, где жила императрица, и осознавать себя почти равной ей. Усадьбу она называла то Дылицы, то Елизаветино, но не в честь императрицы Елизаветы Петровны, а в честь своего имени.

Игорь Северянин (Игорь Васильевич Лотарев) (1887–1941) был красавцем и очень популярным русским поэтом в начале ХХ в. Наиболее известны сборники его стихов: «Громокипящий кубок» (1913) и «Ананасы в шампанском» (1915), написал автобиографический роман в стихах «Колокола собора чувств» (1925), сборники стихов и сонетов, проникнутых чувством Родины, ностальгическим переживанием отторгнутости от нее (с 1918 г. И.В. Северянин жил в Эстонии). В 1918 г. в Москве состоялось в Политехническом музее состязание на звание «Короля поэзии», это звание было присуждено публикой всеобщим, прямым, равным и тайным голосованием именно Игорю Северянину, 2-е место занял В.В. Маяковский, 3-е – К.Д. Бальмонт. Это был пик успеха в его творчестве, хотя публиковать свои стихи он начал в 1905 г. Еще в провинциальных газетах. В 1913–1916 гг. для его поэзии были характерны воспевание модного мещанского быта, ироничность, но и влечение к простоте и естественности чувств. В его стихах было обилие неоправданных словесных новшеств и нагромождений, при этом словесные новшества нередко выступали на первый план, заслоняя заботы о содержании. Он показывал себя эгофутуристом, что свидетельствовало о его личной независимости в решении всех языковых проблем. В принесшем ему славу стихотворном сборнике «Громогласный кубок» он писал:

Я, гений Игорь Северянин,

Своей победой упоен:

Я повсеградно оэкранен!

Я повсесердно утвержден…

«Эпилог»

В другом стихотворении он утверждал:

Я прогремел на всю Россию

Как оскандаленный герой!

Литературного мессию

Во мне приветствуют порой…

«Пролог»

В его стихах начала ХХ в. не было стремления отразить реальность, сильнее ощущалось желание уйти от нее из-за страхов за будущее. В своих стихах он подчеркивал свою исключительность, был уверен в необходимости «популярить изыски» и видел в этом своеобразный протест против серости и банальности будничной жизни. Оказавшись за границей, в эмигрантском окружении, он продолжал свои «поэзоконцерты», но тогда же его словотворческие экстравагантности не нашли признания. В эмиграции И. Северянин понял, что жизнь вне Родины, в неприятной ему эмигрантской среде радости и новых сил для творчества не дает. Он стал писать стихи главным образом для себя, поняв, что без России – без единственной для него Родины – жизнь пуста и бесцельна. Именно тогда он написал изысканные сонеты и пришел к выводу, что лирик должен стоять выше всякой злобы дня и его духовный долг – воспевать красоту, порицать зло и насилие. Россию И. Северянин беззаветно любил, она была для него воплощением самых высоких моральных идеалов. Вот почему он написал:

…Восстанет Россия, все споры рассудит…

Восстанет Россия – народности сгрудит…

И уж у Запада больше не будет

Брать от негодной культуры росток…

«Колыбель культуры новой»

И. Северянин с болью писал:

Нет, я не беженец, и я не эмигрант, —

Тебе, родительница, русский мой талант,

И вся душа моя, вся мысль моя верна

Тебе, на жизнь меня обрекшая страна!..

Мне не в чем каяться, Россия, пред тобой:

Не предавал тебя ни мыслью, ни душой…

«Наболевшее…»

В декабре 1941 г. тяжелобольной Игорь Северянин умер в оккупированном Таллине, где его похоронили. На его могиле сделали надпись из его сборника стихов «Классические розы»:

Как хороши, как свежи будут розы,

Моей страной мне брошенные в гроб!

Поэтический талант стал одновременно счастьем и горем И. Северянина, он звал его к творчеству, к борьбе за признание. 13 лет он утверждал себя как украшение русской поэзии, а потом 20 лет, до самой своей смерти, сожалел об этом, ибо увидел себя как песчинку в великом океане русской лирики. Судьба Игоря Северянина учит и тому, что одаренный талантом человек счастлив в жизни и в творчестве лишь тогда, когда осознает себя слугой своего народа и страны, а не стремится в первую очередь к личным высоким лаврам. У Игоря Северянина были и остались понятными и дорогими для россиян немногочисленные простые и искренние стихи – это лучшая часть его поэтического наследия, но пока далеко не все читали и знают эти его стихи.

В 12 км от Гатчины, на берегу р. Сиворки, расположено село Никольское. Оно стало так называться с XVIII в. после постройки здесь церкви во имя Святого Николая Угодника, до этого называлось Сиворицы. При всей скромности этого места оно является весьма неординарным. Во-первых, здесь сохранился ансамбль усадьбы П.Г. Демидова Сиворицы (дворец в стиле раннего классицизма с оригинальным аттиковым завершением и двумя флигелями, пейзажный парк с круглой беседкой на склоне холма); во-вторых, в здешних местах успешно завершился первый в мире полет на воздушном шаре, предпринятый исключительно с научными целями академиком Я.Д. Захаровым (1804); в-третьих, здесь работала скорее всего лучшая и самая передовая для начала ХХ в. российская психиатрическая больница (открыта в 1909 г.); в-четвертых, в селении находится спортивный аэродром Сиворицы.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Сиворицы


Мыза Сиворицы с середины XVIII в. принадлежала богатейшим заводчикам Демидовым. Здесь было имение П.Г. Демидова; по его желанию арх. И.Е. Старов, женатый на родной сестре братьев Демидовых, возвел (1775–1776) усадебный ансамбль с домом-дворцом, разбил парк. При сказочных богатствах Демидовых и постепенно сложившемся желании большинства представителей рода Демидовых не трудиться, а жить за счет скопленных предками колоссальных богатств, а также неизбежном постепенном нравственно-духовном разрушении личности они в конце концов разорились. В третьей четверти – конце XIX в., когда Демидовы разорились, имение отошло к кредиторам, после чего оно неоднократно меняло хозяев. Как будто над этим имением долго довлел печальный рок. Психическое нездоровье было обычным для его частных владельцев, никто из них не прожил свою жизнь счастливо и спокойно, они рано или поздно теряли эту свою усадьбу, а главное – лишались здоровья. Судьба П.Г. Демидова – пример этого.


Павел Григорьевич Демидов (1738–1821) был внуком тульского купца, ставшего известным горнозаводчиком, действительным статским советником, Акинфия Никитича Демидова. П.Г. Демидов воспитывался в Ревеле (Таллине) у профессора Сигизмунди, затем слушал лекции в Геттингенском университете и в горной академии во Фрейберге, потом шесть лет путешествовал по Европе, где изучал горное дело, в возрасте 24 лет вернулся в Россию. Став очень образованным человеком, уяснив неизбежность жульничества и обмана в предпринимательской деятельности современной ему России, он решил посвятить себя науке – занятию достойному и максимально подходящему для грамотных, патриотично настроенных и желательно состоятельных людей (ведь научная деятельность требует наличия личного свободного времени для ведения научных исследований, работы в библиотеках и архивах, средства на покупку книг и исходной информации и др.). П.Г. Демидов, передав значительную часть полученных от отца имений в распоряжение братьев, посвятил себя исключительно занятиям наукой, хотя он был принят в службу советником Берг-коллегии, объездил Екатеринбургские и другие российские горные заводы.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

П.Г. Демидов. Гравюра XIX в.


В возрасте 34 лет он вышел в отставку с чином статского советника, затем путешествовал более года по Европе, после чего вернулся в Россию и посвятил себя в основном занятию наукой и отчасти – благотворительности. Занимаясь наукой (прежде всего вопросами естествознания, в том числе минералогией, ботаникой, зоологией, связанным с ними горным делом, а также философией и искусством), П.Г. Демидов по разным вопросам написал порядка 20 рукописных научных сочинений, 14 из них были изданы на французском языке в Москве в 1806 г. П.Г. Демидов стал щедрым и заботливым меценатом. Он обратился к императору Александру I с прошением об учреждении в Ярославле «училища, которое имело бы одинаковую степень с университетами и все преимущества оного», для чего пожертвовал 3578 душ крепостных, а также 100 000 рублей ассигнациями (огромная по тем временам сумма). Все было выполнено, как хотел Демидов. В 1805 г. был утвержден устав ярославского Демидовского высших наук училища, которое торжественно открыли в апреле этого года. Демидов также пожертвовал 100 000 рублей Московскому университету и по 50 000 на Киевский и Тобольский университеты, когда они будут открыты. Демидов подарил Московскому университету свою большую библиотеку и все свои коллекции по отделам естествознания, нумизматике, художествам. Демидов был женат на княжне А.Н. Сибирской, рано овдовел, детей не имел. Он был обделен радостями семейной жизни и отцовства, хотя осознавал, что семейная жизнь, требующая сил, времени, средств, умалила бы его возможности для занятий наукой. В любом случае одиночество обострило его стремление к занятию наукой. Последние годы он жил под Москвой, в своем имении Леоново (теперь в черте столицы). Демидов при его богатствах всегда жил относительно скромно, разумно и умеренно питался, жизнь вел весьма воздержанную. В знакомствах был очень разборчивым, уважал людей не по чинам, родству, богатству, а по их уму, знаниям, честным правилам жизни (которые сам строго соблюдал). Он не устраивал роскошных обедов для гостей и балов, был врагом показухи и роскоши, по нескольку лет носил одну и ту же одежду, своим дворовым людям выделял умеренное содержание (чтобы они не предавались гибельной праздности от чрезмерно обеспеченной жизни у хозяина и работали бы для себя, в своем хозяйстве), поэтому его многие считали скупым и негостеприимным. Он не терпел пустые разговоры с соседями, набивавшимися к нему в друзья и гости.


П.Г. Демидов вел большую переписку с лучшими европейскими учеными. Он в своих имениях организовал доходное хозяйство, развивал их с учетом достижений ландшафтного паркового искусства и правил дворцово-парковой архитектуры. Равных ему по грамотности и культуре людей было очень мало.

Почти все свои силы он отдал научной деятельности, на нее тратил все свое время и силы. Посещение храма и молитвы означали для него потерю времени, нужного ему для научной деятельности, а траты на храм означали умаление средств, выделяемых им для научных работ. Наука и научные исследования со временем сделались для него единственным делом и целью жизни. Посещение храма и молитвы в нем могли бы внести разнообразие в его жизнь, помочь сохранить здоровье, но он этого не понимал. С возрастом его поразило нервное расстройство. Одно из проявлений болезни выразилось в том, что он не мог выносить никакой шум – пение, музыку, разговор, щебет птиц, кваканье лягушек и даже колокольный звон. (По его приказу на барщине его крестьяне в подмосковном усадебном парке выловили певчих птиц, галок и воробьев, убили всех лягушек в пруду; в 1800 г. он добился закрытия храма в Леонове, чтобы его не беспокоил колокольный звон. Демидов продолжал свои научные дела, но ускорились и обострились его болезни. Все это лишний раз напоминает о том, что недостойное отношение к храмам, правилам церковной жизни и православным традициям, отлынивание от творения молитв, а также однобокая деятельность при отсутствии необходимого отдыха не ведут к добру.

В начале ХХ в. имение Сиворицы купило Петербургское губернское земство для устройства в нем психиатрической больницы. Больницу открыли в 1909 г., ее первым главным врачом назначили П.П. Кащенко (1858/59 – 1920) – известного психиатра, деятеля земской медицины, автора трудов по социальной психиатрии и организации психиатрической помощи, брата дефектолога В.П. Кащенко (1870–1943). При нем эта больница стала одной из лучших в России, передовым лечебным учреждением подобного рода. Здесь работали высококвалифицированные специалисты, для них были созданы комфортные условия труда и жизни, было хорошее обеспечение медикаментами и качественное питание. Эта больница со временем получила имя ее первого главного врача. Психиатрическая больница им. П.П. Кащенко работает и сейчас. Жуткие дни медицинскому персоналу и больным принесла Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Тогда в селе Никольском размещалась немецкая военная часть, большинство больных и медперсонала (почти 900 человек) фашисты расстреляли на окраине села (там в послевоенный период установили памятный обелиск). В послевоенное время больничный комплекс восстановили, в усадебном восстановленном доме в одном помещении устроен музей.

Никольское и его окрестности вошли в историю российской и мировой науки. В 1804 г. по решению академика Я.Д. Захарова был осуществлен первый в мире полет на воздушном шаре исключительно с научными целями – изучение состава атмосферы и ряд других задач. Воздушный шар поднялся в Петербурге с Васильевского острова и почти через 4 часа приземлился в окрестностях усадьбы Сиворицы.

В наши дни расположенный в Никольском спортивный аэродром Сиворицы является спортивно-технической достопримечательностью.

В 28 км от Гатчины находится деревня Выра, известная с XV в., в которой воссоздан комплекс зданий почтовой станции XIX в., посвященный герою повести А.С. Пушкина «Станционный смотритель» Самсону Вырину. Через деревню Выра проходил почтовый тракт, в ней была почтовая станция, где путешествующие меняли лошадей. Здесь бывал А.С. Пушкин, который скорее всего вспоминал именно эту почтовую станцию, когда писал свою повесть «Станционный смотритель» (неспроста же он назвал главного героя Вырин). Здесь работает (с 1972 г.) уникальный литературно-мемориальный музейный комплекс «Дом станционного смотрителя». Во-первых, Вырская почтовая станция – это единственный в России почтовый комплекс первой половины XIX в., который полностью восстановлен; во-вторых, музей рассказывает о путешествиях А.С. Пушкина и его работе над повестью «Станционный смотритель» (этот музей возник в советский период как народный, он назывался «Домик станционного смотрителя); в-третьих, музей посвящен литературному герою; в-четвертых, инициатива создания музея принадлежит местному краеведу А.А. Семочкину (в 2012 г. этому музею исполнилось 40 лет).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Выра. Фото первой пол. XX в.


В конце XIX в. Вырская мыза принадлежала богатому промышленнику, банкиру, владельцу золотых приисков, в прошлом – сибирскому купцу И.В. Рукавишникову (1848–1901), который создал усадьбу Выра. В 1898 г. он выделил эту усадьбу в качестве приданого дочери Елене, когда она вышла замуж за В.Д. Набокова, сына министра юстиции. Со временем у четы Набоковых родились пятеро детей (в том числе Владимир – будущий известный писатель), все они в теплое время года жили в их усадьбе в Выре. После 1917 г. в национализированной усадьбе устроили ветеринарный техникум. Во время временной оккупации фашистами этих мест в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. в усадьбе находился штаб генерала фон Паулюса; в период военных действий усадебный дом сгорел.

Поблизости раньше было имение Батово, среди его владельцев были семьи Рылеевых, Корфов, Набоковых. Когда владельца этого имения поэта-декабриста В.Ф. Рылеева держали в заключении в Петропавловской крепости, он в 1825 г. советовал своей жене продать усадьбу Батово и заплатить долги. Она это сделала после его казни в 1827 г.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

К.Ф. Рылеев. Рисунок О.А. Кипренского. 1820-е гг.


Кондратий Федорович Рылеев (1795–1826) родился в небогатой дворянской семье, в 6 лет его отдали в кадетский корпус, где он начал писать стихи. В 19 лет он стал офицером, был в военных походах в Швейцарии и Франции, в возрасте 23 лет вышел в отставку, женился на Н.М. Тевяшовой. Он вступил в Вольное общество любителей российской словесности и масонскую ложу «Пламенеющая звезда». Его успех как поэта упрочивался, успешно развивалась карьера. С 1823 г. Рылеев и А.А. Бестужев начали издавать ежегодный литературный альманах «Полярная звезда». Рылеев страдал от сознания, что небольшая группа властей предержащих стабильно богатеет, обворовывает и эксплуатирует простых людей, использует в своих интересах исчерпаемые национальные природные ресурсы. В возрасте 28 лет он вступил в Северное общество, стал одним из его руководителей; собрания его членов проходили на его квартире. Рылеев настаивал на принятии в это общество наряду с дворянами крестьян и мещан, предлагал освободить крестьян от крепостной зависимости с наделением их землей, выступал против кровавых мер, которые вошли в план действий членов революционных обществ. Рылеев перед восстанием сложил свои полномочия руководителя (ему все больше не нравились планы членов общества), но на Сенатскую площадь он явился. После подавления восстания он был арестован, оказался в Петропавловской крепости. Он осознавал, что его ждет казнь, мучился за будущность своей семьи, которую материально не обеспечил. В тюрьме он осознал, что в мечтах о достижении высоких целей, в разделении масонских взглядов он забыл о главном – об обязанностях мужа и отца, но изменить он уже ничего не мог. Рылеев был среди 5 повешенных; он прожил всего 31 год.


Поразительные разговоры ходили о хозяйке усадьбы Батово в более позднее время – Марии Фердинандовны Корф, которая всех удивляла своими привычками: закалялась – спала весь год с открытыми окнами, с ранней весны до поздней осени купалась в реке Оредеж, стреляла в близко подходивших к дому волков, жила прежде всего ради своих удовольствий, особенно когда ее дети стали взрослыми и обзавелись собственными семьями. Она не желала тратить силы и время, уча взрослых детей уму-разуму, во многом не разделяла их интересы и стиль жизни, поэтому выстроила для них отдельный дом, не позволяла им надоедать ей, сама, когда хотела, навещала их. Гостей-визитеров – пустобрехов и нахлебников – она не любила, предпочитала жить в окружении послушных слуг и маленьких собачек. М.Ф. Корф была бабушкой писателя В.В. Набокова. Его отец В.Д. Набоков, сын министра юстиции, жил в имении Батово, в его окрестностях познакомился со своей будущей женой Е.И. Рукавишниковой (дочерью владельца соседних усадеб Выра и Рождествено). После переворота 1917 г. в национализированной усадьбе Батово открыли клуб, а в 1925 г. усадебный дом сгорел.

В 30 км от Гатчины находится старинное село Рождествено. В глубокой давности здесь был Никольско-Грязневский погост с Никольской церковью, затем деревня Большая Грязная, известная по письменным источникам с 1499 г. Царь Петр I в начале XVIII в. подарил местные земли своему сыну – царевичу Алексею, который был владельцем этих мест в 1714–1716 гг. Для него здесь возвели деревянный Путевой дворец и деревянную церковь во имя Рождества Богородицы, водяную мельницу, иные хозяйственные постройки (все они утрачены). По названию церкви село получило новое имя – Рождествено, так же назвали и усадьбу. После гибели царевича Алексея село забрали в казну. В 1796 г. император Павел I подарил село князю, государственному канцлеру А.А. Безбородко, который со временем подарил его своему секретарю Н.Е. Ефремову, жена которого – балерина О.Д. Каратыгина – была его любовницей и родила от него дочь. Ефремов был сговорчивым человеком и дослужился до чина действительного тайного советника. Ефремов жил в этой усадьбе многие годы, благодаря ему был создан усадебный комплекс, частично сохранившийся до наших дней. После смерти Ефремова (1836) владелицей усадьбы стала его жена О.Д. Ефремова (урожденная Каратыгина), с 1853 г. усадьбой владели ее внуки Я.Я. и К.Я. Савельевы.


Как мы видим, первым плодоносным импульсом к развитию и строительству усадьбы Рождествено было внимание Александра Андреевича Безбородко (1747–1799) к этим местам в связи с его желанием обеспечить достойную жизнь одной из его фавориток – балерине О.Д. Каратыгиной и их общей дочери. А.А. Безбородко имел склонность к разгульной жизни, легкомысленным похождениям с женщинами, поклонником которых он был с молодых лет. Когда ему было 43 года, в своем доме он поселил Каратыгину (Лёнушку), которую для видимости порядка выдал замуж за правителя своей канцелярии Н.Е. Ефремова. Своей дочери от Каратыгиной, Наталии Александровне (1790–1826), которая считалась его воспитанницей, он дал прекрасное воспитание, большое приданое, она стала женой (1806) полковника Я.И. Савельева. Безбородко чуть ли не до 50 лет сохранял репутацию гуляки и ловеласа, мог кутить до 5 ч. утра, а в 8 ч. его будили, обливали холодной водой, одевали и полусонного отправляли во дворец, где он сразу же становился серьезным и дельным министром.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Владимир Набоков с отцом и матерью. Фото 1900-х гг.


А.А. Безбородко при всем своем неуемном стремлении к радостям жизни и чувственным удовольствиям имел и сильное немаловажное качество – он хотел служить России и быть ей максимально полезным. Безбородко был способным, образованным человеком с феноменальной работоспособностью. В 1775 г. (ему 28 лет) он стал секретарем императрицы Екатерины II, тут же оценившей его способности, с 1783 г. (ему 36 лет) он фактически руководил российской внешней политикой. Екатерина II абсолютно не могла обходиться без помощи Безбородко. Успехи Безбородко основывались в большой мере на том, что он умел делать, устроить все именно так, как хотела императрица. Важную роль сыграли проворство и сообразительность Безбородко в момент кончины Екатерины II. Безбородко знал, где лежит завещание Екатерины II об устранении Павла от наследования престола в пользу его сына и внука императрицы, великого князя Александра Павловича. Безбородко взял это завещание и передал его Павлу, который благодаря этому смог стать императором. Безбородко получил звание канцлера, отвечал за внешние сношения, заботился о делах Мальтийского ордена, покровителем которого объявил себя Павел I. Безбородко старел, здоровье его к 50 годам заметно ухудшилось, его разбил паралич. В возрасте 52 лет он умер. По большому счету Безбородко был доволен своей жизнью: в течение почти 24 лет он славно работал на благо России и сполна позволял себе все радости земной грешной жизни. Он не был женат, но смог оценить прелести огромного числа женщин.


В 1857–1872 гг. усадьбой Рождествено владела семейная чета – штабс-капитан Н.Н. Манухин и его жена Ю.Д. Манухина, а в 1872–1895 гг. – рижский купец К.Я. Буш.

В 1895 г. хозяином усадьбы стал богатый золотопромышленник И.В. Рукавишников, который благоустроил и реконструировал ее. Был расчищен парк, в нем построены новые беседки, павильоны, оранжереи, разбиты цветники. В 1901 г., после смерти И.В. Рукавишникова, владельцем усадьбы стал его сын дипломат Василий Иванович Рукавишников, занимавший пост посланника в Италии, не имевший своих детей. В.И. Рукавишников почти все время работал и жил за границей, в Рождествено бывал редко. Его сестра Е.И. Набокова (урожденная Рукавишникова), ее муж В.Д. Набоков и их пятеро детей приезжали к В.И. Рукавишникову в гости в Рождествено. Детские и юношеские годы племянника В.И. Рукавишникова – Володи Набокова (будущего писателя) во многом связаны с Рождествено. В.И. Рукавишников усадьбу Рождествено завещал племяннику В.В. Набокову. У 16-летнего Володи Набокова первая любовь была именно в Рождествено; в отсутствие хозяина, его дяди В.И. Рукавишникова, Володя тайно встречался на балконе господского дома с 16-летней Валей Шульгиной (которую считают прототипом Лолиты в его романе «Лолита»). Взрослый В.В. Набоков говорил и писал, что в Рождествено в 1915 г. прошли счастливейшие часы его жизни. В.И. Рукавишников умер в 1916 г., В.В. Набоков в возрасте 17 лет стал владельцем Рождествено, но официально вступить в право наследования, распоряжения усадьбой он не успел из-за переворота 1917 г. Семья Набоковых эмигрировала (1919) из России. В.В. Набоков со временем стал известным русским и американским писателем, поэтом, драматургом, переводчиком, автором многих книг, в том числе романа «Лолита» (1955). Набоков с 1940 г. жил в США, писал свои произведения на русском и (с 1940 г.) английском языках.

В 1929 г. в Рождествено организовали колхоз. В советский период в усадьбе размещались поочередно общежитие, сельская школа, библиотека, краеведческий музей. Затем открыли музей-усадьбу В.В. Набокова «Рождествено». Усадебный дом в Рождествено представляет и историческую, архитектурно-художественную ценность. Этот дом, возведенный между 1800 и 1816 гг., – один из немногих дошедших до нашего времени деревянных домов дворцового типа в стиле позднего классицизма. Фасады дома украшены многоколонными классическими портиками ионического ордера, поддерживающими карниз. Здание венчает классический бельведер под плоской кровлей. Парадный вход сквозь портик-лоджию выходит на главную аллею парка. В пейзажной части усадебного парка сохранились гроты и целебные источники, установлен памятный крест на месте древней Никольской церкви. Источник на берегу р. Оредеж у пещеры почитается как святой. Сохранилась церковь во имя Рождества Богородицы (1883), построенная в стиле раннего классицизма на средства Рукавишниковых и пожертвования других прихожан. Со временем около нее построили фамильный склеп семьи Рукавишниковых. На местном кладбище сохранились могилы матери К.Ф. Рылеева и жены художника И.И. Шишкина – Ольги Лагоды.

К югу от Гатчины находится село Воскресенское, оно стало называться так со второй половины XIX в., когда здесь, на месте старой разобранной церкви, построили новую Воскресенскую церковь. В разное время здесь были построены сменявшие друг друга четыре церкви. Четвертая (арх. А.А. Семочкин) Воскресенская церковь построена не так давно при въезде в бывшую усадьбу Ганнибалов Суйда (рядом с селом Суйда), где сохранились парк с прудами и усадебный дом А.П. Ганнибала. В Воскресенском родилась няня детей дворян Пушкиных – А.Р. Яковлева.

63-летний А.П. Ганнибал стал владельцем селений Суйда, Воскресенское, Кобрино, Тайцы и других в 1759 г. До него владельцем этих мест был граф П.А. Апраксин, которому Петр I в 1712 г. пожаловал, как герою войны со шведами, мызу Суйду. Ганнибал вышел в отставку и поселился в Суйде. Он постепенно расширял свои владения, купил соседние усадьбы Руново, Елицы, Малые Тайцы с относившимися к ним деревнями. Он был рачительным хозяином своего имения, занимался на профессиональном уровне благоустройством своих владений (по образованию он – инженер-гидротехник). Он научил своих крестьян выращивать картофель, который тогда был еще мало известен в России; с тех пор традиции выращивания картофеля здесь сохраняются. В наши дни опытно-производственное хозяйство «Суйда» создает здесь новые элитные сорта семенного картофеля; сорт картофеля «Синеглазка» был выведен именно здесь и получил официальное название «Ганнибал».

В Суйде жили многочисленные потомки любвеобильного А.П. Ганнибала, официальные и побочные. После А.П. Ганнибала по его завещанию владельцем усадьбы Суйда из его 12 законных детей стал его старший сын генерал-поручик Иван Абрамович Ганнибал (1731–1801). Он был смелым военным, служил в морской артиллерии, участвовал в боевых действиях под Чесмой, в Наварине, Херсоне и других местах, был членом Адмиралтейств-коллегии и генерал-поручиком. И.А. Ганнибал отстаивал свое мнение и никогда не раболепствовал перед начальниками и влиятельными людьми. В этой усадьбе родилась и выросла дочь его брата Осипа Абрамовича (1744–1806) – Надежда Ганнибал (ставшая со временем матерью великого поэта). И.А. Ганнибал стал опекуном Надежды Осиповны, поскольку ее родители разошлись. Ее отец умудрился при живой жене по поддельному свидетельству о ее смерти жениться во второй раз. Его первая жена и мать Надежды – Мария Алексеевна Пушкина, дочь тамбовского воеводы, обратилась к императрице и просила о защите ее интересов. Новый брак ее мужа объявили незаконным, его сослали на службу на Черноморский флот, 30 лет они жили раздельно. Трехлетнюю Надежду вернули матери; И.А. Ганнибал со временем нашел для племянницы жениха – поручика Сергея Львовича Пушкина. В 1796 г. они обвенчались в местной Воскресенской церкви, поселились в усадьбе Суйда, где в 1797 г. у них родилась дочь Ольга. Ожидая рождения своего второго ребенка (А.С. Пушкина), супруги переехали в Москву, где в 1799 г. родился их сын Александр. Так что зачатие великого поэта произошло в Суйде. Наследники И.А. Ганнибала продали имение в 1805 г., затем его владельцы менялись. После 1917 г. в Суйде создали совхоз. В 1986 г. создали музей-усадьбу «Суйда», рассказывающий о Ганнибалах, и прежде всего о прадеде А.С. Пушкина – А.П. Ганнибале, «арапе Петра Великого».


Абрам Петрович Ганнибал (1696–1781), прадед поэта А.С. Пушкина, был адъютантом Петра I, ученым, дипломатом, переводчиком, инженером, архитектором. А.П. Ганнибал родился в городе Лагон (Логон) – столице одноименного княжества в районе озера Чад, на территории современного Камеруна, был сыном князя, звали его Ибрагим. Во время одного из набегов врагов на княжество его отца он был захвачен (1703) в плен и увезен в рабство в Турцию, попал во дворец султана. Год спустя купец С.В. Рагузинский выкупил его и двух негритят по повелению Петра I. В 1704 г. их привезли в Москву, Ибрагиму тогда было 8 лет. Ибрагим особенно понравился Петру I, он крестил его (1705). Мальчика нарекли Петром, но это имя ему не понравилось. Петр I разрешил ему называться Абрамом Петровым (прозвище Ганнибал закрепилось за ним позднее). Петр I поручил учить его лучшим учителям. Царь оставил 22-летнего Ибрагима в Париже для обучения военным наукам. В 27 лет он стал капитаном французской армии и получил диплом инженера Королевской гвардии, называли его тогда по фамилии Ганнибал. Петр I предложил ему вернуться в Россию или остаться во Франции. Ганнибал вернулся в Россию. После смерти Петра I в результате происков Меншикова Ганнибал оказался в ссылке в Сибири. В 1730 г. он был назначен после окончания ссылки майором в Тобольск. В возрасте 35 лет Ганнибал женился (1731) на гречанке Е.А. Диопер. Она родила ему белую дочь, он заподозрил ее в измене и затеял бракоразводный процесс, который тянулся 20 лет (1733–1753). Он принудил жену стать монахиней, она постриглась в Тихвинском Введенском монастыре. Белую дочь Полинсену он оставил при себе, дал ей хорошее образование и приданое, но фактически с ней не общался. В возрасте 37 лет Ганнибал вышел в отставку и поначалу поселился в Эстляндии, там он близко познакомился с Христиной Региной фон Шеберг. Еще не получив официального расторжения своего первого брака, он в 40 лет обвенчался с Х.Р. фон Шеберг. В 1741 г., когда Швеция объявила войну России, Ганнибал снова поступил на военную службу. В 1742 г. (ему 46 лет) Ганнибал стал генерал-майором и обер-комендантом Ревельской крепости, исполнял обязанности губернатора Ревеля. В 1745 г. он был главой русской делегации при переговорах России и Швеции. С 1752 г. Ганнибал был генерал-майором от фортификации, управлял всей Инженерной частью Российской империи, осуществлял контроль за образованием в инженерных школах, руководил работами по возведению укреплений в Петербурге, Кронштадте, Риге, с 1753 г. руководил строительством Тоболо-Ишимской линии укреплений в Западной Сибири и возглавлял русскую государственную миссию в Финляндии. В 1753 г. Святейший Синод расторг брак Ганнибала с Е.А. Диопер, ему тогда было 57 лет. В 1755 г. ему поручили руководство строительством Кронштадтского канала. Затем он был назначен губернатором в Выборг и главой Инженерного корпуса. В возрасте 60 лет он стал инженер-генералом, главным военным инженером российской армии, открыл школы для детей рабочих и мастеров в Кронштадте. В 61 год он стал генерал-аншефом, директором работ на Ладожском канале, тогда он приобрел имение Суйда. В 1762 г. император Петр III отправил 66-летнего Ганнибала в отставку, он уехал в Суйду. Ганнибал был счастлив во втором браке с Х.Р. фон Шеберг (умерла в 1781 г.), у них было 11 черных детей.


К югу от Гатчины, рядом с железнодорожной станцией Прибытково, находится поселок Кобрино. За рекой Кобринкой сохранились парк с прудами и усадебный дом бывшей Руновской мызы, принадлежавшей Ганнибалам; в советский период в нем разместили больницу.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Арина Родионовна. Портрет XIX в.


Во второй половине XVIII в. около деревни Кобрино было имение Кобрино, принадлежавшее А.П. Ганнибалу. Были владельцами Кобрино и родители А.С. Пушкина. После их отъезда в Москву и продажи Кобрина владелицей имения была Ш.К. Лисянская (в девичестве Шандр) – жена известного русского мореплавателя и географа Ю.Ф. Лисянского. В 1809 г., после успешного завершения кругосветного путешествия с И.Ф. Крузенштерном, Ю.Ф. Лисянский ушел в отставку и жил в Кобрино вместе с его семьей в большом усадебном доме. В 1841 г. это имение у наследников Лисянского купила сестра писателя С.Т. Аксакова – Н.Т. Карташевская, у которой гостил ее знаменитый брат. Получилось, что судьба небольшой деревни Кобрино оказалась связанной с жизнью целого ряда интересных людей (А.П. Ганнибал, Пушкины, А.Р. Яковлева, Ю.Ф. Лисянский, Н.Т. Карташевская и С.Т. Аксаков). В 1974 г. в доме, где в конце XVIII в., жила крепостная няня Пушкина, ее семья и потомки, открыли уникальный музей, посвященный памяти этой крепостной женщины и дающий представление о жизни крепостных крестьян.


Арина Родионовна Яковлева вошла в историю как няня семьи Пушкиных. Но она была прежде всего няней их дочери – Ольги, однако в Михайловском именно она скрашивала дни ссылки поэта А.С. Пушкина (1799–1837). Арина Родионовна была крепостной крестьянкой Ганнибалов, в Кобрино оказалась, когда вышла замуж за кобринского крестьянина Федора Матвеева. С 1790-х гг. она была няней при детях Пушкиных, служила им более 30 лет, вынянчила всех детей своих хозяев. Когда она служила им в городе, в Кобрино жила ее семья, которую она навещала. Родители Пушкина предложили Яковлевой вольную, но она не захотела расставаться с ними и их детьми.

Юрий Федорович Лисянский (1773–1837) был известным русским мореплавателем, капитаном 1-го ранга (1809). Под командованием И.Ф. Крузенштерна в 1803–1806 гг. в первой русской кругосветной экспедиции участвовали два судна. Ю.Ф. Лисянский командовал кораблем «Нева». Фактически это были два самостоятельных плавания; два судна только 40 % пути прошли вместе. Лисянский первым из русских побывал на острове Пасхи, открыл один из Гавайских островов, который назвали в его честь островом Лисянского; кроме того, он исследовал о. Кадьяк и часть архипелага Александра. За эту экспедицию Лисянского наградили, повысили в звании, дали орден. Но собранные в экспедиции материалы никого не заинтересовали. Получилось, что моряки напрасно рисковали своей жизнью в сложной экспедиции. Морской министр адмирал П.В. Чичагов (1767–1849), сполна не оценил результаты экспедиции, ведь он был по своей сути чинушей, думал о своих успехах, выгоде, славе сына великого флотоводца его отца В.Я. Чичагова (1726–1809). В России так часто бывало: оценивали дела те, кто сами на подобное не способны. Бездарные чинуши вершили судьбы и карьеру дельных людей. Лисянский терпеть этого не захотел и в 35 лет подал в отставку.

Аксаков Сергей Тимофеевич (1791–1859) происходил из старинного дворянского рода, был известным русским писателем, литературным и театральным критиком, членом-корреспондентом Петербургской академии наук (1856 г.). С.Т. Аксаков переехал из Петербурга в Москву в 1811 г. В доме Аксакова организационно сложилось славянофильство. Аксаков был в 1827–1832 гг. цензором Московского цензурного комитета, с 1833 г. – инспектором московского Константиновского землемерного училища, после его преобразования в Межевой институт стал его первым директором и был им до 1838 г., выступал с литературной и театральной критикой в московских изданиях. Сыновья Аксакова продолжили его культурологическую и славянофильскую деятельность.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ю.Ф. Лисянский. Гравюра 1812 г.


В южной части Гатчинского района, к юго-западу от поселка Сиверский, в поселении Дружноселье, сохранился садово-парковый ансамбль, созданный в первой четверти XIX в. Усадьбой Дружноселье владел в первой половине XIX в. герой Отечественной войны 1812 г. генерал-фельдмаршал П.Х. Витгенштейн. В 1834 г. его сын Л.П. Витгенштейн построил в парке костел (проект арх. А.П. Брюллова, брата К.П. Брюллова) во имя Святой Степаниды над могилой его умершей от чахотки (туберкулеза) 23-летней жены католички Стефании Радзивил. Со временем костел стал фамильной усыпальницей Витгенштейнов. В конце XIX – начале ХХ в. в усадьбу часто приезжал писатель В.В. Набоков, друг семьи владельцев (его тетка была замужем за последним владельцем усадьбы Г.Ф. Витгенштейном). Мужчины в этом роде были красивыми и сумасбродными. Например, в 1896 г. красавец, офицер государственной свиты Грицко Витгенштейн, по которому толпы женщин сходили с ума, на коне с букетом роз въехал в столовую в подмосковной усадьбе князей Юсуповых Архангельское, где обедала вся княжеская семья: красавица Зинаида Николаевна Юсупова, ее муж Феликс Феликсович Сумароков-Эльстон и их сыновья Николай и Феликс. Г. Витгенштейн бросил розы к ногам З.Н. Юсуповой, выразив так свою любовь к княгине, которая была равнодушна к нему. После 1917 г. усадьбу Дружноселье национализировали, устроили в ней сельскохозяйственную коммуну; позже в усадебном комплексе разместили туберкулезный санаторий, пребывающий в нем и в наши дни. Сохранился кирпичный оштукатуренный двухэтажный усадебный дом с каннелированными пилястрами по фасаду. Из интерьеров первого этажа сохранился вестибюль с колоннадой из искусственного мрамора и бальная зала. В Дружносельском парке разрушающийся усадебный костел с гранитными колоннами вызывает сожаление, ведь он является редким памятником католической архитектуры в сельской местности России. Круглое в плане здание костела венчает медный приплюснутый купол с бельведером.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

С.Т. Аксаков. Художник И.Н. Крамской. 1878 г.


К югу от бывшей усадьбы Дружноселье находится деревня Лампово, славящаяся как местный центр деревянного зодчества и давнее место жизни старообрядцев. В XVIII в. здесь поселились старообрядцы северного толка из Архангельской и Вологодской губерний. Сейчас в Лампово живут потомки старообрядцев. Есть в селении и молебенный дом во имя Святителя Николая.

К югу от Лампово, в деревне Орлино, на берегу озера Орлино, сохранилась каменная православная Спасо-Преображенская церковь (1809). В 1937 г. эту церковь закрыли и стали использовать как сельский клуб, но в 1990 г. Спасо-Преображенскую церковь вернули верующим. Сейчас трудно представить, но в петровские времена здесь была ухоженная усадьба Орлино генерал-аншефа И.И. Бутурлина на землях, подаренных ему Петром I. О той усадьбе напоминает заросший парк с остатками гидросистемы. Владельцы усадьбы менялись, в конце XVIII в. ее хозяином был дипломат, член Российской академии А.С. Стахиев, к которому сюда часто приезжал и подолгу гостил его друг писатель Д.И. Фонвизин, автор комедии «Недоросль». Позже, в 1905 г., здесь отдыхал писатель А.И. Куприн с семьей.

Южнее поселка Сиверский, на берегу озера Орлино, находится поселение Дружная Горка. Сейчас трудно представить, но с начала XIX в. до 1918 г. здесь работал славившийся на всю Петербургскую губернию стекольный завод немцев Риттингов (основанный в 1801 г.), производивший химико-лабораторную и аптечную посуду (в советский период он производил мерную лабораторную посуду, кварцевые изделия, различные приборы и аппараты из стекла). Для завода Риттингов были приглашены квалифицированные специалисты из Германии, Финляндии и других стран. Простые рабочие и служащие завода жили в добротных удобных домах, были казенная баня для рабочих, уличное освещение. Заводоуправление представляло собой высокохудожественный особняк с витражами, изразцовыми каминами, террасой. Теперь от того былого благополучия почти ничего не осталось. На берегу Орлинского озера сохранились остатки когда-то ухоженного парка.

К югу от Санкт-Петербурга, за границей его бывшей городской черты, по направлению к Гатчине, находятся интереснейшие исторические поселения: г. Пушкин (бывшее Царское Село) и г. Павловск, ныне не являющиеся частью Гатчинского района и подчиненные городской администрации Петербурга.

Город Пушкин людностью менее 90 тыс. чел., находится в 24 км от сложившегося пятна городской застройки Санкт-Петербурга, назывался Царское Село с 1728 до 1918 г., Детское Село до 1937 г., имеет общероссийскую и мировую известность благодаря своим музеям, архитектурно-ландшафтному комплексу, насыщенной событиями истории. Основная достопримечательность г. Пушкина – дворцово-парковый комплекс Романовых, их летняя резиденция. Главным строением этой царской резиденции был и остается большой Екатерининский дворец (1752–1757), растянувшийся по фасаду на 300 м, построенный в стиле русского барокко архитектором В.В. Растрелли. Дворец соединен аркой со зданием лицея (в котором учились А.С. Пушкин, многие видные деятели России). К Екатерининскому дворцу примыкает большой парк с прудом, каналами, мостиками через них, тенистыми аллеями и дорожками среди лужаек и цветников, с фонтанами, лестницами, многочисленными скульптурами. Неподалеку от Екатерининского парка находится прекрасный Александровский парк с парковыми затеями и скульптурными украшениями, в котором построен Александровский дворец, возведенный в конце XVIII в. в стиле русского классицизма архитектором А. Ринальди.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Большой Царскосельский дворец. Фото конца XIX в.


Музейная история г. Пушкина началась только в 1918 г., когда его дворцово-парковый комплекс был национализирован и музеефицирован, с 1983 г. он имеет статус Художественно-архитектурного дворцово-паркового музея-заповедника. В послевоенный период число музеев в г. Пушкине стало расти. Так, в 1949 г. открыли музей «Лицей», в 1959 г. – Музей-дачу А.С. Пушкина, в 1967 г. – Всесоюзный музей А.С. Пушкина, в 1990 г. – Музей «Придворный экипаж в Царском Селе», затем музей – «Федоровский городок» и др. Город Пушкин своей историей связан с земной жизнью нескольких русских святых: Иоанна Кронштадтского, императора Николая II, его жены и детей, великой княгини Елизаветы Федоровны Романовой.

Хотя г. Пушкину (Царское Село) идет только четвертый век, но на примере его истории можно в миниатюре изложить чуть ли не всю историю России, правда, это потребует немало страниц книжного текста. Вот почему мы вынуждены ограничиться только изложением основных событий в жизни этого поселения. До XVIII в. это место было известно как шведская мыза Саари мойс (по-шведски «возвышенное место»), русские стали называть его Сарская мыза или Сарское село. После 1703 г. царь Петр I подарил его своему любимцу А.Д. Меншикову. С 1710 г. оно принадлежало второй жене Петра I – императрице Екатерине I, после 1725 г. стало одной из летних резиденций российских императоров. С 1728 г. это место стали называть Царское Село, в 1808 г. оно стало городом. Оживление дворцово-паркового строительства в Царском Селе началось в период царствования императрицы Елизаветы Петровны, в середине XVIII в. По ее приказу итальянский архитектор В.В. Растрелли в стиле барокко создал здесь дворцовый комплекс. Царское Село достигло своего расцвета при императрице Екатерине II, когда уже господствовал другой архитектурный стиль, классицизм, что нашло свое отражение в дворцово-парковом развитии Царского Села. По желанию Екатерины II были созданы большие пейзажные парки. Для своего любимого внука Александра (будущий император Александр I) Екатерина II построила Александровский дворец и при нем создала Александровский парк.

Царское Село было одним из самых любимых мест проживания Екатерины II, которая жила в нем с весны до осени. Екатерина II не любила архитектурные излишества, чрезмерное украшательство, вот почему архитектурный стиль барокко (столь любимый императрицей Елизаветой Петровной) был ей не мил. Екатерина II не любила барочный Петергоф, что было связано далеко не только с событиями дворцового переворота 1762 г., свержением и арестом по ее инициативе мужа – императора Петра III, но и из-за вызывающей напыщенной архитектуры, как она считала, фальшивой красоты фонтанов и аллегорических фигур, победоносного насилия людей над благородной и простой природной красотой.

В 1811–1843 гг. в специально перестроенном дворцовом флигеле функционировал Царскосельский лицей – закрытое высшее учебное заведение, в котором учились юноши из лучших российских дворянских семей. Здесь получили высшее образование А.С. Пушкин, А.А. Дельвиг, В.К. Кюхельбекер, И.И. Пущин, а также М.Е. Салтыков-Щедрин и др.

Таким образом, именно в Царском Селе был впервые в России создан и функционировал (1811–1843) с одобрения императора (вначале Александра I, затем Николая I) Царскосельский лицей, созданный императором Александром I на государственные средства для образования юношей-дворян, которые должны были со временем занять важнейшие государственные посты. В Лицей принимали мальчиков в возрасте 10–12 лет, обучение в нем продолжалось 6 лет и приравнивалось к университетскому. (В 1844 г. Николай I перевел этот Лицей в Петербург, там он стал называться Александровским, работал почти до весны 1917 г.) Этот Лицей выпускал образованных, культурных, инициативных, думающих людей, а не послушных воле начальства холуёв.

В 1837 г. Санкт-Петербург и Царское Село связала первая в России общедоступная железная дорога.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке. Художник В.Л. Боровиковский. 1794 г.


С Царским Селом так или иначе были связаны жизнь и творчество лучших представителей русской творческой элиты, в том числе А.С. Пушкина, Г.Р. Державина, Н.М. Карамзина, В.А Жуковского, М.Ю. Лермонтова, Ф.И. Тютчева, М.Е. Салтыкова-Щедрина, А.Н. Толстого, С.А. Есенина, М.И. Глинки, К.С. Петрова-Водкина, Е.Е. Лансере, Н.К. Рериха, И.Е. Репина, В.М. Васнецова, Н.С. Гумилева (учился в царскосельской гимназии), А.А. Ахматовой (училась в женской Мариинской гимназии, в Царском Селе провела детство и юность, начала писать стихи, познакомилась с Н.С. Гумилевым, после их свадьбы в течение нескольких лет молодожены жили в этом месте) и многих других творческих личностей. Из всех них жизнь в Царском Селе оказала наибольшее влияние на жизнь, творчество, судьбу А.С. Пушкина. Он в числе 30 мальчиков выдержал вступительные экзамены в Царскосельский лицей, обучался в нем в 1811–1817 гг., написал свои первые стихи, приобрел лучших друзей на всю жизнь, был поражен личностью императрицы Елизаветы Алексеевны. После женитьбы на красавице Н.Н. Гончаровой (1812–1863) Пушкин лето и осень 1831 г. провел на даче в Царском Селе с женой, которую особо отметила царская чета – император Николай I и императрица Александра Федоровна. Николай I пожаловал Пушкину честь быть у него на службе и получать постоянное жалованье, иметь доступ в архивы. Но близость к первому лицу, его внимание к делам в семье поэта, контроль за его поэтическим творчеством, а также восхищение красотой жены поэта к добру не привели.


В созданных царскосельских музеях можно увидеть обстановку, в которой жили и учились лицеисты в Царском Селе (Царскосельский лицей занимал бывший дворцовый флигель, построенный в 1791 г. для дочерей Павла I и соединенный с Екатерининским дворцом; для учебных целей флигель перепланировали). На даче, где жили в 1831 г. молодожены Пушкины, в 1958 г. открыли музей, где можно представить, как он в помещениях этого здания написал «Сказку о царе Салтане», «Письмо Онегина к Татьяне» и некоторые другие поэтические сочинения. В год 100-летия со дня смерти А.С. Пушкина (1937) этот населенный пункт был назван в честь поэта. Еще раньше, в 1900 г., в Лицейском саду был открыт памятник поэту.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Царскосельский лицей. Рисунок А.С. Пушкина. 1820-е гг.


С Царским Селом в той или иной мере, но непременно связаны события жизни всех русских императоров и императриц, в том числе и их любовные романы. В Царском Селе родились императоры Николай I и Николай II. Царское Село было свидетелем уймы таинственных событий в жизни русской знати. Здесь произошли ряд событий, дел, имевших разную оценку у современников и потомков.

Во второй половине XVIII в. по воле императрицы Елизаветы Петровны в Царском Селе в ее дворце была создана Янтарная комната, подобной которой нигде в мире не было.


Янтарная комната. Когда царь Петр I в 1716 г. посетил Пруссию, то был поражен красотой янтарных мозаичных панно, изготовленных в начале XVIII в. в этой стране. Прусский король Фридрих Вильгельм подарил Петру I мозаичные панно для Янтарного кабинета. В Петербурге создать Янтарный кабинет не удалось, так как не хватало многих частей панно. Только по распоряжению императрицы Елизаветы Петровны с 1755 г. архитектор В.В. Растрелли начал создавать из имевшихся янтарных панелей Янтарную комнату площадью 96 м2 в Царскосельском дворце. После событий 1917 г. дворец с Янтарной комнатой стали музеем. В начале Великой Отечественной войны фашисты вывезли Янтарную комнату в Кенигсберг (с 1946 г. Калининград), откуда она была вывезена в 1944 г., и следы ее пропали. В послевоенный период поиски Янтарной комнаты оказались безуспешными, поэтому с 1983 г. приступили к ее научной реконструкции, завершившейся в 2003 г. Сравнение воссозданной Янтарной комнаты с одной из подлинных мозаик исторической Янтарной комнаты (найдена эта мозаика была в Потсдаме в 1997 г.) показало, сколь верными оказались результаты научной реконструкции. Большую помощь России в воссоздании Янтарной комнаты оказала Германия в лице ее концерна «Ruhrgas», который оказал безвозмездную помощь в 3,5 млн долларов. С 2003 г. экскурсанты могут увидеть Янтарную комнату, единственную подобную комнату в мире.


В Царском Селе, тесно связанном с жизнью императрицы Екатерины II, есть, конечно, места, связанные с ее главным фаворитом, со временем морганатическим супругом и основным помощником в важнейших государственных делах – светлейшим князем Г.А. Потемкиным.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Янтарная комната. Рисунок XVIII в.


На лесной территории, тянувшейся между Царским Селом и деревней Баболово, в екатерининское время был возведен Баболовский дворец для Г.А. Потемкина. В том, теперь руинизированном, дворце сохранилась и поражает взор «Царь-ванна» (XVIII в., работа каменотеса С. Суханова), представляющая собой чашу из цельного куска гранита глубиной почти в 2 м и диаметром более 5 м, куда вмещается почти 8000 ведер воды. Это крупнейшая в мире гранитная «Царь-ванна». От роскоши потемкинского дворца и пейзажного Баболовского парка мало что осталось, но то, что осталось может быть восстановлено. Светлейший князь Г.А. Потемкин, его дела во благо России заставляют помнить о нем и думать о восстановительно-реставрационных работах здесь, о создании музея о нем и его достойных делах.


Знаменитый деятель екатерининской эпохи, дипломат, фаворит (с 1774 г.) и морганатический супруг императрицы Екатерины II (с 1775 г.), светлейший князь Григорий Александрович Потемкин (1739–1791) был яркой, хотя и противоречивой фигурой. Г.А. Потемкин обучался в гимназии при Московском университете, где одно время был одним из лучших учащихся, однако вскоре был исключен «за леность и не хождение в классы», но он приобрел определенную эрудицию и знание шести языков. Потемкин был вынужден начать военную службу. В возрасте 24 лет он участвовал в дворцовом перевороте (1762), способствовал возведению на престол императрицы Екатерины II.

Потемкин был огромного роста, выделялся красивой наружностью, сообразительностью. Братья Орловы увидели в нем конкурента: неудивительно, что вскоре Потемкин лишился глаза. В период Русско-турецкой войны Потемкин проявил храбрость, умение быстро принимать верные решения в трудных ситуациях. Его военная карьера складывалась успешно. Начался его «случай» – личная милость Екатерины II, фаворитом которой он был 2 года. Екатерина II была старше его на 10 лет, ей в то время было 45–47 лет. Лишившись статуса фаворита императрицы, Потемкин сохранил высокое положение при дворе, остался лучшим помощником императрицы. За 17 лет службы в высших органах власти он способствовал присоединению Крыма к России (1783) и получил за это титул светлейшего князя Таврического. Он оказывал содействие освоению Северного Причерноморья, заложил в нем города Херсонес, Николаев, Севастополь, Екатеринославль. Под руководством Потемкина на Черном море осуществлялось строительство военного и торгового флотов. Он участвовал в организации мероприятий по подавлению бунта Е.И. Пугачева (1774), в ликвидации Запорожской Сечи и ее войска (1775), провел реформы в русской армии (1786) и др.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Баболовский дворец. Открытка начала XX в.


Но Потемкин имел и кучу недостатков. Он, как главнокомандующий, командуя русской армией в Русско-турецкой войне в 1787–1891 гг., ограничивал военную инициативу выдающихся русских полководцев П.А. Румянцева и А.В. Суворова, которые были гораздо опытнее его в принятии верных военных решений. Он был расточительным и тщеславным, часто путал государственный и собственный карманы. Потемкин в своих увлечениях не знал границ, безгранично любил молодых и красивых женщин, ради завоевания их расположения был способен на самые невероятные поступки. Каждую из приглянувшихся ему дам он любил самозабвенно, как последнюю в его жизни, заваливал сказочными дарами. Он удивлял всех своей энергией, поражал роскошью одежд и быта, но мог и впасть в длительную депрессию, позволить себе лень, бездействие, быть неряшливо одетым, не причесанным, кусать ногти, допускать лихорадочную поспешность, хвастовство и т. п. Он очень многое начинал и успешно доводил до конца, но многое бросал, всегда действовал с большим размахом, не щадил ни денег, ни труда, ни людей. При этом он всегда успевал развлекаться с красивыми молодыми женщинами. Потемкин, выбыв из числа фаворитов стареющей императрицы, стремился подобрать подходящих к ее требованиям и послушных ему новых молодых фаворитов. Он дорожил доверием Екатерины II, помнил, что он ее венчанный муж, морганатический супруг. Г.А. Потемкин до конца жизни пользовался доверием и расположением императрицы, хотя до конца ее дней около нее всегда были молодые сменявшие друг друга фавориты. Последний из них, Платон Александрович Зубов (1767–1822), был на 38 лет моложе Екатерины II. Он в 22 года, когда ей было 60 лет, стал ее фаворитом и был им до самой ее смерти (в возрасте 67 лет). Потемкин хорошо понимал, что П.А. Зубов совсем не любит старую, растолстевшую, с двойным подбородком, с запахом изо рта, нелепо молодящуюся императрицу, что он ловко использует ее ради обогащения своего рода, но изменить ничего не смог и уехал из Петербурга. Если верить легенде, то его отравили бриллиантовой пылью, подсыпанной в еду или питье, его враги; ему было 52 года.


Именно в Царском Селе 50 – 55-летняя Екатерина II при ее здравствовавшем морганатическом муже Г.А. Потемкине ощутила сильную любовь к 21 – 26-летнему А.Д. Ланскому. Императрица в Царском Селе летом 1779 г. обратила внимание на молодого красавца-кавалергарда, который вскоре стал ее фаворитом, был им 5 лет, никогда не изменял ей; такое в ее жизни случилось один-разъединственный раз. Любовный роман Екатерины II и Ланского привел не только к смерти последнего, но и резкому ускорению старения императрицы, ухудшению ее здоровья. Одним из индикаторов эгоистичности натуры, психической неуравновешенности, переоценки своих сексуальных способностей, допустимости получения чувственных и иных удовольствий абсолютно любым путем являются любовные союзы и браки, когда партнеры имеют большую разницу в возрасте. Для рождения здорового ребенка желательно, чтобы разница в возрасте родителей не превышала 12 лет. При большой разнице в возрасте сексуальных партнеров больше теряет тот, кто моложе. Он как бы часть своей молодости, свежести, здоровья, энергии, оптимизма отдает старшему партнеру и постепенно своим внешним обликом, образом мыслей и жизни становится все больше похожим на него, быстро стареет, ускоряет утрату своего физического благополучия и внешней привлекательности. А старший партнер, как вампир, вытягивает и получает долю молодости, энергии, здоровья, но и ускоряет потерю своей сексуальной привлекательности в бурном не по его (ее) летам общении с молодым (молодой) партнером (партнершей). В русской истории быстро и непоправимо стареющие богатые женщины и мужчины почти всегда стремились менять и иметь молодых любовных партнеров – цари (царицы) и императоры (императрицы); великие князья и княгини исключениями не были, при этом все мучительно расплачивались за это.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Г.А. Потемкин. Гравюра 1780-х гг.


Александр Дмитриевич Ланской (1758–1784) был сыном бедного смоленского помещика, начал службу солдатом, в 18 лет стал кавалергардом. Он был высоким, стройным, очень красивым. Он был назначен адъютантом Г.А. Потемкина, который представил его императрице, сделавшей молодого красавца своим фаворитом. Благодаря «случаю» А.Д. Ланской стал камергером, генерал-адъютантом, богатым человеком. Он был уживчивым и дружелюбным, не вмешивался в государственные и политические дела, не участвовал в интригах, выделялся преданностью императрице, которая руководила улучшением его образования, удовлетворяла его желание к собиранию произведений искусства и драгоценных камней, не жалела средств для него. Пышущий молодостью и здоровьем Ланской через 5 лет заболел и через 6 дней скончался. Екатерина II была потрясена и велела похоронить его в Царском Селе. Говорили, что смерть молодого Ланского вызвали возбуждающие средства, ведь он должен был удовлетворять страсть почти старой женщины, к которой он отчасти ощущал чувства как к матери, а не как к возлюбленной. По другой версии, Ланского отравил Г.А. Потемкин, опасавшийся возможности роста его влияния на императрицу. Ланской перед смертью передал в казну все свое недвижимое имущество, а остальное передал Екатерине II, которая разделила наследство между его матерью, братом и сестрами.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Александр I в Царском Селе. Художник Дж. Доу. 1820-е гг.


Царское Село с императорскими владениями сыграло исключительную роль в жизни, как минимум, четырех самодержцев Романовых: Александра I (для любимого внука Александра Екатерина II велела построить Александровский дворец, разбить Александровский парк, здесь гремели после 1812 г. дворцовые приемы в честь него – якобы главного организатора побед над Наполеоном, а также в честь его жены, императрицы Елизаветы Алексеевны), затем – в честь Николая I, Александра II и Николая II (последние родились в Царском Селе).


Александр I (1777–1825 гг., правил с 1801 г.) был старшим сыном императора Павла I; в начале своего правления провел умеренно либеральные реформы, вел успешные войны с Турцией в 1806–1812 гг. и Швецией в 1808–1809 гг., при нем к Российской империи были присоединены Восточная Грузия в 1801 г., Финляндия в 1809 г. (была присоединена часть Швеции, которая вместе с Выборгской губернией получила наименование «Великое княжество Финляндское»), Бессарабия в 1812 г., Азербайджан в 1813 г., бывшее герцогство Варшавское в 1815 г. (обменяли древнерусскую Галицию на владение Варшавой, образовалось Царство Польское). Он способствовал победе России в Отечественной войне 1812 г., в 1813–1814 гг. возглавил антифранцузскую коалицию европейских держав. При определенных достоинствах в правлении Александра I были ощутимые недостатки, вызванные в значительной мере ошибками в его воспитании и жизни при дворе императрицы Екатерины II. Он получил вместо истинно православного и русского либеральное западноевропейское образование, видел разврат и всеобщую увлеченность чувственными радостями при дворе Екатерины II; став взрослым, стал мистиком, стремился к решению отвлеченных ярких всемирных, а не внутренних рядовых проблем. Он заключил в 1815 г. Священный союз между католической Австрией, протестантской Германией и православной Россией, от которого в принципе не могло быть пользы, а только вред для России, чего Александр I не понимал. Он даровал Царству Польскому и Финляндии автономию и другие права без их каких-либо обязанностей перед Россией. Александр I окружил себя антиправославно настроенными людьми, среди них были Кочубей, Новосильцев, Строганов, Чарторыжский, Сперанский и им подобные, обер-прокурорами Святейшего Синода при нем были неверующий Яковлев, затем католик князь А.Н. Голицын и вольнодумец князь Мещерский.

Александр I согласился на дворцовый переворот с целью свержения его отца и возведения его самого на престол, но скорее всего он ничего не знал о готовившемся убийстве Павла I. Убийство отца потрясло его, он поначалу был не способен принять власть, смог сделать это только с помощью его жены Елизаветы Алексеевны, потом всю жизнь страдал и мучился от сознания своей вины в происшедшем убийстве. Его мать, вдова-императрица Мария Федоровна, давала ему понять, что престол должна была занять она, а не он, но она только из благородства, ее нравственного превосходства перед ним позволила ему стать самодержцем.

Александр I мнил себя великим дипломатом и военачальником. Он сильно завидовал талантам и славе лучших русских полководцев и флотоводцев, не давал сполна раскрыться их способностям, чуть ли не унижал своими некомпетентными решениями даже адмирала Ф.Ф. Ушакова (1745–1817 гг., не проиграл ни одного сражения на море, не сдал в плен ни одного моряка) и генерал-фельдмаршала князя М.И. Кутузова (1745–1813). Он допустил ряд ошибок в решении государственных дел, но при его участии была достигнута победа в Отечественной войне 1812 г., упрочился военный и политический престиж России.

Александр I был очень высоким, стройным, грациозным, необыкновенно обаятельным мужчиной, с юных лет любил любовные утехи. К нему были неравнодушны даже первая жена Наполеона Бонапарта Жозефина (1763–1814) и супруга Фридриха Вильгельма III королева Луиза (1776–1810), а также внучка М.И. Кутузова графиня Д.Ф. Фикельмон (1804–1863). Женой Александра I была редчайшая красавица Елизавета Алексеевна, неопытная в любовных играх, поэтому после их свадьбы он предпочитал ей более искушенных в чувственных делах женщин. Только к самому концу своей жизни он смог сполна оценить ее духовное превосходство над другими женщинами, истинные любовь и преданность ему, они снова сблизились, но он вскоре умер. Особое место в жизни Александра I занимала красавица-фрейлина Мария Антоновна Нарышкина, урожденная княжна Святополк-Четвертинская (1779–1854 гг., жена Д.Л. Нарышкина), ставшая на 12 лет главной его фавориткой, родившей (из ее 6 детей) от Александра I двух или трех детей: дочерей Софью (1808–1824) и Зинаиду (умерла в 1810 г.), сына Эммануила (1813–1902). Их связь прекратилась в 1814 г., когда Александр I узнал, что у Нарышкиной есть любовник. В 1823 г. 46-летний Александр I пережил большое увлечение 19-летней графиней Д.Ф. Фикельмон (женой 46-летнего австрийского посланника), страсть была взаимной и с пиком на военных маневрах в Царском Селе.


С Царским Селом была тесно связана жизнь супруги Александра I, легендарной личности – императрицы Елизаветы Алексеевны Романовой.


Императрица Елизавета Алексеевна (в девичестве Луиза-Августа-Дурлах, принцесса Баден-Баденская, 1779–1826 гг.) в 14 лет стала женой любимого внука Екатерины II – Александра Павловича, с 22 лет была женой императора Александра I. Ее первые и самые счастливые месяцы и годы жизни в России она в большой мере провела в Царском Селе, где она впервые ощутила всеобщее восхищение ею, догадалась о тайной влюбленности в нее многих достойных мужчин. Елизавету Алексеевну в русском обществе называли богиней, ангелом, прелестным видением, ангелом красоты, боготворили не столько за неземную красоту, огромное подкупающее всех обаяние, сколько за доброту, скромность, естественность и простоту в общении, образованность, музыкальность (она отлично играла на арфе и пела). Ее с конца ХVIII в. до 1820-х гг. воспринимали как эталон красоты (ее считали одной из первых красавиц в мире), женственности, изысканного совершенства во всем. Женщины старались копировать ее одежды, прически, манеру поведения, а для мужчин она была источником неистощимого почитания, вдохновения, тайной влюбленности. Она стала главной поэтической музой А.С. Пушкина (о ней есть строки во многих его стихотворениях, именно ей посвящено его известное стихотворение «Я помню чудное мгновенье», 1825 г., – а не А.П. Керн, которую поэт фривольно называл «вавилонской блудницей» и был недолгое время с ней в интимной близости; его стихи с литерой «К***», кроме одного 1832 г., все связаны именно с Елизаветой), а декабристы обдумывали возможность после свержения императора Александра I сделать именно ее императрицей, учитывая ее демократические идеалы и редчайшую порядочность. Прожив с Александром I в браке 32 года, она не была его счастливой женой, не ощутила его влюбленность, не получила приятных чувственных эмоций, едва пережила смерть двух малолетних дочерей (1800 г. в Царском Селе и в 1808 г.), затем не смогла смириться с отношением мужа к ней только как к сестре, знала о многочисленных его изменах. Елизавета Алексеевна прежде всего выполняла свой долг – старалась быть хорошей русской императрицей, о личном счастье ей оставалось только мечтать. Говорили, что в нее были влюблены: её деверь (брат мужа) великий князь Константин Павлович, фаворит императрицы Екатерины II князь-красавец Платон Зубов, поляк князь Адам Чарторыжский и многие другие, в том числе кавалергард Алексей Охотников (1780–1807 гг., она якобы его действительно любила с 1805 г., но он внезапно умер от ножевой раны – смертельный удар кинжалом в спину, полученный при нападении, – судачили, что это организовал Константин Павлович). После этого подавленная горем от смерти А.Я. Охотникова (и через 2 года – смерти полуторагодовалой дочери, были слухи, что это его дочь) Елизавета Алексеевна, оставленная мужем, бездетная, больная, покинутая родственниками и нелюбимая свекровью, замкнулась совсем, начала очень быстро стареть. Только с начала 1820-х годов у Александра I и Елизаветы Алексеевны постепенно начали восстанавливаться теплые доверительные отношения, и они пожалели, что не сделали этого раньше. Александр I, пережив в 1823 г. увлечение посольшей Д.Ф. Фикельмон (которая уехала к мужу), написал: «Когда человек умеет обуздывать свои желания, он кончает тем, что всегда счастлив». После последнего всплеска чувств Александр I окончательно преодолел супружеское отчуждение со своей женой. Именно в Царском Селе Елизавета Алексеевна – уже болезненная и увядшая женщина, ощутила в небывалых масштабах внимание мужа, которого всегда обожала и считала своим кумиром. Из-за ухудшившегося здоровья Елизаветы Алексеевны в 1825 г. они уехали на юг в Таганрог, где он вскоре внезапно скончался в возрасте 48 лет (ей было 46 лет).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Императрица Елизавета Алексеевна в парке Царского Села. Портрет первой пол. XIX в.


Александр I был не слишком решительным, очень осторожным, подозрительным человеком. Елизавета Алексеевна в плане эрудиции стояла выше него, обладала большой мудростью и смелостью. В 1812 г. Елизавета Алексеевна помогла ему возглавить и организовать мощное патриотическое движение в защиту Отечества от наполеоновских захватчиков. Она имела моральное право и уверенно сказала в 1824 г.: «Я русская и с русскими почию!» Ее девизом были слова: «Терпение и постоянство». В последние годы жизни Александра I Елизавета Алексеевна была мужу главной духовной опорой. Она всю жизнь очень много сил отдавала благотворительности и с начала 1820-х годов стремилась в большей мере приобщить мужа к этому и черпать в добрых делах новые силы для достойной жизни. Елизавета Алексеевна ненадолго пережила мужа, она скончалась в возрасте 47 лет. Министр просвещения России (1833–1849), президент Академии наук, действительный тайный советник, граф Сергей Семенович Уваров (1786–1855) назвал императрицу Елизавету Алексеевну одной из «самых замечательных женщин, когда-либо живших на земле». В царской России, вспоминая о Елизавете Алексеевне, обычно говорили не о ее дивной красоте в молодости, а о ее широкой благотворительности, в том числе активной деятельности в Патриотическом обществе (создано в 1812 г., которому она покровительствовала), содействии работе «Патриотического института» (училище для детей погибших или пострадавших от войны) и женского учебного заведения «Дом трудолюбия» (позже назывался Елизаветинским институтом в память о его покровительнице), помощи многим творческим личностям, очень многих других ее добрых начинаниях и делах.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Николай I и Александра Федоровна с детьми. Карнавал в Царском Селе. Художник О. Верне. 1830-е гг.


Николай I (1796–1855 гг., правил с 1825 г.) был сыном императора Павла I, родился в Царском Селе, вступил на престол после смерти своего брата Александра I, подавил восстание декабристов (1825) и возглавил процесс уяснения его причин, наказания виновных. При нем была усилена централизация бюрократического аппарата, создано Третье отделение (орган политического надзора и сыска в России, 1826–1880 гг., руководил борьбой с революционным и крестьянским движением), составлен Свод законов Российской империи, получила распространение теория официальной народности (в ее основе формула «Православие, самодержавие, народность»), были подавлены Польское восстание 1830–1831 гг., революция в Венгрии 1848–1849 гг., Россия участвовала в войнах: Кавказской 1817–1864 гг., Русско-персидской 1826–1828 гг., Русско-турецкой 1828–1829 гг., Крымской 1853–1856 гг. Николай I отрицал необходимость усиленной охраны его персоны, осуждал траты средств на это. Он не устраивал общественные акции во имя повышения престижа власти, не подкупал газеты и журналистов, утверждал, что выборная система неприемлема для России, сожалел о чрезмерном и растущем числе чиновников. При Николае I впервые в России было введено государственное регулярное пенсионное обеспечение после выхода в отставку после 35 лет пребывания на государственной службе; было издано 108 указов по защите крестьян от помещиков. Николай I сделал немало полезного для России (см. книгу о нем известного и честного историка Боханова А.Н.). Николай I из-за событий декабря 1825 г., предательства «лучших» русских дворян-декабристов распорядился ради обеспечения безопасности ему и его семье создать отряды охранников из мусульман: чеченцев, черкесов, татар и др., хотел увеличить мусульманские диаспоры в городах России, расширить их права, чтобы они в случае беспорядков с пристрастием отстаивали бы интересы Романовых-самодержцев. Николай I переоценил надежность и верность ему мусульман; военные события при нем сполна доказали это. Николай I не любил евреев, осуждал расширение влияния иудеев в хозяйственной, прежде всего финансово-экономической и промышленной, жизни страны. По инициативе Николая I впервые в мире на официальном государственном уровне была предпринята попытка разобраться в слухах о неблаговидной роли иудеев в проведении ритуальных убийств христианских детей. В личной жизни Николай I давал двусмысленные примеры: призывал к соблюдению православных правил, в том числе в семейных отношениях, сам был внимательным мужем и ответственным отцом, тем не менее под влиянием обстоятельств имел фавориток. Жена за первые 15 лет их семейной жизни родила 7 детей, подорвала здоровье (к 35 годам, её мужу было тогда 37 лет), врачи запретили ей рожать, что в те годы означало необходимость отказаться от интимной близости, хотя они почивали в одной кровати. Соотечественники всего не знали, слышали только сплетни и сделали простой вывод: если первое лицо в Российской империи позволяет себе вольности, им – обычным людям – можно и нужно брать с него пример, тем более что все знали. Николай I ценил красоту и молодость женщин. Было известно, что Николай I особо благоволил к сверстнице его дочери Ольги – фрейлине Варваре Аркадьевне Нелидовой (1922–1897). По его завещанию она получила огромную сумму денег, но их отдала в пользу инвалидов. Нелидова пережила Николая I более чем на 40 лет, до своей смерти любила его, поэтому не имела семьи и детей. Светские сплетники твердили о многих развлечениях Николая I на стороне, шептались о его побочной семье (Е.А. Николаева, в девичестве Цвиленова, и 8 детей; их дворянский герб подписал лично Николай I, герб свидетельствовал об их принадлежности к побочной ветви рода императора и его покровительстве этой семье – по Сергееву А.Г., с. 602–603). Но были и те, кто считал Николая I верным мужем и отрицал наличие у него романов на стороне и разных любовниц (по Боханову А.Н., с. 79–90). Однако в это трудно поверить: с 37 лет его биологические потребности не затухали, так что вряд ли в возрасте 37–59 лет Николай I хранил супружескую верность. При всех слухах о похождениях императора современники признавали в Николае I достаточно высокие нравственные и, несомненно, государственные способности.


Все любовные интрижки российских императоров так или иначе связаны с Царским Селом и его окрестностями. Практически все русские императоры (кроме Александра III и Николая II) были любителями чувственных радостей вне семьи, имели фавориток, при этом старались прикидываться верными семьянинами. А Александр II, сын Николая I, осмелился под предлогом болезни своей жены (и пребывая в 14-летнем долгожданном ожидании ее кончины) чуть ли не в открытую появляться с фавориткой моложе его на 29 лет княжной Е.М. Долгорукой, от которой имел детей. При живой жене Александра II, императрице Марии Александровне, Долгорукую в свете воспринимали как вторую и любимую, хотя и невенчанную (т. е. незаконную) жену императора, что старались скрыть от простых людей. В царскосельских местах Александр II 14 лет (1866–1880) тайно встречался с жившей здесь на дачах Долгорукой (тогда ему было 48–62 года, а ей 19–33 года). Даже в 1880 г., когда здоровье императрицы Марии Александровны было крайне плохим и стало ясно, что она скоро умрет, в последний месяц жизни она не вставала с постели и тихо стонала, Александр II не был рядом с ней, а развлекался с Долгорукой в Царском Селе. Еще раньше, в 1874 г., он составил и подписал в Царском Селе тайный указ Сенату, в котором даровал их общим, тогда незаконнорожденным детям фамилию Юрьевских и отчество Александровичи, возвел их в княжеское достоинство. В Царском Селе через месяц после смерти жены, в день своего тайного венчания с Долгорукой, он приказал составить Акт о его законном втором бракосочетании и подписал его. В тот же вечер в Царском Селе он подписал официальный указ Сенату, в котором присвоил Долгорукой имя княгини Юрьевской с титулом Светлейшей, как уже отмечалось, официально присвоил ту же фамилию их общим детям, здравствовавшим и которые могут у них еще родиться. Александр II намеревался со временем короновать свою избранницу, открыто назвать ее императрицей, а затем через год отказаться от престола в пользу своего законного наследника – сына от первой жены великого князя Александра, а потом уехать с Екатериной Михайловной и их детьми за границу. К моменту вступления во второй законный брак Александр II в материально-финансовом плане по-царски обеспечил вторую жену и их общих детей.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Александр II, княжна Е.М. Долгорукая и их дети – Георгий и Ольга. 1878 г.


Император Александр II (1818–1881 гг.), сын Николая I, с 37 лет (1855) восседал на русском троне, вошел в отечественную историю как реформатор. Он осуществил отмену крепостного права (1861), провел ряд буржуазных реформ (земская, военная, судебная и др.), содействовавших развитию капитализма. В его правление произошло Польское восстание 1863–1864 гг., после чего последовал реакционный внутриполитический курс, с конца 1870-х гг. усилились репрессии против революционеров, завершилось присоединение к России Кавказа (1864 г., в плен был взят имам Шамиль, 1799–1871), Казахстана (1865), большей части Средней Азии (1865–1881). На жизнь Александра II были подготовлены несколько покушений (1866, 1867, два в 1879, 1880 и др.), в 1881 г. он был убит народовольцами.

В жизни цесаревича, а затем императора Александра II женщины всегда играли большую роль. В возрасте 18–19 лет он пережил очень сильное любовное увлечение фрейлиной Ольгой Калиновской и ради женитьбы на ней был готов отказаться от статуса наследника русского престола, что жестко пресек его отец. Путешествуя по Западной Европе, цесаревич влюбился в дочь великого герцога гессен-дармштадтского принцессу Марию; родителям своим сообщил, что женится только на ней. Они были не в восторге от его выбора, поскольку знали, что мать Марии родила из четверых ее детей Марию и ее брата не от мужа – герцога Людовика II, а от человека низкого происхождения, но Людовик II, охраняя честь своей семьи и короны, признал их своими детьми. Тайна незаконного рождения Марии тщательно скрывалась. Незаконнорожденная невеста должна была расплачиваться за грех своей матери: Мария и ее муж, дети, внуки, правнуки не могли быть счастливыми (по народному поверью, как минимум 4 поколения расплачиваются за грех). В возрасте 23 лет царевич Александр все-таки женился на 17-летней Марии, ставшей в России великой княгиней Марией Александровной (1824–1880). В возрасте 47 лет Александр II влюбился в 18-летнюю красавицу княжну Екатерину Михайловну Долгорукую (1847–1922), добился ее расположения, овладел ею (1866), пообещал при живой жене (!) при первой возможности жениться на ней. Его фаворитка стала фрейлиной императрицы. Александр II позволил себе редчайшую бестактность: он поселил Долгорукую с прижитыми от него детьми в Зимнем дворце, прямо над покоями его больной жены – императрицы Марии Александровны, чем увеличил ее физические и моральные страдания, ускорил ее кончину. Александр II поначалу скрывал от жены и их 7 законных детей свою метрессу, родившую от него четверых бастардов (1870, 1873, 1876, 1878 гг., из них один сын умер вскоре после рождения). При дворе пришли к выводу, что Долгорукая покорила Александра II тем, что год сопротивлялась и не принимала его ухаживаний, затем умела его терпеливо слушать (или делать вид, что слушает), проявляла интерес к его государственным делам и обязанностям, давала понять, что страдает от своего сомнительного положения, не напоминала об обещании жениться на ней, вела себя так, что он, – видя ее слабость, беззащитность, веру в него и его доброе отношение к ней и детям, – чувствовал себя более сильным, молодым, способным щедро помогать и защищать ее интересы. (Это еще раз повторяет общее правило: мужчины обычно любят молодых, миловидных и слабых женщин, а сильные, умные, энергичные женщины пугают их, они их избегают или стараются от них отделаться, в лучшем случае уважают, но обычно не любят.)


За всю 304-летнюю историю самодержавного рода Романовых (царский род 1613–1721 гг., императорский род 1721–1917 гг.) была причислена к лику святых Русской православной церковью (РПЦ) только одна императорская семья: Николай II, его жена императрица Александра Федоровна и их 5 детей. Еще была канонизирована РПЦ великая княгиня Елизавета Федоровна – сестра императрицы и жена дяди Николая II, великого князя Сергея Александровича.(В 1981 г. Зарубежная Русская православная церковь канонизировала великих князей Михаила Александровича – брата Николая II, Дмитрия Константиновича – внука Николая I, братьев Ивана, Игоря, Константина Константиновичей – правнуков Николая I, детей великого князя Константина Константиновича – поэта К.Р.; все они были убиты в 1919 г. только за то, что они являлись представителями царского рода Романовых.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Александровский дворец в Царском Селе. С акварели Е. Мейера. 1840-е гг.


Николай II родился в Царском Селе в Александровском дворце, через 2 недели его крестили в местной церкви Большого дворца. Через 26 лет, в 1894 г., спустя неделю после свадьбы, Николай II и 22-летняя императрица Александра Федоровна провели в Александровском дворце свой «медовый месяц», который длился всего 5 дней. С 1895 г. Александровский дворец стал их собственным, самым любимым домом их многодетной семьи на земле. Здесь, в Царском Селе, в 1895 г. родился первый ребенок в семье Николая II – дочь Ольга. Николай II и его жена провели в Царском Селе значительную, а их дети большую часть их земной жизни.

Главной, властной и единственной правительницей в Александровском дворце была полунемка-полуангличанка Александра Федоровна, все должны были беспрекословно подчиняться ей, выполнять ее волю. Дети росли фактически в изоляции от реального мира, не знали, как живут их соотечественники. Властная мать лишила детей многих простых радостей детства, поскольку стремилась их постоянно чем-то полезным, на ее взгляд, занять, сама все за них решала. В большой мере по решению и под контролем именно Александры Федоровны проводили работы по улучшению помещений Александровского дворца. Она не разбиралась в архитектурных стилях, для нее главным были удобство и комфорт жилых помещений, а также возможность следить и контролировать дела детей и мужа. По ее инициативе на месте концертного зала создали Парадный (Новый) кабинет Николая II; с этим кабинетом антресоль соединяла комнату императрицы, она могла незамеченной присутствовать во время бесед императора с приближенными. Для царской семьи были искусно обустроены Палисандровая гостиная (где обедали), спальня (супруги всегда имели общую опочивальню, спали в одной кровати, хотя знать издавна стремилась из соображений комфорта сна иметь 2 спальни – для мужа и жены), уборная и кабинет Николая II (он был спортсменом, к его кабинету примыкал небольшой гимнастический зал с турником, где он занимался гимнастикой, было и помещение с бильярдом), Лиловый кабинет (любимая комната императрицы), детские и многие другие комнаты. Любимым цветом императрицы был сиреневый, любимыми цветами – сирень и ландыши; во дворце всегда было много живых цветов, которые она так любила.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Императрица Александра Федоровна в Сиреневом кабинете. Александровский дворец. Фото 1900-х гг.


Николай II и Александра Федоровна часто говорили друг с другом по-английски и на этом же языке нередко обращались к детям. Но между собой их дети говорили только по-русски. Александра Федоровна придерживалась английских методов воспитания: простота, аккуратность, разумная расчетливость, скромность, полное отсутствие безделья, необходимые бытовые и трудовые навыки. Дети были добрыми, деликатными, лишенными чванства и гордыни. Страшным испытанием для всей семьи были недомогания неизлечимо больного гемофилией царевича Алексея – любителя животных и чтения. Были дни, когда мальчик невероятно страдал, он часами кричал от боли. Императрица не отходила от него во время приступов, она не спала, старалась быть рядом с ним, сама делала перевязки, ставила компрессы, как могла старалась помочь ему и поддержать. Удивительно, но часто не врачи, а старец, обладавший способностями гипнотизера и, как говорят сейчас, экстрасенсорным опытом – Г.Е. Распутин помогал и спасал больного мальчика. По поводу общения с этим простым мужиком Александра Федоровна неизменно говорила: «Как же я могу не верить в него, когда я вижу, что Маленькому всегда лучше, как только он около него или за него молится».


После революционных событий 1905 г. царская семья с детьми практически безвыездно жила в Александровском дворце. В Александровский дворец министры и важные чиновники приезжали с докладами о делах, послы иностранных государств получали аудиенции, но никаких значительных развлечений, увеселений, балов там не устраивали. В Парадном (Новом) кабинете Николая II проводили заседания Совета министров, представление депутаций и комиссий. В Угловой гостиной императрица Александра Федоровна принимала министров, послов, делегации, устраивались заседания Императорского исторического общества и концерты. С конца 1906 г. по приглашению Царской четы и обычно в связи с недомоганием царевича Алексея в Царское Село приезжал старец Григорий Распутин.

Григорий Ефимович Распутин (родовая фамилия Распутин, по его прошению царю с конца 1906 г. изменена на Распутин-Новый, называли его и Распутин-Новых, 1869–1916) – сибирский старец, целитель, волей случая ставший особо приближенным к царской семье человеком (мог умалять страдания, лечить цесаревича Алексея). Г.Е. Распутин родился в крестьянской семье в селе Покровское Тобольской губернии. Много лет, не бросая занятий крестьянским трудом, он странствовал по православным монастырям и святым местам. Старец Григорий произвел сильное впечатление на отца Иоанна Кронштадтского, благословившего его. Архиепископ Феофан (Быстров, 1873–1940), духовник сестер великих княгинь Милицы и Анастасии Николаевен (Черногорских) ввел Распутина в великокняжеский круг. Эти сестры познакомили старца в Петергофе в 1905 г. с Николаем II, вторая встреча состоялась летом 1906 г. в усадьбе Анастасии в Сергиевке. Царь и царица с лета 1906 г. ощутили духовное родство со старцем, познакомили его с их детьми. Сближение царской семьи с Распутиным главным образом объяснялось его целительными способностями, он мог облегчить неизлечимую болезнь (гемофилию) цесаревича Алексея. Царь и царица ощущали, что их общение со старцем носит и глубоко духовный характер, он способен объяснить события и проблемы, дать верный и добрый совет. В жизни царской семьи Распутин играл такую же роль, как отец Иоанн Кронштадтский, они полностью доверяли им обоим. Распутин только по приглашению прибывал в Царское Село, и в основном в случаях болезни цесаревича, вел себя достойно с членами царской семьи, был всегда аккуратно одет. Распутин говорил о жизни в России, печалился о судьбе простых людей, для себя ничего не просил; ничем и никогда при царе и царице не скомпрометировал себя, просил за униженных и оскорбленных. Никто не мог поколебать доверия царя и царицы к Распутину, хотя газеты и многие люди доказывали, что он плохой человек. Они неоднократно устраивали проверки достоверности полученной информации и убеждались в клевете на Распутина. Следствие Консистории в 1907–1908 гг. также не установило хлыстовства Распутина, фактов воровства с его стороны, судимости, пьянства, непозволительного обращения с женщинами, сексуальных вольностей. Царь и царица ощущали, что только Распутин нес к ним в царскосельский дворец настоящий голос народа Русской земли. С 1910 г. В печати была организована уже массированная кампания усиленной клеветы на Распутина – человека, которому верили царь и царица, чуть ли не лучшего их друга. Эта кампания была организована с целью дискредитации царя. Обыватели верили газетам: царь и царица поддерживают хлыста, пьяницу, вора, развратника, – значит, они и сами сомнительные люди, зачем тогда они – главные в России. При расследованиях клевета на Распутина открывалась, но обыватели об этом не знали, на них валил новый шквал «открытий» о делах старца. На деле все, что говорили и писали о Распутине, было ложью и основано не на честных документальных сведениях, а на рассказах и ложных домыслах очевидцев и жертв, имело целью скомпрометировать царя и царицу. Убийство Распутина также было организовано с целью деморализовать именно их, низвергнуть их с царского престола. В последние два-три года жизни Распутин стремился быть центром общественного внимания, желал проявления знаков внимания к нему, росли его самомнение, тяга к светскому обществу и шумным компаниям, что еще больше подрывало его моральный авторитет, ибо не соответствовало облику христианского поводыря, каким он себя представлял. Были и лжедвойники Распутина, учинявшие беспорядки, безобразия. Распутин никогда серьезно не влиял на царя и царицу при решении ими важных государственных дел, но временами они хотели знать его мнение на тот или иной счет. Враги и недруги Николая II хотели уменьшить престиж царской власти, показав дружбу царя с темной личностью; умаление престижа власти неизбежно несло и ослабление царской власти, вело к ее низвержению.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Григорий Распутин. Фото 1900-х гг.


Распутин остается загадочной и неразгаданной личностью в российской и мировой истории. Правдивых, дельных, строго аргументированных объемных книг и статей о нем практически нет. Но есть небольшая, сильная и стоящая книга известного современного историка, доктора исторических наук А.Н. Боханова «Григорий Распутин. Авантюрист или святой старец?».


В декабре 1916 г. в пустынном месте Царского Села по настоянию императрицы Александры Федоровны и при согласии императора Николая II похоронили тогда ненавистного большинству россиян старца, убитого заговорщиками во главе с князем Ф.Ф. Юсуповым, 47-летнего Г.Е. Распутина. Труп Распутина вытащили из вод р. Невы, по приказанию Александры Федоровны отвезли в Чесменскую богадельню, находившуюся между Петербургом и Царским Селом. Там труп приготовили к погребению и перенесли в церковь. Распутина похоронили на участке земли, принадлежавшем лучшей подруге императрицы Анне Александровне Вырубовой (1884–1964), между Александровским парком и деревней Александровка, на территории строящегося А.А. Вырубовой Серафимовского лазарета. Позже, после захвата власти Временным правительством, тело Распутина подверглось, по сути, ритуальному осквернению, а затем по приказу министра юстиции А.Ф. Керенского сожжено (март 1917 г.).

В Царском Селе сполна проявились и масштабно реализовались стремления императрицы Александры Федоровны к делам благотворительности. В Царском Селе благодаря ей появились Школа нянь и при ней приют на 50 коек, инвалидный дом на 200 солдат. В годы Первой мировой войны Александра Федоровна занималась организацией лазаретов и санитарных поездов. Она и ее старшие дочери Ольга и Татьяна окончили фельдшерские курсы, сдали экзамен и работали сестрами милосердия в Царскосельском госпитале. Они трудились в операционной палате, ухаживали за ранеными, выносили судна за ранеными, делали перевязки, видели смерти раненых. Эта их деятельность не имела аналогов в отечественной истории.

Петербургская знать, большинство великих князей и княгинь, вдовствующая императрица Мария Федоровна, мягко говоря, недолюбливали императрицу Александру Федоровну, поэтому частыми гостями у императорской четы в Царском Селе они не были. Николай II и Александра Федоровна радовались визитам к ним великой княгини Ольги Александровны (сестры Николая II), великого князя Сергея Александровича (1857–1905 гг., родился в Царском Селе, дядя Николая II) и его жены великой княгини Елизаветы Федоровны (сестры Александры Федоровны; со временем обе эти сестры были канонизированы РПЦ).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Императрица Александра Федоровна и великие княжны Ольга и Татьяна в форме сестер милосердия


Жизнь в Царском Селе принципиально изменилась после отречения от престола в начале марта 1917 г. императора Николая II. Уже в первой половине марта в Царском Селе пьяные солдаты грабили магазины и винные лавки, бесчинствовали, затеяли беспричинную и беспорядочную стрельбу, из-за которой погибло несколько человек. В Александровском дворце в 1917 г., почти сразу после отречения от престола Николая II, 45-летняя Александра Федоровна и ее пятеро болевших детей были арестованы (Ольге было 22 года, Татьяне – 20 лет, Марии – 18 лет, Анастасии – 16 лет, Алексею – 13 лет), вскоре во дворец под домашний арест привезли Николая II. Ему и Александре Федоровне приказали находиться раздельно, общаться только в присутствии охраны даже с детьми, муж и жена могли видеть друг друга только за трапезой. Узникам отвели несколько комнат и небольшую часть парка. Когда дети выздоровели, членам семьи разрешили гулять в парке, но лишь на определенном пространстве, образованном цепью охраны. Под арестом в Александровском дворце царская семья жила 5 месяцев. Семье разрешили завести огород, заниматься заготовкой дров. Слабое здоровье императрицы резко ухудшилось, ее возили в кресле-каталке по комнатам и в парке, где узники разбили огород и вырастили летом овощи к их столу. Когда дров стали давать меньше, Николай II срезал в парке сухие деревья и рубил их на дрова. Постепенно стал устанавливаться контакт между арестантами и охранявшими их солдатами, они начали разговаривать. Солдаты отметили доброту и благородство арестантов, особенно то, что из дворян с ними никто и никогда так по-доброму не говорил.

Поначалу Николай II верил устным заверениям представителей Временного правительства о переправке его и членов его семьи в безопасное место. Николай II надеялся, что он и его семья смогут уехать в Англию к родственникам его жены. Но двоюродный брат Николая II – король Великобритании не захотел принять их и настоял на том, чтобы его правительство дезавуировало сделанное ранее предложение о предоставлении русскому императору и его семье убежища. Получилось, что Николая II предали: русские родственники, почти все его российское окружение, а также родственники за границей. Николаю II и его домочадцам оставалось только терпеть арест и ждать ссылку в России. Николай II и Александра Федоровна считали, что они и их дети являются жертвами искупления, расплачиваются за грехи, которые совершили их предшественники – правители России и их подданные, в том числе расплачиваются они за убийство Г.А. Распутина и революционные беспорядки. Они уже ни на что не надеялись, уповали только на Волю Божию. В середине августа 1917 г. царственных узников отправили в Сибирь, по сути, на верную смерть. В 1918 г. большевики их убили в Екатеринбурге.

Посещая или вспоминая Александровский дворец и жизнь в нем Николая II, его жены и детей, неизбежно думаем, рассуждаем о событиях их земной жизни, пытаемся понять причины их трагической судьбы и ощущаем новое отношение к ним россиян в конце ХХ – начале XXI в. Недавно перед Александровским дворцом появился новый памятник – крест с надписью «Дом царской семьи» и общей фотографией последних правивших Российской империей Романовых. В этом дворце работает выставка «Воспоминания в Александровском дворце». Можно узнать, как в нем жили последние Романовы, увидеть чудом сохранившиеся личные вещи последних Романовых, исторические мебель, картины, другие предметы интерьера, помогающие представить лучше земную жизнь Николая II и его семьи, понять обстоятельства их жизни и мотивацию их поступков. Напомним и мы о характерных отличительных чертах жизни Николая II и его семьи.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Николай II и Александра Федоровна. Царское Село. Июнь, 1917 г.


За 304 года царствования Романовых в России были 20 правителей, в том числе 15 императоров и единолично правивших императриц. Но из них только император Николай II и императрица Александра Федоровна, их сын и четверо дочерей были причислены к лику русских святых.

В 16 лет цесаревич Николай был зачислен на действительную военную службу и летом в лагерях служил под командой своего дяди великого князя Сергея Александровича в Преображенском полку. Его отец Александр III думал, что цесаревич, повзрослев и женившись, проявит интерес и энергию в делах государственного управления, и он тогда сможет научить сына быть дельным хозяином страны. Когда 49-летний Александр III внезапно умер (или был отравлен), Николай II в возрасте 26 лет, через 24 дня после смерти отца и через неделю после его похорон, обвенчался с немецко-английской принцессой Алисой Гессенской, которая в России приняла православие и имя Александра Федоровна. Он был знаком с ней с 16 лет и был по-юношески влюблен в нее, а в возрасте 21 года решил жениться только на ней. Его родители сразу не одобрили его выбор невесты, но почему-то не рассказали ему о проклятии рода выбранной им невесты – наследственной родовой болезни гемофилии, то есть несвертывании крови, что могло иметь убийственные последствия для царской семьи Романовых (что и произошло).

Алиса Гессенская была непростой личностью, была умной и образованной, но упрямой, неспособной на компромиссы, властной, стремившейся во всем к лидерству, не переносившей ложь и ханжество, сама была неспособна к обманам, предательству. Она была красивой, застенчивой девушкой, уверенной в своем интеллектуальном превосходстве над другими, не догадывавшейся о своих недостатках и абсолютном незнании реальной жизни, но ей были известны некоторые нехитрые практические приемы, дела в быту, семейной жизни в целом, она под влиянием своей бабушки (по линии матери), великой английской королевы Виктории (1819–1901), считала, что знающая себе цену женщина должна быть решительной и подчинять себе слабых по характеру мужчин. Николай II имел мягкий характер, любил сильных волевых людей, которым обычно подчинялся (в детстве такими были его властные родители, а затем стала его жена). Для Николая II семья была главной земной ценностью.

В 1896 г. в мае состоялись коронационные торжества в Москве, венчание на царство императорской четы. Николай II и Александра Федоровна посетили Троице-Сергиеву лавру. Когда они прибыли туда, их сразу никто не встретил, хотя каждый их шаг был известен. Люди увидели в этом недобрый знак: Сергий Радонежский не встретил нового царя, значит, добра в этом царствии не будет. При блеске коронационных торжеств людей потрясло и другое: на Ходынском поле, где планировали провести даровое угощение людей и раздачу нехитрых подарков и где собралось не менее полумиллиона народа, случилась давка, по официальным данным, погибли 1389 человек и были изувечены 1300 человек (а на деле – еще больше). Царствование началось с пролитой крови. Венчание на царство в мае (по народным приметам, все начатое в мае будет иметь оттенок «маяться») обещало мало хорошего. А если вспомнить, что Николай II родился в мае, в православный праздник – День памяти Святого праведного Иова Многострадального, то вероятность ожидания им трудной земной жизни становится совсем ясной. Зная ограниченность своих сил, Николай I получал главную духовную поддержку, обращаясь к Богу, мечтал о монашеской жизни. Он хотел восстановить патриаршество в России, предложил в марте 1905 г. себя членам Синода в патриархи с оставлением престола его сыну – цесаревичу Алексею, и учреждением при нем регентства императрицы Александры Федоровны и его брата Михаила Александровича (он сам, естественно, намеревался принять монашество и священный сан). Но члены Синода не приняли это предложение Николая II.

Но общая картина социально-экономической жизни в России в начале царствования Николая II была оптимистичной. Министр земледелия (1908–1915), управляющий Дворянским и Крестьянским банками, руководивший проведением Столыпинской земельной реформы А.В. Кривошеин (1857–1921), хорошо знавший социально-экономическую ситуацию в России, утверждал: «России необходимо 30 лет спокойствия, чтобы сделаться наиболее богатой и процветающей страной во всем мире». Такая перспектива не устраивала внешних и внутренних врагов России. Развитые капиталистические страны не хотели отдавать России мировое первенство в скором будущем. В этом одна из основных причин начала Первой мировой войны, обострения разноплановых внутренних проблем в стране, революционных беспорядков в ней.

Николай II верил в возможность устранения проблем мирным путем, в действенность демократических методов, недооценивал и в должной мере не пресекал политический терроризм. Он не мог действовать смело и решительно. Объединение внутренних и внешних врагов, обман революционными лозунгами огромной части простых людей (крестьян и солдат из крестьянской массы, рабочих, выходцев из деревень, обманули, пообещав им землю; придя к власти, большевики не дали землю народу в собственность, а только предоставили ее в пользование, о чем люди до этого не знали; есть немало и других примеров) усилили нестабильность в России, привели к отречению Николая II от престола, форсировали наступление новых бед в стране.

Личная жизнь Николая II была довольно долго счастливой: брак по любви, рождение (1895, 1897, 1899, 1901 гг.) здоровых и прекрасных по облику и характеру дочерей. Так было до рождения в 1904 г. долгожданного сына-наследника, но, как выяснилось, больного неизлечимой болезнью гемофилией. После этого жизнь Александры Федоровны и Николая II превратилась в непрекращающуюся муку от беспокойства за здоровье и жизнь сына.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Император Николай II с супругой и детьми


Александра Федоровна была великолепной женой и матерью: терпеливой, внимательной, трудолюбивой (она терпеть не могла праздность, не баловала детей). Ее дочери спали по двое в комнате на походных жестких кроватях, почти без подушек. Еда была простая (борщ, супы, говядина, свинина, вареная рыба, фрукты, гречневая каша). Бережливость была нормой жизни. Каждый год на день рождения каждой дочери Александра Федоровна дарила по одной жемчужине и одному бриллианту, чтобы с 16 лет у каждой было по 2 достойных ожерелья.

Александра Федоровна и ее муж верили, что в зарубежных странах у них много влиятельных родственников, которым можно доверять и ждать от них поддержки в трудное время. Отказавшись от престола 2 марта 1917 г., Николай II рассчитывал уехать с семьей за границу, не сомневался, что его там примут. Ведь его двоюродными братьями были: король Дании Христиан Х, король Греции Константин I, король Англии Георг V (был также двоюродным братом императрицы Александры Федоровны). Через несколько дней после отречения Николай II оповестил премьер-министра Временного правительства князя Г.Е. Львова о намерении выехать с семьей в Англию и жить там до окончания войны, а потом поселиться с семьей в принадлежащем ему крымском имении Ливадия. Он поверил словесным обещаниям Временного правительства содействовать переезду его с семьей в Англию. Формально условия для этого были. Но в реальности вне России все обладавшие властью и богатствами родственники Николая II и его жены отказались от них, мечтали отделаться от потерявших власть и сокровища сверженных бывших самодержцев Романовых. Так, для видимой порядочности, 10 марта 1917 г. английский посол уведомил Временное правительство о приглашении со стороны британских короля и правительства принять до окончания мировой войны Николая II и его семью с условием обеспечения Временным правительством финансовых средств для их достойной жизни. Но на деле Георг V не хотел иметь дел со своими русскими родственниками и настоял на том, чтобы британское правительство дезавуировало (не подтвердило) сделанное ранее предложение о предоставлении Николаю II и его семье убежища в Англии. Получилось, что формально Временное правительство не мешало отъезду царской семьи и ждало начала организации этого отъезда со стороны англичан (якобы ждали, когда Англия пришлет корабль за ними, а сами ничего не делали), но англичане совсем не желали принимать царственных беженцев, отъезд которых так и не состоялся в большой мере из-за бездействия их английских родственников и Временного правительства. Вскоре царскую семью отправили из Петрограда в ссылку. Британский король Георг V сделал чрезвычайно мало для спасения своих российских родственников Романовых. Осенью 1917 г. британский король и правительство не дали разрешения на переезд в Англию великого князя Михаила Александровича (брата Николая II) и его жены. Но весной 1919 г. британская вдовствующая королева Александра – сестра вдовствующей русской императрицы Марии Федоровны (вдовы Александра III) – все-таки настояла на том, чтобы по решению Георга V, ее сына, британский броненосец «Мальборо» наконец вывез из Крыма находившихся там Марию Федоровну вместе с дочерью, великой княгиней Ксенией и ее детьми, а также великих князей Николая и Петра Николаевичей.

После отречения от престола Николая II в марте 1917 г. по постановлению Временного правительства последовал арест его и членов его семьи, их пребывание под стражей в Царском Селе. Их судьбу и участь в большей мере определил министр-председатель Временного правительства, масон Александр (Аарон) Федорович Керенский (1881–1970, фамилия по отчиму, а по матери Гельфман). По указанию А.Ф. Керенского их переправили в Тобольск, а с весны 1918 г. содержали в Екатеринбурге, где в подвале дома Ипатьевых большевики их расстреляли. Убийство последнего русского царя, вероятно, носило ритуальный характер и имело для его организаторов и исполнителей мистический смысл как особое действие в акте разрушения Русского православного государства, православия в стране (по Болотину Л., с. 4, 16).

Уничтожение царской семьи было совершено скорее всего по инициативе екатеринбургских большевиков, с одобрения Комиссара армии и флота Льва Давидовича Троцкого (Лейба-Бронштейн, 1879–1940 гг.) – личности тогда очень влиятельной в российском и мировом масштабах, его мнение передал Я.М. Свердлов (Янкель, или Янош Соломон Мовшевич, 1885–1919 гг., председатель ВЦИК), практическими исполнителями убийства были (по Карпову В.В., с. 62) А.Г. Белобородов (Янкель Вайсбарт, 1891–1938 гг., председатель Уралсовета), Я.М. Юровский (Янкель Хаимович Юровский, 1878–1938 гг., лично стрелял в царя), Ф.И. Голощекин (Шая Исаакович Голочекин, 1876–1941 гг., военный комиссар Уральской области), П.Л. Войков (Пинхус Лазаревич Вайнер, 1888–1927 гг., член президиума исполкома Уральского совета и комиссар продовольствия Уральской области, с 1924 г. полпред СССР в Польше, в Варшаве носил на пальце кольцо с большим рубином, снятое с пальца убитого Николая II), до сих пор в Москве в его честь названа станция метро «Войковская» – это единственный случай в мировой истории, когда фамилия злодея-богохульника, одного из мучителей семи святых прославлена, в частности, в названии столичной станции).

Все мучители и палачи царской семьи расплатились за содеянное. Так, в 1918 г. умер Свердлов от смертельного ранения ударом молотка в голову от руки рабочего за расстрел царской семьи, а по другой версии, он умер от туберкулеза в больших муках. А.Г. Белобородов в 1927 г. был исключен из партии, затем был репрессирован. Юровский с 1937 г. оказался в тюрьме и умер там, по другой версии, умер в страшных мучениях от рака в больнице в 1938 г. Голощекин был расстрелян в 1941 г. Войков был убит в 1927 г. белогвардейцем в Польше. Троцкий был убит ледорубом в 1940 г. в Мексике (до этого он в 1927 г. был выслан в Казахстан, в Алма-Ату, в 1929 г. – за границу, в 1932 г. – лишен советского гражданства). Все, кто имел хоть какое-то отношение к убийству царской семьи, у порядочных людей вызывали отвращение. Так, когда участник убийства царской семьи помощник Юровского П.З. Ермаков (он в 1918 г. подбирал место для захоронения и сжигания царской семьи, а затем об этом рассказывал в уральских школах и других общественных местах) на торжественном собрании в Свердловске (Екатеринбурге) подошел к маршалу Г.К. Жукову (1896–1974), объявил, кто он и что он делал, и протянул военачальнику руку для рукопожатия, маршал ответил: «Я палачам руки не подаю» (Болотин Л. Царское дело. М.: 1996, с. 249, 261). Эмигранта (с 1918 г.) А.Ф. Керенского русские эмигранты везде единодушно осуждали, в приличных домах Европы, Австралии и США его не принимали; в последние годы он жил в бедности, почти ослеп, лечился в лондонской больнице для абортов неимущих женщин, просил дать ему яд; монархисты не допустили его захоронения в США.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великая княгиня Елизавета Федоровна и великий князь Сергей Александрович. Фото 1880-х гг.


В жизни любого человека есть два главных события: рождение и смерть. В Царском Селе родился великий князь Сергей Александрович – очень смелый человек, невероятно оболганный в советский период, правду о котором многие до сих пор представляют слабо. В течение 34 лет жизнь С.А. Романова была связана с Санкт-Петербургом и его окрестностями.


Великий князь Сергей Александрович (1857–1905) был сыном императора Александра II и братом Александра III, крупным государственным, общественным и религиозным деятелем России. Он был внешне очень красивым: высокий, стройный, имел прекрасные светло-серые глаза. Это был смелый человек, сторонник сильной, решительной власти, непримиримый враг бунтовщиков и революционеров, убежденный антисемит, борец за упрочение позиций и расширение возможностей православных людей во всех сферах. С.А. Романов был одним из самых образованных людей своего времени (прекрасно знал историю, литературу, искусство, латинский, английский, немецкий, французский языки, военные и другие науки), отличался очень большой религиозностью. У него были проблемы со здоровьем, он с ранних лет страдал от тяжелого физического недуга – болезни позвоночника (поэтому был вынужден постоянно носить корсет и тайно дал обет девства); в 20 лет переболел тифом. Он был участником Русско-турецкой войны в 1877 г., был награжден за личную отвагу и храбрость орденом Георгия Победоносца IV степени, был героем Плевны. С.А. Романов был и известным щедрым меценатом, организатором научных экспедиций, организатором и руководителем Императорского Палестинского Православного общества. С 25 лет он был военным человеком, с 30 лет в звании генерал-майора командовал в Петербурге самым блестящим Преображенским полком, имел у своих подчиненных репутацию строгого командира-отца. Он не пил лишнего, не вел фривольные разговоры, не терпел анекдотов, не имел любовниц, вел благочестивую жизнь, много сил и средств тратил на благотворительные дела. Он, как и его брат Александр III, мягко говоря, недолюбливал евреев-иудеев, был крайне озадачен стабильно растущим влиянием евреев в экономике, финансах и некоторых других сферах жизни России. В 37 лет он женился на первой красавице Европы – гессенской принцессе Элле, полунемке-полуангличанке, в России ее стали называть Елизаветой Федоровной. Их брак был очень счастливым, при этом он был только духовным (по медицинским и генетическим причинам), они жили как брат и сестра, трепетно любили друг друга, старались не расставаться ни на день, имели полное духовное родство. У них не было и не могло быть детей. Сергей Александрович и его жена взяли к себе и воспитывали детей брата Сергея Павла, его дочь Марию и сына Дмитрия (их отцу-вдовцу за проступок – морганатический тайный брак – император не разрешил жить в России). В 1891 г. Александр III назначил 34-летнего Сергея Александровича генерал-губернатором Москвы, куда они переехали с женой. В течение 14 лет для Москвы С.А. Романов сделал много полезного. Но в Москве на практике масштабно проявились антисемитские стремления С.А. Романова. С.А. Романов требовал от императора Николая II применения жестких мер к революционерам и другим бунтовщикам, на что Николай II не решался. В 1905 г. С.А. Романов в возрасте 48 лет был убит в Москве взрывом бомбы, брошенной в него в Кремле эсером И.П. Каляевым (реальным организатором его убийства был эсер Евно Азеф, нерусский и неправославный человек).


После осенних событий 1917 г. в национализированных дворцах Царского Села разместили детские оздоровительные учреждения, поселение с 1918 г. переименовали в Детское Село, а в 1937 г. – в г. Пушкин. С сентября 1941 г. и почти до конца января 1944 г. г. Пушкин был оккупирован немецко-фашистскими войсками, которые нанесли колоссальный ущерб музейному комплексу (разрушили огромное число строений, украли многие музейные экспонаты, произведения искусства). Была проведена поистине колоссальная работа по восстановлению музейного комплекса.

В наши дни главной достопримечательностью г. Пушкина остается бывший царский дворцово-парковый ансамбль (середина XVIII – начало XIX в.). Его ядро составляют Большой, или Екатерининский, дворец (1743–1751 гг., арх. А.В. Квасов, С.И. Чевакинский; перестроен в 1752–1757 гг., арх. В.В. Растрелли, затем его достраивали арх. Ч. Камерон, В.П. Стасов и др.), Александровский дворец (1792–1896 гг., арх. Дж. Кваренги), Екатерининский парк (включает Старый сад, 1720–1721 гг., и «Английский сад», 1771–1780 гг.) и Александровский парк (включает «Новый сад», 1745 г. и «Зверинец», 1718 г., с 1818 г. – пейзажный парк) с многочисленными парковыми затеями – скульптурами, павильонами, беседками, каскадами и другими, с живописными прудами (на Большом пруду – Чесменская колонна). Среди других сохранившихся хозяйственных строений дворцового комплекса Большая оранжерея (1820–1823), Конюшенный корпус (1823), Манеж (1819–1821) и др. Особый интерес представляет Софийский собор (начало XIX в.). В 1720 – 1860-е гг. создали парки (общая площадь около 600 га): Екатерининский, Александровский, Баболовский, Нижний Фермский, – с регулярной и пейзажной частью.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Вид Екатерининского дворца в Царском Селе со стороны парадного двора. С рисунка М.И. Махаева. 1761 г.


Все основные строения дворцового комплекса имеют очень большую архитектурно-художественную ценность. Большой Екатерининский дворец – это грандиозное здание в стиле развитого русского барокко, с богатым пластичным убранством фасадов и интерьеров (длина фасада 306 м; отделка роскошных интерьеров – В.В. Растрелли, Ч. Камерон, В.П. Стасов и др.). Созданные в 1720 – 1860-е гг. дворцовые парки (общая площадь около 600 га) имеют регулярную и пейзажную части. Среди лучших украшений парков изящный барочный Эрмитаж (1743–1754 гг., арх. М.Г. Земцов и В.В. Растрелли), Грот (1749–1763 гг., арх. Растрелли и др.), памятники в честь русской армии и флота (Кагульский обелиск, Чесменская колонна, Морейская колонна, 1771–1778 гг., все – арх. А. Ринальди), скульптурные произведения (Молочница с разбитым кувшином, 1810 г., скульптор П.П. Соколов; памятник А.С. Пушкину, 1899–1900 гг., скульптор Р.Р. Бах).

Александровский дворец построили по воле императрицы Екатерины II для ее любимого внука, великого князя Александра Павловича, к его свадьбе. Строительство вели 4 года (1792–1796 гг., арх. Дж. Кваренги). Став императором, Александр I, когда прибывал в Царское Село, жил не в Александровском, а в Большом Царскосельском дворце. А император Николай I очень любил Александровский дворец, заботился о его благоустройстве и Александровского парка (около 200 га). Для Николая II и его жены Александры Федоровны Александровский дворец был любимым и постоянным местом их проживания. Но отсюда их вывезли в ссылку. После осеннего переворота 1917 г. в Александровском дворце устроили музей, потом дом отдыха, детский дом. Во время Великой Отечественной войны во дворце фашисты устроили штаб, гестапо, в подвалах – тюрьму, на придворцовой площади хоронили своих солдат. После войны дворец передали Военно-морскому ведомству, сейчас он принадлежит Министерству обороны России. В его правом крыле с 1997 г. открыта музейная экспозиция «Воспоминания в Александровском дворце».

В окружающем дворец Александровском парке с обилием украшений и дивных пейзажей, в Китайской деревне (в ней для гостей в китайском стиле были построены домики с садиками) летом жил историк Н.М. Карамзин (1766–1826), который в нем работал над своим капитальным трудом «История государства Российского». Сейчас эти домики также используются как гостевые апартаменты.

В царской семье было принято почтительно относиться не только к слугам, но и животным. Старых и больных животных не умерщвляли, как могли берегли, а потом захоранивали. Так, в Александровском парке рядом с Детским домиком, построенным для детей императора Николая I, было кладбище для собачек царских детей (два надгробия сохранились до наших дней). Было в парке у Пенсионерной конюшни, где доживали свой век лошади, служившие царской семье, специальное лошадиное кладбище. В Екатерининском парке, недалеко от Турецкой бани, у подножия Пирамиды императрица Екатерина II хоронила ее любимых собачек.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Детский остров в Александровском парке. Литография К. Кольмана. 1820-е гг.


Вне дворцового комплекса в г. Пушкине представляют историко-архитектурный интерес Кавалерийские дома (1752–1753 гг., арх. С.И. Чевакинский), Манеж, Конюшенный корпус, Большая оранжерея (все в стиле классицизма, 1820-е, арх. С.П. Стасов), а также деревянный дом Китаева (1827 г., В.М. Горностаев, ныне – музей А.С. Пушкина), костел Св. Иоанна (1824–1828 гг., арх. Л. и Д. Адамини), Египетские ворота при въезде в город (1827–1830 гг., арх. А.А. Менелас, скульптор В.И. Демут-Малиновский) и др. В 1910-е гг. к северу от Екатерининского дворца был создан в стиле древнерусской архитектуры Федоровский городок для императорских конвойных войск. Сохранились Федоровский собор и здания собственно городка (арх. С.С. Кричинский). Около г. Пушкина находится один из объектов мемориала «Зеленый пояс Славы» – комплекс более 80 сооружений на рубежах Ленинградской битвы 1941–1944 гг.

Не только летняя императорская резиденция в г. Пушкине – бывшем Царском Селе, – но и многие другие его строения интересны для туристов и вообще для людей, неравнодушных к истории и архитектуре России. Верующие люди, интересующиеся местными храмами, с удовольствием отмечают, что здесь в храмостроительстве представлены разные архитектурные стили: елизаветинское барокко (церковь Екатерининского дворца), русско-византийский стиль (Екатерининский собор, был разрушен в 1939 г., восстанавливается, украшается), романо-византийский стиль (церковь при Николаевской мужской гимназии), московско-ярославский стиль XVII в. (церковь Лейб-гвардии Кирасирского полка), неорусский стиль (Феодоровский Государев собор), стиль северного деревянного зодчества (церковь на Братском кладбище), стилизация раннехристианской базилики (пещерный храм Дворцового госпиталя – по Берташу А., с. 463–480). В советский период все местные храмы пережили тяжелые времена. Так, в Вознесенском (Софийском) соборе (1781–1788) богослужения прекратили в 1934 г., храмовые ценности вывезли, в помещении храма устроили склад и вокруг него учебный полигон механизированной бригады, потом – свалку, но в 1989 г. собор вернули верующим. Среди святынь этого храма образа священномученика Петра (Зверева), святых Иоасафа Белгородского, Арсения Коневского, Любови Рязанской с частицами мощей, Иоанна Царскосельского (протоиерей Иоанн Кочуров, был убит в 1917 г., его мощи покоятся под спудом Екатерининского собора), икона Божией Матери «В скорбях и печалях утешение» (подарена собору в 1917 г. святым митрополитом Вениамином). Феодоровский Государев собор (1909–1912) служил приходским храмом для царской семьи и охранявших их военных (Николай II и его жена особенно любили соборные Пещерный храм во имя Преподобного Серафима Саровского и нижнюю Царскую комнату, оформленную как древнерусская палата). Собор закрыли в 1933 г., устроили в нем склад киностудии и архив кинофотодокументов, но в 1991 г. его вернули верующим. Главными святынями этого собора являются обретенная (1991) чудотворная Феодоровская икона Божией Матери и почитаемый храмовый образ другой Феодоровской иконы, а также икона Анны Кашинской с частицей ее мощей. Феодоровский собор создавался в основном на средства Николая II, положившего первый его закладной камень (1909), близ собора ему установлен (1993) памятник. Церковь во имя иконы Божией Матери «Знамение» (XVIII в., заложена в 1734 г.) пережила прекращение богослужений в ней в 1944 г., в 1991 г. была возвращена верующим. В храме пребывают 20 мироточивых (с 1995 г.) икон.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Феодоровский собор. Фото 1812 г.


Среди интересных историко-архитектурных памятников г. Пушкина бывшие усадьба великого князя Бориса Владимировича Романова, дворец княгини О.В. Палей, дача князей Юсуповых, особняк церемониймейстера царского двора В.П. Кочубея и некоторые другие историко-архитектурные строения-памятники.

Расположенная на Московском шоссе бывшая усадьба великого князя Бориса Владимировича (1877–1943), племянника Александра III и внука Александра II, визуально свидетельствует об особом пристрастии ветви семейства Романовых – Владимировичей к Англии. Эта усадьба построена в традиции английской архитектуры (арх. Шерборн); русский великий князь хотел и любил жить в таком английском особняке (в советский период его неоднократно использовали при создании фильмов, в том числе «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона», «Охота на тигра», «Смертельная схватка» и др.). Отцом великого князя Бориса Владимировича был великий князь, сын императора Александра II – Владимир Александрович (1847–1909), рьяный англофоб, ненавидевший немцев и решительнее всех Романовых выступавший против женитьбы цесаревича Николая Александровича (своего племянника, сына его брата императора Александра III) на немецкой принцессе Алисе Гессен-Дармштадтской, хотя она была внучкой великой английской королевы Виктории. Владимир Александрович, его жена великая княгиня Мария Павловна (1854–1920), герцогиня Мекленбург-Шверинская (с 1874 г.), их 4 сына и дочь также были англофобами: все они, как могли, осложняли жизнь Алисе, ставшей русской императрицей Александрой Федоровной. Владелец этой усадьбы Борис Владимирович был с 1919 г. женат на дочери генерала С. Рачевского – Зинаиде Сергеевне (1898–1963), фактически спасшей его в первые годы советской власти; супругам удалось эмигрировать.

В г. Пушкине сохранился бывший дворец княгини О.В. Палей, построенный для морганатической семьи великого князя Павла Александровича, второй женой которого была О.В. Палей. Ольга Валериановна всю свою сознательную жизнь интересовалась антикварными вещами, особенно старинным фарфором, собирала антиквариат. Когда Павел Александрович в конце концов получил прощение за свой морганатический брак и им разрешили вернуться в Россию, они с детьми поселились в 1914 г. в Царском Селе в этом дворце (арх. Шмидт, 1910–1914 гг.). Здесь жили Павел Александрович, его жена, трое детей от ее первого брака (Александр, Ольга, Марианна) и их общие трое детей (Ирина, Наталья, Владимир – талантливый поэт Владимир Палей). Дворец был построен в стиле Людовика XVI, некоторые комнаты напоминали по обстановке апартаменты Версальского дворца, большая часть мебели была точным воспроизведением старины. Княгиня Палей перевезла в этот дворец собранный ею антиквариат. В 1918 г. дворец Палей национализировали, на его первом этаже открыли музей. На втором и третьем этажах организовали склад привезенных музейных вещей. Любуясь этим дворцом, в первую очередь вспоминаем великого князя Павла Александровича и его сына поэта Владимира Палей.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великий князь Павел Александрович и княгиня Ольга Палей


Великий князь Павел Александрович Романов (1860–1919), сын Александра II, брат Александра III и дядя императора Николая II первым браком был женат на греческой, вскоре умершей при родах принцессе Александре Георгиевне (1870–1891), а вторым браком (с 1902 г.) – всего лишь на Ольге Валерьяновне, разведенной Пистолькорс, урожденной Карнович, получившей в 1902 г. титул графини Гогенфельзен и с 1914 г. княгини Палей (1865–1929). После раннего вдовства скорее всего неспроста не состоялась задуманная помолвка Павла с одной из английских принцесс. Более 8 лет тянулся осуждаемый в обществе роман Павла с женой полковника Пистолькорса – адъютанта великого князя Владимира Александровича, матерью троих детей. О.В. Пистолькорс добилась развода и в 1902 г. обвенчалась с Павлом в Италии, зная о неизбежной расплате. Павел был лишен титула и званий, уволен со службы, над его детьми от первого брака – Марией (1890–1958) и Дмитрием (1891–1942) – была учреждена опека; он, его вторая жена, их общие дети потеряли право на въезд в Россию. В момент венчания их первенцу – сыну Владимиру (1897–1918) было 5 лет, затем родились еще две их общие дочери. Павел Александрович со временем был прощен, дослужился до звания генерал-инспектора войск гвардии, с 1916 г. его сын, князь Владимир Палей, стал его адъютантом. В 1914 г. эта великокняжеская чета уехала из Парижа, жила во дворцах Петербурга и его пригородов, вырастила и поддерживала всех своих 6 детей. В 1919 г. большевики расстреляли Павла Александровича в Петропавловской крепости, за миг до смертельного выстрела он громко произнес: «Господи, прости им, ибо не знают, что делают». Его вдова княгиня О.В. Палей в 1919 г. эмигрировала, как и ее дочери; она умерла во Франции.

Князь Владимир Павлович Палей (1897–1918 гг., в семье его звали Бодя) – сын великого князя Павла Александровича Романова и его второй морганатической жены княгини Ольги Валерьяновны Палей, вошел в русскую историю прежде всего как талантливый поэт, кроме того, он был художником, музыкантом, танцором, красивым молодым человеком. Детство он провел во Франции, учился в Пажеском корпусе, с 18 лет полтора года участвовал в Первой мировой войне, там заболел туберкулезом, ходил в разведку, солдаты души в нем не чаяли, один из них спас ему жизнь. Владимир с 13 лет писал чудные стихи. При жизни вышли 2 сборника его стихов, ему прочили будущее великого русского поэта и щедрого благотворителя (гонорары от продажи сборников его стихов пошли на благотворительность). Вскоре после октябрьского переворота 1917 г. его вызвали в Петроградский ЧК, предложили отречься от отца и других Романовых, он отказался. Болевшего туберкулезом 21-летнего Владимира арестовали, отправили в ссылку в Вятку, Екатеринбург, а потом лишили жизни под Алапаевском. Он чувствовал краткость своей жизни, в последние годы везде, где мог, писал свои прекрасные стихи (которые сейчас почти никто не знает).


Сын Павла Александровича от его первого брака – великий князь Дмитрий Павлович — приезжал с 1914 г. к отцу, гостил в его второй семье в их царскосельском дворце. Второй брак отца сильно изменил жизнь Дмитрия с 11 лет, заставил его поверить, что радости с женщинами важнее семейных дел, обязанностей, отягощающих жизнь привлекательного мужчины.


Великий князь Дмитрий Павлович (1891–1942) был внуком Александра II, племянником Александра III, племянником и воспитанником великого князя Сергея Александровича. Его мать на седьмом месяце беременности родила его и умерла. С 1902 г. Дмитрий и его сестра Мария воспитывались в великокняжеской семье Сергея Александровича и Елизаветы Федоровны, их крестных отца и матери, поскольку их отец потерял право на жизнь в России и въезд в нее из-за тайного венчания на разведенной женщине, матери троих детей. Дмитрий в 1912–1913 гг. служил в конной гвардии. Когда началась Первая мировая война, его послали на фронт, где он геройски воевал. Дмитрий Павлович в возрасте 25 лет участвовал в убийстве в 1916 г. во дворце князей Юсуповых ненавистного тогда почти для всех старца Григория Распутина, но он в Распутина не стрелял. Поскольку сразу не удалось узнать точно, кто убил Распутина (а по сути, к этому и не стремились), то арестованных поначалу Ф.Ф. Юсупова-младшего и Дмитрия Павловича отпустили, но наказали – отправили в ссылку. Дмитрия держали под домашним арестом, потом выслали в Персию (Иран) на турецкий фронт. Эта высылка спасла Дмитрию жизнь, поскольку после осеннего переворота 1917 г. многие члены Дома Романовых были расстреляны. Дмитрий Павлович со временем пожалел, что участвовал в убийстве Распутина.


С трудом при небольших деньгах с верным слугой Дмитрий вернулся в Европу. В Лондоне он встретился с сестрой Марией (ставшей к тому времени – после развода в 1914 г. с наследным принцем Вильгельмом Шведским, герцогом Зюдерманландским, 1884–1965 гг., их свадьба была в 1908 г.) – во втором браке княгиней Путятиной (обвенчалась в Павловске в сентябре 1917 г.). Дмитрий и второй муж его сестры князь С. Путятин деньги зарабатывать не умели, а жили не по средствам. Они оказались на содержании Марии Павловны, открывшей в Лондоне ателье по производству русских кружев. Вскоре Дмитрий и супруги Путятины переехали в Париж. Дмитрий снял для себя роскошные апартаменты, развлекался с красивыми женщинами, разумно использовать свои средства не умел. Мария Павловна развелась с севшим ей на шею вторым мужем, а прогнать брата она не смогла. Промотавший почти все свои деньги Дмитрий стал жить в ее парижской квартире, ходил в поношенной одежде и потрепанной обуви, но был неотразимо красивым мужчиной.

В 30 лет Дмитрий Павлович в Париже пережил сильное любовное увлечение одной из самых ярких звезд на небосклоне высокой моды – знаменитой Габриэлью, или Коко Шанель (1883–1971), вдохновлял ее, способствовал созданию ею знаменитых духов «Шанель № 5», появлению в ее работах (фасонах) русских мотивов. Шанель была старше Дмитрия на 8 лет, в течение одного года – с 1920 г. до осени 1921 г. – длился их роман. Тогда Шанель была предприимчивее, чем обычно, предлагала новые интересные фасоны одежды, создала свою версию духов, увеличила прибыль от соединения моды и парфюмерии. До Шанель его метрессой была французская певица Марта Давелли, которая считала, что он слишком дорого обходится ей. В то время многие русские аристократы, оставшиеся без денег после 1917 г., нередко становились любовниками состоятельных женщин, подчас с сомнительным происхождением и прошлым, но тратившими на породистых, красивых любовников большие деньги. Дмитрий сполна не принадлежал к подобным мужчинам, но он заинтересовался миловидной, талантливой и богатой Габриэлью. Она была поражена его необычайной красотой, высоким ростом, зеленоватыми глазами, уговорила его поселиться у нее на вилле, он стал ее любовником. Она дарила ему элегантные одежду и обувь, а он ей выдаривал романовские драгоценности, которые сумел вывезти из России. Габриэль и Дмитрий расстались без драм. Она была богата, но ее происхождение (нежеланная, незаконнорожденная, потом признанная и сданная в приют дочь бедного торговца вразнос), а также ее сомнительные любовные и деловые дела, бесплодие (результат абортов) заставляли делать трезвые выводы (никто из достойных людей так и не женился на ней). У 35-летнего Дмитрия сложился роман с 23-летней богатой американкой Одри Эмери, которая ради брака с ним в 1926 г. приняла православие. Невеста-миллионерша была безумно влюблена в красавца Дмитрия, осознававшего при его бедном положении необходимость альянса. Они уехали жить в Америку, где он пытался торговать шампанским, в 1928 г. у них родился сын – Пол Романов-Ильинский. Брак без любви со стороны не умевшего прибыльно вести дела Дмитрия неизбежно распался, развод был оформлен в 1937 г. Дмитрия до его смерти опекала сестра Мария. Он был похоронен в Швейцарии; по воле его сестры незадолго до ее смерти его прах перенесли в Германию и перезахоронили у замка в поместье ее сына, где со временем по ее завещанию похоронили и Марию Павловну.

В г. Пушкине – бывшем Царском Селе – можно увидеть не так давно отреставрированную дачу знаменитой княжеской семьи Юсуповых. Есть повод вспомнить княгиню З.Н. Юсупову и ее сына князя Ф.Ф. Юсупова-младшего – одного из убийц старца Григория Распутина. З.Н. Юсупова любила эту дачу и все Царское Село, писала, что жизнь в нем уютная и приятная. На этой даче отдыхал и развлекался и ее единственный оставшийся в живых сын Феликс.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дача Юсуповых


Несмотря на огромные богатства и родовитость, тяжелая судьба выпала единственной наследнице князей Юсуповых – Зинаиде Николаевне Юсуповой (1861–1939), считавшейся в юности первой невестой России. Ее родители склонялись к ее замужеству с наследным болгарским принцем Баттенбергом. Но княжна З.Н. Юсупова предпочла находившегося в его свите молодого красавца-офицера, графа Феликса Феликсовича Сумарокова-Эльстон. Отец ее избранника – Феликс Николаевич Эльстон – был крестником Николая I и незаконнорожденным сыном графини Е.Ф. Тизенгаузен (1803–1888 гг., внучки М.И. Кутузова) и наследника прусского престола Вильгельма (впоследствии император Фридрих-Вильгельм IV Прусский, первый Германский император Вильгельм I), а матерью ее избранника была графиня Е.С. Сумарокова, поэтому его родители получили графский титул. После смерти ее отца князя Н.Б. Юсупова-младшего молодая пара получила сложный официальный титул: князь Ф.Ф. Юсупов граф Сумароков-Эльстон и княгиня З.Н. Юсупова графиня Сумарокова-Эльстон. У них родились четверо сыновей: Николай (1883–1908), затем следующие двое, но они вскоре умерли и Феликс-младший (1887–1957).


Княгиня З.Н. Юсупова обладала неброской, но притягательной красотой, не меньшей была и ее внутренняя красота. Она любила только одного своего мужа и их детей. Ей самой пришлось руководить большинством хозяйственных дел в семье. Она была несчастной матерью, потому что слишком избаловала своих сыновей, буквально купавшихся в роскоши, деньгах. Дети не отличались богатырским здоровьем. Из четырех сыновей двое умерли в детстве. А когда ей было 47 лет, погиб на дуэли из-за женщины ее 25-летний старший сын Николай. Получилось, что сбылось древнее проклятие их рода: за переход из мусульманства в православие из всех сыновей в поколении родителей только один проживет более 26 лет, другие умрут или погибнут. В 1916 г. было еще одно потрясение. Главным организатором и активным участником убийства Г.Е. Распутина (которое она одобряла) был ее младший 29-летний сын Феликс, единственный наследник и продолжатель их рода; ему удалось эмигрировать. З.Н. Юсупова не знала и не хотела знать всю правду о Г.Е. Распутине, которого она яростно осуждала, как и дружбу с ним Царя и Царицы. В 1919 г. З.Н. и Ф.Ф. Юсуповы также эмигрировали. В эмиграции Юсуповым пришлось продать их фамильные ценности, не стало и их знаменитой коллекции ювелирных украшений и драгоценных камней, а также художественных полотен. З.Н. Юсупова умерла в возрасте 72 лет.


Князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон-младший (1887–1957) был правнуком прусского короля и германского императора и праправнуком М.И. Кутузова. Его матушка ожидала рождения четвертого ребенка – дочки; детское приданое сшили розовое, а родился мальчик. Зинаида Николаевна была разочарована и до пяти лет одевала Феликса девочкой, что впоследствии наложило отпечаток на его характер. Феликс до 15 лет страдал лунатизмом, любил шалости и приключения. В Париже и Петербурге он с 17 лет любил, переодевшись в женское платье, появляться в городе и развлекаться. Переодевшись женщиной, он всегда имел успех у мужчин и скандалы со своими родителями. В молодые годы Феликс имел сомнительную репутацию, поскольку не порицал однополую любовь и имел близких друзей мужчин. Он с 19 лет увлекался спиритизмом, участвовал в спиритических сеансах, изучал оккультные науки, занимался йогой, с 20 лет посещал парижских куртизанок, курил опиум и какое-то время был морфинистом (наркоманом), ходил к гадалкам и колдуньям, был частым посетителем ресторанов и сомнительных мест. Учебой Феликс мало интересовался, в Петербурге пытался учиться в одной из самых строгих гимназий, позже учился в Пажеском корпусе, в возрасте 21–23 лет учился в Оксфордском университете.


Ф.Ф. Юсупов, женатый на племяннице русского императора и имевший среди своих предков татарских владык и прусских королей, недолюбливал Николая II, допускал его свержение или отречение от царского престола. В таких условиях он мог выставить (соблюдая все российские законы) свою кандидатуру на русский престол. Деморализация царской семьи путем клеветы и устранения или убийства Г.Е. Распутина (их друга и доверенного лица) могла ускорить реализацию его мечтаний.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Зинаида Николаевна Юсупова с мужем Феликсом Феликсовичем Юсуповым, графом Сумароковым-Эльстон


До 26 лет он не хотел жениться, поскольку ему было хорошо в мужском обществе, но под влиянием великой княгини Елизаветы Федоровны и родителей в 27 лет он все-таки женился на дочери великого князя Александра Михайловича и великой княгини Ксении Александровны (сестре Николая II) – Ирине (1895–1970), племяннице Николая II. У Феликса и Ирины Юсуповых родилась дочь, ее назвали Ириной (1915–1983).

Феликс, как его мать и жена, ненавидел Распутина, стал с одобрения жены инициатором и одним из четырех соучастников убийства Распутина в полуподвале юсуповского дома на р. Мойке. Про убийство Распутина скоро знал весь Петербург. Распоряжением императрицы Александры Федоровны были арестованы без веских доказательств их вины и участия в убийстве Ф.Ф. Юсупов и великий князь Дмитрий Павлович. Ф.Ф. Юсупова выслали на постоянное жительство в юсуповское имение Ракитное в Курской губернии.

В 1919 г. вдовствовавшей императрице Марии Федоровне король Англии Георг V предоставил (под нажимом со стороны своей матери – сестры русской императрицы) броненосец «Мальборо», чтобы вывезти ее и тех, кого она сочтет нужным, из России; среди последних оказались и Ф.Ф. и З.Н. Юсуповы, их сын и невестка – Ф.Ф. и И.А. Юсуповы. Они морально поддерживали вдовствовавшую императрицу с ее дочерью, великой княгиней Ксенией, внуками. Ф.Ф. и З.Н. Юсуповы с внучкой Ириной уехали в Рим, а Ф.Ф. и И.А. Юсуповы уехали в Париж. Затем Ф.Ф. Юсупов-младший поехал в Лондон проверить состояние квартиры, которую он много лет нанимал, и оценить возможности жить в Англии. В Лондоне Ф.Ф. Юсупов-младший стал участвовать в организации помощи беженцам-соотечественникам, открытии мастерских для трудоустройства русских эмигрантов, устройства благотворительных вечеров ради денег для них. К этому времени их родители и дочь жили в Риме; для поддержки родителей и сбора финансовых средств на помощь нуждавшимся Ф.Ф. и И.А. Юсуповы приехали в Италию. Потом им пришлось вернуться в Лондон, а затем переселиться во Францию, в Париж, где они в 1921 г. купили дом. Их родители до революционных потрясений перевели из Европы в Россию свои капиталы, после 1917 г. они их лишились, но у них остался дом в Швейцарии на Женевском озере. Еще у Юсуповых сохранились драгоценные камни, ценные ювелирные украшения, 2 полотна Рембрандта и кое-что еще. Ф.Ф. и И.А. Юсуповы в Париже открыли салон красоты, школу художественных ремесел и модное ателье (в складчину с друзьями), что давало деньги и помогало русским беженцам осваивать профессии для их жизни. Красавица Ирина Юсупова и другие русские дворянки выступали в качестве моделей, делали рекламу модному ателье, фактически Дому моды Юсуповых. В заботах о беженцах они не могли даже забрать их дочь, жившую в Риме, у своих родителей, не желавших переезжать в Париж. Постепенно пришлось заложить или продать все остатки фамильных ювелирных украшений князей Юсуповых и другие их ценности, в том числе два полотна Рембрандта.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Князь Феликс Феликсович Юсупов с женой Ириной Александровной. Фото 1914 г.


Ф.Ф. Юсупов-младший стал совладельцем небольшого ресторана в Париже, написал и издал книгу «Смерть Распутина», вложил деньги в какой-то трест недвижимости (они пропали во время американского финансового кризиса), создал парфюмерное предприятие. После смерти отца он уговорил мать переехать к ним в Париж. К этому времени Ф.Ф. Юсупов-младший окончательно понял, что для коммерции он не создан, делать деньги не умеет и что почти все юсуповские ценности проданы. Был случай, когда судебные исполнители пришли наложить арест на их имущество; чудом удалось уладить дело. Ф.Ф. и И.А. Юсуповы судились с американской кинокомпанией за фильм «Распутин и императрица», в котором была задета честь И.А. Юсуповой; они выиграли суд, получили солидную денежную компенсацию, что помогло расплатиться с долгами, взять из заклада большую часть их драгоценностей, вложить деньги в ценные бумаги и поправить их финансовое положение. Масоны сулили Ф.Ф. Юсупову большие деньги и благополучную жизнь, если он войдет в число их членов и будет выполнять их поручения, он от подобного предложения отказался. К радости Юсуповых, их единственная дочь Ирина в возрасте 23 лет вышла замуж (1938) за графа Николая Дмитриевича Шереметева (1904–1979). Их венчание состоялось в православной церкви в Риме. Ф.Ф. Юсупов, его жена и мать в соответствии с их финансовым положением меняли свое жилье и всегда помнили, что их судьба и условия жизни лучше, чем у многих русских эмигрантов, но шиковать они не могли и даже не мечтали об этом. В 1942 г. их дочь Ирина родила в Риме Ксению – их внучку. Ф.Ф. Юсупов умер в возрасте 80 лет, его жена И.А. Юсупова умерла в возрасте 83 лет. Их дочь Ирина жила в Риме, Афинах и Париже, где умерла в возрасте 68 лет в 1983 г. А их внучка Ксения (род. в 1942 г.), жившая в Греции с мужем и дочкой Татьяной (родилась в 1968 г.), смогла как-то приехать и лично хотя бы немного, но познакомиться с Россией, где жили ее предки.

В 30 км от Санкт-Петербурга находится город Павловск (менее 25 тыс. человек, 1918–1944 гг. – г. Слуцк, был назван в честь большевички В.К. Слуцкой), известный своим роскошным комплексом, который является выдающимся памятником зодчества и садово-паркового искусства конца XVIII – начала XIX в. в стиле классицизма. Здесь, в Павловске, находится один из самых больших в мире (площадь более 600 га) и один из самых лучших в Европе пейзажный (Английский) парк (1778–1828) с прудами, многочисленными садовыми павильонами высокого художественного качества и с прекрасной скульптурой.

До начала XVIII в. в этом месте располагались шведские укрепления, их заняли русские войска в 1702 г.; о том периоде жизни этого поселения напоминают остатки земляных валов. Этот населенный пункт, расположенный в живописной холмистой местности, на берегу р. Славянки, к середине XVIII в. стал излюбленным местом придворной охоты. Здесь в 1777 г. было основано село Павловское, которое императрица Екатерина II подарила сыну – цесаревичу Павлу Петровичу в связи с рождением его первенца и ее первого внука – Александра (будущий император Александр I). С 1777 г. село развивалось и обустраивалось как усадьба-резиденция великого князя Павла Петровича. Когда Павел Петрович стал императором (1796), село было преобразовано в г. Павловск. После открытия в 1837 г. первой в России общедоступной железной дороги Петербург – Царское Село, окрестности Павловска стали популярным дачным местом. В 1838 г. в Павловске открылось здание Павловского вокзала (до наших дней не сохранилось) с большим залом, в котором до 1917 г. проводили симфонические концерты, в том числе с участием лучших отечественных и зарубежных исполнителей, дирижеров, певцов (Иоганн Штраус, А.К. Глазунов, В.И. Главача, Ф.И. Шаляпин, А.В. Вержбилович, Л.С. Ауэр и др.). До 1917 г. Павловск оставался загородной летней резиденцией царской фамилии.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Вид на Большой дворец в Павловске. Акварель А.Е. Мартынова. 1822 г.


В наши дни главной причиной притягательности Павловска остается дворцово-парковый ансамбль. В 1919 г. на его основе был открыт музей, в 1983 г. – художественно-архитектурный дворцово-парковый музей-заповедник. В послевоенный период были проведены огромные работы по его восстановлению, ведь с сентября 1943 г. по январь 1944 г. этот ансамбль был почти разрушен немецко-фашистскими войсками во время оккупации Павловска. В 1944 г. городу вернули его историческое имя Павловск.

Отличительная черта этого ансамбля – гармоничность его общей композиции, богатство видовых перспектив, органичная слитность архитектуры дворца и парковых построек с окружающим ландшафтом. В Павловске можно посетить дворец (1782–1807 гг., арх. Ч. Камерон, достроен в 1797–1799 гг., В.Ф. Бренна, А.Н. Воронихин; в отделке интерьеров участвовали арх. Дж. Кваренги, К.И. Росси, скульпторы И.П. Мартос, И.П. Прокофьев, В.И. Демут-Малиновский, живописцы П.Г. Гонзаго, Дж. Б. Скотти и др.), обширный парк (600 га, распланирован по проектам Камерона, Бренны, Гонзаго) с регулярными и пейзажными участками. В парке возведены многочисленные и высокого архитектурно-художественного качества постройки, в том числе павильон Храм дружбы (1780–1782), Колонна Аполлона (1780–1783), Три грации (1800–1801 гг.; все – арх. Камерон), Мавзолей (1805–1809, арх. Ж. Тома де Томон), мосты Чугунный (1823 г., арх. Росси) и Висконтиев (1802–1808 гг., арх. В.И. Висконти по проекту А.Н. Воронихина) и др.

В Павловске центром дворцово-паркового ансамбля является дворец с Парадным двором (плацем). К дворцу ведет старинная липовая аллея из деревьев, привезенных сюда из Голландии. Перед дворцом установлен памятник императору Павлу I (1872 г.). Во дворце хороши Египетский вестибюль, Итальянский зал (с античной мраморной скульптурой и удивительной люстрой в виде страусовых перьев), Греческий зал (с изумрудно-зелеными коринфскими колоннами, каминами, облицованными лазуритом, яшмой), Зал войны, Зал мира, Парадная спальня, Ковровый кабинет, Картинная галерея, Большая столовая, Кавалерский зал (в нем собирались рыцари Мальтийского ордена, Павел I был Великим магистром этого ордена), Общий кабинет (с портретами владельцев этого дворца) и другие. Из каждого окна дворца открывается сказочно красивый вид на парк, славящийся своей первоклассной ландшафтной архитектурой.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Храм Дружбы в Павловском парке


Красота и роскошь дворцово-паркового комплекса Павловска связаны прежде всего с великим князем Павлом Петровичем и еще больше – с его женой Марией Федоровной, которые начали создавать эту свою первую собственную резиденцию, когда им было соответственно 23 и 18 лет. Делать это было непросто, они были стеснены в средствах, поскольку Екатерина II неохотно выделяла деньги на строительство в Павловске. Павел Петрович увлекся строительством, благоустройством и украшением Павловска. Но с 1783 г. он (ему 29 лет) в большей мере увлекся созданием своей новой резиденции в Гатчине, подаренной ему Екатериной II. Павел Петрович полностью оставил Павловск своей жене, она и занималась его совершенствованием, благоустройством почти 51 год (1777–1828), в том числе практически единолично 45 лет (1783–1828). Благодаря прежде всего Марии Федоровне в Павловске был создан редкий по красоте дворцово-парковый ансамбль. Яркой страницей в жизни Павловска стали в первой четверти XIX в. собрания музыкально-литературного салона, организованного императрицей Марией Федоровной. Тогда сюда на эти собрания в Розовом павильоне приезжали известные писатели и поэты, в том числе Н.М. Карамзин, В.А. Жуковский, И.А. Крылов и др. Всю свою жизнь Мария Федоровна трогательно любила Павловск и жила в его дворце в теплое время года, завещала Павловск своему младшему сыну великому князю Михаилу Павловичу (1798–1849). После него владельцем Павловска был его племянник великий князь Константин Николаевич (1827–1892), а потом сын последнего – великий князь Константин Константинович (1858–1915), за ним его сын великий князь Иван Константинович (1886–1918 гг., правнук Павла I, расстрелян большевиками).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Великая княгиня Мария Федоровна. Художник А.Х. Ритт. 1770-е гг.


Императрица Мария Федоровна заботилась не только о дворцовом комплексе, она не обделяла своим вниманием город Павловск. На ее средства содержались Мариинская больница, церковная богадельня для инвалидов, народное училище, школа для глухонемых, приют для больных детей, училище ботаники и садоводства. Под ее покровительством были Павловская православная церковь Марии Магдалины и лютеранский храм Святой Доротеи.

Посещение дворца-музея и особенно прогулка по прекрасному парку Павловска, где в павильоне К. Росси (1914) установлен памятник (1914 г., скульптор В. Беклемишев) императрице Марии Федоровне, заставляет вспомнить добрыми словами жен русских императоров, особенно императрицу Марию Федоровну, сделавшую немало полезного для воспитания и образования россиянок.


Императрица Мария Федоровна (1759–1828 гг., в девичестве принцесса Вюртемберг-Штутгартская), жена (с 1776 г.) императора Павла I, оставила о себе хорошую память в России. В 17 лет она стала женой 22-летнего вдовца-рогоносца и наследника российского престола цесаревича Павла. После смерти Екатерины II Мария Федоровна стала в 37 лет женой правящего 42-летнего императора Павла I. За четверть века их супружеской жизни всего 5 лет она была женой правившего императора, в 1801 г. Павел I был убит в возрасте 47 лет. У них родилось 4 сыновей и 6 дочерей. Затем 27 лет она была вдовствующей императрицей, увидевшей двух своих сыновей (Александра I и после его смерти – Николая I) в роли русских императоров. Будучи матерью 10 детей, которых очень любила, она во многом была устранена от их воспитания (особенно сыновей), так как эти заботы взяла на себя царственная бабка – ее свекровь императрица Екатерина II. Павел был отстранен от участия в государственных делах и получал ограниченные средства на свой Малый двор. Довольно уединенная жизнь в Павловске и Гатчине в условиях ограниченных денежных средств положила начало хозяйственной деятельности Марии Федоровны, ее близкому знакомству с бытом низших классов населения. Она всегда находила и выделяла ощутимые средства на благотворительность, помощь нуждающимся. Став женой императора, она стала и особо щедрой благотворительницей и усердно заботилась о воспитательных учреждениях.

За годы супружества она смогла научиться терпению и снисходительности ко многим недостаткам ее мужа, который имел тяжелый, подозрительный характер. В семейной жизни Марии Федоровны было мало радости, если учесть вздорный характер ее мужа, денежные ограничения, смерть при ее жизни их 5 детей (Александра I и 4 дочерей). У Марии Федоровны хватило мудрости найти общий язык с близким другом ее мужа – фрейлиной Е.И. Нелидовой (1758–1839), более того, подружиться с ней. Императрица Мария Федоровна 25 лет была женой Павла I (из них 22 года выполняла все супружеские обязанности, за 1776–1798 гг. родила 10 детей, в 1798 г. врачи запретили ей рожать из-за угрозы для ее жизни следующих возможных родов, что означало тогда прекращение ее близких отношений с мужем). Она понимала его биологические потребности и не осуждала наличие у него фавориток. Она была первой в России императрицей, коронованной вместе с мужем, и поэтому считала, что после его насильственной кончины она должна была стать первым лицом в государстве (но это противоречило закону, принятому Павлом I в 1797 г.). Она обвинила сына Александра I, нового императора России, в попустительстве убийству его отца и ее мужа, дала ему понять, что ее благородство и нравственное превосходство над ним заставили ее добровольно уступить ему права на трон, напомнила о неизбежной каре Божией за все прегрешения. После всего этого она, оставаясь вдовствующей императрицей, на деле была правящей государыней, хотя таковой формально считалась ее невестка – молодая императрица Елизавета Алексеевна. На содержание двора Марии Федоровны шло гораздо больше средств, чем на содержание двора молодой императрицы. Павловск при Марии Федоровне в ее статусе вдовствующей императрицы стал своего рода центром рождения масштабных планов благотворительности, но и многих интриг. Она в большой мере отдала свои силы и средства благотворительной и образовательной деятельности. Опыт в этом у нее уже был, тем более что еще император Павел I поручил ей управление воспитательными домами и Смольным институтом благородных девиц. Мария Федоровна сполна отдала себя делу воспитания будущих российских матерей, женское образование в России обязано ей многим. Она создала в нашей стране ряд благотворительных и воспитательных организаций, главным образом дворянских (Мариинское ведомство).

Помимо огромных заслуг на ниве просвещения и благотворительности, Мария Федоровна спасла от гнева императора Александра I юного А.С. Пушкина. Впервые она увидела его в октябре 1811 г. на торжественном акте открытия Царскосельского лицея. В 1816 г. юному поэту от имени вдовствующей императрицы были вручены золотые часы – за сочиненное им стихотворение «Принцу Оранскому». А в 1820 г. она приняла активное участие в форменном спасении молодого поэта. Пушкин вел себя легкомысленно и писал отнюдь не лояльные стихи, поэтому над ним нависла угроза отправки на Соловки или в Сибирь. Знаменитый историк Н.М. Карамзин обратился к Марии Федоровне и другим влиятельным лицам за помощью в деле спасения поэта. Нужные слова и просьба матери к Александру I спасли А.С. Пушкина.


При выезде из Павловска в Гатчину, в предместье есть историческая местность – нынешний поселок Динамо, где сохранились остатки, а то и просто следы когда-то роскошной усадьбы Славянка (Графская, с 1847 г. Царская Славянка), принадлежавшей роду родственников императрицы Екатерины I – Скавронским, в том числе Екатерине Васильевне Скавронской (1761–1829 гг., в девичестве графиня Энгельгардт, одна из племянниц и любовниц Г.А. Потемкина, вторым браком с 1798 г. графиня Литта) и ее внучке редкой красоты графине Ю.П. Самойловой. Здесь, в Славянке, в XIX в. при графине Ю.П. Самойловой, в годы правления императора Николая I, собирались сливки петербургского общества, гремела музыка, вино лилось рекой, гости восхищались красотой и радушием хозяйки, славили ее. Она особенно любила талантливых, красивых мужчин. Но была абсолютно равнодушна к императору Николаю I, редкостно красивому мужчине, однако обделенному творческими талантами, и её очень дальнему родственнику (по линии Скавронских).


Графиня Юлия Павловна Самойлова (в девичестве графиня Пален, 1803–1875 гг.) считала, что главное в жизни – это свобода (тем более если сам можешь обеспечить ее и сохранить), умение осознавать и ценить доступные, хотя и временные радости краткой земной жизни, способность помогать нуждающимся. Она сочувствовала крепостным крестьянам в их несвободе, если видела в крестьянской общине силу и жизнеспособность, позволяла своим крестьянам выкупаться из крепостной зависимости. Юлия Павловна приходила в крестьянские бедные избы, щедро раздавала подарки, пособия и пенсии, особенно стремилась помогать одаренным людям, но нуждавшимся в помощи, финансовой и иной поддержке.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Графиня Юлия Павловна Самойлова, удаляющаяся с бала с приемной дочерью Амацилией Паччини. Художник К.П. Брюллов. Около 1842 г.


Она стремилась к личной, неограниченной свободе в любви, в семье, не понимала необходимость разумных самоограничений и компромиссов. Расплатой за ее необузданную натуру стали три неудачных замужества, сполна не удовлетворявшие ее отношения с менявшимися любовниками, отсутствие так желаемых родных детей (у нее были только две воспитанницы, которых она вырастила и выдала замуж с большим приданым). Ее жизнь является примером того, что свободолюбие, красота, богатство, щедрость, широта натуры без разумных самоограничений счастья не приносят.

Графиня Самойлова была неординарной личностью, обладательницей колоссального состояния. Она – единственная россиянка, облик которой запечатлел на своих полотнах великий живописец Карл Петрович Брюллов (1799–1852), влюбленный в нее (полотна «Графиня Ю.П. Самойлова с Джованиной Паччини и арапчонком», «Портрет удаляющейся с бала графини Ю.П. Самойловой с приемной дочерью Амацилией Паччини», «Последний день Помпеи» – на последнем полотне она стала моделью для двух персонажей); кроме того, ее портреты писали многие другие известные портретисты. Эта красавица была в родстве с императрицей Екатериной I, всесильным фаворитом императрицы Екатерины II – Г.А. Потемкиным, влиятельным петербургским генерал-губернатором графом П.А. Паленом. Юлия сделала вывод, что не всегда дети являются главным в жизни женщины, что любовь к мужчине – это главная женская страсть и что решительная женщина сама творит свою судьбу. Мать Юлии, М.П. Скавронская, графиня Пален, развелась с мужем – генералом П.П. Паленом, официальным отцом Юлии, и вступила во второй брак с графом А.П. Ожаровским. Юлия воспитывалась в доме бабушки Е.В. Скавронской, племянницы Г.А. Потемкина.

В 22 года фрейлина императрицы графиня Юлия фон Пален стала женой молодого, симпатичного, но не влюбленного в нее флигель-адъютанта графа Н.А. Самойлова (он любил другую девушку). Говорили, что невеста с миллионным приданым, но из рода Скавронских (где все женщины отличались неземной красотой, но были плохими женами), да еще и в роли навязанной жены счастья мужу не даст. Брак этот длился только один год. Самойлова была очень эмоциональной женщиной, муж не был для нее единственным мужчиной; он не захотел прощать ее измены, а она не хотела быть нежеланной женой.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Графская Славянка. Рисунок XIX в.


Расставшись в возрасте 23 лет с мужем, Самойлова поселилась в своем имении Славянка, куда съезжалась вся молодая аристократия, где царили вольность и веселье. Император Николай I дал Самойловой совет покинуть Славянку и продать ее. Она ответила императору: «Ездят не в Славянку, а к графине Самойловой. И где бы она ни была, будут продолжать ездить к ней», рассердилась и уехала в Италию, где открылась «Новая Славянка». Огромное состояние Самойловой еще более увеличилось после смерти воспитавших ее богатой бабушки (графиня Е.В. Энгельгардт-Скавронская-Литта) и дедушки (богатый граф, итальянец Ю.П. Литта, 1763–1839 гг., – отчим, а, возможно, и любовник ее матери). У Ю.П. Литта в России в официальном браке детей не было, но были трое внебрачных детей, двое из них хорошо известны, а третьей, возможно, была Юлия (вот откуда типично итальянские черты в ее облике и положение единственной наследницы итальянского графа). Граф Литта перенес на нее всю свою нерастраченную отцовскую нежность. После смерти жены он завещал Юлии все свое колоссальное состояние, часть которого передал ей еще при его жизни, когда она вышла замуж за графа Самойлова. Она стала одной из самых богатых женщин России и Италии, где ей достались дворцы и виллы с их несметными богатствами и художественными сокровищами. Самойлова любила людей искусства: музыкантов, литераторов, художников. Она всегда поддерживала людей талантливых, но придавленных нуждой; при ее сказочном состоянии оказание им финансовой помощи было необременительным для нее делом. Близким другом Ю.П. Самойловой стал великий русский живописец, дивный красавец со страстным, но тяжелым характером К.П. Брюллов, которого современники называли русским Микеланджело, Тицианом, Рафаэлем. Графиня Самойлова, принадлежавшая к высшей аристократии России, не скрывала, что она – любовница всего лишь художника Брюллова. 20 лет сохранялись их отношения, хотя у каждого из них были и другие увлечения. Для Брюллова она навсегда стала Музой и главной привязанностью, а для Самойловой он оставался Гением живописи и прекрасным мужчиной, без общения с которым (даже через письма) она жить не могла. После сомнительной истории скоропалительной женитьбы почти 40-летнего Брюллова на очень молодой девушке со спорными качествами и через месяц разрыва его семейных отношений, клеветы в его адрес и травли в Петербурге, когда свет отвернулся от ранее прославляемого художника, только 36-летняя Самойлова поддержала его, открыто высказывала сочувствие, подтвердила свои любовь и восхищение им. Все это дало ему новые силы творить и побеждать. Верность свою она доказала и тем, что помогала ему деньгами, что давало ему возможность меньше думать о заботах жизни и сполна отдаваться творчеству. Были слухи, что они хотят пожениться, но они этого не сделали, понимая, что формальные семейные узы не заменят им любви и естественной привязанности. Она пережила его на 23 года.

В 38 лет Ю.П. Самойлова и ее муж Н.А. Самойлов (после 16 лет раздельной жизни) решили воссоединиться и вместе жить в Славянке, но он внезапно умер. После этого она уехала в Италию, поселилась на своей вилле в Милане, где ее друзьями и поклонниками – как и в России – стали музыканты, художники, поэты. Среди них были Г. Доницетти, В. Беллини, Дж. Россини, Дж. Верди, а также ее соотечественники В.А. Жуковский, Ф.И. Тютчев, С.Ф. Щедрин, А.И. Тургенев и другие творческие личности, которым она всегда щедро помогала. Самойлова прожила в Италии и во Франции 40 лет; в Милане она имела свой дворец, около Парижа – имение, где была масса дорогих, очень ценных в художественном плане вещей.

В 42 года Самойлова безумно влюбилась в простого молодого и красивого итальянского провинциального оперного певца, вышла за него замуж, стала просто синьорой Перри. Вторичное замужество за границей и муж-иностранец лишили ее русского подданства и титула графини. Ей пришлось продать в России свои имения. Меньше года продолжалось это ее замужество: молодой муж умер (1846) в Венеции от чахотки (туберкулеза). Она похоронила его не на его родине в Италии, а в Париже и осталась жить во Франции. К этому времени она поняла, что потеря графского титула – оплошность, лишающая ее положения в обществе и ощутимых благ. В 60 лет она стала женой 64-летнего французского дипломата графа Карла Морнэ. Ей был нужен не полунищий муж, а его графский титул; она стала графиней дэ Морнэ. После венчания они разъехались, за полученный графский титул она выплатила новому мужу огромную денежную субсидию. Затраты на ее последних двух мужей пробили ощутимую брешь в ее состоянии. Она называла себя, как раньше, графиней Самойловой (после того, как разошлась с последним мужем). Возраст и оскудевшее состояние заставили ее жить тише и скромнее. Но она не жалела, что жизнь ее идет к концу. Она имела все, что хотела, все желаемое почувствовала и узнала, вырастила и хорошо обеспечила своих двух воспитанниц. Она умерла в Париже в возрасте 72 лет, ее похоронили на кладбище Пер-Лашез в одном склепе с Перри, ее вторым мужем.


В Павловске и его окрестностях сохранился ряд храмов, в том числе связанных с историческими личностями, в том числе канонизированными Церковью. Пости все они в советский период были осквернены. Так, в Славянке церковь Святой великомученицы Екатерины (1746–1748, 1827–1829 гг.) в 1938 г. была закрыта, в ее нижнем храме устроили клуб с бильярдной, а в верхнем храме – кинозал; в 1941 г. взорвали купол и колокольню, но в 1945 г. храм вернули верующим, восстановили купол и колокольню, возобновили богослужения. Сохранилась и церковь Святой Равноапостольной Марии Магдалины (1781–1784), являющаяся своего рода памятником императрице Марии Федоровне, жене Павла I (создана в честь ее небесной покровительницы); ее закрыли в 1932 г., отдали фабрике под культурные цели, перестроили, в годы немецко-фашистской оккупации в ней размещались гитлеровские мастерские, а после войны – фабрика, но в 1995 г. ее вернули верующим, в 1999 г. в ней возобновились богослужения. Собор Святителя Николая Чудотворца (1890–1902) связана с помощью этому храму святого протоиерея Иоанна Кронштадтского (внес часть денег на строительство, вел богослужения). Этот храм закрыли в 1933 г., устроили в нем клуб, до 1991 г. в нем размещались мастерская по ремонту военной бронетехники и военный склад, но в 1991 г. его вернули верующим, его главной святыней являются частица мощей преподобного Амвросия Оптинского и памятные вещи о преподобном Серафиме Саровском. Спасо-Преображенская церковь в Тярлево (1912–1914) была создана в большой мере благодаря великим князьям Константину Константиновичу, его сыновьям – Иоанну и Игорю и великой княгине Марии Павловне, также связана со святым старцем Серафимом Вырицким (В.И. Муравьев, жил в Тарлеве в 1906–1920 гг., молился в этом храме), ее закрыли в 1937 г. и устроили с 1939 г. в ней клуб, а с 1946 г. – предприятие, но в 1998 г. ее вернули верующим.

1.3. Тосненский район

Гатчинский район на востоке граничит с Тосненским районом, имеющим плоскоравнинный рельеф, высокую заболоченность, сильно вырубленные леса, ряд полезных ископаемых: торф, кирпично-черепичные и гончарные глины, строительные пески, бутовый камень, гравий, кварцевые стекольные пески, известняки, мергели.

Центром Тосненского района является малый по людности город Тосно (менее 30 тыс. чел.), расположенный на берегу р. Тосна, притоке р. Невы, в 53 км от Петербурга. Впервые поселение Тосно упоминается в 1500 г. (возраст этого населенного пункта в 2014 г. – 514 лет). В начале XVIII в. здесь, на месте маленькой деревни, возникла на дороге Петербург – Москва, или на «Большой дороге», слобода ямщиков, т. е. государственных крестьян, отбывавших «почтовую гоньбу». После прокладки в 1840-х гг. железной дороги значимость Тосно еще более увеличилась. В советский период промышленное развитие Тосно ускорилось, поселение в 1935 г. получило статус поселка городского типа. В период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. поселок был оккупирован немецко-фашистскими войсками почти 2,5 года (с 28 августа 1941 г., освобожден 26 января 1944 г.); в нем были разрушены почти все промышленные предприятия и около 70 % жилого фонда. Он был восстановлен, с 1963 г. получил статус города.

В 12 км от Тосно находится поселок Ульяновка, в котором раньше была усадьба Пустынька писателя графа А.К. Толстого, где он вместе с двоюродными братьями Жемчужниковыми работал с 1850-х гг. над знаменитыми афоризмами, принимал многочисленных гостей, в том числе И.А. Гончарова, И.С. Тургенева, А.А. Фета и других. В 1840-х годах мать А.К. Толстого купила это имение, сделала все возможное, чтобы ее единственный сын как можно чаще наведывался в эту усадьбу и подольше гостил у нее. После смерти матери он, как хозяин усадьбы, с середины 1860-х годов подолгу жил в ней, хотя у него были и другие поместья. Пустынька стала местом плодоносного творчества и эмоционального мужания как минимум двух ярких личностей – литераторов и философов А.К. Толстого и В.С. Соловьева, очень талантливых и несчастных в личной жизни, оказавшихся жертвами алчных женщин.


Алексей Константинович Толстой (1817–1875) – граф, писатель и поэт, член Петербургской академии наук (1873), создал исторический роман «Князь Серебряный» (1863 г.), драматическую трилогию «Смерть Иоанна Грозного» (1866), «Царь Федор Иоаннович» (1866) и «Царь Борис» (1870) и совместно со своими двоюродными братьями Жемчужниковыми – пародийный образ Козьмы Пруткова и его ставшие знаменитыми афоризмы. Тонкая лирика А.К. Толстого и его новеллы в стихах («Средь шумного бала, случайно…», «То было раннею весной» и др.) положены на музыку, стали любимыми романсами его современников и потомков.

Его отец граф Константин Петрович Толстой (1779–1870) успешно делал военную карьеру, но ранение заставило его выйти в отставку и стать мелким служащим в банке. Благодаря своему знатному происхождению он смог жениться на очень богатой молодой девушке (вдвое моложе его) со спорным происхождением, родившей их единственного сына Алексея. Матерью А.К. Толстого была всего лишь внучка берейтера (дворового человека, отвечавшего за хозяйских лошадей и их выездку) – Анна Алексеевна Перовская (1799–1857), одна из 11 незаконнорожденных детей графа Алексея Кирилловича Разумовского от простой крепостной девки Марии Михайловны Соболевской, с которой он сожительствовал более 28 лет, добился у императора для нее и их незаконнорожденных детей дворянского статуса, они стали носить фамилию Перовские. После смерти А.К. Разумовского (1822) М.М. Перовская вышла замуж за генерала П.В. Денисьева. А.К. Разумовский в материальном плане надежно обеспечил своих незаконнорожденных детей и их мать. Мать А.К. Толстого – А.А. Перовская, ставшая графиней Толстой, покинула мужа, когда ее сыну было 6 недель; богатая и красивая женщина решила полностью посвятить свою жизнь сыну и больше никому. Ее брат Алексей Алексеевич Перовский (1789–1836), переживший несчастную любовь, все силы отдававший науке (философии, биологии, естествознанию и др.), сочинительству прозаических произведений и государственной службе, стал опекуном сестры и ее сына. А.А. Перовский заменил мальчику отца, сделал его своим единственным наследником.

Толстой значительную часть своего детства провел в Черниговской губернии в поместье Красный Рог А.А. Перовского, получил хорошее домашнее образование. В возрасте 17 лет он поступил в Московский архив Министерства иностранных дел. В 21 год выдержал в Московском университете экзамен по наукам словесного факультета и был причислен к русской дипломатической миссии во Франкфурте-на-Майне. Толстой много ездил по странам Европы, с 23 лет его перевели во Второе отделение канцелярии императора Николая I. Благодаря деньгам и связям его матери, а также благодаря дружеским отношениям с великим князем Александром (будущим императором Александром II) и хорошему отношению к нему императора Николая I А.К. Толстой сделал стремительную придворную карьеру. Когда Толстому было 24 года, под псевдонимом Красногорский вышла в свет его первая фантастическая повесть «Упырь», которую высоко оценили писатели и читатели. Толстой с этого момента уже не сомневался в своих способностях сочинителя. Толстой к тому времени уже был очень богатым человеком, поскольку являлся единственным наследником своей матери и трех ее братьев. Толстой понимал, что его призвание – литература, но мать и император Александр II так не думали.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

А.К. Толстой. Рисунок К.А. Горбунова. 1840-е гг.


В возрасте 23 лет А.К. Толстой пережил сильное потрясение: влюбился в дивную австрийскую красавицу 15-летнюю богатейшую княжну Елизалекс Фикельмон, правнучку М.И. Кутузова, но не встретил взаимности. А.К. Толстой разочаровался в красивых женщинах.

В Петербурге в возрасте 34 лет Толстой на бале-маскараде познакомился с 27-летней Софьей Андреевной Миллер (в девичестве Бахметева, 1824–1891 гг.); через 12 лет, в 1863 г., они обвенчались. Под влиянием той первой их встречи он написал свои известные строки, положенные на музыку П.И. Чайковским; так возник один из лучших русских романсов, который начинается так:

Средь шумного бала, случайно

В тревоге мирской суеты,

Тебя я увидел, но тайна

Твои покрывала черты.

Ловкая, хваткая, некрасивая женщина смогла увлечь богатого, знатного, красивого Толстого и заставить его жениться на ней. На маскараде она хитрым образом привлекла его внимание, в конце бала не сняла свою маску и вконец заинтриговала его (понимала, что на фоне большого числа молодых красавиц она с ее резкой некрасивостью оттолкнет Толстого, если снимет маску).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

С.А. Толстая. Фото середины 1860-х гг.


С.А. Миллер уже предпринимала попытки найти богатого и знатного мужа, но ее потенциальные жертвы (князь Вяземский, И.С. Тургенев и др.) поняли ее алчную сущность и отделались от нее. При материальной несостоятельности и неисправимой некрасивости ей пришлось выйти замуж за ротмистра Л.Ф. Миллера, от которого она вскоре ушла, стала жить отдельно. Она вела себя чрезмерно вольно, посещала одна публичные места, приглашала к себе мужчин, про нее множились самые неприличные слухи. Познакомившись с Толстым, она начала хитрую игру, зная о его огромных богатствах и неопытности в любовных делах. Толстой увидел, что она резко некрасива, но имеет высокую стройную фигуру, хорошо поет, очень музыкальна. Миллер знала, что любят мужчины: умела внимательно слушать (или делать вид, что слушает), умела выразить свое восхищение их умом, талантами, делами, щедростью по отношению к женщинам и др.). Мать Толстого не поддерживала его желание все силы отдать литературе, а Миллер поддержала в нем стремление сочинителя, чем окончательно покорила его. Умела она и разжалобить его: говорила правду и много привирала. Рассказывала о своей бедности и нужде в детстве, как князь Вяземский обманул ее – обещал жениться, овладел ею и бросил. Ее брат Юрий вызвал Вяземского на дуэль, Юрий был убит. За участие в дуэли строго наказывали, но Вяземского не лишили офицерских погон, не отправили на каторгу, назначили только длительный арест, так как учли сомнительную репутацию госпожи Миллер. Толстой поверил, что грубый муж Л.Ф. Миллер обижал ее, хотя он по-своему любил её и не давал развод. С.А. Миллер умела заставлять мужчин жалеть ее и помогать ей, что приносило им ощущение силы и значимости; Толстой исключением не был.

В 1855 г., во время Крымской войны, Толстой стал добровольцем. Но участия в военных действиях ему не пришлось принять. Под Одессой он заболел тифом. Когда он уже начал выздоравливать и не представлял опасности для окружающих, к нему, якобы ухаживать за ним, приехала расчетливая и осторожная Миллер. Толстой и этот ее трезвый шаг сполна не разгадал. После заключения мира (1856) Толстой и Миллер какое-то время жили в Одессе, где она стремилась ускорить их брак. Но мать и ряд друзей Толстого удержали его от этого, пытались ему открыть глаза на сущность этой опытной и непристойной женщины. В Петербурге Миллер жила в квартире, снятой Толстым и на его деньги. Со временем она перевезла туда семерых детей своего брата Петра, у которого умерла жена. Толстой стал содержать всех их (обеспечил воспитание, учебу, лечение, отдых и т. п.). В 1861 г., в возрасте 44 лет, Толстой вышел в отставку.

После смерти матери Толстой был совершенно сломлен, в отчаянии от душевного одиночества в 1863 г. обвенчался с Миллер, которая смогла добиться развода. Друзья Толстого оценивали Миллер в основном как искушенную авантюристку. Они видели в ней что-то сатанинское; она действительно не верила в Бога и пыталась навязать свою безбожную позицию Толстому.

Толстой не был практичным и трезвым в делах человеком. Его жена смогла навязать ему своих двух братьев в управляющие его имениями. Они стали обкрадывать, обманывать его, чуть не разорили, он стал думать – не начать ли ему снова служить императору ради жалованья, ждал гонорары, готов был за деньги делать переводы с иностранных языков. Супруги все более отдалялись, каждый жил своей жизнью. Толстой ощущал душевную усталость от жены, разочаровался в ней окончательно. Толстой понял, что он ошибся, оказался добычей холодной, расчетливой, некрасивой женщины. Он страдал, но изменить ничего не мог. Единственное, что он успел сделать: свои имения и земли завещал двоюродному брату и другу Николаю Жемчужникову. Жене он завещал движимое имущество: художественные вещи, книги, право на переиздание и получение доходов с его произведений. Свое завещание он от жены скрыл, потому что уже не доверял ей, жалел о жизни с этой алчной женщиной. Его душевные страдания от осознания непоправимой ошибки усугубляли его болезни. Усилились невралгия, эмфизема, астма, склероз. Удушье и боли усиливались, кто-то посоветовал Толстому использовать новое тогда средство – морфий, который действительно на время притуплял, а то и снимал боль и удушье, но он разрушал человеческий организм, о чем тогда не знали. Толстой умер от передозировки морфия; для облегчения своих мучений он ввел себе слишком большую дозу морфия; ему было 58 лет. С.А. Толстая (Миллер) после смерти мужа безжалостно сожгла его личные вещи, архив (письма, дневники, записные книжки и др.), продала право на переиздание его произведений, вывезла ценные художественные полотна и старинную библиотеку (намеревалась выгодно их продать). Она и ее братья старались утвердить память о ней, как о главной Музе и великой любви А.К. Толстого (что абсолютно не соответствует истине, но излагается во многих советских и современных изданиях). С.А. Толстая-Миллер прожила 70 лет. А.К. Толстой и Софья Андреевна общались 24 года, в том числе 12 лет были венчанными супругами.


Более полувека (1840-е гг. – 1900 г.) усадьба Пустынька, отдых и работа в ней, воспоминания об этой усадьбе и событиях в ней были источником вдохновения и для В.С. Соловьева. Племянница жены Толстого – Софья Петровна Бехметева, в замужестве Хитрово, ушла от мужа и какое-то время жила в Пустыньке. После смерти Толстого его двоюродный брат и новый хозяин Пустыньки Н. Жемчужников разрешил ей пожить в этой усадьбе, куда тогда часто приезжал влюбленный в нее поэт и философ В.С. Соловьев. Он убеждал ее развестись с мужем и выйти за него замуж. Она развлекалась с ним, а потом вернулась к мужу – М. Хитрово, небедному дипломату, члену известного семейства. Все лучшие стихотворения В.С. Соловьева – плод его любви к С.П. Хитрово, которая оставалась для него божеством, когда была рядом с ним или жила в его воспоминаниях. Когда в 1896 г. С.П. Хитрово овдовела, Соловьев опять сделал ей предложение и опять получил отказ, ведь ей, как и ее тете, был нужен богатый и титулованный муж. Жена А.К. Толстого С.А. Толстая (Миллер) воспитала свою племянницу С.П. Бахметеву (Хитрово), подобной себе; обе они отравили жизни двум ярким творческим личностям, сделали их несчастными. Время усадьбу Пустынька не пощадило, она сгорела и не восстанавливалась.


Владимир Сергеевич Соловьев (1853–1900) был религиозным философом, поэтом, публицистом, имел яркую впечатляющую внешность, был сыном известного историка С.М. Соловьева. В.С. Соловьев создал учение об универсуме как «всеединстве» религий, в нем христианский платонизм переплетается с идеями новоевропейского идеализма, особенно с идеями масона Ф.В. Шеллинга, а также с естественно-научным эволюционизмом и неортодоксальной мистикой (в т. ч. учением о мировой душе). В.С. Соловьев проповедовал утопический идеал всемирной теократии (форма правления, при которой глава монархического государства одновременно является и его религиозной главой). В.С. Соловьев воспринимался своими современниками как выдающийся философ; он оказал большое влияние на русскую религиозную философию и символизм (направление в искусстве 1870 – 1910-х гг., сосредоточенное преимущественно на художественном выражении посредством символов, стремящееся к выражению идеальной сущности мира и оторванное от реальности). В.С. Соловьев прожил всего 47 лет.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

В.С. Соловьев. Фото 1870-х гг.


Вблизи поселка Ульяновка находятся Саблинские пещеры (точнее то, что от них осталось), вырытые во второй половине XIX в. для добычи кварцевого песка. Штольни протяжением в несколько десятков километров были в прошлом доведены до глубины 220 м.

В 18 км от Тосно находится поселок Лисино-Корпус, где в первой четверти XIX в. было создано учебно-опытное лесное хозяйство, в котором работали крупные ученые-лесоводы Г.Ф. Морозов, В.Н. Сукачев, Д.М. Кравчинский, Ф.К. Арнольд и др.; в 1850-х гг. лисинским лесничим был известный тогда публицист Н.В. Шелгунов. В середине XIX в. здесь были построены Охотничий дворец и каменная церковь (арх. Н.А. Бенуа), перестроен главный дом Егерского училища. В советский период в поселке был открыт лесохозяйственный техникум – тогда главный центр подготовки техников-лесоводов для всего отечественного Северо-Запада. В поселке Лисино-Корпус на основе храма Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня создано и действует подворье петербургского Воскресенского Новодевичьего женского монастыря.

В 20 км от Тосно, у озера Белого, в деревне Надино в 1871 г. летом жил, отдыхал, работал 31-летний П.И. Чайковский (1840–1893).


В 1871 г., весной, в Москве состоялся первый авторский концерт П.И. Чайковского, который приблизил его к обеспеченной жизни. Чайковский полюбил Москву, она дала стабильный и хороший заработок (он служил профессором в Московской консерватории, зарабатывал в Музыкальном обществе и как рецензент, ему стали платить за исполнение произведений в концертах, были и иные доходы). Чайковский смог позволять себе любимые дела, вещи, удовольствия (музыка, слава, признание, комфорт во всем, шикарная одежда, курение в постели папирос, литовская водка, коньяк, карты-винт, крепкий чай с лимоном и коньяком, ландыши, мальчики и др.). И все-таки его тянуло в столицу – в Петербург, где жили братья и друзья, а в его пригородах на снятых на лето дачах он в разные годы результативно восстанавливал свои силы, гулял и черпал вдохновение при общении с природой, незаметно для самого себя избавлялся постепенно от следов наследственной болезни (его дед по линии матери Андрей Михайлович Ассиер, выходец из семьи французских эмигрантов, был эпилептик). П.И. Чайковский был несчастливым в личной жизни. Ученица Полины Виардо певица Дезире Арто предпочла ему другого еще до 1871 г.; брак с бывшей студенткой Консерватории Антониной Ивановной Милюковой оказался жутким мучением для него и завершился разводом; запутанными были отношения с очень богатой, на 9 лет старше его баронессой Надеждой Филаретовной фон Мекк (1831–1894); с 13 лет мальчики притягивали его внимание. Но он был беспредельно счастлив от музыкального творчества, пришедшей к нему при жизни большой славы. Однако нужно помнить и то, сколь способствовала финансовой поддержкой и разноплановой помощью композитору, полному раскрытию его музыкального таланта и признанию его гениальности любившая его (и по его инициативе никогда с ним не встречавшаяся) Н.Ф. фон Мекк. Нужно помнить и то, что, даже переехав и начав успешно работать в Москве, отдыхать и набираться летом сил Чайковский любил именно в окрестностях Петербурга.


Дальше к югу, около железнодорожной станции Любань, похоронен Павел Петрович Мельников (1804–1880), крупный ученый и практик в области железнодорожного транспорта, почетный член Петербургской АН (1858), автор первого русского теоретического труда по железнодорожному делу. В станционном сквере установлен бюст П.П. Мельникова.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Марьино


В нескольких километрах от Московского шоссе, вблизи деревни Андрианово, на берегу р. Тосно, находится усадебный ансамбль XIX в. – Марьино. В 1726 г. Андрианово купила М.Я. Строганова; в новом имении была создана усадьба. Ее внук и правнук расширили имение и переименовали его в ее честь – в Марьино. В конце XVIII в. Строгановы построили каменную церковь и каменный дворец. В начале XIX в. дворец был перестроен по заказу графа Г.А. Строганова и по проекту арх. А.Н. Воронихина (1759–1814 гг., незаконнорожденный сын графа А.С. Строганова). Усадебный комплекс создавался по задумке А.Н. Воронихина его учеником И.Ф. Колодиным, крепостным Г.А. Строганова. Усадебный дом был возведен в 1814–1819 гг. Подковообразный дом соединен с боковыми флигелями пониженной галереей. Центр дома венчает мезонин, перекрытый плоским куполом. Фасады крыльев украшены колоннадой дорического ордера на высоком цокольном основании. Четыре ризалита украшены четырехколонными портиками, поддерживающими выступающие балкончики. Усадебный дворец с выгнутым полукруглым фасадом, боковыми крыльями одноэтажных галерей и двухэтажной центральной частью, с подъездом, украшенным колоннами и чугунными львами являлся сооружением в стиле русского ампира. В 1820-х годах вместо старой каменной церкви по проекту крепостного архитектора П.С. Садовникова построили новую церковь в ложноготическом стиле. С 1820-х годов владельцами усадьбы Марьино стали князья Голицыны, при них новый каменный храм стал их фамильной усыпальницей. После 1917 г. усадьбу национализировали, в 1918–1927 гг. в ней действовал музей усадебного быта, его сменил в 1927–1930 гг. дом отдыха ученых, в 1930 г. в усадьбе разместили детский дом, в 1960-х гг. в господском усадебном доме организовали школу-интернат.

Владельцы Марьино менялись, но главными из них были бароны, затем графы Строгановы и князья Голицыны.


Строгановы были крупнейшими русскими купцами и промышленниками XVI–XX вв., вышли из поморских крестьян. Первым известным Строгановым был Аникей Федорович (1497–1570), его наследники стали организаторами похода Ермака. Григорий Дмитриевич Строганов (1656–1715) объединил все строгановские владения, его сыновья: Александр, Николай, Сергей, стали баронами с 1722 г. Особо прославился Александр Сергеевич (1733–1811), ставший графом (1760), президентом Академии художеств (с 1800 г.), членом Государственного совета (с 1810 г.).

Григорий Александрович Строганов (1770–1857) был бароном, впоследствии графом, действительным тайным советником, обер-камергером, членом Государственного совета (с 1827 г.), почетным членом Петербургской академии наук (с 1832 г.). Г.А. Строганов был влиятельным дипломатом, в 1812–1816 гг. был посланником в Стокгольме, в 1816–1821 гг. – в Константинополе. Он выступал в защиту христианских подданных Турции. Он был владельцем усадьбы в Марьино, и именно по его заказу арх. А.Н. Воронихин создал проект перестройки усадебного дворца.

1.4. Кировский район

Тосненский район на северо-востоке граничит с Кировским районом. В его северо-западной части протекает р. Нева, отделяющая его от Всеволжского района и Санкт-Петербурга. Нева на большом своем протяжении несет свои воды через Кировский район (вся ее длина 74 км, в том числе в черте Санкт-Петербурга 28 км). Нева вытекает из Ладожского озера и впадает в Финский залив Балтийского моря. Ветры, приводящие к нагону воды в Финском заливе и низовьях Невы, определяют подъем уровня воды в этой реке, и приводят иногда к серьезным наводнениям. Самые высокие подъемы воды в Санкт-Петербурге были в 1824 г. – на 410 см, в 1924 г. – на 369 см. Нева бывает скована льдом с декабря по конец апреля (или начало мая). Купальный сезон на Неве длится около 60 дней. У истока р. Невы находится город Шлиссельбург (Петрокрепость). Нева с давних пор имеет большое транспортное значение. Это единственный водный путь из Ладожского и Онежского озер в Балтийское море. Именно по Неве проходили северная ветвь пути «из варяг в греки» и торговый путь из Великого Новгорода в Балтийское море. Нева входит в состав Беломорско-Балтийского и Волго-Балтийского водных путей. Недалеко от истока Невы отходит влево Новоладожский канал, который идет в обход нередко бурного Ладожского озера.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Г.А. Строганов. Художница М.Л.Э. Виже-Лебрен. 1795 г.


На р. Неве, около устья р. Тосны, у г. Отрадное, находятся Ивановские пороги. Нева выходит из узкой горловины шириной до 200 м, расширяет русло до 1 км. Скорость ее течения достигает 4 м/с. Поблизости находится монумент Невский порог, установленный на рубеже обороны Ленинграда в 1941–1945 гг. У села Ивановское установлен гранитный обелиск в память о советских воинах, погибших в боях в 1942 г., именно здесь в августе 1942 г. были остановлены фашистские войска, устремившиеся к Ленинграду. Именно с берегов Невы в январе 1943 г. начались бои за прорыв блокады Ленинграда (Санкт-Петербурга), здесь, на левом берегу, у с. Марьино, в память об этом установлен танк.

Нева, ее берега и селения связаны со многими важными событиями русской истории, а их живописность привлекала и привлекает сюда россиян на жительство и проведение отдыха. Именно здесь при впадении в р. Неву р. Ижоры произошла одна из судьбоносных для русских битв, названная Невской битвой. В исторической местности Усть-Ижора (поселок городского типа в составе Колпинского района Санкт-Петербурга) установлен обелиск на месте Невской битвы, выигранной в 1240 г. русскими у шведов под руководством новгородского князя Александра Невского; сохранился храм во имя Александра Невского (XVIII–XIX вв.), сооруженный на месте Невской битвы. Битва на р. Неве (Невская битва) и состоявшаяся через 2 года битва на Чудском озере под Псковом (Ледовое побоище, 1242 г.) ярко доказали выдающийся полководческий талант князя Александра Невского. Звезда князя Александра Невского как искуснейшего военачальника взошла именно здесь, на Неве. В 1240 г. шведы, побуждаемые римским папой, двинулись на Новгород под предводительством королевского зятя Ярла Биргера. Под его командованием объединенный вражеский флот, на котором служили шведы, финны, норвежцы, вошел в Неву. Вражеское войско было многочисленным, хорошо вооруженным, уверенным в победе, поскольку у новгородцев большой и сильной дружины не было, а помощи им от других русских князей было ждать невозможно. Биргер прислал Александру надменное объявление войны: «Если можешь – сопротивляйся, знай, что я уже здесь и пленю твою землю». Шведские отряды на ладьях вошли в Неву, к устью Ижоры, и стали станом. Шведы остановились лагерем для отдыха на Неве. В таких неудачных для новгородцев условиях князь Александр принял смелое решение: напасть на недругов внезапно, биться до последней капли крови, защищая от врагов русскую землю, помнить, что с ним и его воинами помощь Божия. В ночь, предшествующую сражению, старейшине племени ижоры, принявшему православие Пелгусию, было чудесное видение, о котором он рассказал князю. На реке в лодке с гребцами он видел святых мучеников князей Бориса и Глеба, первый из них сказал: «Брате Глебе, вели грести скорее, да поможем сроднику своему, великому князю Александру Ярославичу».


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Храм Св. князя Александра Невского в Усть-Ижоре


Князь Александр с малой дружиной пошел на врага. Шведы не ожидали столь решительных и неожиданных боевых действий русских. Немногочисленная новгородская дружина в пух и прах разгромила значительно превосходящие ее силы противника, потери шведов были огромными, сам Александр нанес тяжелый удар по лицу Биргеру; потери русских были небольшими. В честь победы на Неве князя Александра прозвали Невским.


Александр Ярославич Невский (1220–1263) вошел в русскую историю как яркий борец за сохранение и усиление православия на Руси, в котором он видел основу и залог ее жизнеспособности, сохранения политической самостоятельности. Он был выдающимся полководцем: побеждая везде, он никем не был побежден. Был мудрым и ловким дипломатом (во имя интересов своего народа научился находить общий язык с ордынскими ханами, путем системы компромиссов с ними спас Русь от нравственно-духовного и политического порабощения, потери государственной самостоятельности). Был талантливым государственным деятелем, искусным и дальновидным правителем, понял необходимость подвига временного смирения в отношениях с Ордой (разумная временная покорность ордынцам давала определенные выгоды русским князьям и их подданным), был чрезвычайно смелым и очень красивым мужчиной.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Невская битва. Александр Невский наносит рану в лицо Биргеру. Художник А.Д. Кившенко. 1880-е гг.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Св. Александр Невский. Фреска Архангельского собора Московского Кремля. XVII в.


Александр, сын Ярослава Всеволодовича II, был князем новгородским в 1236–1251 гг., затем князем владимирским с 1252 г. Он своими блистательными победами над шведами (Невская битва, 1240 г.) и немецкими рыцарями (Ледовое побоище, 1242 г.) обезопасил западные границы Руси, спас ее от чужеземного владычества и католицизма. Побеждая западных врагов – немцев, шведов, литовцев, князь Александр Невский совершенно иначе вел себя по отношению к ордынцам, потому что понимал, что пока не пришло еще время и пока не хватает сил освободиться от ордынского ига. Александр Невский понимал, что ордынское иго было колоссальной бедой, их хана русичи были вынуждены почитать царем и платить ему «выход» – дань. Но ханы не вмешивались во внутренние дела Русского государства, не мешали ему увеличивать его территориальные владения (значит, и его экономическую и политическую силу), не вмешивались в религиозную жизнь русичей, давали определенные привилегии православным священнослужителям, неизбежно и независимо от ордынцев и их правителей притормаживался процесс вторжения на Русь западных рыцарских войск. Западные враги Руси ставили своей целью замену православия католицизмом (т. е. господство принципиально иной духовно-нравственной основы, насаждение другой социальной психологии), а также ликвидацию Русского государства как самостоятельного образования, его включение в состав иностранных владений, установление в нем правления администратора, поставленного ими. Все это заставляло Александра Невского сохранять терпимые отношения с ордынскими правителями, которые – надо отметить особо – уважали его смелость, мудрость, яркий полководческий талант, умение найти решения в казалось бы безвыходных ситуациях. Своими делами он как бы говорил: «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет».

Суровый в бою и изворотливый в политике князь Александр Невский по своей натуре был добрым человеком, хорошим семьянином. Женившись в 19 лет на дочери Брячислава Полоцкого – Александре, он жил с ней в любви и взаимопонимании. У них родились 5 детей (дочь и 4 сына, в том числе Даниил – будущий основатель династии московских князей), которых он трепетно любил. В 1241 г. Александр Невский простил поссорившихся с ним новгородцев, вернулся к ним княжить и защищать Новгород от немецких рыцарей. Взяв штурмом заложенную в 30 км от Новгорода крепость Копорье, он разрушил ее до основания, пленных рыцарей привез в Новгород, а затем отпустил их на волю. Умер он в возрасте 43 лет, возвращаясь из четвертой поездки в Орду (скорее всего его отравили, причем не ордынцы). Приняв монашество, он скончался в г. Городец-на-Волге. Александр Невский был причислен к лику русских святых в 1547 г.


Центром Кировского района является расположенный в 55 км от Петербурга на р. Неве город Кировск (24 тыс. чел.), имеющий в своем административном подчинении города Петрокрепость (Шлиссельбург) и Отрадное, а также поселки городского типа Павлово, Синявино, Мга. Кировск вырос из поселка Невдубстрой (по названию ближайшей деревни Невская Дубровка), возникшего в 1929 г. в связи со строительством Дубровской теплоэлектростанции (позже – ГРЭС-8 имени С.М. Кирова; ГРЭС – крупная государственная районная электростанция). Дубровскую электростанцию начали строить в 1931 г. по отечественному проекту, причем впервые без технической помощи иностранных специалистов, строили ее по инициативе и под контролем С.М. Кирова (Сергей Миронович Костриков, 1886–1934 гг.; с 1926 г. 1-й секретарь Ленинградского губкома/обкома и Северо-Западного бюро ЦК ВКП(б), с 1930 г. член Политбюро ЦК, член ВЦИК, ЦИК СССР и его президиума, пал жертвой террористического акта). Эту электростанцию, работавшую на торфе и сланцах, сдали в эксплуатацию в 1933 г., вывели на проектную мощность в 1940 г. Во время Великой Отечественной войны она была захвачена фашистами и сильно разрушена. В послевоенный период эта электростанция была восстановлена (1946), а затем реконструирована, превращена в работающую на природном газе ТЭЦ (вырабатывает электроэнергию, дает горячую воду). Поселок Невдубстрой в 1953 г. получил статус города, которому было присвоено имя С.М. Кирова. В Кировске есть музей прорыва блокады Ленинграда.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

ГРЭС-8 имени С.М. Кирова в Кировске. Проектный рисунок


Кировск и окружающая его территория изобилуют местами, рассказывающими о геройских сражениях здесь советских войск в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. По сути, на окраине современного Кировска (а тогда – окрестностях поселка Невдубстрой) находился так называемый Невский пятачок, небольшая территория, которую долго удерживали советские войска, где произошли кровопролитные бои за прорыв блокады Ленинграда. Здесь, в городе и его окрестностях, в послевоенный период был создан мемориальный комплекс, включающий ряд памятных объектов, знаков: памятник Рубежный камень, обелиск на братской могиле, на постаменте танк Т-34, на бетонном постаменте 76-миллиметровое орудие, Аллея Славы, памятник Призрачная деревня на месте уничтоженной деревни из 58 дворов Арбузово и другие.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Бой на Невском пятачке


На легендарном Невском пятачке в период 1941–1943 гг. на участке побережья Невы войска Ленинградского фронта около 400 дней вели кровопролитные бои, пытались прорвать блокаду Ленинграда. На участке земли площадью около 1,5 кв. км погибли более 50 тысяч советских солдат (в разных литературных источниках авторы называют от 50 до 200 тыс. погибших советских воинов). Советские воины на Невском пятачке на 2 года задержали вражеские войска, не дали им продвинуться вперед. В сентябре 1941 г. началась блокада Ленинграда немецко-фашистскими войсками. Советский десант из поселка Невская Дубровка (на территории современного Всеволжского района) на правом берегу Невы сумел форсировать эту реку под жутким огнем противника и захватить узкую прибрежную полосу (2,5 км × 700 м) на захваченном фашистами левом берегу, впоследствии ее размер уменьшился. Шли бесконечные кровопролитные бои за этот плацдарм, куда ночью с правого берега старались посылать подкрепления, ведь его защитники в массе своей гибли; незначительную часть раненых успевали переправить на занятый советскими войсками правый берег, большинство раненых умирали на этом Пятачке. К весне 1942 г. стало почти невозможным посылать подкрепление на этот Пятачок, а ледоход помог гитлеровцам овладеть им. В сентябре 1942 г. советские войска снова форсировали Неву, Невский пятачок был возрожден, снова продолжились бои за него. С сентября 1942 г. до февраля 1943 г. советские воины на Пятачке отразили не менее 300 вражеских атак. Фашистское командование стянуло к этому месту значительные воинские силы, отведя их из Марьино, что позволило советским войскам именно в Марьино начать и 18 января 1943 г. успешно завершить операцию «Искра» по прорыву блокады Ленинграда. После боев на Невском пятачке не было живого места для растительности, была смесь костей, металла и земли. О событиях в этих местах напоминают установленные здесь памятники, обелиски, православная часовня и захоронения праха более 17 тысяч советских воинов, а также сохраненные части военных траншей, ходов, воронок, следы оборонных сооружений. Создан мемориал «Невский пятачок», который входит в состав комплекса памятных сооружений на бывших рубежах обороны Ленинграда, названный «Зеленый пояс Славы» (он начал создаваться в 1960-х гг. по инициативе поэта М. Дудина).


В 5 км выше компактной застройки Кировска, как уже отмечалось, расположена историческая местность с поселком Марьино. В районе селения Марьино (откуда фашисты вывели ощутимую часть своих сил ради захвата Невского пятачка) 18 декабря 1943 г. войска Ленинградского фронта разорвали 900-дневную блокаду Ленинграда, переправились через Неву, соединились с войсками Волховского фронта. Сейчас здесь переброшен через Неву железобетонный разводной Ладожский мост, который служит своеобразным визуальным памятником прорыва блокады Ленинграда. Около одной из его опор установлен танк Т-34, участвовавший в операции «Искра» по прорыву блокады Ленинграда. В пандусе моста находится музей-диорама «Прорыв блокады Ленинграда» (открыт в 1985 г.). Перед фасадом музея открыта (с 2003 г.) экспозиция боевой техники тех военных лет.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Берега Ладожского озера


Территория Кировского района во многих его частях сильно заболочена. Издавна были известны торфяные болота в пределах Приневской и Приладожской низин. В болотистой местности (к юго-востоку от Кировска и Шлиссельбурга) находятся поселок Синявино и многочисленные окружающие его садовые товарищества, возникшие после 1960-х гг. У Синявино есть две братские могилы, в которых похоронены 9 тысяч советских воинов, павших в боях на Синявинских высотах. Синявинские высоты – единственное возвышенное место здесь; в период Великой Отечественной войны здесь шли кровопролитные бои, гибли тысячи советских воинов, до последней капли крови и до самых последних сил отстаивавших свою землю. На Синявинских высотах во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. фашисты создали сильную оборонительную систему. Прорыв ее в январе 1943 г. обеспечил выход советских войск к р. Неве.

Топонимы Синявино, Синявинские высоты возникли по фамилии дворян Синявиных, которые в царский период владели землями в этих местах, их род дал России известных флотоводцев.

В этой части Кировского района есть интереснейший геологический памятник, единственный подобного рода в Ленинградской области. Это глубокий каньон реки Лава (впадает в Ладожское озеро, ее протяженность почти 50 км), который тянется от деревни Васильково до деревни Подолье. Каньон имеет длину порядка 6–7 км, заканчивается в Приладожской низменности. Можно увидеть выходы древних пород, а некоторым удается найти окаменевшие образцы палеофауны или их отпечатки в местной породе. Это благодатное место для палеонтологов, особенно для палеогеографов.

Кировский район, как и 4 другие района Ленинградской области (Всеволожский, Приозерский, Волховский, Лодейнопольский), выходит к Ладожскому озеру, которое с давних времен считается неспокойным, даже опасным для путешествий (одно из самых проблематичных для безопасности плаваний озер мира). На Ладожском озере бывают сильные штормы, густые туманы, грозы, смерчи, шаровые молнии, НЛО. Вероятностью этих и других неприятностей оно с давних пор пугает людей, и если есть возможность, заставляет их обогнуть по суше это коварное озеро. Еще в давнем прошлом россияне поняли, что рядом с озером нужно строить обходной канал. Под руководством фельдмаршала Б.К. Миниха построили первый обходной канал, затем – более глубокий, Новоладожский, канал. В прошлом по каналам, в том числе и этим, суда ходили на бечеве, бурлаки на берегу тянули суда, потом стали использовать конную тягу. Строительство железных дорог способствовало упадку этих каналов. Сейчас Староладожский канал сохранился частично, а Новоладожский канал используют для плавания малых судов.

Ладожское озеро больше похоже по размерам и характеру на море. Ладожское озеро – это самое крупное пресноводное озеро в Европе, отличающееся возможностью довольно сильных штормов (особенно в конце лета и осенью), значительными глубинами и редчайшей живописностью берегов. Площадь озера 17,7 тыс. кв. м, максимальная длина – 219 км, средняя ширина – 83 км, средняя глубина – 50 м (но максимальная глубина – до 230 м в северной части). В июне – июле вероятность сильных штормов наименьшая. Ладожское озеро замерзает в декабре – феврале и вскрывается ото льда в марте – апреле, толщина льда от 50 до 110 см. Купальный сезон длится от 30 до 60 дней. Средняя температура у поверхности воды в августе 16 °C (максимальная – 24 °C). Ладожское озеро богато рыбой; здесь обитает 58 видов и разновидностей рыб (30 из них имеют промысловое значение), в том числе ценные – лосось, форель, сиг, ряпушка, судак, корюшка, лещ, плотва. В северной части Ладожского озера находятся два архипелага островов: Валаамская группа (свыше 50 островов) и Мантсинсари (около 40 островов). Озеро имеет почти 660 островов, из них свыше 500 расположены в северной его части, крупнейшие из них Мантсинсари, Валаам и Коневец (последние два известны своими православными монастырями). В Ладожское озеро впадает 35 рек, крупнейшие из них – Свирь, Волхов, Вуокса, из него вытекает р. Нева. Озеро входит в систему Волго-Балтийского водного пути и Беломорско-Балтийского водного пути.

Ладожское озеро используется для водоснабжения, рыболовства, рекреационных целей, судоходства. Хозяйственное использование Ладожского озера имеет давнюю историю. С VII в. через Ладожское озеро, которое раньше называли и Нево, и просто Ладога, проходил водный торговый путь «из варяг в греки» (особенно интенсивно он использовался в IX–XII вв.); он связывал Северную Русь с Южной, Скандинавию, Прибалтику с Византией. В петровские времена транспортное значение Ладоги увеличилось. Тогда на берегах озера построили верфи, новые поселения, начали строить каналы. Штормы осложняли судоходство по Ладожскому озеру. Чтобы улучшить транспортную ситуацию по южному берегу Ладоги, построили обходные каналы. Во время сооружения Мариинской водной системы для обхода бурного Ладожского озера построили в 1718–1731 гг. Староладожский, а в 1866–1883 гг. Новоладожский каналы. С открытием в 1964 г. Волго-Балта водный путь стал проходить непосредственно по Ладожскому озеру.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дорога жизни


Ладожское озеро имело важное значение в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Водные перевозки, осуществлявшиеся Ладожской флотилией, пока озеро не было сковано льдом, а зимой автомобильные перевозки по льду озера были единственным транспортным каналом между осажденным Ленинградом и страной. Этот путь назвали Дорогой жизни, которая сыграла выдающуюся роль в снабжении и обороне Ленинграда. Водники и шоферы, осуществлявшие перевозки, подвергались сами, как и их пассажиры и перевозимые грузы, огромной опасности, обстрелы с воздуха и земли были обычным делом, немало смельчаков и грузов ушло на дно в тот страшный военный период. Дорога жизни сыграла исключительно важную роль в спасении Ленинграда, его жителей, стала примером неиссякаемых смелости и мужества советских и главным образом русских людей.

Давнее хозяйственное использование озера привело к его существенному загрязнению. В связи с необходимостью борьбы с загрязнением Ладожского озера был установлен особый водоохранный режим в пределах его водосборного бассейна. В 1989 г. в Санкт-Петербурге был организован Общественный комитет спасения о. Ладоги и р. Невы.

У истока р. Невы, в 64 км от Санкт-Петербурга, находится город Шлиссельбург. Его исторической цитаделью является крепость на о. Ореховом, основанная в 1323 г. (ей 690 лет в 2013 г.). Город, как и крепость, менял свое название: 1323–1611 гг. – Орешек, потом до 1702 г. – Нотебург (Ореховый город), до 1944 г. – Шлиссельбург, 1944–1992 гг. – Петрокрепость, затем, с 1992 г., снова Шлиссельбург. Этот город имеет немногочисленное население (около 10 тыс. человек). Шлиссельбург сложился из посада Шлиссельбургской крепости в основном во второй половине XVIII в. Он в 1780 г. получил статус города. Шлиссельбург остается своего рода памятником царю Петру I и Б.П. Шереметеву, как смелым воинам, вернувшим эту крепость России и поставившим ее служить ей. В 1702 г. под руководством Б.П. Шереметева русские войска овладели крепостью Нотебург.


Борис Петрович Шереметев (1652–1719) происходил из древнего боярского рода, был мудрым человеком, выдающимся полководцем, сподвижником царя Петра I, основателем знаменитой фамилии Шереметевых, ловким дипломатом, первым российским графом (1706 г., графский титул ему первому в стране дал царь Петр I), одним из первых русских масонов. Шереметев служил при царском дворе с 13 лет, потом поступил на военную службу, стал боярином в 30 лет. В 29 лет он стал тамбовским воеводой, воевал с крымскими татарами, участвовал в Крымских походах, которые возглавлял князь В.В. Голицын (1687, 1689), участвовал в переговорах (1684–1686) о заключении «Вечного мира» с Польшей. После отстранения от власти царевны Софьи оказался среди сторонников царя Петра I. К моменту утверждения Петра I на престоле Шереметев был на 20 лет старше молодого царя. Хотя Петр I не жаловал бояр и родовитое дворянство, он приблизил боярина Шереметева к себе. Шереметев был порядочным человеком, был европейски образован, наделен дипломатическим умом, обладал полководческим талантом. Шереметев во всех делах оставался думающим человеком, никогда не был царским холуем. Для Шереметева военачальника была характерна осторожность, основательность в подготовке и организации военных действий. Он в первую очередь думал об интересах Отечества, жизни и благополучии его солдат, у которых он пользовался заслуженной популярностью. Для него было важно не побыстрее получить победу в бою, в военной кампании, не захватить побольше добычи, а отстоять интересы России при минимуме потерь (берёг солдат, лошадей, орудия и т. п.).

Шереметев был предан царю Петру I, но не все его дела одобрял. Он сохранял с царем только официальные отношения, не опускался до фамильярных, дружеских обращений (как А.Д. Меншиков или Ф.М. Апраксин), избегал буйных застолий, не участвовал в пьяных разгулах и сомнительных развлечениях, столь любимых молодым царем. Как военный человек, он выполнял приказы царя, но порой страдал оттого, что ему приходится исполнять спорные приказы Петра I. Шереметев не любил воевать с соотечественниками, тем более – с простым людом. Но когда в 1706 г. в Астрахани вспыхнуло восстание и Петр I отправил его на подавление этого восстания, фельдмаршал был удручён. Шереметев пытался миром успокоить восставших, но они не поддались уговорам. Ему пришлось стать грозным и жестоким. Он подчинился приказу царя, воевал с соотечественниками, хотя и не хотел этого делать, навел порядок в Астрахани. Шереметев считал, что за участие в этом карательном деле он со временем получил кару Божию. После трудных переговоров с турками-османами в новой военной кампании пришлось оставить у них в Царьграде в качестве заложника сына Шереметева – полковника Михаила, способного военачальника. М.Б. Шереметев в Россию живым не вернулся, его кончина (1714) стала непоправимым горем для Б.П. Шереметева.

Шереметев принимал разумные новшества, смолоду не носил бороду, был западником. Тем не менее он не считал полезным слепо копировать в России западные новации; считал, что их нужно знать, но разумно применять в русской практике, приближая их к реалиям России. Он был очень богатым и рачительным хозяином-земледельцем.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Б.П. Шереметев. Гравюра XIX в.


Шереметев симпатизировал царевичу Алексею Петровичу (1690–1718), не участвовал в суде (1718) над ним, поскольку не желал осуждать его. Шереметев, если не желал участвовать в каком-либо скользком деле, обычно говорил, что он болен, и оставался дома; его проверяли, но он умел доказать свою болезнь. Своим детям и внукам он наказывал в сомнительных ситуациях сказываться больными и оставаться дома.

Шереметев был дважды женат, в период военных походов имел (так было раньше и позже) полевых жён – временных жен-простолюдинок. В домашнем услужении у 50-летнего фельдмаршала в 1702 г. была 18-летняя Марта Скавронская, ставшая со временем подругой А.Д. Меншикова, а затем и самого царя Петра I, а еще позже – его официальной женой, императрицей Екатериной I. После смерти первой жены Шереметев был вдовцом 30 лет, к 60 годам пресытился светской жизнью и решил стать монахом, но царь Петр не допустил этого, сосватал ему молодую красивую невесту – Анну Петровну Нарышкину, родственницу царя (Анна Петровна, в девичестве Салтыкова, была вдовой дяди Петра I – П.К. Нарышкина). Второй брак Шереметева был счастливым, родились дочь и 3 сына. Он полностью отошел от государственных дел, жил с 66 лет в Москве на покое, был всеми уважаемым человеком. К этому времени царь Петр I почти его забыл; Шереметев тяжело переживал холодное отношение царя к нему. Он понял, что Петр I использовал его и забыл уже бесполезного ему старого человека. Детям и внукам он давал понять, что государи и начальники просто людей, как правило, не ценят, им нужны дельные помощники-специалисты, которых они используют, а потом обычно безжалостно вычеркивают из своей памяти.


Собственно Шлиссельбургская крепость, ныне музейный объект, находится на Ореховом острове, в истоке р. Невы, в определенном удалении – на расстоянии 200 м – от основного массива застройки города Шлиссельбурга. Этот город в значительной мере расположен на островах, которые омывают воды Невы, Ладожского озера, Староладожского, Новоладожского, Малоневского каналов. Шлиссельбургская крепость Орешек расположена между двух рукавов Невы; за островом Ореховым начинается Ладожское озеро. У выхода в Неву старого Ладожского канала сохранились уникальные инженерные сооружения; 4-камерный гранитный шлюз (1836) и мост на колоннах (1832). Сохранилось небольшое число и других интересных в архитектурно-художественном плане строений XVIII–XIX вв., среди них Благовещенский собор (1764) с колокольней, Никольская церковь (1770), часовня во имя Казанской Божией Матери, Гостиный двор; установлен памятник царю Петру I (1957 г., скульптор М.М. Антокольский).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Шлиссельбургская крепость


Предтечей г. Шлиссельбурга была крепость на о. Ореховый, которую новгородцы построили в 1323 г. для борьбы с экспансией шведских феодалов; при ней образовался посад. В 1352 г. крепость была отстроена в камне; в 1410 г. ее расширили, в конце XV – начале XVI в. перестроили (она имела 10 башен, из них сохранились 5, цитадель, внутренний канал-гавань). Стены и башни крепости были возведены у самой воды, чтобы противнику не было места для высадки воинов и установки стенобитных машин. Крытый боевой ход шел по периметру крепостных стен; башни были выдвинуты вперед, с них начинали обстреливать высадившегося на берег противника. В прошлом крепость Орешек считалась одной из самых неприступных в мире.

В сентябре 1611 г. эта крепость была блокирована шведскими войсками, в мае 1612 г. ее русский гарнизон был вынужден сдаться (из 1300 её защитников в результате блокады и военных действий уцелели не более 100 человек). После того как крепость Орешек взяли шведы, она стала называться Нотебург. В период Северной войны (1700–1721) в 1702 г. русские войска захватили эту крепость и вернули ее России; в штурме крепости в качестве бомбардирского капитана участвовал царь Петр I. 10 дней русское войско под командованием генерал-фельдмаршала Б.П. Шереметева бомбардировало крепость, затем ее взяли штурмом. Царь Петр I назвал эту крепость Шлиссельбург («ключ-город»). Это была первая победа России в Северной войне. День этой победы – 11 октября 1702 г. – считают датой основания города Шлиссельбурга. Городу Шлиссельбургу в 2012 г. исполнилось 310 лет. В 1703–1715 гг. по чертежам Петра I в крепости были сооружены 5 земляных бастионов; в 1740–1765 гг. они были перестроены в камне, соединены куртинами, кроме того, был воздвигнут 6-й бастион. В конце XVIII – начале XIX в. Шлиссельбургская крепость утратила свое военное значение. В конце XVIII в. она была перестроена, а в начале XIX в. – разоружена.

С начала XVIII в. крепость на о. Ореховом стали использовать как «государеву тюрьму», в нее были отправлены некоторые члены царской семьи, опальные царедворцы. Из этой тюрьмы не возвращались, сбежать из нее никому не удалось. Среди самых знаменитых узников этой тюрьмы в XVIII в. были сестра Петра I царевна Мария Алексеевна (была обвинена в участии в заговоре царевича Алексея, сына Петра I), первая жена Петра I Евдокия Лопухина (содержалась здесь после его смерти по воле Екатерины I). По воле императрицы Анны Иоанновны здесь сидели фактически посадившие ее на русский трон члены Верховного тайного совета и авторы «кондиции» об ограничении царской власти князья братья Долгоруковы и князь Дмитрий Голицын, после смерти Анны Иоанновны здесь держали ее фаворита курляндского герцога Э.И. Бирона. При императрицах Елизавете Петровне и Екатерине II узником этой тюрьмы был свергнутый в младенческом возрасте император Иоанн VI Антонович, который здесь в возрасте 24 лет был убит в результате заговора поручика В.Я. Мировича. В этой крепости-тюрьме в конце XVIII в. были заточены писатель-просветитель Н.И. Новиков, просветитель Ф.В. Кречетов, во второй четверти XIX в. – декабристы Н.А. и М.А. Бестужевы, В.К. Кюхельбекер, И.И. Пущин и др., а еще позже – петрашевцы, революционеры 1860-х гг., народники 1870-х гг., народовольцы. В 1884 г. в специально пристроенном одиночном корпусе здесь содержали известных тогда народовольцев Н.А. Морозова, Г.А. Лопатина, И.Н. Мышкина, В.Н. Фигнер. В конце XIX – начале ХХ в. в крепости-тюрьме были казнены многие революционеры, в том числе теоретик анархизма, один из идеологов революционного народничества М.А. Бакунин, А.И. Ульянов (казнен здесь вместе со своими товарищами, брат В.И. Ульянова-Ленина). Во время революции 1905 г. всех заключенных из тюрьмы выпустили, но после поражения восстания тюрьма снова стала функционировать. В 1907–1917 гг. здесь размещался каторжный централ (тюрьма с особо строгим режимом), куда направлялись особо опасные политические заключенные и уголовники из других тюрем. После февральских событий 1917 г. восставшие рабочие Шлиссельбурга освободили всех узников крепости-тюрьмы (политических и уголовников) и сожгли тюремные корпуса. В 1928 г. Шлиссельбургскую крепость превратили в филиал музея революции в Ленинграде, с 1960-х гг. – это филиал Музея истории Санкт-Петербурга. В период военных действий 1941–1945 гг. защитники крепости выдержали 16-месячную осаду, не дали врагу занять правый берег Невы и ликвидировать Дорогу жизни через Ладожское озеро. Защищавший крепость отряд моряков проявил исключительное мужество. Вынести все это было для защитников крепости чрезвычайно трудно. Ведь собственно город Шлиссельбург был в сентябре 1941 г. оккупирован фашистами; день захвата Шлиссельбурга фашистами – 8 сентября 1941 г. – считают днем начала блокады Ленинграда. Большинство защитников крепости погибли, но фашисты не смогли овладеть ею. Защитники крепости не позволили фашистам замкнуть с востока кольцо блокады Ленинграда. Немногочисленный гарнизон крепости в январе 1943 г. огнем поддерживал советских воинов, штурмовавших Шлиссельбург. Город подвергся очень сильному разрушению при прорыве блокады Ленинграда в январе 1943 г.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Медаль в честь взятия Нотебурга. 1702 г.


В процессе восстановительно-реставрационных работ были восстановлены Королевская (Нарышкина) башня, бывшая Старая тюрьма (XVIII в.), так называемый народовольческий корпус (1882–1883). Желающие могут посетить бывшую Старую тюрьму (Секретный дом), где в 10 одиночных камерах воссоздан тюремный интерьер разных веков, а самые смелые могут спуститься в бывшие тюремные подземные казематы. Ивановский собор (собор Рождества Святого Иоанна Предтечи, 1824–1829 гг.) оставлен в руинах как памятник последней войны. На территории Шлиссельбургской крепости находятся братская могила русских солдат, павших при штурме Нотебурга в 1702 г.; установлен обелиск на братской могиле защитников крепости в 1941–1943 гг. (1946), устроен мемориал «Клятва» (открыт в 1985 г.) советским воинам – защитникам Шлиссельбургской крепости в 1941–1943 гг. Собственно в городе Шлиссельбурге с 1990 г. работает Музей истории города Шлиссельбурга. От Невы начинаются Староладожский и Новоладожский каналы; вдоль Староладожского канала через весь город тянется старинный бульвар.

За свою долгую историю Шлиссельбургская крепость видела чрезвычайно много бед, смертей, гибель людей. Здесь был убит заложник своего царского происхождения, свергнутый император Иван Антонович (что напоминает о минусах близости с власть имущим кланом).


Император Иван (Иоанн) VI Антонович (1740–1764) был в младенчестве только год российским императором (1740–1741), а затем 23 года он содержался в заключении в тюрьмах только потому, что мог претендовать на российский престол. Он стал своего рода русской «железной маской», здесь он был убит. Жизнь этого человека еще раз подтверждает старую истину о том, что близость или родство с власть предержащим лицом (лицами), хотя и таит в себе огромные материальные, административные и властные возможности, но содержит и большую опасность оказаться в немилости, в опале, в ссылке, потерять свободу, а то и лишиться жизни. Как показывает история, в борьбе за власть или даже в надежде на ее получение люди нередко оказываются жертвами обстоятельств или идут на чудовищные преступления во имя шанса обретения верховной власти, а затем сохранения ее.

Иван Антонович был двоюродным внуком императрицы Анны Иоанновны – родной племянницы императора Петра I, ставшей вслед за императрицей Екатериной I (вдовой Петра I) и затем императором Петром II (внуком Петра I) первым лицом в России. У Анны Иоанновны была сестра Екатерина, имевшая дочь – родную племянницу императрицы. Разойдясь с мужем, Екатерина вернулась в Россию, ее дочь с 1733 г. приняла православие и была названа Анной Леопольдовной (1718–1740). В 1739 г. она вышла замуж за Антона-Ульриха Брауншвейгского, у них родился сын Иван Антонович; в 1740 г., когда императрица Анна Иоанновна умерла, ее двоюродному внуку было два месяца. Анна Иоанновна в завещании назначила внука своей сестры – Ивана Антоновича – своим преемником, а регентом при нем своего фаворита Э.И. Бирона (который отстранил родителей младенца-царя от государственных дел, вынудил его отца подать в отставку, а Анну Леопольдовну собирался выслать из России). После ареста Э.И. Бирона Анну Леопольдовну провозгласили великой княгиней и правительницей государства при двухмесячном царе Иване Антоновиче. В результате дворцового переворота в 1741 г., который сделал дочь Петра I Елизавету русской императрицей, Анну Леопольдовну с мужем и их детьми арестовали, сослали на Север, в Холмогоры. А Ивана Антоновича заключили в Шлиссельбургскую крепость, в 1764 г. его убили (в соответствии с приказом Екатерины II) во время попытки поляка В.Я. Мировича освободить его.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Иоанн Антонович в детстве. Гравюра XIX в.


Иван Антонович с младенчества жил под стражей, в тюрьме. Пребывание длительное время в ограниченном пространстве сделало из него человека недалекого, плохо излагавшего свои нехитрые мысли, все доступные радости которого ограничивались хорошим питанием. Императрица Елизавета Петровна, переодевшись в мужской костюм, дважды встречалась с ним; она решала – не освободить ли его из темницы и не стоит ли ей, официально бездетной женщине, изменить в его пользу завещание. Но убедившись в мизерности его интеллектуального уровня, отказалась от этих намерений. Позже, в начале своего правления, императрица Екатерина II также посетила, переодевшись в мужское платье, Ивана Антоновича в Шлиссельбургской крепости. Она поняла, что этот человек опасным для нее претендентом на российский престол не является; но именем этого малоразвитого, косноязычного молодого мужчины в России может быть поднята очередная смута, можно ожидать переворота под предлогом возвращения его на престол во имя реальной власти в стране других людей. Вот почему она подписала приказ убить Ивана Антоновича, если кто-либо попытается его освободить из тюрьмы (что и было сделано). Похоронили Ивана Антоновича тайно в Шлиссельбурге, в глухом месте, у стены, причем могилу его сровняли с землей; впоследствии там устроили для заключенных церковь во имя Апостола Филиппа.


В западной части Кировского района, в 40 км от Петербурга, на р. Неве, при впадении в нее р. Тосмы, расположен город Отрадное (22 тыс. чел.). Этот город был образован в 1970 г., когда объединили в один населенный пункт местные поселки городского типа Отрадное, Усть-Тосна, Семеновское. Места эти известны как заселенные русскими с начала XVII в. Здесь около «порогов» жили русские. Во времена шведского владычества здесь первое поселение русских в письменных источниках упоминается в 1708 г. При императрице Елизавете Петровне этими местами владел князь Долгоруков, у жены которого ее купил в 1762 г. действительный тайный советник Иван Иванович Неплюев, игравший при императрице Екатерине II важную роль. Когда она вместе с войсками отправилась в Петергоф официально занять отнятый ею у мужа Петра III престол, то Неплюеву поручила оберегать цесаревича Павла и Петербург. Неплюев на мызе Ивановской создал усадьбу с доходным хозяйством. Он был хорошим хозяином, здесь в 1758 г. завел хлебопашество, создал огороды, оранжереи, плодовый сад, открыл конный завод, построил барский дом и храм. Он пригласил к себе тогда известного сочинителя И.И. Голикова, который долго жил на его мызе Ивановской и с его слов написал свой знаменитый труд «Деяния Петра Великого». Имение Ивановское у сына Неплюева, Н.И. Неплюева, купила в 1784 г. императрица Екатерина II. В тот год 55-летняя императрица очень переживала смерть 26-летнего красавца Александра Дмитриевича Ланского, камергера, генерал-поручика, который 5 лет был ее фаворитом. Екатерина приезжала сюда, сожалела о кончине Ланского. Она поселилась здесь с сестрой Ланского Кушелевой, вела какое-то время уединенную жизнь. Но жизнь брала свое, печаль о Ланском исчерпалась, поскольку без любви и молодых фаворитов она жить не могла, и вернулась к прежней деятельной и любвеобильной жизни.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Дворец в Пелле. Рисунок Дж. Кваренги. Начало XIX в.


Купив имение Ивановское, Екатерина II якобы назвала эту местность Пелла, так в давности эти места называли финны. Есть и другое мнение: Екатерина назвала местность Пеллой в честь своего любимого внука Александра, в мыслях о том, что он будет подобен Александру Великому, родившемуся в Пелле (столице древней Македонии). Екатерина II приказала архитектору И.Е. Старову воздвигнуть в ее имении Пелла роскошный замок (1785–1794) и создать огромный сад с прудом. Дворцовый комплекс состоял из замка, нескольких отдельно стоявших жилых строений, хозяйственных служб, оранжерей. Был разбит сад в английском стиле, вырыты пруды. Из-за войны с Турцией и связанного с этим недостатка финансовых средств завершение строительства дворца было приостановлено. После смерти Екатерины II ее сын – новый император Павел I – велел разобрать почти готовый дворцовый комплекс и разобранный материал использовать для строительства в Петербурге его Михайловского (Инженерного) замка. На месте дворца возвели казармы. До 1868 г. здесь стояли конно-артиллерийские легкие бригады и казачьи полки. В 1878 г. под надзором в казармах жили более 1000 пленных турок. Поселение Пелла со временем стало деревней Ивановской. Владельцы имения менялись, среди них был владелец близлежащего села Усть-Тосна, известный петербургский меломан Мартынов, который купил это имение на выигранные им в карты деньги, построил здесь красивый дом, создал парк и сельскохозяйственные угодья. Но вскоре его новый дом сгорел, он умудрился снова выиграть деньги и снова выстроил дом. Но, наживаясь на чужой страсти к картам и умея шельмовать, он, любитель легких по добыче денег, счастливым не был, долго не жил. Мыза Ивановское в XIX в. принадлежала и известному предпринимателю с трагической судьбой Савве Тимофеевичу Морозову (1862–1905), построившему здесь медепрокатный завод и заводской поселок при нем. В прошлом почему-то большинство владельцев и жителей Ивановского-Пелле счастливыми не были, их жизнь не была долгой.

1.5. Всеволожский район

Кировский район граничит с Всеволожским районом, также выходящим к Ладожскому озеру. Особенностью этого района является торфоразработка, начавшаяся здесь в конце XIX в. В советский период дважды всеволожский торф был главной топливной базой Петербурга: в первые годы после переворота 1917 г. и в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Сейчас торф в небольшой доле используется как топливо, больше он используется в качестве концентрированного удобрения. Еще одной отличительной чертой этого района являются обширные лесопарки, в том числе Невский лесопарк, простирающийся на правом берегу Невы между поселениями Новосаратовка и Овцино; его площадь превышает 600 га.

Центром Всеволожского района является малый по людности город Всеволожск (менее 30 тыс. чел.), удаленный на 24 км от Петербурга, расположенный на Карельском перешейке, у подножия Румболовских высот. В XVIII в. здесь была мыза Рябово, подаренная царем Петром I после Северной войны А.Д. Меншикову; в 1774–1779 гг. владельцем мызы был барон И.Ю. Фредерикс; в 1818 г. мызу купил камергер В.А. Всеволожский. В 1892 г. около Рябово прошла линия железной дороги, в 1885 г. открыли железнодорожную станцию Всеволожская, появился поселок, получивший в 1963 г. статус города. В годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. через Всеволожск проходила легендарная Дорога жизни, соединявшая блокадный Ленинград с незахваченной советской территорией. Об этих геройских годах в городе напоминают многие памятники Пояса Славы: Цветок жизни, Румболовская гора, Катюша, Паровоз, Разорванное кольцо и другие.

Современный Всеволожск прежде всего известен своими курортными функциями. Этому благоприятствует микроклимат, который создает Колтушская гряда, защищающая Всеволожск и его окрестности от холодных ветров с Ладожского озера. Об истории и жизни Всеволожска и его окрестностей рассказывает работающий в нем Историко-краеведческий музей. В этом городе и его окрестностях есть несколько любопытных исторических местностей, среди них Рябово и Приютино. В районе Румболовских высот в XVIII–XIX вв. была усадьба Рябово. В 1818 г. мызу Рябово купил один из самых деятельных, предприимчивых людей России В.А. Всеволожский, который здесь за 4 года создал доходное имение с роскошной барской усадьбой-дачей и развитым садово-парковым хозяйством, с большим числом самых разных строений, оранжерей (где поспевали персики, виноград, ананасы, самые разные овощи), были 2 завода, мастерские по производству инструментов и станков, паровая мельница, было развернуто первое в России производство газа для освещения и производственных нужд. Он устроил на Рябовских полях ирригацию и канализацию, стал сеять сахарную свеклу (свекловицу), построил небольшой завод, на котором стали производить свекловичный сахар.


Князь Всеволод Андреевич Всеволожский (1769–1836) был отставным гвардии ротмистром, астраханским вице-губернатором, камергером, сыном пензенского воеводы. В.А. Всеволожский осознавал, что в России деньги определяют положение человека в обществе, поэтому бережно относился к тому, что ему досталось от отца, имел хорошие отношения с богатыми родственниками, стал наследником своего состоятельного дяди сенатора Всеволода Алексеевича Всеволожского (умер в 1796 г.), женился на милой, да еще с солидным приданым Елизавете Никитичне Бекетовой. Он также увеличивал свое состояние благодаря разумно поставленной работе своих медно– и чугуноплавильных заводов на Урале, своих соляных промыслов и рыбной ловли, ещё благодаря принадлежавшим ему золотоносным пескам в Верхотурье. Он стал одним из богатейших людей в России, его называли «петербургский Крёз» (Крёз, 596–546 гг. до н. э., последний царь Лидии, обладавший баснословным, сказочным богатством). Всеволожский не просто упивался своим богатством, а результативно – во благо себе и России – использовал свои огромные средства: он пустил по Волге пароходы, первым дал пример длительных поездок на них по Волге, организовал выделку железа английским способом, занимался разработкой каменного угля на Урале, открыл золотые россыпи по р. Сосве, содержал типографию, где печатали книги на разных языках.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

В.А. Всеволожский. Художник Дж. Доу. 1820-е гг.


Всеволожский первым начал успешно производить рафинирование свекловичного сахара в Рябово. Когда в Петербурге возникло Газовое общество в 1830-х гг., Всеволожский устроил в Рябово чугунолитейный завод, на котором отливка труб обходилась вдвое дешевле купленных в Англии. В усадьбе Рябово он создал обширный парк с большими оранжереями; выросшие в них редкостные для северных мест фрукты он ежегодно на Новый год преподносил как подарок императрице на золотом блюде. В его регулярном парке были ухоженные аллеи, каналы, фонтаны, беседки. Усадебный 2-этажный дом-дворец состоял из 160 комнат. На праздники на 3 дня к нему в Рябово приезжали со слугами 500 – 1000 человек, которых расселяли в двух гостиничных флигелях. В обычные дни за обеденный стол у Всеволожского в Рябово садились до 100 человек. Рассказывали чуть ли не легенды о том, чем потчевали гостей (свежей земляникой в декабре, осетрами из котла и т. п.). Хозяина и его гостей развлекали крепостные музыканты, актеры, певчие, слуг было не менее 400 человек.

Сыновья В.А. Всеволожского, любившие беззаботную светскую жизнь, выросшие в богатстве, не приученные к труду и мыслям о дельном использовании семейных средств, не смогли продолжить успешные предпринимательские дела их отца. После смерти В.А. Всеволожского за долги его сыновей все отцовские заводы, солеварни, другие владения поступили в казну. Часть усадебных Рябовских земель продали под дачи. Постепенно из дачных участков и поселков образовался поселок Всеволожский, ставший затем городом. От бывшей шикарной усадьбы Всеволожских мало что осталось: парк на Румболовой горе с остатками усадебного Красного замка (построенного в XVI–XVII вв. шведами, поэтому второе его название – Шведский замок; по другой версии, это дом, построенный в XIX в. для научных занятий и опытов сына Всеволожского – Павла Всеволодовича; в советское время в нем был цех резинотехнических изделий, изготовлявший разные изделия, в том числе клизмы; появилось новое название – Клизменный замок) и храм во имя Спаса Нерукотворного Образа. Эту церковь построили в начале ХХ в. на средства княгини Елены Васильевны Всеволожской (урожденная Кочубей), жены П.В. Всеволожского. Храм был построен по ее воле над склепом ее мужа, участника строительства значимой для этих мест Ириновской железной дороги (1892 г., построена бароном П. Корфом для перевозок, главным образом грузовых – торфа в первую очередь, и пассажиров; в 1895 г. открыли станцию Всеволожскую, что усилило приток сюда дачников). Е.В. Всеволожская также была похоронена в этом храме, о котором заботился их сын князь Василий Павлович Всеволожский. В советский период храм закрыли, устроили в нем склад, потом клуб, еще позже – станцию по хранению горюче-смазочных материалов. Возрождение храма началось с 1989 г. и главным образом на частные пожертвования построили звонницу, возобновились богослужения. В советский период в Рябовской усадьбе открыли Всеволожский сельскохозяйственный техникум, в лучшие годы в нем одновременно учились более 1000 юношей и девушек.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Мыза Рябово. Усадебный дом. Фото 1909 г.


В первой половине XIX в. недалеко от Рябово была усадьба Приютино, принадлежавшая первому директору Петербургской публичной библиотеки А.И. Оленину. 46 лет (1795–1841) усадьба Приютино принадлежала богатым дворянам Олениным. Они были гостеприимными хозяевами, открыли в усадьбе филиал литературно-художественного салона в их петербургском доме. Многие годы творческие личности с удовольствием и подолгу гостили в усадьбе, вели беседы, посильно творчески работали. В Приютино часто приезжали Г.Р. Державин, А.С. Пушкин (здесь он познакомился с А.П. Керн и А.А. Олениной, которым посвятил несколько своих стихотворений), К.Н. Батюшков, А.С. Грибоедов, Адам Мицкевич, Н.И. Гнедич, П.А. Плетнев, Н.М. Карамзин, И.А. Крылов, М.И. Глинка, А.Н. Верстовский, А.А. Алябьев, А.П. и К.П. Брюлловы, О.А. Кипренский, В.Л. Боровиковский, А.Г. Венецианов, И.П. Мартос, а также А. Гумбольдт. Всеобщей любимицей была младшая дочь Олениных Анна (Аннет), с ней деликатно флиртовали гости-мужчины. А 29-летний А.С. Пушкин в 1828 г. пылко влюбился в 20-летнюю девушку, стал частым гостем в Приютино, просил ее руки, но получил категорический отказ (Оленины знали о его ненадежной репутации, сама Аннет не была в него влюблена, хотя и заигрывала с ним). О жизни и событиях в Приютино рассказывает устроенный в господском двухэтажном кирпичном доме историко-художественный музей, передающий атмосферу дворянской усадьбы первой половины XIX в. По-своему хорош и запущенный парк. Огороженный металлической оградой камень-памятник напоминает о гибели в 1812 г. на Бородинском поле старшего сына Олениных Николая. После смерти жены А.Н. Оленин не смог жить в Приютино, в 1841 г. он продал усадьбу доктору Адамсу; позже владельцы усадьбы менялись. В советский период в главном усадебном доме были жилые квартиры, с 1974 г. работает музей.

Алексей Николаевич (1763–1843) и его жена Елизавета Марковна (1768–1838) Оленины были счастливой супружеской парой, имевшей трех сыновей и двух дочерей, имели они и полное взаимопонимание, общность интересов. Оленинский литературно-художественный кружок славился мощным патриотическим и интеллектуальным настроем. А.Н. Оленин вошел в русскую историю прежде всего как первый директор (1811) Императорской Публичной библиотеки и президент Императорской Академии художеств (с 1817 г.); эти должности он занимал соответственно с 48 и 54 лет. К этому времени он уже был известным археологом, писателем, художником. Будучи состоятельным и очень хорошо образованным человеком, он был щедрым меценатом, помогал художникам, литераторам, другим талантливым людям. Сам он исключительно любил отечественное искусство и науки. Одна из причин стабильной, долгой, удачной карьеры Оленина – его умение быть осторожным, не болтать лишнего, определенная скрытность, дипломатическая хитрость и даже отчасти заискивание перед сильными, влиятельными персонами. Его жена была образцом женских добродетелей, без нее, ее поддержки он не мыслил свою жизнь. Они оба прекрасно понимали, сколь осторожными нужно быть в России, чтобы обеспечить достойную жизнь себе и надёжную будущность своих детей. Е.М. Оленина прожила 70 лет, ее муж – 80 лет, он смог прожить без нее только 5 лет.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба Олениных Приютино. Акварель И.А. Иванова. 1825 г.


В 9 км от Всеволожска, у подножия Колтушинских высот, находится поселок Колтуши (бывший Борки), в котором в советский период был открыт НИИ физиологии имени И.П. Павлова, в котором с 1923 г. до своей смерти работал великий ученый; в квартире, где он жил с 1923 г., открыт музей. Научный городок начал формироваться с 1923 г., а новое лабораторное здание было построено в 1929 г. В 1950 г. в Колтушах установили памятник И.П. Павлову, основателю этого научного городка и создателю в нем в самом начале ХХ в. первой и тогда единственной в мире научной лаборатории по изучению высшей нервной деятельности.

Иван Петрович Павлов (1849–1936) вошел в мировую и отечественную историю как выдающийся ученый, первый физиолог мира в конце XIX – начале ХХ в. Ему была присуждена Нобелевская премия (1904), его избрали почетным членом 130 академий и научных обществ разных стран мира. И.П. Павлов создал учение о высшей нервной деятельности, разработал новые подходы и методы физиологических исследований. Он был академиком Петербургской академии наук (с 1907 г.) и академиком АН СССР. Павлов создал классические труды по физиологии кровообращения и пищеварения. Всю свою жизнь Павлов был верующим человеком; в советский период, когда православие резко осуждалось, Павлов в открытую всегда крестился перед каждым храмом, не отрицал, что он убежденный православный человек. Павлов с царских времен осуждал антисемитизм; считал, что оценивать любого человека нужно не по его происхождению (национальности, вероисповеданию), а по его делам и поступкам.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Памятник И.П. Павлову в Колтушах


Еще при жизни Павлов стал легендарной личностью. Он родился в Рязани в семье священника, прошел начальный курс духовной семинарии, в 11 лет поступил в рязанское духовное училище. В возрасте 21 года он поступил в Петербургский университет на естественное отделение физико-математического факультета. Денег было в обрез, он подрабатывал частными уроками, переводами, налегал в дешевой студенческой столовой на бесплатный хлеб с горчицей. Он прошел обучение в лаборатории И. Циона (имевшего еврейское происхождение) и навсегда сохранил уважение и благодарность к своему учителю. В 26 лет Павлов стал кандидатом естественных наук и поступил на 3-й курс Медико-хирургической академии в Санкт-Петербурге. Павлов начал работать ассистентом в Ветеринарном институте, где 2 года вел научные исследования. В 1877 г. он работал в г. Бреслау. В 1878 г. он по приглашению С.П. Боткина стал работать в его физиологической лаборатории при его клинике в Бреслау. В 30 лет Павлов получил медицинскую степень.

В возрасте 32 лет Павлов женился на С.В. Карчевской, у них родились 4 сына и дочь. Их первенец погиб, через год умер малолетний сын, что вызвало продолжительную болезнь жены и депрессию самого Павлова. У его жены хватило сил подбадривать и утешать мужа, именно она вывела его из глубокой меланхолии и настроила вплотную заняться докторской диссертацией. В 34 года Павлов защитил диссертацию на соискание ученой степени доктора медицины. К 1890 г. (ему 41 год) труды Павлова получили мировое признание. С 1891 г. он заведовал физиологическим отделом Института экспериментальной медицины и одновременно руководил физиологическими исследованиями в Военно-медицинской академии (в которой работал с 1895 по 1925 г.). В возрасте 55 лет Павлов был награжден Нобелевской премией по физиологии.

Советское правительство осознавало высочайший мировой научный авторитет Павлова. За подписью главы советского правительства В.И. Ленина (Ульянов) был издан специальный декрет о создании должных условий для обеспечения работ Павлова. Еще в начале ХХ в., в царский период, Павлов создал Колтуши, тогда единственную в мире лабораторию по изучению высшей нервной деятельности; советское правительство способствовало продолжению его работ в этой лаборатории. Павлов умер в Ленинграде в возрасте 90 лет от пневмонии. И.П. Павлов так писал о своем научном творчестве: «Что ни делаю, постоянно думаю, что служу этим, сколько позволяют мои силы, прежде всего моему Отечеству, нашей русской науке».


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

А.И. Воейков


К востоку от Колтушей, в поселении Воейково (бывшее селение Сельцы), есть другой известный научный центр. Здесь находится Главная геофизическая обсерватория, установлен памятник ее основателю А.И. Воейкову, есть и музей, посвященный жизни и работе этого великого русского ученого.


Александр Иванович Воейков (1842–1916) – выдающийся русский климатолог, основоположник климатологии в России, член-корреспондент Петербургской академии наук (с 1910 г.), основатель первого метеорологического журнала (1891), один из инициаторов и организаторов специального высшего географического образования и первый директор Высших географических курсов (1905), член многих русских и зарубежных научных обществ. А.И. Воейков в возрасте 36 лет поступил на физико-математический факультет Петербургского университета, через год, когда этот университет закрыли в связи со студенческими волнениями, он уехал учиться в Германию, где в 41 год получил степень доктора философии в Геттингенском университете. Вскоре он стал профессором Петербургского университета (ему 41 год). Воейков много ездил по разным странам с научными целями; результатом стал его капитальный труд «Климаты Земного шара, в особенности России» (1884 г.). Воейков разработал основу классификации рек по гидрологическому режиму, заложил основы учения о климатологии, всесторонне изучал географию и экономику, вопросы воздействия человека на природную среду, разработал научные основы мелиорации земель и методов повышения урожайности сельскохозяйственных культур.


На северо-востоке Всеволожского района находится поселок городского типа Рахья и поселение Ириновка. В этих местах находится старейшее в России торфопредприятие «Ириновское». Отсюда доставляли торф на предприятия царского и послереволюционного Петрограда, а затем для блокадного Ленинграда. В царский период местные торфяники принадлежали барону Павлу Корфу, который построил здесь завод по изготовлению торфяных брикетов и способствовал строительству (1892) узкоколейной частной железной дороги – Ириновской – к Петербургу.

Недалеко от железнодорожной станции Ладожское озеро, в 55 км от Петербурга, находится мыс Осиновец, ставший широко известным в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Здесь, у мыса Осиновец, был создан порт, через который осуществлялась связь блокадного Ленинграда со страной. Поселок Осиновец играл важную роль в функционировании в годы войны Дороги жизни, проходившей по Ладожскому озеру. Через Осиновский порт в 1942 г. было эвакуировано из блокадного Ленинграда порядка 1 млн человек. В поселке Осиновец работает с 1972 г. Музей «Дорога жизни», являющийся филиалом Военно-морского музея. (Дорога жизни функционировала в 1941–1943 гг., сухопутная часть Дороги жизни проходила от Ленинграда до деревни Кокорево на берегу Ладожского озера.) На мысе Осиновец находится возведенный еще в царский период Осиновецкий маяк – самый высокий из 8 маяков Ладожского озера, его свет виден кораблям на расстоянии 40 км (22 морские мили).

У истока Нары, напротив Шлиссельбурга, в 45 км от Петербурга, к северо-востоку от поселка городского типа Дубровка, находится поселок городского типа имени Н.А. Морозова – народника, который более 20 лет был узником Шлиссельбургской крепости. В этом поселке, в котором живут порядка 14 тыс. чел., в XIX в. был открыт пороховой завод, перепрофилированный в советский период в химический. Во время Великой Отечественной войны из этого поселка шло снабжение защитников Шлиссельбургской крепости.


Н.А. Морозов (1854–1946) был ученым, писателем, революционером. Его судьба ярко доказывает, что умный и сильный духом человек всегда сможет найти свое достойное место в жизни, и никакие жизненные обстоятельства не смогут его сломить как личность. Морозов был сыном помещика и крепостной крестьянки. Он в юности увлекся идеями революционеров, стал народовольцем, встречался с К. Марксом. За революционную деятельность в 18 лет его приговорили к вечной каторге, замененной заключением в одиночной камере Петропавловской, а затем Шлиссельбургской крепостей, где он провел 23 года. На свободе он мечтал о революционных потрясениях и кое-что делал для их приближения, серьезно заниматься своим образованием не мог. В тюрьме он нашел себе достойное занятие: стал компенсировать свои пробелы в образовании. В камере он совершенствовал свои познания в области естествознания; освоил математику, астрономию, метеорологию, химию, историю. В тюрьме к 51 году он стал действительно образованным и трезво думающим человеком. В 1923 г. (он был на свободе с 1905 г.) имение в Бороке ему было передано в пожизненное пользование в знак признания его революционных заслуг. Умер в возрасте 92 лет уже известным ученым, автором трудов по химии, физике, астрономии, математике, истории. Он написал ряд повестей, стихотворений, воспоминаний. В бывшей усадьбе Морозова действует его мемориальный музей. Судьба Н.А. Морозова лишний раз доказывает, что те, кто смолоду начинает мечтать о разрушениях и не ценит достигнутого предками, как правило, обделяют себя, опустошают свою молодость, лишают себя многих созидательных жизненных радостей в активном возрасте.


В южной части Всеволожского района, в 39 км от Петербурга, напротив г. Отрадное, на правом берегу р. Невы находится село Островки, известное с 1500 г. (513 лет в 2019 г.). Здесь в XVIII в. было владение князя Г.А. Потемкина (1739–1791), в XIX в. была дачная местность, где в 1875 г. жил и работал композитор Н.А. Римский-Корсаков (1844–1908). Около озера с небольшими островками в прошлом была цветущая деревня Островки, находилось роскошное имение Г.А. Потемкина, были построены его шелковая фабрика, дворец с башней и замок (арх. И.Е. Старов), которые были разрушены во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.

1.6. Остров Котлин и город Кронштадт

Расположенный в 48 км от Петербурга в восточной части Финского залива на о. Котлин город Кронштадт сохраняет свои отличительные черты: исторические, функциональные (прежде всего военно-морские), инновационные, мемориальные, архитектурно-художественные.

Царь Петр I после освобождения приневских земель и основания Петербурга во имя их защиты от недругов, укрепления их обороноспособности заложил в 1703 г. на острове Котлин морскую крепость, призванную охранять Невский фарватер. На отмели возвели форт, то есть искусственный остров с укреплениями – Кроншлот (Коронная крепость-замок), затем оба острова стали единым образованием. В 1704 г. завершили строительство крепости Кроншлот, которая стала основой для создания города, получившего в 1723 г. название Кронштадт (Коронный город). В 2014 г. Кронштадту исполнилось 310 лет. Крепость и построенные рядом малые форты (искусственные острова с укреплениями) сделали Кронштадт важным военно-оборонительным пунктом, а его порт добавил торговые функции и торговую значимость этому месту.

Ощутимое городское строительство на о. Котлин развернулось с 1709–1710 гг. С 1720-х годов Кронштадт стал главной базой Балтийского флота. В первой половине XIX в. он стал еще и центром судостроения, судоремонта, а затем стал важным центром подготовки кадров для военно-морского флота. Здесь начали готовить командный состав и других специалистов, открыли Морской шляхетский корпус, Школу кочегаров (по сути Машинная флотская школа) и др.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Кроншлот. Гравюра XVIII в.


Офицеры и моряки Балтийского флота всегда выделялись и выделяются сильным патриотическим чувством, широким кругозором, способностью трезво оценивать события в России и мире. После отречения в марте 1917 г. императора Николая II от престола и перехода власти к Временному комитету Государственной думы многие морские офицеры не признали Временное правительство, не перешли на сторону большевиков. Большинство из них стали жертвами расправы: одних расстреляли, других живыми спустили под лед, чинили произвол, насилие над ними. Островной Кронштадт в 1918–1920 гг. стал своего рода мученической Голгофой для многих здравомыслящих людей: жителей этого города и петербуржцев – морских офицеров, военных, духовенства, верующих людей, просто дворян. Арестованных отправляли в тюрьмы, расстреливали, топили на баржах. Здесь в 1918 г. расстреляли настоятеля петербургского Казанского собора, выдающегося церковного и общественного деятеля протоиерея Ф.Н. Орнатского (канонизирован). Вторая мощная волна репрессий захлестнула Кронштадт в 1921 г., после подавления Кронштадтского восстания. В 1921 г. в Кронштадте прошли большие антибольшевистские недовольства, названные представителями советской власти Кронштадтским мятежом. В Кронштадте трезво мыслящие моряки арестовали коммунистов-комиссаров, избрали свое новое руководство и провозгласили, что они начинают истинно народную революцию, потому что большевики довели Россию до бедственного положения, допустили страшный голод в стране. Советская администрация жестоко подавила это восстание, большинство его участников были расстреляны, но некоторым все-таки удалось переправиться по льду в Финляндию. На подавление вооруженного выступления гарнизона и экипажа кораблей Балтийского флота были направлены части Красной Армии и делегаты Х съезда партии большевиков.

Во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. моряки и артиллеристы Кронштадта, в целом Балтийский флот и базировавшиеся в Кронштадте его корабли сыграли огромную роль в героической обороне Ленинграда, в обороне Таллина, полуострова Ханко, островов Моонзунда.

Характерной чертой Кронштадта являются новаторство и исследовательские стремления. В прошлом целый ряд инноваций появился или был впервые проверен на практике именно в нем: каменный сухой док, паровая машина для откачки воды, металлическая подводная лодка, торпеда, морская мина, пароход, телеграф, радио и др. (по Е. Чернобережской, с. 283). В Кронштадте в военном учебном заведении – Минных офицерских классах – 18 лет преподавал и занимался научно-исследовательской работой А.С. Попов – изобретатель радио. Он в 1895 г. проводил испытания первого в мире радиоприемника, передавая радиосигналы на расстоянии 30 саженей. В Кронштадте работает Мемориальный музей А.С. Попова.

Основы современной планировки и застройки Кронштадта были заложены в самом начале XVIII в. Город имеет регулярную планировку (арх. Ж. Леблон, Д. Трезини). Наибольший исторический и историко-художественный интерес представляют небольшое число сохранившихся построек. Среди них Итальянский дворец (1720–1724), дом Б.К. Миниха (1721–1724), комплекс губернских домов (1717–1725, перестроены в конце XVIII – начале XIX в.), гостиный двор (1833–1835), ансамбли Адмиралтейства (1784–1797), Военно-морского госпиталя (1833–1840), арсенал (1832–1836), комплекс крепости (фортификационные сооружения первой четверти XVIII – начала XIX в.), сухарный завод в стиле классицизма (1795–1797 гг., арх. В.И. Баженов), Толбухин маяк (1810 г., арх. А.Д. Захаров). Особый интерес представляет Морской Никольский собор (1903–1913, арх. В.А. Косяков) и другие. Город украшают произведения монументального зодчества: памятники царю Петру I (1841 г., скульптор Т.Н. Жак), адмиралу Ф.Ф. Беллинсгаузену (1870 г., скульптор И.Н. Тредор), морякам клипера «Опричник» (1873), адмиралу С.О. Макарову (1913 г., скульптор Л.В. Шервуд), ряд памятников защитникам Кронштадта в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. и др. В Кронштадте несколько парков, лучшие из них Петровский парк и Летний сад.

Среди 300 самых разных памятников Кронштадта есть и уникальные. Среди них – первый в мире самосливной док Петра I (Петровский док, 1752 г.) с самотечным спуском воды, одновременной вместимостью 10 судов; его сооружения протянулись более чем на 2 км. На Якорной площади воссоздана единственная в мире чугунная мостовая 1860-х гг., первоначальные чугунные шашки почти не сохранились, их осталось мало и только на Пеньковом мосту. Достопримечательностью является Кронштадтский футшток, от которого отсчитываются все абсолютные глубины и абсолютные высоты на географических картах. Футшточная служба начала свою работу при Петре I, «нулевая черта» на местном Синем мосту появилась в 1840 г.; с 1898 г. при футштоке начал работать автоматический прибор – мареограф, непрерывно записывающий колебания уровня моря.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Вид Кронштадта с пароходных пристаней. Фото 1900-х гг.


В Кронштадте к 1917 г. было порядка 40 храмов, в том числе около 30 православных церквей. Подавляющая их часть в советский период была закрыта, многие храмы были снесены. В 1931 г. закрыли, в 1932 г. снесли знаменитый Андреевский собор (1805–1817), связанный с земной жизнью нескольких русских святых: протоиерея Иоанна Кронштадтского, митрополита Филарета (Дроздов В.М.), патриарха Тихона (Беллавин В.И.), императора Николая II и др. Относительно недавно на месте разрушения собора установили памятный знак.

На Якорной площади города находится Николаевский Морской собор (высота – 70,6 м, длина – 83,2 м, ширина – 64 м; вмещает до 6 тыс. чел.), являющийся главным храмом Балтийского флота и всех российских моряков. Этот храм возвели по инициативе и на средства русских моряков в 1903–1913 гг. (арх. В.А. Косяков). В 1927 г. собор закрыли, переоборудовали здание в кинотеатр, а затем в клуб; в 1980 г. на хорах открыли музей «Кронштадтская крепость». С 2002 г. начался процесс возрождения храма; в 2007 г. при храме открыли часовню, в 2010 г. начался процесс научной реставрации собора, который в основном завершился в 2012 г. Храм возродился.

Сохранился собор Владимирской иконы Божией Матери (1874–1880 гг., арх. Грейфан Х.И.), вмещающий 1000 человек. В 1931 г. собор закрыли и устроили в здании кооператив, в 1960-е годы его пытались взорвать и частично разрушили. В 1990 г. руины собора вернули Церкви. Собор восстановили, в нем возобновились богослужения.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Итальянский дворец


Жизнь многих неординарных россиян была связана с Кронштадтом. Среди них, как уже отмечалось, царь Петр I и его ближайший сподвижник А.Д. Меншиков (главные создатели и строители крепости, города), многие выдающиеся русские мореплаватели, известные поэты, писатели, художники, композиторы. Здесь служил поэт С.Я. Надсон, писал свои полотна И.К. Айвазовский. А еще раньше сюда несколько раз приезжал А.С. Пушкин. В Кронштадте жили В.И. Даль, Н.А. Римский-Корсаков, К.М. Станюкович, В.Г. Короленко. В Кронштадте родились: в семье военного врача Николай Степанович Гумилев (1886–1921 гг., расстрелян – знаменитый поэт Серебряного века, в 1910-е гг. один из ведущих представителей акмеизма), а в семье военного инженера родился Петр Леонидович Капица (1894–1984 гг. – выдающийся ученый-физик, лауреат Нобелевской премии 1978 г., один из основателей физики низких температур и физики сильных магнитных полей, организатор и первый директор Института физических проблем Академии наук СССР (ныне РАН, академик). В Кронштадте, как уже отмечалось, жил и работал изобретатель радио А.С. Попов (1859–1905). В Кронштадте проходили службу известные российские флотоводцы: Ф.Ф. Ушаков, П.С. Нахимов, В.А. Корнилов, Г.И. Бутаков, С.О. Макаров, Д.Н. Сенявин, М.П. Лазарев и др., а также многие знаменитые русские мореплаватели: И.Ф. Крузенштерн, Ю.Ф. Лисянский, Ф.Ф. Беллинсгаузен, В.М. Головин, Ф.П. Литке и др. В 1803 г. из Кронштадта ушли в первое кругосветное путешествие шлюпы «Надежда» и «Нева» под командованием И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского. Кронштадт тесно связан с земной жизнью нескольких русских святых: протоиерея Иоанна Кронштадтского, флотоводца Ф.Ф. Ушакова, а также патриарха Тихона (Беллавин В.И.), митрополита Филарета (Дроздов В.И.), епископа Гдовского Кирилла (Смирнов), протоиерея Ф.Н. Орнатского, императора Николая II и др.


В Кронштадте в скромной квартире жил 53 года (с 1855 по 1908 г.) отец Иоанн Кронштадтский, который более полувека служил в местном Андреевском соборе (взорван в 1932 г.). Иоанн Кронштадтский жил (Посадская ул., д. 21, кв. 12) в доме причта Андреевского собора, принимал богомольцев, посетителей, писал проповеди и молитвы, вел дневник, здесь и скончался. После его смерти в квартире устроили храм, просуществовавший с 1918 до 1922 г., который в начале 1930-х гг. закрыли, а квартиру сделали коммунальной. На рубеже ХХ и ХХI вв. эту квартиру привели в порядок и устроили в ней Мемориальный музей Иоанна Кронштадтского.

Иоанн Кронштадтский (Иван Ильич Сергиев, 1829–1908 гг.) остался в памяти россиян как выдающийся церковный проповедник, духовный писатель, благотворитель и молитвенник за больных. Он обладал даром исцеления и прозорливости. Он имел при жизни славу народного святого. Открыто говорил народу с амвона о грядущем и недалеком суде Божием над Россией, о бедах, которые придут на Русскую землю вскоре после начала ХХ в.

Он родился в селе Суры Пинежского уезда Архангельской губернии в семье псаломщика, предки которого священствовали не менее трех с половиной веков. Приход был бедный; их семье, где было трое детей, жилось трудно, всегда ощущалась нужда. Иван ходил с отцом в храм к богослужениям, только в храме ощущал спокойствие и радость. В 12 лет его отдали в Архангельское духовное училище, в 16 лет он стал учащимся Духовной семинарии, затем его отправили в Санкт-Петербургскую духовную академию, куда он был принят на казенный счет. Когда он был студентом академии, умер его отец, поэтому ему пришлось в финансовом плане помогать матери и сестрам. Будучи студентом, он работал письмоводителем в академии. На последнем, 4-м, году обучения во сне он увидел себя священником в незнакомом храме, после этого он решил избрать путь приходского иерея. Он решил посвятить свою жизнь воцерковлению отошедших от веры жителей Петербурга и его окрестностей. Церковные каноны не разрешают неженатого посвящать в иереи моложе 40 лет. С детства Иван видел, как трудно совмещать служение Церкви Божией с заботами о семье, детях. Он нашел себе жену (Е.К. Несвицкая, дочь ключаря Андреевского собора г. Кронштадта), которая согласилась на целомудренную жизнь после вступления в брак, в таком браке детей быть не могло. В 26 лет он получил степень кандидата богословия, стал священником в Андреевском соборе г. Кронштадта. Когда он вошел в этот храм, то увидел, что это – тот самый храм, который он видел во сне. Служа в Андреевском соборе, он долгое время был и законоучителем в учебных заведениях Кронштадта (в городском училище и в классической гимназии).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Андреевский собор в Кронштадте. Фото 1900-х гг.


Тогда в одной части Кронштадта жили военные, а в другой части – люди, выселенные в него из Петербурга за дурное поведение и неблаговидные поступки. Люди в массе своей были бедными, предавались с отчаяния пьянству, разврату, насилию, воровству (как-то с самого о. Иоанна на окраине города сняли шубу). Отец Иоанн начал борьбу за нравственное оздоровление бедных, обездоленных и часто злых людей. Он посещал убогие жилища, утешал людей, кому-то давал деньги на еду, другим – на одежду, обувь, иные нужды, стремился врачевать их души и тело, нередко отдавал нуждающимся свою одежду и обувь. Он говорил: «Злые люди – больные, а больных нужно жалеть больше, чем здоровых». Люди стали постепенно убеждаться, что рядом с ними оказался редкий праведник. Затем люди стали говорить, что по молитве о. Иоанна Господь творит чудеса. Отец Иоанн много сил отдал созданию в Кронштадте приходских учреждений. Он создал первые в стране Дома трудолюбия, чтобы помочь неимущим, а также ясли, странноприимные и ночлежные дома, другие благотворительные учреждения. Он основал в разных частях России 4 женских монастыря и более 50 подворий, щедро жертвовал средства на создание и украшение храмов.

Отец Иоанн был единственным православным пастырем, которому было разрешено совершать общие проповеди. Ежегодно к нему в Кронштадт приезжали порядка 80 тыс. паломников. В Андреевском соборе собирались до 5–6 тыс. молящихся. Он резко выступал против революционеров, с особой силой обличал их безбожие. Очень сильное влияние на людей оказывали его проповеди, в том числе пророческие проповеди и составленные им молитвы. В одной из проповедей в 1903 г. с амвона он открыто говорил: «Уже близко время, что разделится народ на партии, восстанет брат на брата, сын на отца, отец на сына и прольется много крови на Русской земле. Часть русского народа будет изгнана из пределов России; изгнанники вернутся в свои родные края, но не скоро, своих мест не узнают и не будут знать, где их родные похоронены». В своем предсмертном пророчестве в 1908 г. он писал: «Русский народ и другие населяющие Россию племена глубоко развращены, горнило искушений и бедствий для всех необходимо, и Господь, не хотящий никому погибнуть, всех пережигает в этом горниле».


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Иоанн Кронштадтский в 1870-х гг.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ф.Ф. Беллинсгаузен. С портрета XIX в.


Он написал немало молитв о России. Император Николай II читал эти молитвы до самой смерти. Приводим выдержки из некоторых составленных о. Иоанном молитв. «Господи, спаси народ Русский, Церковь Православную в России погибающей: всюду разврат, всюду неверие, богохульство, безначалие!.. Отче наш, …насади в ней – России – веру истинную, животворную! Да будет она царствующей и господствующей в России, а не уравненной с иноверными исповеданиями и неверными… Да не поколебают Державы Российской инородцы и иноверцы и инославные! Сохрани целостность Державы и Церкви всемогущей Твоею Державою и правдой Твоею! Господи, умиротвори Россию ради Церкви Твоей, ради нищих людей твоих, прекрати мятеж и революцию».

В своих пророчествах он предсказал убийство царской семьи (сделал это до опубликования аналогичного пророчества Серафима Саровского, сделанного в 1890 г.). В Леушинском женском монастыре в Санкт-Петербурге отец Иоанн говорил в начале XX в.: «Кайтесь, кайтесь, приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!» Отец Иоанн наставлял православных россиян: «Помните, что Отечество земное с его Церковью есть преддверие Отечества небесного, поэтому любите его горячо и будьте готовы душу свою за него положить… Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной веры… Восстань же русский человек! Перестань безумствовать! Довольно пить горькую, полную яда чашу – и вам и России».

Отец Иоанн умер в конце 1908 г. по старому стилю и в самом начале 1909 г. по новому стилю. Он прожил 79 с небольшим лет. В 1964 г. Русская православная церковь за границей причислила отца Иоанна к лику святых, в 1990 г. он был канонизирован и Русской православной церковью. Святой Иоанн Кронштадтский почитается как небесный покровитель Санкт-Петербурга и «молитвенник Земли Русской».

Фаддей Фаддеевич Беллинсгаузен (1778–1852) – адмирал (1843), руководитель первой русской антарктической кругосветной экспедиции. Ф.Ф. Беллинсгаузен воспитывался в Морском кадетском корпусе, участвовал в первом русском кругосветном плавании в 1803–1806 гг. на фрегате «Надежда» под командой И.Ф. Крузенштерна. В 1819–1821 гг. он руководил первой русской антарктической кругосветной экспедицией, отправленной в южнополярные моря на шлюпах «Восток» и «Мирный», открывшей в 1820 г. Антарктиду и несколько островов в Атлантическом и Тихом океанах (тогда ему было 41–43 года). Эта экспедиция под руководством Беллинсгаузена считается одной из самых важных в истории мировых географических открытий. Беллинсгаузен участвовал в Турецкой кампании 1828–1829 гг., затем командовал дивизией Балтийского флота, в 1839 г. был назначен военным губернатором Кронштадта, получил чин адмирала, ему воздвигли (1870) памятник в Кронштадте. Беллинсгаузен скончался в возрасте 74 лет.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

С.О. Макаров. Фото 1890-х гг.


Степан Осипович Макаров (1849–1904) – вице-адмирал (1896), ученый-океанограф. Он руководил двумя кругосветными плаваниями (в 1886–1889 гг. на корвете «Витязь» и в 1894–1896 гг.). Он выдвинул идею целесообразности использования ледоколов и руководил строительством ледокола «Ермак», на котором совершил арктические плавания в 1899 г. и 1901 г. (экспедиция на Землю Франца-Иосифа), занимался научными океанографическими исследованиями. Макаров разработал тактику бронеспособного флота, исследовал проблемы непотопляемости и живучести кораблей, создал работы о морской тактике, военном судостроении, судовом составе флота и др. Макаров в 1891–1894 гг. был главным инспектором морской артиллерии; в 1895 г. командовал Тихоокеанской эскадрой. В 1896 г. он стал командующим первой дивизией Балтийского флота; в возрасте 50 лет Макаров стал комендантом Кронштадтского порта. В 1904 г. (ему 56 лет) Макаров был назначен командующим Тихоокеанским флотом. В марте он вышел в очередной раз в море с эскадрой на броненосце «Петропавловск». Корабль наткнулся на мину и затонул; погиб почти весь его экипаж, в том числе и Макаров, а также находившийся на борту художник В.В. Верещагин. Макаров был одним из немногих морских военачальников, осознававших, что большинство по протяженности границ Российской империи – морские (как и теперь) и что мощь российских военно-морских сил недостаточная. Он настаивал на увеличении мощи морских сил России, улучшении качества военных судов, а также предлагал заранее разработать планы военных действий на море на случай военных конфликтов.

Александр Степанович Попов (1859–1905) – изобретатель радио, знаменитый физик и электротехник, один из пионеров применения электромагнитных волн в практических целях (в том числе для радиосвязи). А.С. Попов родился на Северном Урале в семье священника, в их семье было 7 детей. Родители отдали его учиться в Духовное училище, где обучение и содержание было бесплатным. Затем он поступил и закончил Пермскую духовную семинарию. В 18 лет он стал студентом физико-математического факультета Петербургского университета, был вынужден зарабатывать деньги частными уроками, редактированием материалов в газетах и журналах, чтобы платить за съемное жилье, еду, вносить плату за обучение. Ему как исключительно одаренному и малообеспеченному студенту разрешили со второго курса не платить за обучение и назначили ему стипендию. Дипломная работа Попова стала одновременно его кандидатской диссертацией. Совет физико-математического факультета хотел оставить его при университете для подготовки к профессорскому званию, однако выхлопотать профессорскую стипендию для него не удалось. В 1883 г. он, уже женатый человек, стал работать ассистентом в Минном офицерском классе в Кронштадте. 17 лет он учил других и учился сам в Кронштадте, где у него родились четверо детей и где он сделал (1895) свое открытие – изобрел радио. С 1901 г. он возглавил кафедру физики в Петербургском электротехническом институте; в 1905 г. он стал первым выборным директором этого института; за 20 лет ни разу не был в отпуске. В 1901 г. на XI съезде естествоиспытателей и врачей заслуги Попова были признаны представителями ученых и врачей всего мира. Хотя с конца 1880-х гг. Попова считали одним из лучших русских специалистов по энергетике, но царское правительство и отраслевые ведомства выделяли мизерные деньги на его исследовательские работы. Попов много раз получал предложения продать свои патенты за рубеж, поехать работать и жить за рубежом и всегда отвергал подобные предложения. Попов понимал, сколь трудно в России проталкивать изобретения, получать поддержку на ведение научных и экспериментальных работ из-за невежества, непрофессионализма чиновников, людей в массе своей ограниченных, алчных, склонных к обогащающим аферам, к продвижению и устройству карьеры их родственников и нужных им людей. Несмотря на все трудности, уезжать из России он не мог, не хотел, не мыслил себя вне своей Родины. А.С. Попов писал, утверждал: «Я – русский человек, и все свои знания, весь свой труд, все свои достижения я имею право отдать только моей Родине. Я горд тем, что родился русским. И если не современники, то, может быть, потомки наши поймут, сколь велика моя преданность нашей Родине и как счастлив я, что не за рубежом, а в России открыто новое средство связи (радио)». Борьба с бездарными начальниками, алчными, бестолковыми и хитрыми чиновниками отнимала у Попова много сил.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

А.С. Попов


Приходили мысли: в министерстве служат те, у кого мало честности ума и знаний. Вернувшись после очередного бурного объяснения в министерстве, он почувствовал себя очень плохо, врачи констатировали у него кровоизлияние в мозг. А.С. Попов умер, не приходя в сознание; ему было всего 46 лет. Жизнь А.С. Попова лишний раз доказывает, что настоящий патриот России не может жить и творить вне России, как бы трудно ему ни было на Родине, какими бы ограниченными ни были местные и высшие начальники – управленцы от науки и прочие им подобные важные чины, сами не способные плодотворно кропотливо работать за письменным столом и в лабораториях, продвигающие своих родственников и выгодных людей, считающие себя вправе поучать настоящих исследователей, людей знающих и интеллигентных.

Часть 2. Дальние пригороды

2.1. Северная часть

2.1.1. Выборгский район

В северо-западной части Ленинградской области простирается Выборгский район, выходящий к Финскому заливу. На северо-западе и западе граница этого района проходит по государственной границе России с Финляндией. Здесь красивая природа, живописные озерно-ледниковые и озерные ландшафты, но леса сильно вырублены. Берег Финского залива на северо-западе района имеет шхерный тип, сильно изрезанный, с множеством скалистых островов и проливов между ними. Здесь много озер ледникового происхождения, самые крупные из них: Вуокса (95 кв. км), Глубокое (38 кв. км), Нахимовское (14 кв. км), Пионерское (14 кв. км), Красногвардейское (11 кв. км), Лесогорское (10 кв. км). Есть в этих местах полезные ископаемые, прежде всего минеральные строительные материалы: граниты, пески, щебень, гравий, керамические глины.

Недалеко от границы с Финляндией и в 130 км от Петербурга, на побережье, полуостровах и шхерах Выборгского залива находится средний по людности город Выборг (80 тыс. чел.). Здесь производят рыбообрабатывающее оборудование и стройматериалы, есть заводы – судостроительный и электроинструментальный, предприятия лесной и пищевой промышленности, выборгский морской порт имеет ощутимое внешнеторговое значение. Выборг является климатическим курортом, а также привлекательным туристическим центром.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Выборг в начале XVIII в.


На месте современного Выборга в XI–XII вв. было небольшое русско-карельское селение, входившее во владение Новгородской Руси. В 1293 г. шведский правитель Торнель Кнутсон захватил Юго-Западную Карелию. Он уничтожил русско-карельское поселение в этом месте и возвел на острове Замковом замок-бастион, назвал его Выборг (Святой город). Кнутсона считают основателем Выборга. В XIV–XV вв. вокруг замка вырос город, обнесенный каменной крепостной стеной с башнями, земляным валом, рвом, наполненным водой. Этот укрепленный пункт с 1493 г. имел статус города. Во время Северной войны 1700–1721 гг. город с его основой – Выборгской крепостью был в 1710 г. взят русскими сухопутными войсками под командованием генерал-адмирала Ф.М. Апраксина (его 13-тысячный корпус подошел к городу по льду Финского залива в марте и осадил его с суши) и русской эскадрой под командованием Петра I (в апреле сквозь льды Финского залива прошли 250 кораблей).


Федор Матвеевич Апраксин (1661–1728) был графом (1709), сподвижником царя Петра I, генерал-адмиралом, родным братом государственных деятелей – военачальников Петра (1659–1728) и Алексея (1663–1731) Апраксиных, а также царицы Марфы Апраксиной (1664–1715 гг., жена царя Федора Алексеевича Романова). Апраксины происходили от знатного выходца из Орды Салхомира, его правнук Андрей Иванович Опракса стал родоначальником Апраксиных, которые с XV в. служили великим московским князьям и царям. Апраксины умели им льстить, понравиться, услужить, угодить, выпросить прощение за свои ошибки. Им все сходило с рук, за воровство их серьезно не карали, даже при отсутствии знаний, способностей хвалили и повышали, а все потому, что умели прикинуться верными исполнителями воли первого лица в государстве, которому раболепно вслух выражали свое восхищение его умом, дальновидностью, прочими имеющимися и не имеющимися достоинствами, ему делали щедрые подношения. Одним словом, определенные актерские способности, лесть, подарки, а также некоторое желание быть полезными России помогали Апраксиным жить и делать карьеру. Ф.М. Апраксин как военачальник не отличался яркими способностями, его несколько раз обвиняли в казнокрадстве, но из-за расположения к нему Петра I и родственных связей с Романовыми его наказывали слегка – только штрафами. Он неизменно занимал видные посты. Апраксины объясняли свою жизнеспособность восточными корнями с их правилом: говорить одно, делать – другое, думать – третье.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Ф.М. Апраксин. Гравюра XIX в.


Выборг стал российским владением по Ништадтскому мирному договору 1721 г. Петр I дорожил этим городом, понимал, что он обеспечивает безопасность Петербурга с севера. Были восстановлены старые выборгские укрепления и в 1730–1740 гг. возведены новые, так называемые Аннинские укрепления для Выборгского замка (построены уже в царствование императрицы Анны Иоанновны). Строительство велось под руководством фельдмаршала Б.К. Миниха, генерала А.П. Ганнибала, а в 1790-е гг. – генерала А.В. Суворова.


Бурхард Кристоф Миних (1683–1767), немец, вошел в русскую историю как видный государственный и военный деятель, генерал-фельдмаршал. Его предками были немецкие крестьяне, его отец стал инженером и получил дворянство от датского короля. На 18-м году Б.К. Миних начал военную службу капитаном, затем получил место главного инженера в одном из немецких княжеств. Затем почти до 40 лет Миних служил разным правителям (по сути, был квалифицированным наемником), но это не считалось предосудительным. В 1721 г., в возрасте 38 лет, он прибыл в Россию; Петр I оценил его инженерные знания. С 1723 г. Миних занимался завершением строительства Ладожского канала. Император Петр II даровал 45-летнему Миниху графское достоинство, назначил его главным директором над фортификациями, сделал генерал-губернатором Санкт-Петербурга, Ингерманландии, Карелии, Финляндии. Императрица Анна Иоанновна сделала Миниха генерал-фельдцейхмейстером и президентом Военной коллегии. Он определил новый порядок (устав) для гвардии, улучшил обмундирование и вооружение войск, добился, чтобы жалованье у российских офицеров было таким же, как у иностранцев, принятых на русскую службу. Но в военных походах он не жалел российских солдат и офицеров, стремился к победам и своей военной славе любой ценой. После смерти Анны Иоанновны и, по сути, воцарения ее фаворита Э.И. Бирона Миних принял участие в заговоре (1740) против него в пользу племянницы умершей императрицы – Анны Леопольдовны, матери младенца-императора Ивана VI Антоновича. Затем Миних стал первым министром при правительнице Анне Леопольдовне, но усилившиеся интриги против него заставили его подать в отставку (1741 г., ему 58 лет). После переворота (1741), возведшего на престол императрицу Елизавету Петровну, Миниха отправили в ссылку в Пелым, где он провел 20 лет. Следующий император, Петр III, вернул 79-летнего Миниха из ссылки, возвратил ему графское достоинство, ордена, высокий воинский чин. Во время дворцового переворота в июне 1762 г. Миних находился при Петре III, остался верен ему, пытался давать ему советы, что делать. Когда стало ясно, что дело Петра III проиграно, Миних поспешил признать победителей и присягнул свергнувшей Петра III его жене императрице Екатерине II, которая назначила его главноначальствующим над портами ревельским, рогервикским, нарвским, кронштадтским и над Ладожским каналом.


В войнах со Швецией в 1741–1743 и 1788–1790 гг. Выборг был важной базой русской армии. В 1791–1792 гг. во главе войск, расквартированных в Выборгской губернии, находился А.В. Суворов. Он многое сделал для укрепления Выборга, руководил строительными и военными делами.


Хотя в годы службы и жизни в Выборге на седьмом десятке лет все свои профессиональные способности и физические силы А.В. Суворов отдавал работе, но самые его приятные мысли и волнения были связаны с жизнью и будущностью его любимейшей дочери Наташи (1775–1844), которую он нежно называл Суворочка. Она в возрасте 16 лет завершила воспитание и обучение в Смольном институте благородных девиц, в котором жила и училась с 4 лет. Императрица Екатерина II пожаловала Суворочку в виде особой милости во фрейлины, она стала жить и служить в Зимнем дворце. Суворов боялся, что кто-нибудь соблазнит его дочь. Суворов добился, чтобы забрать дочь из Зимнего. Он давал ей советы в выборе мужа, но не навязывал кого-либо. В 1795 г. Наташа вышла замуж за родного брата фаворита императрицы Платона Зубова, ее мужем стал Николай Александрович Зубов (1763–1805).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Б.К. Миних. Портрет XVIII в.


Александр Васильевич Суворов (1730–1800), граф Рымникский (1789), князь Италийский (1799), генералиссимус (1799), был и остается легендарным полководцем. Он начал службу капралом в 18 лет, участвовал в Семилетней войне 1756–1763 гг. Во время русско-турецких войн (1768–1774 и 1787–1791) одержал блистательные победы, в том числе при Фокшанах (1789), Рымнике (1789), штурмом овладел крепостью Измаил (1790). Командовал войсками, подавившими Польское восстание 1794 г. При императоре Павле I был в опале. В 1799 г. провел победоносные для России Итальянский и Швейцарский походы. Суворов стал автором военно-теоретических работ, создал оригинальную систему взглядов на способы ведения войны и боя, воспитания и обучения войск. Военная стратегия А.В. Суворова носила наступательный характер. Суворов не проиграл ни одного сражения. Он был любимым начальником у своих подчиненных, самым знаменитым русским полководцем, воинская слава которого с годами не померкла.


Суворов был необычным владельцем поместий и крепостных (к концу жизни их было у него около 5 тысяч человек). В своих имениях он заботился о благосостоянии крестьян («иначе не пойдут с них доходы»); пострадавшим и неимущим выдавал небольшие пособия и содействовал помощи им от «мира» – общины; не допускал безбрачия крестьян (невест велел привозить из других вотчин или покупал, если не хватало своих), приказывал заботиться о детях, принимал меры для снижения детской смертности, за детолюбие и многоплодие выдавал небольшие награды, не разрешал использовать труд детей и подростков. Рекрутов в армию из своих имений поставлять не разрешал, предпочитал купить их на стороне, а деньги распоряжался собирать с крестьян. Приходил на крестьянские праздники, водил хороводы и играл в горелки или бабки с крестьянскими девушками и детьми, пел в церковном хоре, скрупулезно соблюдал все православные нормы и правила.

Суворов, выдающийся полководец, теоретик военного искусства, покрывший себя неувядающей воинской славой и заслуживший всенародную любовь, в личной жизни оказался человеком несчастливым, подозрительным, излишне злопамятным, не способным понять жену, не скупиться на ее маленькие женские радости (наряды, сладости и др.), так и не познавшим сполна счастья любви (святость семейных уз он не мог себе позволить нарушить на стороне, поскольку брак его не расторгли). Женился он только по воле его отца и в возрасте 43 лет, невесте было 23 года. Пара была необычная: он – маленького росточка, морщинистый с редкими волосами и неправильным носом, она – статная, полная, румяная, пышущая здоровьем красавица.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

А.В. Суворов на фоне сражения. Картина К. Штейбена. 1815 г.


Суворов – всегда добрый, незлопамятный и милосердный – не доверял жене, не верил в ее порядочность, обвинял в изменах и чуть ли не первым разносил эти небылицы. Дважды, в 1779 и в 1787 гг., он подавал прошение о разводе в Славянскую духовную консисторию, но расследования не дали результатов, ни одна инстанция не вынесла Варваре Ивановне Суворовой (1750–1806 гг., урожденная княжна Прозоровская) обвинения, и сама императрица Екатерина II (беспощадная к обманщикам в подобных ситуациях) взяла ее под защиту, как и Церковь. В 1779 г., прямо перед рождественскими торжествами, муж отобрал у нее четырехлетнюю дочь, отправив ее из Москвы в Петербург (позже она воспитывалась в Смольном институте), а сам отказался жить с женой под одной крышей. Правда, с 1780 г. они вновь жили вместе, но это была мука для обоих. В 1787 г. Суворов не признал своим родившегося сына Аркадия (1787–1811) и безжалостно оставил жену с младенцем. При этом он велел вывезти все имущество из родового дома Суворовых на Большой Никитской в Москве, где они остались. В.И. Суворова пережила мужа на 6 лет. После его смерти ее, несмотря на то что они долго жили раздельно, почитали как его законную вдову (хотя в завещании Суворов даже не помянул ее).


Сына Аркадия Суворов признал только через 14 с лишним лет после рождения и то лишь благодаря уму и изобретательности старшей любимой дочери – Натальи. А.А. Суворов был красивым, статным, общительным, способным офицером. Он дослужился до чина генерал-лейтенанта и командовал дивизией. При этом он вел беспорядочный образ жизни, кутил, играл в карты, был дважды женат, умудрился практически промотать состояние, оставленное ему отцом. И тем не менее Аркадий Суворов был душой общества и любимым командиром. В 1811 г., в возрасте 23 лет, он трагически погиб, пытаясь спасти своего упавшего в воду кучера. По иронии судьбы А.А. Суворов утонул в реке Рымник, где его великий отец в 1789 г. одержал одну из своих самых ярких побед (за которую получил титул графа Рымникского и герб в 1789 г.), разбив турецкую армию, в 4 раза превосходящую по численности его войско.

Расплатой за грехи А.В. Суворова в отношении его жены (обвинение в изменах ему, разные мелкие унижения, скупость на ее личные траты, мизерная пенсия, неупоминание о ней в своём завещании и др.) стали гибель его сына Аркадия и его два неудачных брака, непростое детство его четырех маленьких сирот, а также краткость брака любимой дочери Суворова Натальи (в браке страдала от раздоров между мужем и отцом, через 10 лет ее муж умер, она в 30 лет стала вдовой с шестью маленькими детьми, но смогла вырастить достойных детей и стала счастливой бабушкой).


Выборг оставался российским городом до 1811 г., когда император Александр I административно подчинил Выборгскую губернию с ее центром Выборгом Великому княжеству Финляндскому (входило в состав России, но пользовалось автономией). В декабре 1917 г. советское правительство признало государственную независимость Финляндии. В 1918–1940 гг. Выборг входил в состав Финляндии, назывался Виипури. В 1940 г., после «зимней» войны 1939–1940 гг., он вошел в состав России. В годы Великой Отечественной войны Выборг был оккупирован финскими и немецкими войсками в 1941 г., советские войска освободили его в июне 1944 г. в ходе Выборгско-Петрозаводской операции, проведенной войсками Ленинградского фронта. Выборг был сильно разрушен в военные годы, были проведены большие работы по его восстановлению.

Выборг интересен в архитектурном отношении. Первый его регулярный план был составлен в 1638 г. арх. А. Тортенсеном. Поражает взор каменная громада старинного замка, она возвышается над городом. Воздвигнутая в XV–XVI вв. вокруг города крепостная стена с бастионами, башнями и воротами полностью не сохранилась, крепостные стены и валы были срыты во второй половине XIX в., но некоторые крепостные сооружения сохранились. Основными историко-архитектурными достопримечательностями Выборга являются: на крепостном острове, в проливе, – уже упоминавшийся замок (1293 г., реконструирован в 1891–1894 гг.) с башней епископа Олафа (высота около 50 м, толщина стен в нижней части почти 5 м), крепостными и береговыми бастионами со службами и арсеналами (XVII–XVIII вв.), Дом коменданта (1606–1608). В материковой части города главными достопримечательностями остаются Рогатая крепость (1563–1593 гг.; разобрана в 1860 г., сохранилась Круглая башня 1550 г., башня Ратуши – XV–XVI вв., бастион Панцерлакс – 1568–1592 гг.), у подножья Петровской горы – крепость Кронверк (XVIII в., проект. инж. Кулон, Б. Миних и де Бриньи, строительство осуществили фельдмаршал Б. Миних и генерал А.П. Ганнибал, в 1790-е гг. – генерал А.В. Суворов), отдельные дома XIV–XVI вв., Суворова дом (первая половина XVII в., надстроен в середине XVIII в., в нем в Выборге жил Суворов в 1773–1774, 1791 гг.), дом бывшей купеческой гильдии (конец XIV – начало XV в.) на Выборгской улице, часовая башня (бывшая колокольня каменного собора, сгоревшего в конце XVIII в.; XV–XVIII вв.), монастырь черных братьев-доминиканцев с готической церковью (1318 г., перестроена в 1835 г. в стиле классицизма), костел Святого Гиацинта (бывший Рыцарский дом, в 1810 г. перестроен в костел), Спасо-Преображенский собор (1780 г., перестроен в XIX в.) с колокольней (конец XVIII в.) и теплой трапезной (1862) и др. В Выборге два обширных парка, один из них исторический – Монрепо (заложен в XVIII в. на месте первоначального поселения). Общее число архитектурных и исторических достопримечательностей Выборга превышает три сотни. В Выборге есть два главных музейных объекта: Выборгский краеведческий музей на территории крепости (работает с 1964 г.) и музей-заповедник «Парк Монрепо» (музей-заповедник был образован и работает с 1988 г.).

Яркой достопримечательностью Выборга является пейзажный скальный парк Монрепо (фр. «мой отдых»), находящийся на о. Твердыш на берегу Защитной бухты Финского залива. Парк Монрепо создан на основе усадебно-паркового ансамбля конца XVIII – начала XIX в., его площадь – почти 180 га). Здесь красивейшая природа, сосновый лес, чистый воздух, сохранились или были восстановлены после разрушений военного времени и действий варваров усадебные строения: деревянный двухэтажный господский дом, библиотечный флигель, в разных частях парка мраморный обелиск, источник с целебной водой (ослабляет и лечит болезни глаз), скульптура главного героя финского эпоса «Калевала» Вяйнемёйнена, храм Нептуна (на мысу, вдающемся в залив), колонна в честь императоров Павла I и Александра I, колонна «Конец света», обелиск братьям Броглио, на Острове Мертвых родовая усыпальница баронов Николаи в виде белого замка с четырьмя башенками капелла «Людвигштейн», грот Медузы и др.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Пороховой погреб Рогатой крепости


Архитектурно-художественная и ландшафтно-архитектурная среда этой исторической местности формировалась длительное время. В первой четверти XVIII в. лесистая местность императорским указом была передана в личное пользование выборгских губернаторов. Выборгский наместник герцог Ф.В. Вюртембергский, шурин императора Павла I, положил здесь в конце XVIII в. начало созданию садово-паркового ансамбля, построил первый усадебный дом. В 1788 г. эти земли купил секретарь и учитель будущего императора Павла I – барон Людвиг фон Николаи, который в конце XVIII в. стал президентом Петербургской академии наук. В 1820 г. его сын Пауль (Павел) фон Николаи пригласил архитектора Мартинелли для постройки деревянного усадебного дома в стиле классицизма и библиотечного флигеля (в советский период в них соответственно устроили детский сад и жилые комнаты). Парк Монрепо уже в XIX в. считался одним из лучших в Европе. Особенно много для украшения Монрепо сделал его владелец барон П.Л. Николаи (семья баронов Николаи свыше 200 лет была владельцем этих мест).

Недалеко от Выборга, на берегу залива, находятся места, связанные с деятелями русской культуры, искусства. Среди них бывшая усадьба Ронки, принадлежавшая князю, писателю и музыкальному критику В.Ф. Одоевскому (1803–1869). Он был одним из зачинателей русского классического музыковедения, председателем «Общества любомудрия», автором сборника новелл и философских бесед «Русские ночи» (1844), повестей из светской жизни «Княжна Зизи» (1839), а также романтических и фантастических повестей и работ по эстетике. Позже усадьба Сурмериоки принадлежала дирижеру и композитору А.К. Глазунову (1865–1936). Он был одним из продолжателей традиций «Могучей кучки» и П.И. Чайковского, автором монументальных симфонических произведений, в том числе балетов «Раймонда» (1897), «Барышня-служанка» (1898), «Времена года» (1899), 8 симфоний, симфонической поэмы «Стенька Разин» (1885), 5 концертов для инструментов с оркестром. Глазунов являлся профессором, дирижером Петербургской (Ленинградской) консерватории. В 1928 г. он, как член жюри Международного конкурса им. Ф. Шуберта, выехал в Вену, но из-за болезни не вернулся на Родину в Россию, жил преимущественно в Париже.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Остров Мертвых в парке Монрепо


В поселке Чистополье сохранились остатки усадьбы начала ХХ в. Усадебный дом был построен в 1815 г. финским архитектором К.Л. Энгелем в приемах развитого классицизма. Владельцем усадьбы был губернаторский секретарь И. Альфан. Великая Отечественная война 1941–1945 гг. нанесла ущерб усадьбе. В послевоенный период ХХ в. дом использовался под жилье.

В 35 км от Петербурга находится город Сестрорецк (30 тыс. чел.), расположенный на побережье Финского залива в живописной местности среди дюн, поросших соснами. Сестрорецк подчинен Санкт-Петербургской городской администрации, является одним из центров Санкт-Петербургской курортной зоны Основные лечебные факторы Сестрорецка: мягкий климат, морские купания (песчаный пляж шириной до 50 м), сапропелевые грязи, так называемые гиттии и хлоридные натриевые минеральные воды. Здесь лечат заболевания сердечно-сосудистой и нервной систем, органов пищеварения, опорно-двигательного аппарата и некоторые другие.

Основателем Сестрорецка является царь Петр I. Он посетил эти живописные места в 1714 г., в период Северной войны со Швецией (1700–1721), решил построить здесь, на берегу Финского залива, летний дворец с парком и оружейный завод. По указу Петра I здесь был создан и открыт в 1724 г. крупнейший на северо-западе России оружейный завод, ставший северным арсеналом страны. Этот завод вскоре стал одним из крупнейших в России и одним из лучших в Европе по своей технической оснащенности. В разные годы на этом заводе работали известные конструкторы оружия С.И. Мосин, В.А. Дегтярёв, Ф.В. Токарев. В 1918 г., после отделения Финляндии от России, Сестрорецк оказался в приграничной зоне, поэтому оружейный завод работал до 1922 г., затем его перепрофилировали в инструментальный, который в советский период был крупнейшим поставщиком инструмента для металлообрабатывающих станков. В начале XXI в. этот завод закрыли и наметили на его месте возвести район общественно-деловой и жилой застройки.

В 2014 г. Сестрорецку исполнилось 300 лет. Первоосновой для его развития был именно оружейный завод. До 1870 – 1880-х гг. здесь была типичная заводская слобода при заводе, после начала строительства вдоль побережья Финского залива появились дачи. В 1898 г. железнодорожным акционерным обществом был основан профильный климатический и бальнеологический курорт. Нужно отдать должное одному из руководителей тогдашней Приморской Санкт-Петербургской железной дороги П.А. Авенариусу, который первым из богатых и влиятельных людей осознал целесообразность, выгодность создания здесь курорта на основе местных природных условий и ресурсов. Именно по его инициативе здесь стали строить курорт, для чего было принято специальное постановление кабинета министров Российской империи, утвержденное императором Николаем II. Сестрорецкий курорт открыли в 1900 г. Он был комфортным, оснащенным по последнему слову медицинской техники того времени. В 1903 г. он получил высшую награду на международной выставке курортов в Спа в Бельгии. Сестрорецк второй век сохраняет престиж комфортного курорта (в 2008 г. этому курорту исполнилось 110 лет).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Сестрорецкий курорт. Фото 1900-х гг.


Местной исторической и экологической достопримечательностью является парк Дубки, разбитый в начале XVIII в. при летнем загородном дворце Петра I, не сохранившемся до наших дней. В этом парке Петр I сам посадил 200 молодых дубов в добавление к местным реликтовым дубравам. Он назвал эту свою резиденцию «Дальние дубы». В курортной части Сестрорецка есть еще 3 живописных парка: Верхний, Средний, Нижний.

В Сестрорецке среди религиозных центров особо выделяются: церковь во имя Святых апостолов Петра и Павла (1874 г., восстановлена в начале XXI в.) и Никольская часовня (2000 г., возведена в память всех погибших российских моряков-подводников). Эта часовня на берегу Сестрорецкого залива установлена в памятном месте и имеет мудрое посвящение (Николаю Чудотворцу молятся о благополучии моряков и других путешествующих, духовном и физическом здоровье в семье, об избавлении от тяжких болезней или от смерти, обращаются и с другими просьбами). Именно в этом месте в 1721 г. простой крестьянин Ефим Никонов демонстрировал Петру I первый российский прообраз подводной лодки, а тогда говорили «потаенное судно».

С Сестрорецком связаны события жизни ряда неординарных россиян. Среди них, кроме Петра I, военачальник А.В. Суворов (в 1792 г. инспектировал местный оружейный завод, знакомился с поселением), художник И.И. Шишкин (1832–1898 гг., здесь отдыхал и работал), певец Ф.И. Шаляпин (часто выступал и отдыхал), большевики В.И. Ленин и Г.Е. Зиновьев (оба скрывались в этих местах в 1917 г.), писатели М. Горький (А.М. Пешков, 1883–1936 гг., здесь лечился) и М.М. Зощенко (1894–1958 гг., провел здесь последние годы жизни, похоронен на местном кладбище), изобретатель трехлинейной винтовки С.И. Мосин, легендарный советский футболист и хоккеист В.М. Бобров и др.


Сергей Иванович Мосин (1849–1902) вошел в русскую историю как создатель знаменитой русской 7,62-мм магазинной трехлинейной винтовки образца 1891 г. (которая почти полвека использовалась российской армией), как легендарный конструктор стрелкового оружия, генерал-майор (1900). Он с 1894 по 1902 г. руководил Сестрорецким оружейным заводом. С.И. Мосин похоронен на сестрорецком кладбище, в городе установлен бюст-памятник Мосину. В 2012 г. исполнилось 110 лет со смерти знаменитого конструктора.

Всеволод Михайлович Бобров (1922–1979) вошел в отечественную и мировую спортивную историю как выдающийся игрок в футбол и хоккей с шайбой и как талантливый тренер. Он был чемпионом СССР по футболу в 1946–1948 гг., по хоккею в 1948–1952, 1955, 1956 гг., Олимпийским чемпионом 1956 г., чемпионом мира в 1954 г. и 1956 г., чемпионом Европы 1954–1956 гг., серебряным призером первенств мира 1955 и 1957 гг., чемпионата Европы 1957 г. В.М. Бобров остается единственным в истории отечественного спорта, кто был капитаном сборных команд по футболу и хоккею.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

В.М. Бобров


Бобров родился в г. Моршанске на берегу р. Цны, в 1924 г. их семья переехала в Гатчину, в 1925 г. они уехали в Сестрорецк. Бобров с 16 лет играл в хоккей в заводской команде. В 1942 г. его направили в Омское военное училище, где заметили его выдающиеся спортивные способности. Он играл в составе команды ЦДКА по хоккею с мячом, потом в футбольной команде. Боброва вскоре стали называть «гением футбольных атак». В 1946 г., во время очередного футбольного матча, обозленный противник сильно повредил ему ногу. После этого Бобров, по сути, играл в футбол только наполовину своих возможностей, и все равно он не имел себе равных. Он играл на обезболивающих уколах, сильно бинтовал больную ногу, на которой и ходить-то было трудно, не то что играть в футбол. В 1952 г. в расцвете сил Бобров ушел с футбольного поля. Жить без спорта он не мог, поэтому свои силы отдал хоккею, в котором скольжение по льду уменьшает нагрузку на коленные суставы. Боброву удалось в хоккее добиться даже больших успехов, чем в футболе. Со временем Бобров стал тренером, тренировал хоккейные и футбольные команды. Он умер в возрасте 57 лет.


В окрестностях Сестрорецка находится озеро Разлив. Рядом с этим озером расположен дачный поселок с тем же названием. В 1917 г. летом в этих местах скрывались от полиции большевики В.И. Ленин (Ульянов, по матери Бланк, имел русские, еврейские, калмыцкие, татарские, мордовские, немецкие, шведские корни, 1870–1924 гг. – по Штейну М.Г., 2013 г., с. 11, 14, 65, 173 и др.) и Г.Е. Зиновьев (Апфельбаум, Радомыльский, 1883–1936 гг.). Историки профессор А.Г. Сергеев и И.В. Соколов считают, что эти двое общались на почве политики и гомосексуализма не только в Разливе (Сергеев А.Г., 2003 г., с. 695). В 1925 г. был устроен музей, создан шалаш В.И. Ленина. В 1969 г. недалеко от шалаша (есть гранитный памятник «Шалаш», 1928 г., арх. А. Гегелло и ежегодно создаваемый шалаш, подобный тому, в котором скрывался лидер большевиков) и «Зеленого кабинета» (композиция из двух пней) открыли выставочный музейный комплекс. В начале XXI в. он был перепрофилирован. В наши дни люди приезжают сюда не в ленинские места, а в историко-культурный комплекс «В Разливе». Но желающие могут поблизости в дачном поселке осмотреть еще и музей «Сарай» (обычный сарай, находящийся внутри стеклянного куба); в этом сарае крестьянина Н.А. Емельянова Ленин в 1917 г. скрывался несколько дней, а затем перебрался в шалаш; в 1925 г. этот сарай стал музеем.

Полоса вдоль Финского залива на северо-запад от Сестрорецка является местом лечения, престижного жительства и отдыха, особенно в летнее время года. Здесь, как правило, на месте бывших финских небольших поселений, появились дачные поселки и санаторно-курортные зоны. Среди самых известных дачных поселков Репино, Комарово, Молодежное.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Усадьба-музей И.Е. Репина Пенаты


В 8 км к северо-западу от Сестрорецка находится поселок Репино, в котором расположена усадьба-музей художника И.Е. Репина (1844–1930) Пенаты. В этой усадьбе он жил в 1899–1930 гг., скончался и был похоронен. Там, где сейчас находится поселок Репино, в давности была финская деревня Куоккала. Когда здесь проложили Финляндскую железную дорогу, окрестные земли стали скупать состоятельные горожане и строить здесь свои дачи. Среди известных дачников были И.Е. Репин, В.В. Маяковский, А.М. Горький, В.Э. Мейерхольд, К.И. Чуковский, В.Г. Короленко и др. И.Е. Репин в 1899 г. купил здесь усадьбу, названную Пенаты, для своей второй и гражданской жены Н.Б. Нордман (1863–1914), ставшей владелицей этой усадьбы. Прибрежный лесной массив Нордман и Репин превратили в усадебный парк (2 га), его планировку и устройство парковых затей (беседок, павильонов, мостиков, башенок и др.) и прудов придумал Репин. По его проекту возвели усадебный дом, перестроив одноэтажную финскую дачу в двухэтажный господский дом с мастерскими под стеклянными крышами. Усадьба стала по средам открытым домом, куда приезжали желающие общаться с ее хозяевами. Репин здесь создал многие свои полотна, в том числе «Заседание Государственного совета», «Какой простор!», «Кровавое воскресенье», «Манифестация 17 октября 1905 г.», «Пушкин на экзамене в лицее», «Гопак», портреты Д.И. Менделеева, Л.Н. Толстого, В.П. Стасова, А.М. Горького и др. Он должен был очень много работать, чтобы обеспечить достойную жизнь себе, своей законной жене, детям и Нордман. Репин прожил в этой усадьбе 30 лет. После потрясений 1917 г. в России Финляндия стала самостоятельным государством и закрыла свои границы, тогда Репин оказался вне России. Нордман умерла в 1914 г. от туберкулеза в Швейцарии. По ее завещанию усадьба Пенаты стала пожизненным владением Репина, после его кончины она – по ее воле – переходила в собственность Императорской Академии художеств для устройства в усадьбе музея И.Е. Репина.


Жизнь в усадьбе Пенаты И.Е. Репина и Н.Б. Нордман лишний раз доказывает, что женщина самоуверенная, стремящаяся к личной творческой славе, неограниченной свободе, выгодному браку с состоятельным влиятельным человеком, не может сполна и долго быть возлюбленной или любимой женой, тем более если еще есть и ощутимая возрастная разница партнеров или супругов. Н.Б. Нордман 15 лет была всего лишь гражданской женой Репина.

Наталья Борисовна Нордман (1863–1914) была сообразительной женщиной, племянницей известной благотворительницы, собирательницы предметов русской старины княгини М.К. Тенишевой (1867–1928). У племянницы и тети было много общего: стремление к эмансипации, обе стремились к славе и общественному признанию их талантов, знали несколько иностранных языков, музицировали, хорошо рисовали, были внешне привлекательными, очень энергичными, стремились выступать на сцене и непременно обзавестись богатым и известным мужем. Мария Клавдиевна все свои намерения реализовала (1892). Она познакомила с 47-летним Репиным свою 28-летнюю племянницу Н.Б. Нордман, которая сообразила, что для нее выгодно стать женой или возлюбленной известного художника.

Н.Б. Нордман родилась в Гельсингфорсе (Хельсинки) в семье российского адмирала со шведскими корнями и русской дворянки, получила хорошее домашнее образование. В возрасте 21 года Нордман сбежала из родительского дома, год жила в Америке, затем вернулась в Россию, играла на любительской сцене в Москве и жила у своей тети Тенишевой. С 1900 г. Репин и Нордман жили в гражданском браке, а годом раньше он купил для нее усадьбу (ему в 1899 г. было 55 лет, ей – 36). Нордман понимала, что Репину нужна не только молодая и красивая жена (он был старше ее на 19 лет), но и по-своему неординарная подруга. Она верила в свои таланты и не хотела быть в тени славы Репина. Нордман профессионально занялась фотографией, с 37 лет взяла псевдоним Северова и стала писательницей, а также благотворительницей и активной пропагандисткой вегетарианства. Больших ума и талантов у Нордман не было, она вела себя часто безапелляционно, была слишком самоуверенной, мнила себя великосветской дамой, Репин со всем этим долго мирился. Прожив вместе с ней почти 15 лет, он утомился от нее; их отношения постепенно охладели. 70-летний Репин в 1914 г. спокойно отпустил 51-летнюю жену одну ехать лечиться от ее быстро прогрессирующей чахотки (туберкулеза) в Швейцарию, где она умерла. Когда он приехал, ее уже похоронили. Репин написал достойный некролог, то есть грамотно изобразил горечь утраты. С возрастом он осознал, что в женщине и прежде всего в жене следует в первую очередь ценить не красоту, не биологическое начало, не стремление реализовать и прославить свои таланты, а скромность, терпение, бескорыстную помощь в делах мужа или возлюбленного, стремление иметь и сохранять взаимопонимание в семье.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

И.Е. Репин и Н.Б. Нордман в Пенатах. Фото 1900-х гг.


Военные события ХХ в. и возвращение северо-западных земель в состав России изменили их судьбу. В советской России после кончины И.Е. Репина в усадьбе «Пенаты» открыли мемориальный музей. В послевоенный период усадьбу восстановили, поселок Куоккала переименовали в Репино. В этом поселке создан и работает Дом творчества композиторов, в нем любил отдыхать и работать Д.Д. Шостакович (1906–1975). В поселке Куоккала родился легендарный шахматист, чемпион мира М.М. Ботвинник.


Михаил Моисеевич Ботвинник (1911–1995) вошел в мировую историю как шестой чемпион мира и первый отечественный чемпион мира по шахматам (1948–1957, 1958–1960, 1961–1963 гг.), единственный шахматист, дважды возвращавший себе звание чемпиона мира. М.М. Ботвинник родился в семье дентистов-техников. Перед событиями 1917 г. их семья жила в Петрограде на Невском проспекте в 7-комнатной квартире, у них были свой повар, прислуга, гувернантка. Ботвинник научился играть в шахматы в 12 лет. В возрасте 14 лет (1925) он в Ленинграде в сеансе одновременной игры одержал победу над тогдашним чемпионом мира Х.Р. Капабланком. В 20 лет он впервые стал чемпионом СССР по шахматам. В 1928–1932 гг. он учился в Политехническом институте, в 1935 г. (ему 24 года) женился на Гаяне Анановой – балерине Мариинского, затем Большого театра. Во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Ботвинник работал в Перми инженером по высоковольтной изоляции, ведь он был высококвалифицированным инженером. В 1948 г. (ему 37 лет) Ботвинник стал чемпионом мира по шахматам. Ботвинник успешно совмещал увлечение шахматами и научную работу в области электротехники, стал автором ряда изобретений, запатентованных в разных странах мира. В 1951 г. (ему 40 лет) он защитил докторскую диссертацию на тему: «Регулирование возбуждения и статистическая устойчивость синхронной машины». С 1970-х гг. он работал над созданием искусственного шахматного мастера – компьютерной программы «Пионер», написал ряд книг по шахматам, энергетике, кибернетике, изданных на разных языках и вышедших в разных странах мира. В течение многих лет Ботвинник руководил юношеской шахматной школой (в ней занимались А. Карпов, Г. Каспаров, Н. Иоселиани и др.). Ботвинник сыграл в сумме 1202 шахматных партии, в 51 % из них одержал победу, в 38 % добился ничьих и только в 11 % партий проиграл. Ботвинник всегда честно и достойно жил, не курил, не пил, любил сок из свежевыжатой черной смородины с лимоном, прожил 84 года.


Недалеко от Репино, в другом дачном поселке, Комарово, находится Дом творчества писателей России, дачи многих творческих личностей. В конце XIX в., когда возник этот дачный поселок, он поначалу получил финское название Келломяки. Красивая природа вскоре сделала это место привлекательным для постройки летних домов, особняков состоятельных петербуржцев. Жил здесь в летнее время года и знаменитый придворный ювелир К.Г. Фаберже.


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Финский залив в районе Комарово


После 1917 г. в этих местах дачные участки раздавали творческим личностям. Новое имя поселок получил в честь крупного русского ботаника, президента Академии наук В.Л. Комарова. На местном кладбище похоронены многие из бывших дачников, среди них академики литературовед Д.С. Лихачев, географ А.Ф, Трёшников, нейрофизиолог Н.П. Бехтерева, поэтесса А.А. Ахматова (жила в Комарове в небольшом домике, выделенном ей Литературным фондом в последние 10 лет ее земной жизни; тогда ей было 67–77 лет).


Владимир Леонтьевич Комаров (1869–1945) вошел в отечественную историю как советский ботаник и организатор науки. Он стал академиком Российской академии наук в возрасте 51 года, в возрасте 61–67 лет был вице-президентом и в возрасте 67–76 лет президентом Академии наук СССР (наша страна в 1922–1991 гг.). В 74 года он стал Героем Социалистического Труда (1943). В.Л. Комаров создал труды по систематике, флориетике и географии растений, исследовал флору Дальнего Востока, Маньчжурии. Он руководил созданием многотомного труда «Флора СССР» (т. 1 – 30, 1934–1964 гг.). Комаров был дважды удостоен Государственной премии СССР (1941, 1942).


Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Анна Ахматова и Николай Гумилев с сыном Львом. Фото 1910-х гг.


Анна Андреевна Горенко (Ахматова – псевдоним, 1889–1966 гг.) детские годы провела в Царском Селе; закончив гимназию, поступила на юридический факультет Высших женских курсов. В 1910 г. она вышла замуж за известного поэта Н.С. Гумилева (1886–1921); в 1912 г. вышел первый сборник ее стихов, о ней заговорили как о талантливой поэтессе и красивой молодой женщине. После 1917 г. она считала и писала, что «все расхищено, предано, продано»; неудивительно, что в советские годы в печати ее стихи появлялись нечасто. В 1946 г. вышло Постановление ЦК ВКП(б) «О журналах “Звезда” и “Ленинград”», в котором ее творчество было осуждено. Это постановление превратило ее жизнь в сплошную череду страданий (его отменили только в 1988 г.). Ахматову перестали печатать, исключили из Союза советских писателей, с ней перестали общаться многие ее коллеги и знакомые. Когда в 1949 г. в третий раз арестовали ее сына Льва Гумилева, ради его спасения («цель оправдывает средства») она написала два восславляющих И.В. Сталина стихотворения (1950), но Льва освободили только после смерти Сталина, в 1956 г. В 1964 г. ей была присуждена одна из крупнейших поэтических премий Европы «Этна – Таормина», которую она получила сама в Италии. В 1965 г. она побывала в Англии, где ей было присуждено почетное звание доктора Оксфордского университета. Постепенно в СССР стали чаще публиковать ее стихи, сборники стихов. Ее красота и здоровье были в прошлом, но упрочивалась ее поэтическая слава. К старости она очень страдала от отсутствия душевной близости с сыном, они почти не общались, жили в разных местах. Тогда она, вероятно, пожалела, что в молодые годы им почти не занималась, чуть ли не отдалила его от себя, о нем почти не заботилась, фактически отделалась от него ради поэзии, своих эмоций, радостей личной жизни, а ведь она любила сына. Эта ситуация приносила ей невероятные страдания на закате ее дней. Ахматова слишком долго была увлечена собой, реализацией своего таланта, мечтами о поэтической славе и обделила сына материнской любовью, вовремя не заметила многогранность его талантов и силу личности. Отсутствие взаимопонимания принесло большие страдания им обоим, особенно с возрастом.

Лев Николаевич Гумилев (1912–1992), сын А.А. Ахматовой и Н.С. Гумилева, был выдающимся отечественным историком, этнологом и географом, талантливым поэтом и переводчиком. Он обосновал теорию этногенеза, многое сделал для разработки важной концепции евразийства. Он мог стать и ярким поэтом; несколько опубликованных его стихотворений не уступают по своей художественной силе поэзии его прославленных родителей. К 1918 г. А.А. Ахматова разошлась и со вторым мужем, В.К. Шилейко, прокормить сына в голодном Питере не могла, поэтому решила, что жить ему лучше в тверском городе Бежецке с бабушкой – А.И. Гумилевой. При этом Ахматова знала, что содержавшие ее сына свекровь и золовка живут трудно, бедно. Ахматова, живя в Ленинграде, присылала им периодически небольшие деньги, но больше думала о себе, своем творчестве, личной судьбе, своем здоровье, была не вполне довольна своими мужьями (поэт Н.С. Гумилев, заметные советские функционеры В.К. Шилейко, Н.Н. Пунин). За все годы жизни сына в Бежецке с бабушкой Ахматова приезжала к ним всего два раза: в 1921 (после расстрела ее первого мужа Н.С. Гумилева) и в 1925 г., при этом стремилась быстрее уехать. Лев Гумилев не мог понять, за что расстреляли его отца и почему его мать больше думает о поэзии, ее судьбе русской поэтессы и ее меняющихся мужьях, чем о нем, ее единственном сыне. Ее мужья (Шилейко и Пунин) не любили Л.Н. Гумилева, какое-то время позволяли ему жить вместе с ними в Ленинграде, но изо всех сил старались отделаться от него.

В 1930 г., после окончания средней школы, Леву не приняли в Педагогический институт из-за отсутствия трудовой биографии и как дворянского сына, он стал чернорабочим в трамвайном депо, в 1931–1934 гг. работал научно-техническим сотрудником в Центральном научно-исследовательском Геологоразведочном институте и Геологическом институте АН СССР, ездил в экспедиции. В 1933 г. он был под арестом 10 дней. В 1934–1938 гг. Л.Н. Гумилев учился на историческом факультете Ленинградского государственного университета. Но в октябре 1935 г. его арестовали, правда, в ноябре того же года освободили, в 1937 г. восстановили на истфаке ЛГУ. В марте 1938 г. его арестовали во второй раз, как сына своего отца, участника «Таганцевского дела» 1921 г. Во внутренней тюрьме НКВД в Ленинграде его пытали, били 7 ночей подряд, старались заставить подписать заготовленный следователем обвинительный приговор. Его и двух других студентов ЛГУ обвинили в том, что они хотели устранить советских партийных лидеров – Сталина, Ежова, Молотова, Жданова, собирались свергнуть советскую власть в СССР и установить буржуазно-демократическую диктатуру.

Л.Н. Гумилева приговорили к заключению на 10 лет. Его отправили работать на лесоповал под Медвежьегорском, с 1939 г. он был в лагере под Норильском в шахтах, с 1943 г. работал вольнонаемным в геологических экспедициях, в 1944 г. он смог добиться, чтобы его как добровольца направили на фронт. Л.Н. Гумилев участвовал в освобождении от фашистов Западной Польши, Померании, участвовал в штурме Берлина.

В 1946 г. он экстерном окончил истфак ЛГУ, стал аспирантом Института востоковедения АН СССР. В середине 1946 г. вышли постановления ЦК ВКП(б) «О журналах “Звезда“ и “Ленинград”», где его мать А.А. Ахматову обвинили в разных грехах. Из-за этого его выгнали из аспирантуры в 1947 г., хотя он сдал все кандидатские экзамены и имел готовую к защите диссертацию. Затем он работал библиотекарем в психиатрической больнице, получил от тамошнего начальства хорошую характеристику. Кандидатскую диссертацию он все-таки защитил, а в ноябре 1949 г. его снова арестовали и осудили на 10 лет. Прокурор ему сказал: «Вы опасны, потому что вы грамотны». Срок он отбывал в Караганде, затем в Междуреченске, в 1955 г. он был в лагере в Омске. Он стал инвалидом, его перевели работать ночным истопником, у него болело сердце, открылась язва желудка, усилилась невралгия, ему вырезали аппендицит, здоровье его резко ухудшилось. И тем не менее в заключении он умудрялся думать, рассуждать о научных вопросах, в 1955 г. добился разрешения писать на научные темы (стихи писать ему не разрешили). В 1956 г. (ему 44 года) его освободили. Из омского лагеря он привез рукописи двух его монографий: «Хунну» и «Древние тюрки» – его будущую докторскую диссертацию. В 1961 г. Л.Н. Гумилев защитил докторскую диссертацию, стал доктором исторических наук. Он был принят в 1962 г. на работу на Географический факультет ЛГУ. В ЛГУ он блестяще защитил в 1973 г. вторую докторскую диссертацию на соискание степени доктора географических наук, но Высшая аттестационная комиссия ее не утвердила на том основании, что «это выше, чем докторская, а потому и не докторская». Ему не присудили научной степени доктора географических наук, но назначили членом специализированного Ученого совета по присуждению докторских степеней по географии. К 1987 г. (ему 75 лет) он имел 8 опубликованных книг и более 160 оригинальных научных статей (общим объемом свыше 100 печатных листов), а также 4 рукописи новых книг. Л.Н. Гумилев знал несколько иностранных языков, в том числе французский, персидский, таджикский. Он не был только кабинетным ученым, за свою жизнь он 21 раз работал в полевых экспедициях.


Гумилев не любил рассказывать о лагерной жизни и работе в отдаленных местах, хотя у него были отняты из жизни почти 14 лучших лет, насильственно проведенных в лагерях, затем были годы работы в качестве вольнонаемного в магнитометрической экспедиции от Норильского комбината, а до этого были следственные