home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 6.

Надолго мы не задержались. Я натянула запасной плащ, не тратя времени на одевание, мы прицепили седла на драконов, и расселись согласно плану. И драконы рванулись вверх. Мы летели не меньше пяти-шести часов. И приземлились на лесной полянке. Я воспользовалась полетом, чтобы восстановить утраченную магическую СИЛУ и теперь чувствовала себя бодрее всех.

– Распаковывайте провизию, я пойду за хворостом, – предложила я, и исчезла, прежде чем кто-либо навязался бы мне в помощники. Мне настоятельно требовалось поговорить с госпожой природой в ближайших кустиках. Да и переодеться не помешало бы. Нет, какая же я все-таки умница, что взяла с собой два комплекта одежды. Что бы я сейчас делала в единственной драной рубахе?

Возвратившись, я застала просто идиллическую картину. Человек, элвар и двое оборотней распаковывали провизию. Драконов видно не было.

– А где наши крылатые друзья?

– Отправились на поиски пищи.

Я свалила хворост на траву и эффектно прищЁлкнула пальцами. В глубине охапки вспыхнул маленький огонек.

– Они скоро вернутся?

– Обещали через час.

– Отлично. У нас есть время переговорить. Итак, позвольте представиться. Меня зовут Ёлка, я учусь в Магическом Универе на пятом курсе. Это мой сокурсник Кан. Он немного старше, но такой же балбес. Это Тёрн. Он элвар и наш друг, хотя и ужасно вредный тип. Прошу любить и жаловать.

– Дейлион ан-Амирион, – вежливо поклонился принц. – Это моя сестра, Дейлианна ан-Амирион.

– Очень приятно, господа. Кан вам еще не рассказал, за каким рожном вы нам понадобились?

– Еще нет.

– Ну, так я вас обрадую. Ваш старший брат, ныне король Деркаан, намедни объявил войну всем иным формам жизни. И начал с элваров. Мировая общественность отвалилась в жестоком шоке. У нас последняя война-то была черт-те сколько лет назад и та – когда ворота открылись! Магический Универ такому повороту событий тем более не обрадовался. Войну объявил ваш братец, а проблемы будут у всех на планете. Директор Универа решил, что надо вытащить вас из тюрьмы и посадить на трон вместо вашего старшего брата.

– Директор Универа отправил за нами – пятикурсницу?

Лицо у принца было таким изумленным, словно на него с неба жареный индюк упал. Я оскорбилась до глубины души. Ну и что, что я пятикурсница? Мой ум не хуже мозгов любого профессора, особенно в таком деле!

– Не нравится – давайте я верну вас обратно, подождете другого спасителя. Получше и поопытнее.

– Простите. Я не хотел обидеть вас. Конечно, я не упустила случая сцедить на голову принца немного яда.

– Я не обижаюсь на невежд, глупцов, королей и детей, ваше высочество.

– Ёлка, называйте меня просто Дейл.

Мне показалось или принц попытался извиниться таким образом? Я перевела взгляд на элвара. Никогда не поверю, что он оставил разумы наших спутников без должного внимания. Элвар опустил ресницы в ответ на мой вопросительный взгляд. Что ж, даже такое куцее извинение лучше, чем вообще ничего.

– А я для вас всех просто Анна, – подхватила принцесса.

– Хорошо, – кивнула я. – Замяли и забыли.

– А что вы теперь собираетесь делать?

– Я – ничего. Просто доставлю вас в Магический Универ. А там пускай директор сам решает, куда вас отправить и поставить. Что-нибудь да придумаем.

– Интересно, что? – подняла брови Анна. – Мой сводный брат не отдаст престол за здорово живешь.

– А мы его убедительно попросим. Мои просьбы сложно не выполнить. А хотите, я превращу его в цаплю? Будет править всеми лягушками на болоте!

– А вы уже изучали это заклинание? – вредный элвар, как всегда, видел меня насквозь.

– Я могу попросить у старшекурсников конспекты! – опустила я ресницы. – Но у меня получится! Правда! Кан может подтвердить!

– Хорошо. С братом мы разберемся, – решил принц. – А что сделают элвары?

– А с элварами разберусь я, – оскалился Тёрн. – Выведете войска, поможете исправить разрушения и выплатите определенную сумму родным тех, кто погиб на этой глупой войне. Не так и сложно. А элвары постараются забыть об ошибках предыдущего правителя. За одного кретина не должно отвечать все королевство.

– Это еще скромно, – согласилась принцесса.

– Это еще не все, – смутился Тёрн. – Мы будем настаивать на выдаче Деркаана нашему народу и нашему суду.

– Да на здоровье! – расплылся в кровожадной улыбке Дейл. – Если вы думаете, что после смерти отца и матери, после нашего заточения мы еще питаем к братцу какие-то родственные чувства – так вы глубоко ошибаетесь. Только два условия. На его казни обеспечьте нам кресло в первом ряду. И чтобы этот подонок мучился подольше.

Красивое лицо оборотня исказилось от ярости. Но я его хорошо понимала. И каждый бы его понял. Служителей Света Вечного и христианских священников здесь не было. Да и те… Интересно, что сделают оборотни, просидевшие в башне треть своей жизни, с каждым, кто будет вешать им на уши лапшу эксклюзивной формы «прощение» и «любовь к ближнему»? Говорить всю эту чушь хорошо только пока сам не получишь по ушам. Лично я всегда стояла за третий закон Ньютона. Действие должно быть равно противодействию. А сколько раз этот закон до Ньютона открывали! Например, как аукнется, так и откликнется. Или – кто с мечом к нам придет, от него и погибнет. Или – это уже студенческий фольклор: «дал по морде – получи по уху». И все эти законы должны работать в самом жестком варианте – и для всех – от королей до распоследних бомжей. Только в этом случае можно обеспечить в стране покой и порядок. И все же что-то мне не нравилось.

– Тёрн, ты хорошо знаешь географию?

– Да. А что?

– Нарисуй карту, а? Можно без подробностей. Просто где что находится. Тёрн послушно взял прутик.

– Здесь Кейротолл. Вот ваш Универ, ближе к северной границе. Наш Элварион с севера, Ирролен с запада, Гразар и Сетелар с юга. Да, еще с севера Гвард и государство оборотней.

– Вот! – я прищЁлкнула пальцами, ловя ускользающую мысль за хвост. – Почему мы так плохо думаем о вашем братце!? Нет, я согласна, сволочь он последняя, но не в том дело. Уж простите, но из-за вашей мамочки у него, скорее зуб вырос бы на оборотней, а не на элваров. Не говоря уже о том, что элвары ему ничего не сделали, слава о них идет самая мерзопакостная и нападать на них стратегически невыгодно. Так почему же элвары? Он легко бы присоединил к себе оборотней, а потом уже двинулся бы на Гвард и Элварион, если уж так о войне мечтал. Вместо этого он лезет в заварушку, о которой можно сказать только пару маТёрных, лезет глупо, грубо, нагло и с риском навлечь на свою голову все войска разом. И даже возмущение Магического Универа его не останавливает? А ведь война с магами – это верный способ получить на свою задницу кучу неприятностей. Жил себе человек, жил, а потом свихнулся? Странно. Ваш братец правил несколько лет и никто его психом не считал. Козлом – да, сволочью порядочной, подонком и мерзавцем, но не психом. А тут на тебе! И он не видит того, что понятно каждому? Мы с директором считали, что он от ненависти рехнулся, но не до такой же степени? Странно это, господа?

– Странно, – поддержал Дейлион ан-Амирион. – Я бы тоже поступил, как вы сказали.

– Ну и я бы так же сделала, – согласилась принцесса. – С оборотнями он справился бы за лунный круг, не больше. А с элварами он завязнет надолго. Может ваш директор нам что-нибудь объяснит?

Я помотала головой. Картошка уже испеклась, распространяя изумительный аромат, Кан нарезал окорок и красиво разложил хлеб и яблоки. Запить была только вода, но никто не жаловался. Это был просто царский пир. Несколько минут работали только зубы. Потом мы наелись и разлеглись на траве, ожидая драконов.

– Скажи, Ёлка, – спросил принц, покусывая травинку, – нам говорили, что в башне колдовать нельзя. Но ты расплавила стену, чтобы вырвать прутья. Это ведь было колдовство?

– Да. В антимагической точке я могу полагаться только на свои силы. Истратив их, я буду совершенно беспомощна. Но я хороший маг. Моих сил хватило на все.

– Что есть, то есть, – согласился Кан. – Ёлка – отличный маг с нестандартными подходами к решению проблемы и любовью к усовершенствованиям. С другой стороны, она нахальна, взбалмошна, не подчиняется никакой дисциплине и заражает этими качествами остальных учеников.

– Прекрати, – вежливо попросила я.

– Вы представляете, однажды она привела в Универ привидение. – Не послушал голоса разума Кан. – Мало того, что привидение осталось жить у нас, так оно еще и переняло от Ёлки манеру разговора! Директор просто окосел, когда услышал, как привидение орет на студентов: «Куда прешь, осел рогатый! Глаза после вчерашнего от пива не просохли!? Эвхар дгерморенс! Кирдан рег текрагехн!». Ну и дальше в том же духе. Только более непечатно. А ведь это привидение – аристократка в семнадцатом поколении. Директор надеялся, что она научит Ёлку хорошим манерам, но куда там! После этого Ёлка получила дополнительный курс хороших манер вместе с привидением. Преподаватель чуть не рехнулся, вдалбливая Лорри азы этикета. То есть они друг друга этим этикетом мучили. Старались друг друга перещеголять. И Лорри лидировала. Все-таки у нее столетний опыт светской жизни!

– Свин ты все-таки, – вздохнула я.

– Ёлка, это и правда, было? – удивилась Анна. – Вы такая милая на вид девушка, такая скромная…

– В тихом омуте бесы водятся, – припомнил Кан. – А в Ёлке их раз в двадцать больше, чем в любом тихом омуте.

Я извернулась и бросилась на приятеля, собираясь намылить ему шею. Кстати, в буквальном смысле. Создать из воздуха горсть мыльной пены было делом минуты. Тёрн бросился меня оттаскивать, и ему тоже досталось. Оборотни подключились не раздумывая, и мы все вместе покатились по траве. Нервы требовали разрядки после бурной ночи. Мы опомнились, только когда над головой зашумели широкие крылья. И мы опять уселись в седла. Драконы ровно и мощно взмахивали крыльями. Минуты сливались в часы и убегали прочь. Солнце медленно закатывалось за горизонт. И к Универу мы подлетели часов в десять вечера. Нет, ну какие же молодцы эти драконы! По восемь-десять часов в воздухе – это не каждый выдержит. Надо попросить директора, пусть хорошенько накормят бедняг. И какое преимущество в скорости! До драконьих гор я добиралась где-то неделю, а из них до Универа мы добрались всего за двенадцать часов. Ради такой скорости можно и потерпеть некоторые неудобства. Какие? Основных неудобств было три. Во-первых, драконы пахнут далеко не розами. Запах относится ветром, но я его все равно чувствую. Такая смесь пивного перегара с чесноком. К концу третьего часа я наколдовала нам с принцессой по флакону духов. Теперь мы могли изредка перебивать этот запах. Но все равно не слишком приятно. Во-вторых, драконы летят рывками. Во всяком случае – Темик. Он часто хлопал крыльями, так что нас швыряло вверх, вниз, вправо и влево. Удовольствия мало. Хорошо у нас желудки крепкие, а то кого другого и стошнить бы могло. Ну и третье, бросающееся в глаза. Сидеть мы могли только на седле. Стоило спустить ноги на драконью чешую, как мы мгновенно остались бы без штанов, а потом и без кожи. А теперь представьте сами, что вы просидели десять часов в одной позе, постоянно поджимая ноги. Ваши впечатления? Лично у меня, их не было. Я просто уже не чувствовала ничего от пояса и ниже.

Было темно, как у дракона в заднице, когда мы подлетели к Универу и торжественно приземлились на центральный стадион под вопли ужаса учеников и учителей. В общем, встречали нас весело и со вкусом. Лично я такое веселье, но в меньших масштабах видела только раз, когда Кан бросил в женский туалет сворованную у алхимиков и специально зачарованную голову зомби. Визг, шум, крики, неразбериха и суматоха, усиленные общим непониманием ситуации. Наконец кто-то что-то понял, и на стадион вылетела толпа народа. Впереди всех несся Верховный колдун Антел Герлей в ночнушке до пола и ядовито-зеленом халате, цвет которого уже мог довести любого дракона до инфаркта. Обалденные тапочки в виде зайчиков, розовый колпак с кисточкой и посох наперевес довершали его парадный наряд. Увидев, меня и Кана верхом на драконе, шестым чувством угадав оборотней королевской крови и опознав в Тёрне элвара, он резко остановился, прервал заклинание и вместо сгустка пламени выдал несколько непечатных, но поистине пламенных фраз, оптом перечислив и описав всю мою родню и моих потомков до двенадцатого колена. Ну и меня, как почетного предка, со всеми порочащими связями.

– Согласна, – крикнула я. – Но вы же сами просили доставить их к вам побыстрее! Директор едва не лопнул от возмущения.

– Это я просил тебя приводить сюда драконов посреди ночи!? Да еще и брать в помощники элвара!?

– Победителей не судят! – завопила я. – Или надо было оговаривать, мол, к тем-то и тем-то не обращаться, с теми-то не говорить! А этому элвару я вообще жизнью обязана!

Директор сдернул колпак с кисточкой, от души запустил им в Лаванду (драконица дернула головой, перехватила розовое чудо на лету и проглотила) и вдруг расхохотался.

– С вами все в порядке? – тревожно спросила я. Если директор сойдет с ума, в Универе мне точно больше не учиться. Но тут Антел Герлей поднял на меня совершенно нормальные и веселые глаза.

– Ладно, слезайте и идите ко мне в кабинет, оболтусы. Обсудим ситуацию.

– А драконы! Они устали и проголодались! Они нас весь день везли! Пока не позаботитесь о них, никто и с места не тронется. – Начала качать права я.

Препиралась я больше потому, что не могла встать. Ног просто не чувствовалось. Если бы мне их Темик отгрыз, я бы и не заметила.

– Повара ко мне!!! – завопил директор.

Не знаю уж, каким чудом, но повар появился буквально через десять секунд.

– Драконам требуется пища. Раздобудь, – приказал директор. Повар ловил ртом воздух, как выкинутый на берег карась.

– Да чем их кормить!? – возопил он. – Они же людей едят!!!

– Двух-трех коров будет вполне достаточно. И литров сто воды. Лучше даже сто пятьдесят. Только чистой и холодной, – повела на него глазом Лаванда. – А отдохнуть мы можем прямо здесь, на травке. Только скажите своим людям, чтобы они к нам не лезли. У драконов очень чуткий и беспокойный сон.

– Да где ж я коров посреди ночи возьму!? – выдохнул повар.

– Не возражать!!! – заорал директор так, что на поваре одежда заколыхалась. – Исполнять немедленно!!

Повара как ветром сдуло. Кан уже слез с Лаванды и помогал слезть принцессе. Тёрн отвязывал ремни.

– Ёлка, чего ты ждешь!? – поинтересовался директор. – Давай слезай, некогда тут эльфийские церемонии разводить!

– Да я бы и рада! – взвыла я. – Но я не могу! Я не железная! У меня ноги затекли! Я просто упаду!

Мне помог слезть Дейлион ан-Амирион. И он же подхватил меня на руки, когда я запнулась и едва не впечаталась носом в землю.

– Благодарю вас, ваше величество.

– Ёлка, завязывай с эльфийскими церемониями! Я же сказал, я для тебя навсегда просто Дейл! Или мне королевский указ издать!? Специально для тебя!?

– Это было бы забавно.

– Хорошо, как только меня коронуют, так сразу. Договорились?

– Договорились, Дейл. А теперь отпусти меня.

Расшалившийся принц даже и не подумал поставить меня на землю. Вместо этого он покрепче перехватил меня и закружился со мной по стадиону, едва не прибив моими ногами кого-то из учеников.

– Я свободен! Свободен!! Свободен!!!

– Немедленно прекрати! – возмутилась я. – Если ты меня уронишь, это будет последняя свободная секунда в твоей жизни! Я тебя на метр под землю загоню!

Принц послушался, остановился, но вместо того, чтобы опустить меня на землю, крепко поцеловал в губы. Ну и нахал! Но сопротивляться я не стала. Я не клоун, мне за это представление не платят!

– Ты совсем с ума сошел? – поинтересовалась я, кое-как восстанавливая дыхание. – Разбиваешь в клочья мою репутацию перед всем Универом!

– Подумаешь!

– Вот и подумай на досуге! – я кое-как вырвалась и встала на землю. Потопала ногой. Нет, вроде не шатается. Принц обнял меня за талию, но сопротивляться я не стала. Особо я на него не сердилась. До мужика только что дошло, что он свободен. Тут не только что ведьму, тут и гадюку расцелуешь. Да и какой смысл вырываться, если ноги до сих пор не слишком твердо стоят на земле?

– Так вы идете или еще побеситесь? – напомнил о себе директор.

– Идем! – воскликнули мы в пять голосов. И зашагали за директором в его кабинет.

В кабинете директор привычно уселся за стол, оборотень и Тёрн разместились в креслах, Кан занял табурет, мы с Анной облюбовали диван. Несколько минут директор молчал, собираясь с мыслями, потом зацепился взглядом за меня.

– Ёлка, я должен перед тобой извиниться. Я вообще не рассчитывал, что вам удастся это мероприятие. Должен признаться, вслед за вами, только гораздо более тайно, я отправил еще две группы магов. Но они не добрались до цели. А вы… Я просто восхищаюсь тобой! Как тебе все это удалось? Я только махнула рукой.

– Я всегда считала, что те, кто говорят на одном языке, всегда смогут договориться. И многие люди и не-люди разделяют мое заблуждение… то есть убеждение. А в качестве извинения меня устроит зачет по начертательной магометрии.

– Посмотрим на твое поведение, – улыбнулся директор. – Ладно, поблагодарить я тебя поблагодарил. Кан, надеюсь, ты понял, что это все также относится и к тебе. А теперь о деле. Двоих твоих спутников я знаю. Ваше величество, – наклон головы в сторону Дейлиона ан-Амириона, – Ваше высочество, – наклон головы в сторону его сестры. – А кто же ваш третий спутник?

Элвар не упустил случая поразвлечься. Встав с кресла, он раскланялся так, словно присутствовал на королевском приеме.

– Эйверелл Эстреллан эн-те-Арриерра, младший наследный принц элваров, к вашим услугам.

И улыбнулся, показав острые клыки. В кабинете повисла полная тишина. Я с завистью посмотрела на элвара. Одно имя, шесть слов, предлог, а какой эффект. Мне такого никогда не добиться. Тёрн, похоже, прочел мои мысли, потому что улыбнулся еще клыкастее. Я даже позавидовала. Клыки у него были просто великолепные. Длинные, острые, белоснежные. Конечно уже на втором курсе Берёзка, практикуясь, создала из моих зубов стоматологический шедевр, но одно дело магия, а другое – природа. Элвар улыбнулся еще раз и уселся в кресло. Слова, которые, наконец, произнес директор в ответ на его заявление, повергли меня в легкий шок. Куда там моим жалким попыткам материться. Мы восхищенно внимали, стараясь запомнить побольше перлов изящной словесности.

– Вы что – действительно младший принц элваров? – спросил директор, наконец, отойдя от шока.

– С самого рождения и до сегодняшнего дня. Вас это удивляет?

– Нет, – признался директор. – Когда дело идет из-под Ёлкиной руки, можно ожидать чего угодно. Я только не понимаю, почему она не притащила сюда всех остальных обитателей нашего мира.

– Потому что они бы здесь не поместились, – пояснила я. – Но если вы хотите, я сейчас за ними сбегаю.

Легкое движение бровей директора я четко перевела как «увянь и заткнись». И решила послушаться. Не тут-то было.

– Ёлка, Кан идите-ка вы в столовую, поужинайте и ложитесь спать, – предложил Антел Герлей. – Вам нужно отдохнуть и вообще, не стоит лезть в политику.

Угу, в переводе на русский язык – отвали, засранец. Мавр сделал свое дело, мавра можно утопить! Ну, погодите вы у меня, попросите еще об одолжении! Нет, ну какое свинство! И главное – кто! Директор! Я молча встала, собираясь, как следует хлопнуть дверью на прощание, но тут вмешался Тёрн.

– Кан может идти. Но Ёлка остается.

– Простите? – удивился директор.

– Объясняю, – спокойно отозвался Тёрн. – Ёлка – единственная, кому я доверяю в вашем Универе. Поэтому она остается здесь.

Кан вылетел из кабинета, треснув дверью так, что та едва не слетела с петель. Тёрн спокойно выдержал возмущенный взгляд директора.

– Спасибо, – протелепатировала я другу и через минуту получила ответ.

– Не стоит. Я правду сказал. Что ж, с меня причитается при случае.

– Я тебе об этом напомню, – тут же пришла мысль.

Я обратила все свое внимание на директора. Тот казался каким-то странным.

– Тёрн, я должен вам сообщить очень печальную для вас новость. На лице элвара не дрогнул ни один мускул.

– Что случилось?

– Вчера Деркаан взял столицу Элвариона. Ваши родители погибли. О старшем брате ничего не известно.

Лицо элвара окаменело. Только теперь я поняла, что значат слова «маска смерти». Это была именно она. На мертвенно-бледном лице жили только глаза. Мне стало страшно. Но

элвар тут же провел по лицу рукой, и оно стало опять спокойным и холодным.

– Я понял. Давайте поговорим о деле.

– Давайте, – с облегчением согласился директор. Еще бы! Унимать элварскую истерику – дело гиблое. Тут остается только прятаться под стол и молиться, чтобы пронесло. Мимо. – Я хочу перебросить вас вместе с войском к столице Элвариона. И там вы разберетесь с Деркааном. Я знаю, где укрылись сопротивляющиеся элвары. К ним я вас и переброшу. Вас и еще магов.

– Отлично, – согласился Дейлион ан-Амирион.

– Так и поступим, – согласился Тёрн.

– Хорошо. Тогда вы и вы, Ваше величество, будьте готовы завтра в шесть утра. А для вас и для вас, ваше высочество, мы приготовим апартаменты. Ёлка, можешь идти отсыпаться.

– Не поняла, – подняла брови принцесса. – Вы намеренны оставить меня здесь?

– И меня? – подключилась я. – Я не останусь. За мной еще долг одному элвару!

– Это моя война. И я не собираюсь оставаться здесь. Не вас держали почти десять лет в одной комнате. И не ваших мать и отца убили!

– Вы что – с ума сошли!? – удивился директор.

– Нет, – одновременно замотали головами мы с принцессой.

– Я должна быть рядом с братом! – решительно заявила принцесса. Я тряхнула головой.

– Я никогда не была сильна в предвидении, но сейчас что-то кружит рядом со мной. Поверьте, мое место ТАМ. Я должна закончить эту партию. Директор несколько секунд смотрел на меня, потом кивнул.

– Что ж, надеюсь, ты права. Только постарайся не подставлять голову под стрелы.

– Постараюсь, – пообещала я.

– Тогда перед нами встает еще одна проблема. Ваш брат. На него почему-то не действует магия. Более того, в замок, где он находится, сейчас нельзя перенестись с помощью магии. Вам придется пробиваться самим. Во дворце есть какие-нибудь тайные ходы?

– Полно. Но это мы решим на месте. И потом, вы не о том хотели сказать.

– Это так. Вам, ваше величество, придется осудить и хладнокровно убить своего брата, или убить его во время боя. Дейлион даже бровью не повел на эти слова.

– Я знаю. Но вы не думайте, что у меня дрогнет рука. Я уже говорил как-то, родственных чувств у меня к нему не осталось.

– Тогда все, – спокойно подвела я итоги. – Завтра на рассвете? Мы будем. Разрешите идти?

– Разрешаю, – кивнул директор.

– До утра, – попрощалась я со всеми. И вышла.

В коридоре было пустынно и тихо. Спорить готова, что ребята подстерегают меня за ближайшим поворотом, чтобы как следует расспросить. Кто-то схватил меня за руку.

– Тёрн? – удивилась я.

Глаза элвара блестели, как у сумасшедшего. Лицо было внешне бесстрастно, но глаза… Не дай мне Высшие Силы узнать хотя бы десятую часть такой боли. Я просто не вынесу.

– Ёлка, помоги мне! Мне так больно! Я просто не могу оставаться сейчас один! Я сойду с ума! Мне некого попросить об этом, я никого здесь не знаю…

Я сжала его руки, прерывая лихорадочный диалог. Пальцы у него были ледяные. Потерять родителей! Высшие Силы! В какую-то минуту меня просто ударило его эмоциями, чувствами, ощущениями – и я задохнулась от боли и сострадания. И еще крепче сжала его руки.

– Пойдем. У меня в комнате есть свободная койка. Мы посидим в тишине, и ты расскажешь мне о них.

– Ёлка!!! – завопил кто-то. Вокруг меня собиралась плотная толпа сорвиголов. – Ёлка, Ёлочка, наша колючка вернулась!!!

Меня окружила толпа друзей, засыпала вопросами, заговорила тысячей голосов… Я беспомощно оглядывалась, крепко держась за руку Тёрна. Помощь пришла быстро.

– А ну расступились!!! Оглоеды, имбецилы, рибонуклеазы!!!

Я даже прослезилась. По коридору плыла такая знакомая и родная Лорри. И в руках у нее была очень материальная и грязная метла. Этой метлой она и разгоняла учеников, освобождая себе дорогу.

– Ёлка, сейчас немедленно ужинать и спать! – скомандовала она. – Марш в комнату! И только попробуй не рассказать мне о своих продЁлках на свободе! Куда ты еще успела влипнуть? Что еще хорошего наворотила?

– Знакомься, – спокойно представила я. – Это мой друг Тёрн. Он элвар. Лорри смерила элвара оценивающим взглядом. Как корову на базаре.

– Надеюсь, ты за него замуж не собираешься?

– Поиздевайся мне еще! – взвыла я. Тёрн широко улыбнулся.

– Простите, госпожа, но о свадьбе мы пока не думали. Мы по-другому развлекаемся.

Собственно, мы и, правда, развлекались по-другому. Драками, спорами и ссорами. Интересно, а что подумали все остальные? Элвар подмигнул мне. Нет, он просто наслаждается, поддразнивая меня!

– Именно, – согласился он. Я онемела от такой наглости, а Тёрн уже повернулся к Лорри.

– Госпожа, я с удовольствием расскажу вам историю нашего знакомства, но я не артист и на публику не работаю.

Лорри закатила глаза и швырунла метлу в сторону. Ну и попала по кому-то. Но воплей не раздалось. Все знали, что с ней связываться – гиблое дело.

– Хорошо. Идем.

В итоге мы оказались в моей комнате. Там уже все было готово. На столе стоял ужин, кровать манила белоснежным бельем, в углу дымилась горячая ванна.

– Уступаю ванну тебе, – предложил Тёрн, – а я пока уничтожу твой ужин. Не возражаешь?

– Нет. Отвернись.

Я действительно была совсем не голодна. Тёрн развернулся к столу, а я нырнула в ванну. Какой кайф! Вода просто делала из меня другого человека. Через несколько минут я попросила Тёрна отвернуться и вылезла из ванны. Рядом с ней лежала длинная ночная рубашка. Лорри просто мой добрый ангел. Что бы я без нее делала? Тёрн уже уничтожил половину моего ужина, умудряясь при этом болтать с Лорри и рассказывать ей о наших приключениях, вырезая самые животрепещущие моменты. Все было прекрасно. И все же что-то не давало мне расслабиться. Что? Не знаю. Потом разберусь. Я выкинула все из головы и забыла. А зря. ГЛАВА 7.

Мы с Тёрном спали от силы часа три. Большую часть ночи элвар рассказывал мне о своей жизни, о своих родных и близких. Он не плакал, но лучше бы уж рыдал всю ночь. Так было бы менее больно. Но Тёрн просто говорил и говорил, словно стремясь на миг оживить своих родителей – и понимая, что этого уже никогда не будет.

– Они замечательные! – говорил он. – Моя мама – потомок по прямой линии Того Самого Эстреллана Эверольда, друга Основателей. Хотя у нас называют Миротворцами за то, что они принесли мир элварам. А мой отец такой же, как и я. С такими же способностями. Он встретил мою мать очень рано и сразу понял, что именно рядом с ней хочет прожить всю жизнь. Все считали это безумием, и все же, все же… Мама поклялась отцу в верности при первой же встрече и не нарушила своей клятвы. Потом отец погиб. То есть все считали, что он погиб. Он отправился в кругосветное путешествие, но его корабль разбился, его выбросило на необитаемый остров, и он спасся только чудом. Он даже позвать никого не мог. Это была та самая антимагическая точка. И он прожил там почти сто лет. Он чудом спасся, чудом выжил, и третьим чудом было то, что остров обнаружил другой, пиратский корабль. Отец дал им слово, что если они спасут его, он будет плавать с ними, пока смерть капитана не освободит его от обязательств. Он так и поступил. И только через двести лет смог вернуться на родину. Многое изменилось, но они с мамой все-таки поженились. Они души друг в друге не чаяли. Нет, даже не так!

Я даже не могу так сказать, потому что они были не просто мужем и женой. Иногда мне казалось, что у них одна душа на двоих. Мой старший брат родился через пятьсот лет после их свадьбы. И еще через семьсот лет родился я. Правда, эти телепатические способности от отца передались только мне.

– Ничего себе разница между братишками!? – удивилась я.

– Элвары живут по несколько тысяч лет, для нас это не разница, а так, мелочи. – пояснил Тёрн.

Я только вздохнула. Мне такая разница не светит. С другой стороны, за долголетие они расплачиваются малодетностью.

– Именно, – подтвердил Тёрн. – Двое детей – это максимум того, что может родить элваресса. В человеческих семьях женщина может рожать хоть каждый год, пусть даже половина детей и умирает не повзрослев. Мы же тщательно оберегаем каждого ребенка. И вообще, рождение ребенка для нас праздник. К сожалению, Создатели не позаботились о том, чтобы мы могли размножаться быстрее. Или не успели. Теперь этого уже никто не узнает…

Только под утро элвар, наконец, утомился и уснул. Я прилегла на соседнюю кровать и провалилась в тяжелый глубокий и черный сон, больше похожий на беспамятство.

Кто-то позвал меня по имени. Я попыталась открыть глаза. Под веки, словно песка насыпали.

– Ёлка, просыпайся! Уже семь утра!

Рядом с кроватью стоял Тёрн, одетый, умытый и вполне довольный жизнью. Мне сразу захотелось его чем-нибудь стукнуть.

– Ты словно сутки спал!

– Я успел отдохнуть.

– А я нет. Отвернись, дай мне спокойно одеться. Элвар скользнул по мне взглядом.

– Хорошо выглядишь, Ёлка. Никогда не думал, что у тебя такие симпатичные ноги.

Я подошла к зеркалу и вздрогнула. Может, мне в таком виде и отправиться на войну? Я бы там всех воинов перепугала, лошади бы в обморок попадали. Волосы не дыбом, а быдом, морда опухшая, с синяками под глазами. В данный момент самой привлекательной моей чертой была полупрозрачная ночная рубашка с кружевом. А что касается ног… Интересно, где этот мерзавец ноги разглядел? На них же живого места нет! Сплошные синяки, царапины и ссадины. Если бы Тёрн не читал мысли, он точно бы получил у меня парочку затрещин за издевательства.

– Я не издевался! – возразил, отворачиваясь элвар.

Я запихнула рубашку в шкаф и натянула стандартный комплект одежды. Брюки, сапоги, рубашка навыпуск, пояс, плащ. Все веселого черного цвета. Давно хочу вышить на плаще золотом череп и скрещенные кости. И надпись: «не лезь – убью». Было бы то, что надо. Волосы разодрались за десять минут с помощью магии, я заплела их в косу, а внутрь косы продела металлическую веревку. Ее мне презентовал один гном. Подробнее потом расскажу. Но веревка резала все, при этом была не толще моего мизинца, упаковывалась в специальный чехол и я могла легко обернуть ее вокруг талии, не опасаясь стать двумя половинками одной Ёлки.

– Откуда у тебя такая редкость? – поднял брови Тёрн.

– А то ты не знаешь?

– Не мог же я прочитать ВЕСЬ твой разум. Я ограничился самым необходимым. А этот эпизод просто прошел мимо меня. Пришлось пояснить.

– Было дело. Еду по горам, тут мне навстречу выскакивает гном, то есть гном-ребенок и орет о помощи. Мне что, я помогла. Так получилось, они рыли шахты и случайно наткнулись на могилу.

– Кого же хоронят в горах?

– Того, которого считают беспокойным соседом. Так и получилось, они просто подняли зомби из могилы.

– И ты справилась с зомби?

– Смеешься!? Конечно, я пока не знаю никаких заклинаний. Завали я зомби всей горой, он выбрался бы через тысячу лет. А мне такой подарок на юбилей на фиг не нужен. Пришлось действовать по старинке. Гномы заманили зомбика в определенное место, там я обрушила скалу прямо на него заклинанием, сплющила в лепешку, блин изрубила в лапшу, а потом сожгла останки под полуденным солнцем, на специальном огне, с дюжиной светлых трав, пением литаний и заклинаний. Сгорел до горсточки пепла. Пришлось собрать пепел, и отвезти к директору Универа, чтобы тот проверил. Гномы очень благодарили. И подарили веревочку. Хотя я плохо умею с ней обращаться.

Какая-то мысль опять зашевелилась в голове, в самой глубине черепа. Сейчас я поймаю ее за хвост, сейчас…

– А директор? – голос Тёрна ворвался в мой мозг, разогнав сумерки сознания.

– Зомби не имел ни малейшего шанса воскреснуть. Я оказалась перестраховщицей. Но лучше так, чем потом весь век за ним охотиться.

– Согласен. Покажешь мне как-нибудь, как ты ей дерешься?

– С удовольствием. Я готова. Идем?

– Надо же! Ты первая женщина в моей жизни, которая не собирается по три часа кряду.

– Тебе крупно не везло в жизни. И потом, я ведь на войну, а не на бал.

– Будем надеяться, что ты на войну не попадешь.

Я только пожала плечами. Самая мерзкая особенность моего организма – это притягивать к себе разные приключения. Если я не попаду на войну, то наверняка война придет ко мне. И еще неизвестно, что хуже. Я резко распахнула дверь и едва не попала ей по лбу директору.

– Ёлка, сапогом тебе на хвост!!! – взревел Антел Герлей.

– Извините, – пропела я, немного сожалея, что не открыла ее на секунду позже. Просто из вредности.

– Простите, Эйверелл, я хотел бы поговорить с Ёлкой, – извинился директор Универа.

– Конечно, – и Тёрн прикрыл за собой дверь.

– Садись, – кивнул директор. Я уселась на кровать, директор присел на краешек кресла.

– Ёлка, мне надо с тобой поговорить и серьезно извиниться перед тобой. Я очень виноват.

– В чем? – спросила я , чтобы не молчать.

– Во-первых, я направил не только вас на выручку оборотням. Я думал, что вы будете прикрытием, но все получилось по-другому. Мои люди не подают о себе вестей. И даже браслеты молчат. Я начинаю подозревать самое худшее. Вас я, честно говоря, всерьез не принимал. Думал, вас еще придется спасать. В общем, прошу прощения.

– Нам помогли драконы. Сами мы гораздо дольше бы добирались, – обошла я вопрос о прощении. Про покушение мне тоже говорить не хотелось. Кан расскажет, а я не стану. Иначе директор меня просто никуда не отпустит.

– Это понятно. Только что дальше с ними делать?

– Тёрн решил предложить им жилье в горах Элвариона. На границе с Азермоном.

– Это будет грустный сюрприз для короля Азермона. Он так давно и старательно пакостит элварам.

– Это его проблемы. А что еще?

– Ёлка, я боюсь, среди нас есть предатель. Кто-то знает обо всех моих планах и передает их Деркаану.

И этого еще мало! С его величеством Деркааном что-то не так. У него мощнейшая магическая защита, но даже этого мало. Кто-то искривляет все магическое поле вокруг него. Искривления. Что я знаю про искривления и откуда?

– Ясненько. Потому он и жив до сих пор.

– Именно. Но на такое способны только маги. И не самоучки, а кто-нибудь моего уровня.

– Как мило. Интересно, а если я с этим другом народа столкнусь? Мне-то что делать?

– Потому я тебе все и рассказал, чтобы ты никому не доверяла. И еще. Я настоял, чтобы оба принца были вместе, сейчас предупрежу еще раз. И охраняй их, как свою душу.

– А если они разделятся? Мне тоже прикажете разорваться?

– Действуй по обстоятельствам.

Я закатила глаза. Вот так всегда. Действуй по обстоятельствам. А если обстоятельства пойдут не так, кто будет крайний? Вам подсказать, или вы сами догадаетесь?

– Хорошо. Только потом меня не упрекайте.

– Упрекать я тебя не стану в любом случае. Тебя хвалить и благодарить надо.

– Это после победы. Договорились?

– Вполне. Пошли, нас уже ждут.

Я заперла комнату, и мы спустились вниз в столовую. Там все повара сбивались с ног. Дейл, Анна и Тёрн сидели за столом, который ломился от деликатесов. Даже раздвоившись и здорово оголодав не-люди не смогли бы слопать и трети этого богатства. Его высочество оборотень помахал мне рукой.

– Ёлка, присоединяйся!

– Утро доброе, – кивнула я, глядя на все это изобилие тоскливыми глазами. Это ж надо, такая роскошь, а я просто глядеть на еду не могу. Тёрн, похоже, прочел мои мысли, потому что протянул мне яблоки и налил в стакан воду.

– Благодарю, – вяло кивнула я, присаживаясь за стол.

– Съешь что-нибудь нормальное, – предложила Анна. – Дичь или осетра… Сама она уписывала за обе щеки. Вот что значит оборотень.

– Не стоит.

– Как твое самочувствие? – поинтересовался Дейл.

– Хоть сейчас под венец, – огрызнулась я.

– Договорились. Как только коронуюсь, тут же подыщу тебе мужа.

– Если вы хотите от кого-нибудь избавиться, не обязательно так мучить беднягу. Лучше колесуйте или сожгите его, – ответила я, с отвращением глядя на ветчину. – А женить несчастного на мне – это слишком жестоко.

– Не могу с тобой согласиться, – подмигнул Дейл.

– Твое счастье, что я за тебя замуж не собираюсь.

– Господа, вы позавтракали? – спросил директор. – Тогда послушайте меня еще раз. Ёлка одна, никого другого вы брать с собой не хотите, да и я не стал бы вам никого предлагать. Ёлке хоть доверять можно. Так что помните мое предупреждение, и не расходитесь далеко друг от друга.

– Интересно, а что сделает Ёлка, если разгорится бой? – полюбопытствовал оборотень.

– Убью тебя безболезненно, – буркнула я.

Меня все время терзали смутные воспоминания. Что-то, что я слышала, видела или читала, что-то такое, что было разлито в воздухе, но что?

– Тёрн, ты не можешь мне помочь?

– Нет, Ёлка. Это не по моей части. Я могу читать мысли, могу помочь вспомнить, но я должен знать, ЧТО именно ты хочешь вспомнить. Хоть какую-то зацепку. Хоть что-то.

Зацепку ему! А то бы я сама не вспомнила, если бы знала, о чем вспоминать. На память я пока не жалуюсь, скорее наоборот.

– Лучше послушайтесь моего совета, – вздохнул директор. – Я и сам не знаю, что сделает Ёлка, если ее припрут к стене, но уж сидеть, сложа руки, она точно не станет.

Я рассерженно сунула в рот кусок яблока. Говорят обо мне, словно о нелицензионной видеокассете.

Я и сам не знаю, что она сделает: то ли застрянет в видаке, то ли расплавится прямо в нем, то ли весь фильм будет похож на зимнюю вьюгу, то ли это вообще будет не тот фильм, но просто так отделаться точно не удастся. Гран мерси, блин, за комплимент!

– Может, пойдем? – поинтересовалась я. – Чего тянуть-то?

Все как-то переглянулись, потом встали из-за стола и отправились в кабинет директора. Там все было почти так же, как всегда, только на полу была начерчена секстаграмма. Два ее луча занимали директор и учитель Теодорус. На остальные четыре луча встали мы.

– Сейчас я отправлю вас в лагерь элваров. Там сейчас находится большинство наших магов и учеников. Ваша задача – добраться до командования и до Деркаана. Мы узнали о настроении в войсках. Никому кроме него не нужна эта тупая, мерзкая война. Если его не станет, война прекратится. Все в ваших руках, ребята.

– А вы с нами отправиться не можете? – удивилась принцесса.

– А вы смогли бы бросить своих учеников сейчас? – удивился директор. Я его хорошо понимала. Ну должен же в этом дурдоме быть хоть один надзиратель. – Я и так направил туда всех, кого мог.

– Короче, – пояснила я, – маршалы сами в атаки не ходят. Давайте, директор, отправляйте нас. Раньше начнем, раньше по шее получим.

– Закройте глаза. А то голова закружится.

Директор, в отличие от меня, не произносил вслух заклинаний. Ему это просто не требовалось. Он оперировал мыслеформами с такой скоростью, что я просто восхищалась им. Быстрее бы завершился перенос. Я потрогала в кармане два яблока, прихваченных мной со стола. Это был мой любимый сорт. Крупные, с два моих кулака, кислые, такие твердые, что я в них едва не оставляла зубы. Но любила. Вот разберемся с Деркааном, и я сяду перекусить. Если они к тому времени не сгниют. Но тогда я их кому-нибудь скормлю. Кого не очень жалко.

Голова кружилась все сильнее и сильнее, тело почти не чувствовалось. В какой-то миг я просто перестала существовать. И ожила опять… Открыла глаза. И неласково помянула родственников директора. Это ж надо – закинуть нас в самые кусты ежевики.

– Ёлка, ты в норме? – поинтересовался Тёрн.

– Еще бы три сантиметра – и было бы куда хуже.

– Согласен. Это ж надо – хряпнуться копчиком о камень! И наверняка – единственный в округе, – согласился Дейлион ан-Амирион.

– А я хорошо приземлилась, – заметила принцесса.

– Тебе повезло. – Я попыталась поднять голову и взвыла от боли. В мои волосы намертво вцепился куст ежевики. И мне еще повезло. Полшага влево – и большинство колючек этого мира оказались бы в моей многострадальной заднице. И кто только выбрал это дурацкое место!? Хотя КТО – я знала.

– Помогите мне отцепиться! Господа и дама! Вся троица кинулась ко мне.

– Это ж надо, – шипела я, пока они отделяли мои волосы от ежевики, стараясь не оскальпировать меня. – Что ему стоило чуть-чуть искривить пространство…

СТОП!!! Искривить пространство! Погасить магию в радиусе нескольких метров от себя! Не улавливаться с помощью магического поиска! Искажать мысли при телепатическом сканировании! Вообще не поддаваться никакой магии! Боль неплохо прояснила мои мысли, Тёрн еще раз дернул меня за волосы, на глаза навернулись слезы, но мысли наконец-то сложились в аккуратную картину. И эта картина состояла из одного слова. ЗОМБИ!!!

– ЗОМБИ ХРЕНОВ!!! – заорала я так, что вся троица просто шарахнулась от меня.

– Ёлка, с тобой все в норме? – осторожно поинтересовался Дейл. Анна смотрела так, словно опасалась, что я брошусь на нее и укушу.

– Более чем, – бросила я. По глазам Тёрна я видела, что он уже все понял, но молчит, чтобы не выдать свой талант. – Вы что – не поняли? Ваш брат не сошел с ума! У него вообще не осталось ума! Он – зомби!

– Это как? – не поняла Анна. – Зомби – это… Я попыталась взять себя в руки. Получилось плохо, но все же, все же…

– Объясняю. Мне поведение вашего братца казалось неправильным с самого начала. Ну с чего ему с ума сходить. Уж если бы он решил мстить всем расам, он бы с вас и начал, чего уж там. Но он просто прислал людей охранять вас. Чтобы вы ему под ногами не мешались раньше времени. Это первое. Я говорила с директором. Меня интересовало, почему он просто не телепортируется прямо позади Деркаана с хорошим топором в руках. Сложно, но не невозможно. Посмотреть, просчитать, попросить СИЛУ у кого-нибудь из учителей. Я бы с этим справилась, хотя для меня это было бы смертью. Убраться из нужной точки я бы уже не смогла. Но не в этом дело. Директор сказал мне, что подозревает магов в предательстве, потому что у вашего братца магическая защита и кто-то искривляет все пространство вокруг него. Это второе. И последнее. Я обожаю копаться в архивах. И не только в них. Честно говоря, я читаю все подряд, и я как-то набрела на интересную хронику. Скорее даже не хронику, а роман. Он очень старый, относится еще к тем временам, когда семьдесят с хвостиком тысяч лет назад маги создали новый континент и случайно открыли на нем ВОРОТА в иные миры. Вот тогда и полезли из тех ворот всякие милые существа. И у одной породы была милая привычка – зомбировать людей, превращая их в своих слуг. Так вот, те зомби тоже не поддавались действию магии, они также искривляли пространство вокруг себя, и за ними нельзя было даже проследить магически. Я заинтересовалась. Мне надо готовить заклинание…, но это неважно. Я начала копаться в хрониках той поры, романах, книгах, личных записках, путевых дневниках, отчетах – что угодно, только бы того времени. В архиве много забытых бумаг. На эту задачу я потратила полгода, и считаю, что мне чертовски повезло! Я нашла то, что мне нужно. Маги нашли способ искривлять пространство вокруг себя, и нашли способ преодолевать это искривление. Но почему-то нигде не было сказано, что маги пользовались этим способом. Я начала искать дальше. Этот способ искривления годился только для зомби. Опытный колдун мог использовать поле трансформации…., это тоже не столь важно. Это уже чистая терминология. Но вы понимаете, чем пахнет? Это некромантия. И высшего порядка. И мне ну оч-чень интересно побеседовать с тем милым человеком, который все это начал.

– Человеком?

Я задумалась. Тёрн был прав. С тем же успехом это мог быть и элвар и друид, и аллигатор нильский, да кто угодно, кто получил бы доступ к королю. С другой стороны, этот кто-то должен (должна?) быть хорошим магом. И не просто хорошим, а ОЧЕНЬ хорошим, чтобы не зомбировать самого себя вместо подопытного кролика, пардон, короля. Не говоря уже о том, что нужно ведь не просто поздороваться с королем, а получить его в расслабленном состоянии часа на… на сколько? Да черт его знает! Я же не некромант! Я даже не учила эту пакость. Это четырнадцатый курс! А я только пятый. Нехилая разница! Я даже толком ничего не знаю об этих зомби! Я просто списала с листка формулы, а потом зазубрила их, как попугай, надеясь разобраться в будущем. Но придется разбираться сейчас.

– Еще как придется, – подтвердил Тёрн. – Ты забыла об одной ма-аленькой детали, Ёлка. Если мы Деркаану до фонаря, то кто же так ненавидит элваров? Кто стоит за ним?

Вот это был вопрос. Как серпом по тому месту, которого у меня нет. Ладно. Об этом – потом. Формулы я помню, осталось только вызвать их из памяти. И не удивляйтесь. В архиве Универа действительно хранится чертова прорва документов. Туда свозили документы и книги, как только предоставлялась возможность. Их дарили Универу целыми библиотеками, а когда открылись ВОРОТА, начался приток людей еще и из других миров, а они тоже приносили с собой книги, писали какие-то заметки и все такое. За сто пятьдесят тысяч лет существования Универа его стены не покинул даже счет на туалетную бумагу. Не говоря уж о том, что все маги, по традиции, умирая, оставляли все свои книги Универу. В библиотеке стояли магические трактаты по тем вопросам, которые мы изучали, а вся остальная документация ждала осмотра и описи. Кстати, на эту работу в качестве наказания за продЁлки и провинности отправляли студентов. И я частенько занималась этой работой, хотя мои продЁлки никогда не были доказаны. Так что в хранилище лежали просто груды и прорвы книг на разные темы. Хранилище защищали множество заклинаний от мышей, крыс, тараканов, ветхости и даже пыли (это, последнее, не действовало). Но за все годы никто так и не решился разобрать эти завалы. Даже все наказанные студенты Универа не разобрали и сотую их часть. Мне еще повезло, что в поисках легкого чтива я наткнулась на эти хроники и в тысячу раз больше повезло, когда мои поиски увенчались успехом. Пока я никому не рассказывала об этом, чтобы не пропала моя дипломная халява. Но теперь не время заниматься глупостями. Нет дипломной работы? Что ж, пусть так. До нее осталось еще десять лет. Очень сложное заклинание? Я попробую разобраться сама. И у меня все получится, я уверена в этом! Я умна и достаточно знаю о магии. И у меня потрясающие способности к анализу и синтезу.

– Мне нужен листок бумаги, карандаш и время.

– Много?

– Не знаю. Как справлюсь. Час, два…

– Это я попробую обеспечить, – кивнул Тёрн.

Он, наконец, отцепил мои волосы от куста, и мы выглянули из зарослей ежевики. Нашим глазам предстали шалаши, наспех сооруженные баррикады, телеги, животные, – короче все, что можно увидеть в военном лагере. И прорву элваров. И людей. Явно магов. Они расхаживали по лагерю взад-вперед, поправляя линию обороны то там, то здесь. Я узнала двоих магов со своего факультета и помахала им рукой.

– Эй, ребята, привет!

Они так подскочили, словно я им воткнула по иголке в чувствительное место. М-да, выражение «глаза на лоб полезли» немного неправильно. На лбу их глаза уже побывали и теперь стремительно лезли на уши, а с них – на затылок. На них смотрели все остальные люди и элвары, потом переводили взгляд на нас – и тоже застывали обалдевшими памятниками дружбы народов. Неужели я такая красивая? Я оглянулась. Нет, это Тёрн такой красивый. Он сейчас стоял рядом со мной и приветливо улыбался. И наверняка развлекался, читая их мысли. Потом попрошу рассказать мне…

– Ваше Высочество!!! – наконец родил один из элваров. – Вы – живы!!??

– Ну вы же меня видите, – пробормотал себе под нос Тёрн и кивнул. – Да, я жив! – крикнул он. – Я едва не умер, но меня спасла вот эта девушка! Ее зовут Ёлка! Она же помогла мне добраться к вам, и с ее помощью мы прекратим эту братоубийственную войну! Рядом со мной законный наследник Кейротолльского престола Дейлион ан-Амирион. Он обещает нам мир и вечную дружбу, а также помощь в восстановлении Элвариона. Дейл сцепил руки в замок и потряс ими над головой, выражая согласие.

– Да, я сделаю это! – крикнул он. – Я, сын короля Кейротолла и оборотня, я сам оборотень и я не желаю враждовать с вами. Вы близки мне по крови! И я обещаю вам мир. Но сначала мы должны разобраться с тем мерзким…

Я ахнула. Если оборотень сейчас произнесет слово «зомби», мы пропали. И Тёрн это понял. Он ловко и незаметно пнул Дейлиона по ноге, так что оборотень поперхнулся, а Тёрн подхватил его речь.

– Мы покончим с тем подонком, который незаконно занял трон и напал на нас! Мы можем это сделать! Верьте мне! А сейчас проводите нас к командующему.

Из толпы вышел один человек. То есть элвар. Довольно старый, почти весь седой. И пристально уставился на Тёрна.

– А как я могу поверить, что ты и есть тот самый Эйверелл Эстреллан эн-те Арриерра? Докажи! Тёрн прищурился.

– Клаверэн, ты помнишь, как таскал меня за уши, когда я попался на воровстве яблок? И ты еще думал тогда: « какие неуважительные дети пошли!» И сейчас ты во мне сомневаешься.

– Уже не сомневаюсь, мой принц. Прошу простить, что усомнился в вас. Но обстоятельства вашего появления таковы…

– Прекрати оправдываться. Я не сержусь и не разжалую тебя. Ты прекрасно справляешься со своими обязанностями. А теперь проводи меня к командиру. Кто сейчас командует армией?

– Дроверт Энверольд. – Элвар развернулся и пошел впереди нас, указывая направление.

– Дроверт Энверольд? Ну да, дядюшка Дро! Да во что другое, но в это сложно поверить без закуски!

Мы шли по лагерю. Люди и элвары, увидевшие нас, застывали и провожали взглядами маленькую процессию. Я просто кожей чувствовала их любопытство. И тихо радовалась, что я не одна из них. То есть я на их стороне, но я хотя бы знаю, что происходит. Главнокомандующий армией элваров прописался в небольшом шатре размером три на три метра из какой-то блестящей ткани. У остальных – как элваров, так и магов жилищные условия были куда как хуже. И даже не читая мыслей Тёрна, я поняла, что ему это ну очень не нравится.

– И никому не понравится, – подтвердил он в моем мозгу. Я так уже привыкла к этим его неожиданным ответам, что даже не вздрогнула.

– Кто такой этот дядюшка Дро?

– Старый, родовитый и богатый дурак!

– Потому ты и сказал, что это похоже на бред пьяницы?

– Надеюсь, мне удастся быстро привести его к повиновению.

– Давай я превращу его в мухомор?

– Я подумаю. И скорее всего соглашусь.

Мысленный диалог прервался. Не понимаю, почему людям так не нравятся телепаты? У меня такое ощущение, что я просто поговорила сама с собой, и ничего страшного я в этом не вижу. Даже если кто-то и будет знать мои мысли, ему же хуже. Я такое иногда могу подумать, что у любого телепата навсегда уши покраснеют.

Изнутри шатер был обставлен еще роскошнее, чем снаружи. Ковры, золотые лампы, подушки. И в центре шатра, перед роскошно накрытым столом сидел пожилой элвар. Брови Тёрна сошлись на переносице под острым углом. Предгрозовую тишину нарушил голос Анны.

– И это ваш командующий? Как интересно!

– М-да, Суворов спать не ложился, пока последний солдат не был на ночлег устроен, – поддержала я. – А здесь наоборот заведено? Армия спать не ляжет, пока командующего не уложат?

– Интересно, что пьет господин главнокомандующий, когда враг идет на его страну? Дейл взял со стола кубок, понюхал его и скривился.

– Вино «Золото Азермона». Дорогое, кстати говоря, винишко?

Тёрн молчал, но его глаза были так красноречивы, что элвар понял – ему придется грустно.

– Ва… ше выс.. высочество, простите, но мне не доложили, что я, что вы…

– Принц Элвариона тебе еще докладываться должен!? – рявкнул Тёрн. – Немедленно доложить обстановку!!! Элвар вскочил и вытянулся по струнке.

– Простите, ваше высочество! Сегодня все спокойно. О ваших родителях и о вашем брате не поступало никаких известий.

– Где войска противника? – взбеленился Тёрн.

Готова поклясться, что глаза его загорелись красными огоньками. А элвар продолжал допрос.

– Сколько человек и сколько элваров в нашей армии? Что с провиантом? Лошадьми? Что с мирным населением? Отвечайте!!!

– Э-э-э-э…. ну….это….. я, ваше высочество….

– Вы, Дроверт Энверольд, разжалованы в рядовые!!! – от души рявкнул Тёрн. – Клаверэн, немедленно ко мне! Доложить обстановку на сегодняшний день!!! Ёлка! – уже на триста децибел тише обратился он ко мне. – Что тебе нужно для расчетов траектории перемещения?

– Карандаш, бумага и немного тишины. И хорошо бы с кем-нибудь посоветоваться.

– Тогда ты оставайся здесь. Я пришлю к тебе магов.

– Человека три, не больше. И лучше с факультета боевой магии. Не младше пятого-шестого курса.

– Хорошо. Клаверэн, распорядитесь.

– Минуту! Я должна тебя охранять!

– Хорошо. Тогда нужно вынести стол и кресла на улицу.

Так мы и поступили. Тёрн, Дейл и Анна расположились в пяти шагах от меня, а ко мне подошли двое студентов с моего факультета. Лерг и Лютик. В своем роде гении магического анализа. Но наша дружба основывалась на других интересах. Они участвовали во всех моих продЁлках, придумывали свои, и еще до моего появления в Универе частенько проводили время в хранилище документов.

– Ёлка, привет!

– Здорово, колючка!

– Привет, обормоты!

– Ёлка, что произошло?

– Для чего мы здесь?

– Надо рассчитать кривую перемещения в пространстве, – объяснила я. – И внести в нее этот коэффициент.

Я цапнула лист и на секунду зажмурилась, шепча заклинание. Формула послушно

всплывала из глубин памяти. Мне это заклинание очень нравилось. Жаль, на экзаменах им пользоваться было нельзя. Экзаменаторы мигом просекали его и ставили двойки, не глядя в лист. Но сейчас был не экзамен. Сейчас от меня зависело гораздо больше. И мы углубились в дебри магического анализа, покрывая лист за листом формулами. Но без друзей я не прошла бы и половины пути. Талант – это много, но есть еще и опыт, и знания, полученные из конспектов. А это гораздо больше того, что я получала из учебников. Не говоря уже о том, что множество символов в заклинании были откровенно устаревшими и приходилось искать им аналоги, вспоминать, чем заменили тот или иной знак, часто возвращаться назад и пересчитывать все по новой. Чернила летели с ручек, в приступе научного энтузиазма и оседали у нас на лицах, руках и одежде. Листы бумаги то комкались, то расправлялись и мы вновь набрасывались на формулы. Но работа верно двигалась к концу. Еще часа два – и можно будет строить магическую модель, чтобы проверить заклинание.

– Как работа? – осведомился кто-то над ухом. Я дернулась, как от пинка. Рядом стоял Дейл и улыбался.

– Ты меня до смерти напугал! – рявкнула я. – Тебе что – заняться нечем!?

– Практически нечем, – согласился Дейл. – А что?

– Тогда не мешай тем, кто занят!!! – заорала я на весь лагерь. И даже не извинившись за грубость, опять ринулась в атаку на чертову формулу.

Во второй раз меня прервало совсем другое явление. В центре лагеря внезапно появилась картина. То есть это происходило немного не так. Я почувствовала возмущение магического эфира. Оно было очень странным. Нестандартным. Неправильным. Обычное колдовство похоже на вышивание бисером. Мы легко и точно направляем магические силы в нужное русло. Сейчас же кто-то вышивал не бисером, а кирпичами. Ткань эфира просто стонала от такого обращения. Одновременно со мной это почувствовали и все остальные маги и приготовились к защите. Я со всех ног рванулась к Тёрну. И даже успела подумать, что этот мир испортил меня. Это ж надо – нестись защищать элвара, потому что я так пообещала директору Универа. А вот в моем мире начнись такая свистопляска – да разве ж я помчусь в самую свару? Скорее наоборот, рвану в противоположную сторону. Да так, что на БМВ не догонят! Тёрн смотрел на небо.

Возмущение эфира продолжалось. Я лихорадочно готовилась к защите и сразу же – к нападению. Но нападать на нас никто не собирался. В воздухе медленно проявилось изображение. Блондин с тонкими губами, в короне и роскошной мантии. Дейл, стоящий рядом, резко втянул воздух.

– Братец…. – прошипел он.

Родственников можно назвать разными словами, даже теми, которые не печатают в книгах, но Дейл умудрился собрать их все в одном коротком «братец». В этом слове звучало столько ненависти, что любые ругательства оказались бы слишком пресными. Изображение презрительно обвело нас всех глазами.

– Отродья Рокха, – произнес он. Слова звучали ясно и четко. Странный какой-то способ передачи сообщения. Здесь явно есть какой-то человек или элвар, посвященный во все происходящее. И на него это заклинание и настроено? Очень похоже. Может, попытаться выяснить? Ввести в обычное заклинание тот коэффициент и попробовать? Нападать на нас точно не будут. Следовательно, стоит попытаться. Я краем глаза следила за изображением, а руки под плащом плели заклинание слежения, попутно внося в него нужные изменения.

– Слушайте меня, отродья Рокха, – продолжало изображение. – Я предлагаю вам сдаться. Я не стану убивать вас. Вы станете моими рабами.

Хм, щедрое предложение, если учесть, что за рабовладение полагается смертная казнь на территории всех королевств.

– Надежды на победу у вас нет. Ваши король и королева убиты, младший принц пропал без вести и, скорее всего, он тоже мертв. Старший – смотрите!

Картинка раздвинулась вглубь. Оказалось, что король стоит не просто в воздухе, а на эшафоте. И еще на этом эшафоте стояли четверо. Палач, двое стражников и человек на коленях перед плахой. В следующий миг стражники подтянули человека к плахе и насильно пригнули его голову вниз. Отвратительно блеснул топор. Я поднесла руку к губам, забыв о заклинании, и тут же получила чувствительный нервный укол. И опять принялась за работу. Палач поднял голову осужденного за длинные черные волосы и показал всем на площади, а заодно нам. Это был не человек, а элвар. Лицо Тёрна смертельно побледнело, он пошатнулся и схватился за мое плечо. Я торопилась, лихорадочно доплетая последние детали заклинания, изобретая половину на ходу и переиначивая наши формулы.

– Брат! – с мукой вырвалось у Тёрна. – Нет!

– Так я поступлю и со всеми, кто посмеет сопротивляться мне. На заре к вам придут мои глашатаи. Все кто не повинуется моим приказам, умрут. Картинка задрожала и начала расплываться в воздухе.

– Есть!!! – вырвалось у меня. Картина исчезала, но в воздухе оставалось яркое синеватое пятно. И из него тянулось две нити. Одна из них размывалась в пространстве. Но вторая, четкая и ясная, уходила в глубь лагеря.

– Что это!? – мгновенно собрался Тёрн.

– Заклинание такого рода можно передать только кому-то, – объяснила я на ходу, кроссом мчась за нитью. – А значит, в вашем лагере есть предатель, и он оказался очень неосторожен.

Тёрн уже на бегу выдернул меч из ножен. За нами ринулись маги и элвары. Показанная картина произвела на всех такое гадкое впечатление, что хотелось как-то развеяться. А что может быть лучше, чем набить морду предателю? На мой взгляд – ничего. Мы мчались вслед за нитью, пока не увидели ее конец. Она заканчивалась на каком-то человеке в темном плаще. И сейчас он старался скинуть с себя эту пакость. Но нить не реагировала на его усилия. Еще бы. Я там такого наворотила, что сама год не разберусь. Делала-то по наитию, на светлую дурную голову, на божественное дурачество. Директор часто любил повторять нам: «Самое главное для мага – это истовость, одержимость и безудержное стремление к цели. Если они есть – тогда тебе по плечу любое чудо.»

Сейчас я видела доказательство его слов своими глазами. Тонкую ниточку отвратительно синего цвета.

– Стой, подонок!!! – заорала я.

Человек оставил в покое нить и оглянулся. Я с разбегу остановилась. Это была та самая учительница, которой мы насыпали полную комнату змей и раков. Верена Кираон. Неужели она?! Но как!? Почему!? Зато Тёрн моих сомнений не испытывал. Он приставил меч к ее глотке.

– Говори, мразь!

– Пошел ты! – прошипела женщина. – Грязная тварь!

– Ответ неправильный.

Тёрн чуть шевельнул мечом. Я скорее почувствовала, чем увидела, как ухо женщины отделилось от головы. Ругательства перешли в дикий вой. Но Тёрн не дал ей поплакать над утратой.

– Говори! Кто тебе заплатил за предательство?

Кровь лилась на землю, какая-то неправдоподобно алая. Разве у людей бывает такая кровь? Я поднесла руку к губам. И тут Верена атаковала. Для нее это было смертельно опасно. Не зная структуру моего заклинания и не зная, как с ним будет взаимодействовать ее заклятье, она швырнула в меня молнию. Меня рвануло в сторону. Тёрн, как всегда, читал мысли окружающих. На земле, на том месте, где я стояла, осталась большая выжженная дыра. И я машинально ответила. Пройдя по следу своего заклинания, я представила, что вокруг женщины обвита не нитка, а огромная змея. Анаконда, которую я как-то видела в зоопарке. И сотворила заклинание. И тоже не рассчитала. Клятый коэффициент, с которым мы так и не разобрались до конца, извратил мое колдовство. Вокруг Верены вспыхнуло кольцо огня. Она страшно закричала, но было поздно. Я не знала, как разорвать ЭТО. Огонь, вызванный мной, пожирал любое колдовство. А предательница все кричала и кричала. Потом ее крики перешли в стоны, а потом огонь как-то сдвинулся к ней и облепил ее фигуру. Теперь она уже не кричала. Просто стояла таким горящим столбом. Запах горелого мяса и волос был непереносим. Я отвернулась, и меня вывернуло наизнанку. Когда я вновь нашла в себе силы посмотреть на нее, огонь

уже погас. Осталось только что-то черное, похожее на угли от дерева. Мерзкое такое.

– Уведи меня отсюда, – почти простонала я, повисая на ком-то. – Я не могу!

Тёрн подхватил меня на руки и понес обратно. Туда, где в воздухе висело мерзкое синеватое пятно. Двое моих приятелей – Лерг и Лютик, отгоняли всех, кто пытался что-нибудь наколдовать даже для анализа.

– Ты ранена? – рванулся ко мне Лерг.

– Я в норме. Ребята, диплом у нас в кармане. Этот сволочной коэффициент так извращает заклинание, что просто с ума сойти!

– Ёлка, об этом поговорим потом, – перебил меня Тёрн. – Сейчас у меня другой вопрос. Остался след заклинания. Ты можешь пройти по нему?

– Могу. Но не прямо сейчас. – Я посмотрела ему в глаза и вздрогнула. Есть такое выражение: «лик смерти». Так вот это оно и было. Темно-фиолетовые глаза элвара сейчас были глазами самой смерти. Я поспешно зажмурилась, пока от страха не растеряла все магические способности.

– Когда!? – прозвучал над моим ухом вопрос.

– Примерно через два часа. Нам надо разобраться, что я наворотила, ввести заклинание переноса и проверить все это на макете. Иначе с нами произойдет то же, что и с…

– Успокойся, – Тёрн коснулся губами моей щеки. Он опять прочитал мои мысли. Я ужасно переживала из-за убийства человека, но еще больше из-за смерти главного источника информации. – Ничего важного она не сказала бы. Верена ненавидела не-людей. В юности она встречалась с вампиром, но он отказался дать ей мутаген. Отговорился контролем рождаемости и все такое. Потом бросил ее и через два лунных круга женился на ее подруге, которая стала вампиром. По любви. С тех пор Верена смертельно возненавидела вампиров, оборотней, элваров, да вообще всех не-людей, и когда ей предложили деньги за предательство, она согласилась. Она докладывала обо всем, что происходило в Универе. Доложила обо всех группах, которые ваш директор отправили за оборотнями, кстати, и о вас тоже. Вас не спасло даже твое отвратительное знание географии и милосердие. Нам не повезло или повезло – это уж как сказать. В таверне вас ожидали. Ну, о своей скромной роли я рассказывать еще раз не буду. Но мы избежали опасности. Она докладывала и обо всем остальном. О нашем местонахождении, планах, обо всем, что могла узнать.

– А кому?

– Этого я не знаю. Она тоже не знала имени, – покачал головой Тёрн. – Даже не видела ни разу. Просто силуэт в плаще до пола.

– И в капюшоне?

– Естественно. С тем же успехом это может быть элвар – и эльф, человек – и гном на ходулях. Я только покачала головой. Да, чем дальше, тем чудесатее.

– Именно. Даю тебе два часа и будь готова перебросить нас к Деркаану.

– Переброшу. А что потом?

– А потом все будет просто. Мы будем отвлекать внимание и по возможности попытаемся уладить дело миром, а ты найдешь место и откроешь ВОРОТА, через которые пройдет наша армия. Сможешь?

Я задумалась. Вообще-то ВОРОТА я никогда не открывала. Но я много чего никогда не делала. Магическим анализом я сегодня тоже занимаюсь впервые. Спасибо, что в своем мире я обожала высшую математику. Но хватит ли у меня СИЛЫ? Ладно, в любом случае я смогу открыть ВОРОТА для одного человека, а он, пройдя через них, откроет свои по следу моего заклинания. Ему придется гораздо легче. А я? Я сильная. Я со всем справлюсь.

– Ну и отлично. – Подслушал мои мысли элвар.

– Мне только одно не нравится. Кто пойдет со мной на смерть?

– Я. И скольких ты еще сможешь перенести?

– Максимум – двоих. Можно больше, но тогда у меня почти не останется СИЛЫ на открытие ВОРОТ.

– Я пойду, – вмешался Дейл.

– И я! – твердо произнесла Анна. Я схватилась за голову.

– Вы что – вконец охренели? Два короля и принцесса – в качестве группы поддержки? Да я лучше сама повешусь! Так выйдет быстрее и безболезненнее!

– Ёлка, ты знаешь, почему лучше пойти мне, – спокойно сказал Тёрн.

– Знаю, – огрызнулась я. – Но там я не смогу защитить тебя. Меня саму надо будет защищать.

– Ёлка, я не настолько беспомощен. Я – элвар. И не просто элвар, а самая идеальная модель, которая существует на сегодняшний день. А любой элвар – это машина для убийства.

– Я не спорю, но ты не так давно был ранен.

– От раны не осталось и следа.

– Хорошо. Я согласна. А теперь попробуйте убедить меня вы двое, – я повернулась к Дейлу и принцессе.

– Ёлка, я должен пойти, – проникновенно сказал Дейл. – Это МОЯ война. Я должен отомстить человеку, который держал нас в заточении.

– Ну и отомстишь, когда мы его возьмем в плен.

– А если я просто прикажу тебе?

– С чего ты взял, что я подчиняюсь приказам? Мои друзья свяжут тебя или просто обездвижат на некоторое время. И шипи не шипи, но будет уже поздно.

– Ёлка, я все-таки король!

– И что?

– Увидев меня, многие вспомнят старые клятвы.

Я прикинула. Вообще-то так и будет. Вот я, допустим, солдат. И вынуждена по приказу короля воевать с народом, который никогда не делал мне зла. Даже наоборот. Люди с самого начала хорошо отнеслись к элварам, и элвары помнили старое добро, помогая людям, чем могли. А теперь представим такую картину. Вам объявляют, что ваш король – зомби, убедительно доказывают это самым простым способом и тут же предоставляют нового, несправедливо пострадавшего от репрессий своего предшественника, короля. При таком раскладе в армии может начаться разброд. В любом случае, хуже не будет.

– Я думаю, Ёлка согласна, – подмигнул мне Тёрн.

– Согласна, – кивнула я. – Что ж, Дейл, ты идешь с нами.

– А я!? – Анна загородила мне дорогу.

– Дейлианна ан-Амирион, не говорите глупостей! – предупредила я. Подумайте сами…

– Анна. И без церемоний, Ёлка.

– Хорошо. Анна, ты взрослый человек! Ты не должна рисковать! Если что – ты поможешь нам!

– Помогу?

– Ёлка имеет в виду, что если твоего брата убьют, должен остаться законный наследник престола, – без обиняков пригвоздил ее к месту Тёрн.

– Тогда тем более должна идти я, а не Дейл. Он – наследник первой очереди и мужчина. Я пойду с вами, я все-таки точная копия матери и меня многие узнают. А Дейл явится чуть позднее, во главе победоносного войска, когда ты откроешь ВОРОТА.

– Не самая плохая идея. И мне она нравится больше, чем твое предложение, – повернулась я к Дейлу.

– Это невозможно! – взорвался король. То есть пока еще принц.

– Это лучше, чем подвергать опасности наследника престола, – отрезал Тёрн.

Мы с элваром встретились взглядами, и готова поспорить, мы думали об одном и том же. Лучше потерять Анну, чем Дейла. Подло? Некрасиво? Но это политика. А ей не занимаются в резиновых перчатках и лилейно-белых одеждах.

– Хорошо. Идем я, Тёрн, Анна, кто четвертый?

– Конечно я! – прозвучал веселый голос. Я развернулась.

– Кан!!! Я так рада тебя видеть!

– Ёлка! – Кан подбросил меня в воздух, поймал и расцеловал в обе щеки. – Я тоже рад!

– Как ты здесь очутился?

– Директор перебросил меня и просил сказать, что он будет завтра утром. Просил ничего не предпринимать без него.

– Уже поздно, – обрадовал его Тёрн. – Мы идем сегодня, как только Ёлка разберется с коэффициентом.

– Знаю. И думаю, что должен идти с вами. Я видел начало этой истории, а теперь хочу увидеть ее конец.

– Что ж, это справедливо. Так тому и быть. Я, ты, Тёрн, Анна.

– Прошу вас, постарайтесь не угробить братца до моего появления! – почти молитвенно сложил руки оборотень. Кан подмигнул ему.

– Мы постараемся.

– Только его мы сжигать не будем. – Поморщилась я. – Договорились?

– Еще бы! Сжигать – это слишком быстро и милосердно, – согласился Тёрн.

Я только покачала головой. Дружелюбие элвара просто выплескивалось через край. И я его отлично понимала. В мире техники у меня был младший, любимый брат, Игорек, и если бы его (не допусти этого, Высшие Силы!) кто-то убил у меня на глазах… Боюсь, я бы тоже посчитала, что сожжение, а также колесование, четвертование и отрубание головы – это слишком быстро и милосердно.

Элвар на мгновение сжал мне руку, пожелал удачи, и отошел. Я прищЁлкнула пальцами, вызвав над своей головой легкий дождик, вытерла лицо и кивнула приятелям.

– Друзья, за работу! Мы вцепились в мое заклинание, как голодные тигры – в кость.

– Ну вот что ты наворотила!? – негодовал Лютик. – Это же не заклинание, а ужас! С чего ты решила, что форма Лагерраста может описываться кривой Альмера?

Я только пожимала плечами. Если бы я сама знала! В минуту вдохновения человек творит такое, что потом сойдут с ума все ученые. Чем черт не шутит, пока бог спит? Вот и оно-то! Не заклинание, а клубок гадюк. Хотя я и обещала Тёрну управиться за два часа, но прошло почти три, прежде чем мы смогли начать проверку на магической модели. Тёрн был весь на взводе, но что поделать? Он и сам понимал, что если превратится во время переноса в ландыш, то доставит Деркаану и тому, кто сделал из короля зомби, слишком много удовольствия. А потому ждал, расхаживая по лагерю, как бешеный тигр. Да, глупы те, кто считают, что магия – это просто махать волшебной палочкой и произносить заклинания. Что-то простенькое, вроде убийства или гипноза я могу сделать, взяв магическую силу из своего ментального поля, но этого мало. Я не построю таким образом дом, не телепортируюсь. Все это гораздо сложнее. Любое серьезное заклинание представляет собой взаимодействие ментального поля волшебника с магическим эфиром космоса. А эфир непостоянен. Относительно непостоянен, может пройти век, прежде чем в нем что-то изменится, но его невозможно прогнозировать, нельзя предугадать эти изменения и вставить их в заклинание. Наш коэффициент был выведен почти восемьдесят тысяч лет назад, а мы весьма неосторожно использовали его в своем колдовстве. Теперь требовалось все тщательно проверить, и лучше не один раз, а три или четыре. Сейчас мы на скорую руку описывали мои параметры в магическом поле, параметры элвара, оборотней, Деркаана, как зомби, и включали сюда заклинание переноса. Макет был прост. На одном столе лежала куколка без лица, похожая на Деркаана. Заклинанием ей были приданы все параметры оригинала. На втором столе лежали четыре куклы, которые изображали меня, принцессу, Кана и Тёрна. Похожи мы были на эти игрушки, как акула на селедку, но параметры были описаны правильно, и это было самое главное. Оставалось только привести в действие весь макет. Я уже хотела начать заклинание, но Лерг не позволил.

– Нет уж, тебе еще придется сегодня колдовать. Этим макетом займусь я.

Откуда-то подтянулись Тёрн, Дейл, Анна, маги и элвары окружили нас тесным кольцом. Я вцепилась в руку элвара, как в круг спасения. Кажется, это уже входило у меня в привычку. Но Тёрн не возражал. Наши руки были одинаково ледяными. Лерг подмигнул мне и медленно начал плести заклинание. Я вся дрожала от волнения и думала, что справилась бы с заклинанием в три раза быстрее. Наконец вокруг столов вспыхнуло пламя гадкого синеватого оттенка. Четыре куклы начали медленно растворяться в воздухе и так же медленно проявляться на другом столе. Вспыхнул бледно-голубой огонь. От первого стола и следа не осталось. Зато на втором столе лежали пять кукол. Целых и невредимых. Даже пятнышка на платье не посадили.

– И что это значит? – спросил Дейл.

– Переделывать ничего не надо, – ответил в полной тишине Лютик. – Только усовершенствовать. А вам, если телепортироваться, то подальше от людей, где-нибудь в чистом поле.

– Но мы можем это сделать?

– Да, можете!

– У-р-р-р-а-а-а-а!!!! Да здравствует Ёлка!!! – заорал оборотень.

Тёрн подхватил меня на руки и подбросил в воздух. Я взвизгнула. С левитацией у меня до сих пор плохо, а копчиком об землю – это даже магу больно. Элвар поймал меня и поставил на землю.

– Ёлка, когда мы можем телепортироваться?

– Сейчас.

– Отлично. Откуда?

– Ты что – уже собрался?

– Я уже три часа как собрался.

Подтекст был ясен. Мол, кое-кто хвалился за два часа все проверить, а справился только за четыре с хвостиком. Ну и наглость, блин! Королевская наглость, прямо скажем! Лучше бы спасибо сказал. А если бы вообще не справились? Если бы все переделывать пришлось? Или куклы превратились бы в морковку? Кстати, запросто. И в морковку превращались и в куриц и в стулья. А все – штучки эфира и того паршивца, который закрыл двери в мой мир! Теперь иногда такое твориться, что просто не разбери поймешь! Недавно в королевстве Карием вообще появилось изменяющее пятно. И прежде чем его обнаружили и ликвидировали ценой жизни четырех магов, оно успело превратить полторы сотни животных и несколько человек в жутких чудищ. И неизвестно, всех уже переловили, или еще кто-то на свободе бегает. И сколько еще времени пройдет, и сколько людей погибнет…

– Спасибо, конечно, – согласился Тёрн.

– Я бы тебе уши надрала, – тоскливо сказала я, – но ведь не получится!

– Еще бы! Мои уши – это достояние всего королевства.

– Правильно! – согласился Дроверт Энверольд, вылезая из толпы. – Ваше высочество, вы не должны рисковать собой! Это опасно! Вы наш единственный правитель!

– Далеко не единственный, кто может стать правителем Элвариона, – не согласился Тёрн.

– Но если что-то случится, кто будет править вместо вас?

– Типун тебе на язык и два на задницу! – рявкнула я. – И поскорее!

Я не сразу поняла, почему дядюшка Дро дернулся, как от боли. Но Тёрн покатился со смеху.

– Что случилось? – я пихнула его кулачком в бок.

– Ёлка, тебе надо быть осторожнее, когда высказываешь свои желания, – покатывался со смеху Тёрн. – Тут один гений исполнил твои слова.

– Кто этот герой?

– Твой друг Лютик.

Я фыркнула. Избавлять несчастного Дроверта от проделок Лютика не было ни малейшей охоты. Сам напросился. Не будет в следующий раз каркать. Дальше все было просто. Мужчины обвешали себя оружием, я взяла в руки свиток с поправкой к заклинанию, Анна запаслась кислотой в литровой банке. Мы отошли подальше от людей и я прочитала заклинание. ГЛАВА 8.

Было удивительно мерзкое ощущение. Казалось, что меня погрузили в клейстер синеватого цвета. Я

выворачивалась, делала движения, словно хотела выплыть на поверхность, но ничего не получалось.

Потом сознание начало меркнуть. Я на секунду зажмурила глаза, и под веки мне сверкнул синеватый огонь. Мир вокруг изменился. Мы стояли в большом зале. В тронном зале королей Элвариона. А на древнем троне сидел человек, с которым мы так стремились пообщаться. Его величество Деркаан собственной персоной.

– Ну, здравствуй, братец, – почти пропела Анна. – Ты не рад нашей встрече?

– Это враги! – крикнул кто-то. – Они хотят убить нашего короля! Я прицелилась и плюнула крикуну в глаз кислотой. И попала, конечно.

– Я тебе покажу врагов! – заорала я на весь зал. – Вас кто просил, идиотов!? Вы чего к элварам приперлись? Делать вам было больше нечего!?

Все стояли и смотрели на меня широко открытыми глазами. Еще бы. Если сперва кто-то появляется из воздуха, а потом начинает на тебя орать, тут поневоле задумаешься, а может он право имеет?

– Вы, блин, уроды, продолжала отвлекать внимание я. – Инсургенты, ингридиенты, автомобили, эвтаназисты, гуманисты, рибонуклеазы, дерьмократы, обормоты, аминоацилТ-РНК синтетазы!!!

Таких ругательств здесь вообще не слышали. Но не все оказались поражены моим красноречием. Один человек, стоящий за троном поднялся, что-то шепнул королю на ухо и шагнул за занавеску. И я вдруг поняла – он!!! Это он – колдун! Он сделал зомби из короля.

– Держи его!!! – заорала я так, что на потолке люстра зашаталась. И рванула за трон. Все послушно расступались. Но тут на моем пути встал король. И протянул руки. Ну конечно, говорить-то он без кукловода не может! А я не собираюсь устраивать митинги перед толпой и рассказывать всем о его роли. Веревочка сама вылетела из волос мне в руку. И я с размаха хлестнула по королю. Куда там! Веревка обвилась вокруг него, разрезала одежду, но на теле странного голубоватого цвета не осталось и следа. Я замешкалась, но тут веревку у меня из рук перехватили и я увидела бешеное лицо элвара.

– Беги! Догони его! Здесь я и сам справлюсь!

Я кивнула и мгновенно метнулась за занавеску. Кто как не телепат может управлять толпой? И кто, как не ведьма может догнать беглеца и справиться с магом. Лучше нам попытаться сразиться каждому на своем поле. За занавеской была небольшая потайная дверь. Закрыто! Я едва не зарычала с досады, но потом сосредоточилась и положила на нее руки. Замок щЁлкнул, повинуясь моему приказу. Дверь распахнулась, и я рванулась в темноту. Напрасно. Но я же не телепат!? Я не могла догадаться, что там меня будут поджидать. Стоило мне пробежать несколько витков лестницы, как на очередном повороте кто-то схватил меня за руку. Я неловко развернулась, отмахиваясь второй рукой и пытаясь сплести заклинание, но мои руки оказались, словно в тисках. Я зашипела от ярости и попыталась плюнуть кислотой, но противник легко уклонился.

– Я не могу тебе этого позволить, девчонка. Веди себя хорошо, или я оглушу тебя.

– Пошел ты к черту! Кто ты такой!? – от незнакомца так пахло какими-то мерзкими духами, что меня замутило. Я попыталась бросить огненный шар, но почему-то ничего не получалось. Я попробовала еще раз. С тем же исходом. Что же это такое!?

– Ты правильно догадалась, детка. Я действительно тот, кто сделал зомби из несчастного дурачка Деркаана. – признался мой противник.

Ненавижу, когда меня называют деткой! Последний, кто посмел это сделать, ходил неделю с ослиными ушами! Но длинный язык не желал сидеть за зубами.

– Интересно, как ты это сделал!? Я сама полдня возилась с заклинанием!

– У меня было чуть больше, чем полдня.

– Теперь ты и меня убьешь?

– А ты не боишься?

– А я должна?

Я и правда не боялась. Наверное, потому, что была в бешенстве. Это ж надо – так попасться на старый, глупый прием, который сто раз использовала сама! Если за тобой гонятся, не надо улепетывать сломя голову, как вспугнутый заяц. Надо залечь и переждать. А потом пойти своей дорогой. Что он и сделал.

А я, идиотка несчастная, сама влетела ему в руки. Нет, ну почему же не действует магия!?

– Убивать я тебя не стану, – заявил незнакомец. В потайном ходе было так темно, что я не видела даже своих рук, а тем более – его лица.

– И чем же я обязана такой высокой милости?

– Я питаю надежды на гораздо более теплую встречу в будущем. Знаешь, ты была так очаровательна там, в тронном зале…. Невольно представляю, какой ты будешь в постели. Огонь, не иначе…

– Да пошел ты! На большее меня не хватило.

– Фу, как грубо.

– Фу, как глупо надеяться, что я не оторву тебе голову при следующей встрече! – передразнила я.

– Оторвешь мне голову? Но кому – мне? – незнакомец мерзко засмеялся. – Ты даже не знаешь, кто я – человек, эльф, гном…

– Не эльф и не гном, – твердо решила я. – Эльфы изящнее, а гномы ниже.

– Это неважно. Я сейчас свяжу тебя, так чтобы ты смогла освободиться за полчаса. И лови ветра в поле. И не сопротивляйся. Ты ведьма, но у меня защита. Сразу тебе ее не пробить, а я могу ненароком причинить тебе вред.

– Ну, попадись ты мне только!

– Обязательно, прелесть моя, но не все сразу.

Вокруг моих запястий обвилась тонкая и чертовски прочная веревка. Я попыталась пнуть врага в колено, но промахнулась. А через минуту веревка опутала и ноги. Мужчина осторожно опустил меня на лестницу.

– Как я хочу с тобой увидеться! Я попрошу Эйверелла, чтобы он научил меня пыткам элваров – специально на такой случай! – прошипела я.

Мужчина (теперь я была уверена, что это именно мужчина, анатомию я знала на отлично) вздрогнул. Мне показалось, что он сейчас выругается, но вместо этого темнота на месте его лица мягко спросила:

– Как тебя зовут, ведьмочка?

– Не твое собачье дело! – я пыталась разорвать веревки, но куда там!

– Приятно было познакомиться. Обожаю темпераментных женщин. И очень надеюсь, что ты так же будешь вести себя и в постели!

– Садо-мазо не увлекаюсь, зоофилия не мой профиль, – процедила я.

В следующий миг темнота наклонилась ко мне и к моим губам на миг прижались чужие губы. Я задохнулась от отвращения.

– Чтоб ты не сдох до нашей встречи!

– Я и не надеялся на взаимность. Приятно было с тобой познакомиться, деточка.

Темное пятно, насвистывая, удалялось вниз по лестнице. Как же я была зла. С другой стороны, если мы встретимся, нам будет, о чем поговорить. Я непременно узнаю этого милягу. Но сейчас надо спешить! Я напряглась изо всех сил. Веревки не поддавались. И я сплюнула кислотой прямо себе на руку. Кожа зачесалась, но я не обратила внимания. И плюнула кислотой еще раз. И еще. И еще. Кислота огнем обжигала руки, но веревка поддавалась. Медленно, так медленно, словно она была сделана из резины. А использовать что-то посильнее, вроде огня я боялась. Так и сама сгоришь, как свечка. А у меня другие планы на это лето. Ну, наконец-то! Веревка поддалась настолько, что я, ободрав пальцы, смогла вытащить одну кисть. И отбросила моток веревки в сторону. Подумала и сплюнула на него маленькую молнию. Веревка загорелась и затрещала. Повалил вонючий дым. Но мне было не до того. При слабом неверном свете, который каждую минуту грозил погаснуть, я кое-как распутывала свои ноги. Получалось плохо, но все-таки получалось. И я успела до того, как он погас. Потом прищЁлкнула изодранными пальцами. В воздухе затеплился маленький огонек. И я осторожно пошла вниз по лестнице. Но больше ловушек не было. Лестница заканчивалась, коридор делал пару поворотов и выходил во двор. Я выскочила и огляделась. Никого. Вообще никого. Только на земле надпись – до встречи. Я зашипела сквозь зубы. Как я надеюсь на эту встречу! При следующей встрече у нас будет длинная и очень содержательная беседа. Обязательно! Но что же дальше? Что!? Преследовать этого подонка бесполезно. Я не знаю Элвариона, а мой противник наверняка успел убраться достаточно далеко от Тёрна. Тем более я даже в лицо его не знаю, хотя кое-что я успела сделать. Но этого все равно мало. Так что займемся делом. Здесь достаточно пустынно, чтобы никто меня не побеспокоил. Я быстро начертила самую приблизительную форму – прямоугольник с символами и взятыми в круг углами, и встала на один из них. Вытащила из-за воротника конспект. И начала читать. Слова заклинания ложились ровной дорожкой. Но с каждым движением языка становилось все труднее контролировать СИЛУ. Я словно тащила на себе в гору вагон с цементом. Сперва заболели ноги, потом руки, потом спину пронзила такая боль, что я едва не взвыла, прерывая это клятое заклинание. Но сдержалась. И договорила слова до конца. ВОРОТА были открыты. Посреди прямоугольника появилось окно в лесной лагерь элваров. Все стояли и ждали меня. И первым меня заметил Лютик.

– Вот она!!! – заорал он. – Ёлка, что чертить?

– Четырехугольник, – с трудом пошевелила губами я. – И скорее.

Лерг мешкать не стал. Он отпихнул Лютика, и я увидела, что у него давно начерчены на траве разные виды ВОРОТ. Он встал на четырехугольные и сложил руки в первом жесте заклинания. В следующий миг на меня навалился стопудовый кузнечный молот, мягко выжимая из меня жизнь. Сволочное заклинание переноса равно брало СИЛУ у нас двоих, но если Лерг особо не колдовал сегодня, то я уже вымоталась. Ну, зачем я чертила четырехугольник? Особенно если могла обойтись простой прямой? Ну, вот не можешь ты без выпендрежа, Ёлка! Ну и пусть. Во всяком минусе есть свой плюс. Теперь я точно пару килограмм потеряю. Хотя куда уж дальше? И так почти скелет. А вот и Лерг.

Он появился наискосок от меня и тут же спихнул меня с рисунка. Я почувствовала, как он перехватывает заклинание, и мне тут же стало легче. Все. Теперь от меня ничего не зависит. Заклинание он удержит. А я могу отдыхать. Отдыхать?! Отдыхать!!!? Но в тронном зале мои друзья!!! Тёрн! Анна! Кан! Высшие Силы Леса, я просто обязана быть рядом с ними! Я напряглась. И магический эфир послушно уплотнился вокруг моего тела, поднимая меня на высоту.

– Стой, психбольная!!! – заорал Лерг. – Ты же себя угробишь!!!

Но было уже поздно ловить меня. За окнами тронного зала кипела битва. Анна, Кан и Тёрн пытались пробиться за мной, на них нападали придворные во главе с Деркааном. Друзья пока отбивались, стоя спиной к спине, но долго так продолжаться не могло. Я пнула ногой в окно. Осколки с дребезгом рухнули в зал. Все замерло.

– Стоять! – рявкнула я, приземляясь на пол. – До вас что – еще не дошло? Ваш король – примитивный зомби!

Теперь ошалели все в зале. Похоже, на моих приятелей накинулись раньше, чем они успели объяснить ситуацию. Что ж, я объясню сама. От усталости я едва держалась на ногах, но моего боевого духа хватило бы на три войска. И я ринулась в атаку.

– Докажи, что ты не зомби, Деркаан! Прочитай символ Света Вечного! Докажи!

Я исходила из самых первых знаний о зомби, которые получает каждый ребенок в этом мире. Смешно, но все зомби напрочь забывали молитвы. Неважно, кому они там поклонялись при жизни – Свету, Тьме, Силам Леса, превращаясь в зомби, они просто забывали все молитвы. Вообще все. Словно сами силы отрекались от них. Король зашевелил губами, но не тут-то было. С них не сорвалось ни звука.

– Не можешь!? – взревела я. – Сотвори знамение Света! Ну же!

Но не тут-то было. Руки, вне зависимости от Деркаана, описали круг и вернулись на прежнее место. Я распихивала толпу, приближаясь к друзьям.

– Последняя проверка! – предложила я. И, выхватив у Тёрна свою веревочку, еще раз стегнула Деркаана. Тот даже не вздрогнул. Опять только одежда порвалась.

– Кожа зомби обладает необыкновенной прочностью! – проорала я на весь дворец. И хлестнула по колонне. И колонна, за которой можно было спрятать троих меня, повалилась на пол, придавив кого-то по дороге. Теперь мне поверили все.

– Зомби!!! – заорал кто-то. И толпа придворных бросилась к выходу, топча друг друга.

– СТОЯТЬ!!! – заорал Тёрн так, что задрожали стены, а у меня заложило уши. Повисла мертвая тишина. – Здесь ваша принцесса Дейлианна ан-Амирион, которую вы заточили в тюрьму! И скоро будет ваш законный король, Дейлион ан-Амирион! Приветствуйте принцессу!

Придворные останавливались. Еще пара минут – и все было бы кончено, но тут Деркаан начал действовать. Я не знаю, что именно, какое слово стало толчком к тому, что произошло, но он размахнулся мечом. Тёрн рванул меня за руку и отскочил в сторону. Кан отбил меч Деркаана своим, но в другой руке у зомби оказался кинжал, который он в ту же минуту метнул в принцессу. И она, понадеявшись, что все закончилось, не успела уклониться. Лезвие с тупым хрустом вошло в грудь маленькой принцессы. Анна медленно осела на пол, и я поняла – это уже не вылечишь. Это смертельно. И не будет больше принцессы-оборотня. Огненная жгучая волна поднялась внутри меня, затопила жалостью к девчонке, которая столько просидела в башне, не видя в жизни ничего хорошего. Девчонке, которая отчаянно ждала помощи, и которую так жестоко убили, дав ей только дотронуться до свободы. И я, в порыве боли и сочувствия, оказалась способна на такое, что не смог бы повторить никто из учителей. Я только раз видела конспекты по развоплощению зомби и ни разу не пыталась подставить в заклинание тот клятый коэффициент, но сейчас… Сейчас я могла бы поднять горы и обрушить их на Элварион. Заклинание вырвалось наружу огненной волной. Деркаана вмяло в пол, сплющило, и он начал медленно таять, как снег под солнцем. И я была уверена – ЭТОГО конкретного зомби теперь не воскресят все маги планеты. Но и мне это обошлось дорого. Уже до этого я растратила много СИЛЫ. А сейчас, не задумываясь, тратила последний резерв. Если я не смогу восстановить его сама, то я попросту умру. Меня накрыла серая пелена боли. Я видела себя и всех кто в зале откуда-то сверху. Вот Тёрн подхватывает меня на руки, рядом с ним неловко топчется Кан. Вот Дейл, который сидит возле мертвой сестры и по лицу его катятся слезы. Придворные жмутся по углам, не смея подойти. А я сама? Где я!?

– Ты в беспамятстве. Очень близко к смертной грани, – прозвенел за спиной знакомый голосок.

Я огляделась вокруг. Анна? Да, рядом со мной в воздухе стояла Анна. Живая и здоровая.

– Тебя же убили? – вырвалось у меня.

– Убили. А ты на грани смерти, – легко согласилась она. – И я благодарна тебе.

– За что? Я не смогла уберечь тебя!

– Ты пыталась. И это – она кивнула на происходящее внизу, – это не твоя вина. Я благодарю тебя за свершенную месть. Я отомщена. И я умерла свободной, а это многое значит для оборотней.

Рядом с ней, прямо в воздухе появилась дверь. Простая такая, деревянная, красноватого цвета. Глаза Анны вспыхнули радостью.

– Мне пора. Прощай, Ёлка.

– Прощай Анна.

В следующий миг я рухнула вниз, и уже влетая в свое тело, увидела, как Анна с радостным лицом распахивает дверь. Я еще успела краем глаза увидеть за ней два силуэта – мужской и женский. И тут же на меня навалилась чудовищная, невыносимая боль. Надо было ввести себя в транс, чтобы не мешать магическому эфиру, восстанавливать мое тело. Но это усилие оказалось просто непомерным. Я дернулась и потеряла сознание, проваливаясь в глубокую черноту не-жизни. *****

Я лежала на чем-то очень мягком. Открывать глаза не хотелось, думать о чем-то – тем более. Лежать так и лежать. Сплошное удовольствие.

– Ёлка, открой глаза! – послышался чей-то строгий голос. – Я знаю, что ты пришла в себя!

– Я тоже это знаю.

Неужели это мой голос? Котенок – и тот пищит громче. Я с трудом подняла трехтонные веки. Рядом со мной на кровати сидел Кан. Родной и знакомый Кан. И наверняка живой!

– Ну и заставила ты нас поволноваться! Уши тебе мало надрать, паршивка ты этакая!

– Что со мной было?

– Ты знаешь, что ты тут уже двенадцатый день бревном лежишь?

– КАКОЙ?!

– Такой! Двенадцать дней, как труп. Напоить тебя – и то не удалось. Мы уж и не верили, что ты выкарабкаешься.

– А кто верил?

– Этот твой элвар. Он сюда каждый день заходил. Присушила?

– Еще чего не хватало. Мы просто друзья! А воды нет?

Кан поднес к моему лицу маленький чайничек. В рот мне полилась струйка холодной воды. Какое удовольствие! Я пила и пила, пока не почувствовала, что сейчас лопну.

– Довольно.

– Ну что, очнулась спящая принцесса? – раздался от двери веселый голос.

На пороге стоял вполне живой и здоровый Тёрн. Темно-фиолетовые, почти черные глаза поблескивали смешинками.

– Так-то лучше будет. А то перепугала тут всех. Дейл чуть последние волосы у себя на голове с горя не выдрал! Не нужен мне, кричит, престол, если и Ёлка и Анна погибли. Отправлюсь за ними, прощение буду вымаливать.

– Трепло, – внятно произнесла я. Тёрн перестал молоть чепуху и опустился на колени рядом с кроватью.

– Ну и что, что трепло. Ёлка, знала бы ты, как я за тебя переволновался! Я чуть с ума не сошел за эти дни! Больше так не делай, хорошо?

– Обещаю, – согласилась я. – Только расскажи, что там произошло!

– Там и рассказывать нечего. Когда ты упала, все просто ошалели. Короля нет, принц в полной прострации, принцесса скончалась. А посреди зала стоит элвар с полутрупом на руках, и требует сей же час лекаря. Потом появились трое твоих приятелей. Лерг, Лютик, Клейн. Они сразу отправились за тобой, по следу заклинания. И успели в самый нужный момент. Мы начали наводить порядок. Зомби смели в пакетик и выкинули, тебя оттащили сюда и оставили под присмотром Лютика. Следом за ними начали появляться и остальные маги с элварами. Но битвы не было. Нам удалось кое-как привести Дейла в чувство, он объявил, что он-де законный король, и войну прекращает, потому что развязал ее злой брат-зомби, на потеху злым силам. Это устроило абсолютно всех. Воевать с элварами – не сахар ложкой трескать. Анну похоронили по обычаю оборотней, сожжением на костре из тридцати трех деревьев, и ее пепел уже отправился со всем почетом в королевскую усыпальницу.

– Хорошо. Как у вас дела?

– Что – как? Ломать – не строить. Эти паршивцы такого наворотили, что вовек не разберешься! Но к счастью, у элваров не один век.

– Где эта паршивка? – раздался от двери грозный голос. – Она жива!? Я ей сейчас шею сверну!

– Привет, Дейл, – улыбнулась я.

– Привет, – проворчал он. – Ты что творишь, несносная девчонка!? Я чуть сам не умер, когда увидел тебя в таком состоянии!

– Неужели тебе не объяснили, что я просто была в трансе?

– Объяснили. Но проверить это было нельзя. И потом, никто не знал, увенчается ли этот транс успехом, или ты просто умрешь?

– Не дождешься!

– Погоди, как только ты поправишься, я тебе уши надеру!

– Встань в очередь! – тут же осадил его Кан. – Я первый!

– Всем вам, пионерам! Идите, кого-нибудь еще подергайте за уши! – предложила я.

– Это что еще за сборище!?

В дверях, опираясь на неизменный посох (готова спорить на что угодно, он не для пользы, а для выпендрежа!) стоял директор Универа.

– А ну разошлись в разные стороны! Оставьте нас вдвоем с ученицей! Я ей лично уши драть буду!

Судя по наглой ухмылке элвара, он уже выудил содержание разговора из головы директора и теперь радовался, что мне намылят шею. Жалко, что с ним нельзя поговорить мысленно, мне теперь еще дней десять не до колдовства будет. Парни вышли. Директор швырнул посох в угол и устроился на стуле, рядом с кроватью. Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. Потом я опустила глаза.

– Я знаю, надо было дождаться вас. Простите.

– Ты сама себя наказала. Дальше уже просто некуда. Даже я не смог помочь тебе. Ёлка, ты невероятно одаренный маг, но я требую, чтобы ты думала головой, а не лезла во все передЁлки! Еще немного – и ты попросту умерла бы! И очень расстроила бы своей кончиной двух королей сразу! Ну и меня тоже. Я уже не говорю обо всех учениках нашего Универа!

– Простите.

– Простым извинением ты не отделаешься! У меня к тебе еще чертова прорва вопросов! Кстати, вот и первый! Почему ты умолчала о происшествии в трактире? Там, возле драконьих гор? Вас же чуть не убили!

– А что бы это изменило? Мы же так и не знали, кто заказал наши шкуры вместо коврика! О моих пристрастиях и моей нелюбви к фехтованию знает весь Универ. Это мог сказать любой. Последний золотарь знает и про меня и про мои привычки. Я далеко не самый незаметный человек в Универе!

– Ой, а довольна-то, а довольна! Погоди, я тебе еще уши надеру! За все получишь! Это еще мелочи! А что ты наворотила потом!? Применять непроверенное заклинание! Да еще не один раз, а дважды!

– Простите, – на что-то большее у меня просто сил не хватало. Вообще я разговаривала с огромным трудом. Чем директор и воспользовался. В кои-то веки я не спорю и не возражаю.

– Тебя не за что прощать. Нет, я знал, что у меня будет ученик, с которым будут происходить всякие пакости, но не столько же!

– А сколько?

– Сотой части того, что ты натворила, вполне достаточно.

– Но не мне. Не забывайте, вы сами отправили меня за оборотнями, в качестве дымовой завесы. Мне повезло. Я встретилась с Тёрном, помогла оборотням. Дальше все наросло, как снежный ком. И от меня тут уже ничего не зависело.

– Возможно. Но я должен тебя обрадовать.

– Чем? – последний раз директор порадовал меня сообщением о войне с элварами, и еще одной такой радости я боялась не выдержать.

– Все тем же. Во-первых, ты получаешь зачет по начертательной магометрии автоматом.

– Это лучшая новость за последний лунный круг.

– Ты это заслужила. И потом, ты столько колдовала, в том числе и, используя магическую геометрию, что я могу засчитать тебе зачет, не особо кривя душой. Во-вторых, Его величество Дейлион ан-Амирион решил сделать тебе подарок. От какого-то придворного осталось поместье, так что он решил предложить его тебе.

– А я собираюсь отказаться. Только поместья мне не хватало! Директор внимательно посмотрел на меня.

– Ты собираешься возвращаться в свой мир после обучения?

– Не знаю. Честно. Но в любом случае не желаю разменивать дружбу на деньги.

– Это я могу понять. И все равно – это глупо.

– Почему?

– Ты живешь на одну стипендию. И я знаю, как на нее можно прожить. Я тоже был студентом.

– Ну и что? Лично меня все устраивает.

– Пусть так. Тебе решать. И третья новость. Его величество Эйверелл Эстреллан эн-те-Арриерра ждет твоего выздоровления, чтобы ты могла присутствовать на его коронации, и очень просил меня оставить тебя здесь до конца летеня, погостить. Он тебе еще не сказал об этом? Я помотала головой.

– То есть мы сейчас в Элварионе?

– Конечно. В королевской спальне. Тёрн лично распорядился, чтобы за тобой приглядывали, как за последней женщиной на земле.

– Неужели нашлись бы желающие свернуть мне шею?

– Даже не сомневайся.

– А я ведь такая милая и дружелюбная…

– Оно и видно. А теперь расскажи мне все по порядку. Как ты поняла, что Деркаан – зомби, как получила этот коэффициент…

Я удивленно посмотрела на директора, но тут же поняла, что всю правду я рассказывала только Тёрну и оборотням, а они вряд ли поделились своими знаниями с директором. Не до того было. Править надо. И бардак после Деркаана разгребать! Наворотил, тварь такая… Я протянула руку за чашкой, сделала еще пару глотков воды и начала рассказывать. Чистую правду. И про хранилище, и про книгу, и про признаки, которые увидела у Деркаана, и про коэффициент, который мы обрабатывали с Лергом и Лютиком. Директор схватился за голову.

– Е-мое, как же вы это провернули? Вы же совсем еще дети!

– А как мне удалось подружиться с драконами? Все это – явления одного порядка. Как вы сами говорили, нужно верить в свою правоту и быть одержимым своей идеей. И тогда случится чудо.

– Не помню, когда я это говорил, но сказано, верно. Это все новости на мою бедную седую голову?

– Если бы! – вздохнула я. И рассказала о странном колдуне. О человеке в плаще, который стоял за троном Деркаана и который скрылся, как только мы обратили на него внимание. Я даже не сомневалась, что Тёрн не успел прочесть его мысли. У него была какая-то странная защита. Если я почерпнула свои знания из древней хроники, то черт его знает, откуда брал свои знания этот подонок! Может из такой же хроники, а возможно, что и нет. ВОРОТА, открываясь и закрываясь по желанию, приносили в наш… в этот мир много пользы, но они же приносили и уйму проблем. Что, если от тех, сгинувших, которые хотели захватить нас почти семьдесят тысяч лет назад, остались какие-нибудь книги, машины, знания, заклинания…. Да что бы там от них не осталось, уже ясно, что ни к чему хорошему это не приведет! Тем более в ручках мерзавца, который не погнушался сделать из живого человека зомби ради своих целей. Но…

– То-то и оно, что но! – согласился директор. – Что ему нужно было от Элвариона, или от Деркаана, или от тебя, или от Универа… Гадать можно бесконечно. И все равно не узнать правду. Ты нарушила его планы, но теперь тебе надо быть втройне осторожной.

– Еще чего. Он сам сказал, что не станет мне мстить.

– А ты поверила?

– Мне кажется, он не лгал.

– Хорошо. Даже если он не будет мстить, он может использовать тебя в своих целях, как Деркаана.

– Как Деркаана не получится. Зомби не обладают магическими способностями. А как-то по-другому… Я не боюсь.

– Ты даже в лицо его не знаешь.

– Зато я знаю, что это не вы, не Кан, не Тёрн и не Дейл. А больше я так и так никому не доверяю.

– Почему не мы?

– Вы в это время были в Универе, да и потом, у него отвратительный одеколон. От такого даже зомби стошнит. Про Кана, Тёрна, Дейла, Лерга, Лютика и кучу элваров и магов, которые в это время были у всех на виду тоже объяснять не надо?

– Не надо. Но вдруг…

– Да не будет никакого вдруг! Как вам это объяснить! Он не безумец. У него, конечно, защита такая, что я ее не пробила бы при всем желании, но я смогла считать ауру. Это человек сильный, жестокий, целеустремленный, рассудительный, мстительный, в нем есть какое-то безумие, но так же, как и во всех остальных людях.

– Людях?

– Не знаю. Может он вампир или оборотень. Хотя вампир вряд ли. У них очень хорошее обоняние, а у него такой мерзкий одеколон…

– Дался тебе этот одеколон!

– Но я серьезно! Цинично говоря, что-то похожее я видела у Тёрна. Такое же редкое сочетание качеств. Понимаете, этот человек, пусть будет человек, очень логичен. У него все рассчитано на двести лет вперед, и я не сомневаюсь, что он уже наметил следующий план. И потом, он не слишком кровожаден. Он даже не стал убивать оборотней, хотя и мог приказать это сделать. Наверное, потом он хотел их использовать в качестве королей? Не знаю. А мстить мне – нерационально, да и опасно. Я не пай-девочка из пансиона для благородных девиц, я все-таки ученица с факультета практической и боевой магии, с факультета самоубийц, Ёлки! И еще неизвестно, кто погибнет в следующий раз – я или он. Лично я на него не поставлю!

– Надеюсь, следующего раза не будет.

– А я наоборот, надеюсь на встречу с ним, как на манну небесную.

– Я всегда знал, что ты – чокнутая.

– Теперь уже поздно выгонять меня из Универа.

– Это точно. Будем надеяться, что Универ уцелеет.

– Универ? Конечно, уцелеет! За всю остальную страну я не ручалась. И директор это понял.

– Ладно, лежи, а я распоряжусь, чтобы сюда принесли ванну и что-нибудь перекусить и одеться.

– Я буду вам весьма благодарна.

– Лежи. И вот еще что!

Директор достал из кармана тонкую цепочку и одел мне на шею. Я ощутила привычную прохладу металлической пластинки на груди и улыбнулась. Теперь я чувствовала себя полноправной студенткой Универа.

– Браслет я уже забрал. До встречи.

Директор ушел. Я еще некоторое время лежала, глядя в потолок. Что ждет меня впереди? Кто был тот мерзавец в потайном ходе? Я искренне надеялась, что мы встретимся, и я буду долго и со вкусом объяснять ему, как надо обращаться с женщинами вообще и с ведьмами в частности. Но это еще впереди. Потом зашли слуги. Мне помогли искупаться, одеться, накормили какой-то полумагической пакостью, сказав, что я слишком долго не ела. После всех процедур я почувствовала, что могу свернуть горы. И отправилась искать Тёрна.

Я нашла его в королевском кабинете. Он сидел за столом, на котором свободно поместилась бы лошадь, и разбирал вместе с Клаверэном какие-то бумаги. Увидев меня, он поднялся из-за стола и пошел мне навстречу.

– Зачем ты встала? Тебе еще надо лежать.

– У меня ноги атрофируются и отвалятся, ваше величество. Нам надо побеседовать.

– Хорошо. Клаверэн, оставьте нас.

Элвар исчез, и в кабинете воцарилась тишина. Мы пристально смотрели друг на друга, не отводя глаз. Для любителей романов сообщаю сразу – ничего романтического не ищите. Тёрн просто считывал из моей памяти тот памятный разговор на лестнице. И все больше мрачнел.

– Ну что? – наконец не выдержала я. – Ты знаешь, кто это может быть?

– Даже не представляю. Не знаю никого, кто мог бы так меня ненавидеть.

Мой вопрос имел под собой веские основания. Тот тип на лестнице знал многое. Он защитил от магии себя и свои мысли, я не смогла даже увидеть его лицо, но я все-таки ведьма. И я считала его ауру. То самое примитивное, грубое, откровенно земное поле, из которого нельзя вытащить почти никакой информации, оно существовало и здесь. И было так же оригинально, как рисунок на пальцах. Хотя ауру можно было подделать, но мой собеседник этого не делал. Поняв, что на него не действует магия, я стала просто смотреть третьим глазом. Это настолько необычное занятие в этом магическом мире, что он даже не заметил моих действий. Это ведь не магия. Все то, что я говорила директору Универа, было правдой. Но было и еще два момента, о которых не стоило знать никому кроме Тёрна. Во-первых, когда я упомянула его официальное имя, аура незнакомца просто почернела от злости. Он ненавидел Тёрна так, что имело место быть форменное сумасшествие. И об этом директору Универа знать было совсем необязательно. А во-вторых, когда этот подонок поцеловал меня, нет, я, конечно, не могу быть уверенной на сто процентов, потому что до сих пор ни с кем по-настоящему не целовалась, я кое-что почувствовала! Что? Да клыки, черт возьми! Самые настоящие клыки, из которых следовало, что неизвестный мерзавец либо вампир, либо элвар. И, скорее всего – элвар. Если уж он решился выходить днем на солнце. Нет, для вампиров это тоже несложно, более того, в нашем мире про них понаписали полнейшую чушь, но просто кожа у вампиров очень нежная и легко обгорает. А ведь этот тип оставил в потайном ходе свой плащ, значит, обгореть не боялся. Но об этом я рассказала только Тёрну. И теперь мы молча смотрели друг на друга.

– Точно никого не помнишь? Там, мужья любовниц, какие-нибудь враги…

– Эти есть. Но никто из них не может ненавидеть меня НАСТОЛЬКО. Они бы давно себя выдали.

– Мало ли. Ты все-таки проверь, хорошо?

– Проверю. Ты научишь меня видеть ауру?

– С удовольствием.

– Директор передал тебе мое приглашение?

– На коронацию?

– Передал. Ты останешься погостить?

– С удовольствием. Помогу чем смогу. Телепортация и все такое. Тебе сейчас тяжело придется.

– Еще бы. Но мне ужасно повезло, что я встретил тебя. Я был бы сейчас мертв.

– Я тоже. Ты забыл драконью башню? Я не спустилась бы одна.

– Ёлка, не надо. Я тебе по гроб жизни обязан. И своей страной тоже. Если бы ты не нашла эту книгу в хранилище, не выписала эту формулу и не обработала ее, мы воевали бы и сейчас.

– Но Анна была бы жива. Пусть косвенно, но я виновата в ее смерти.

– Нет. Она сама пожелала идти.

– Ты же читал тогда мои мысли! И знаешь, о чем я тогда думала! Подленькая такая мыслишка, о том, что Анной вполне можно пожертвовать, если что! Это не настолько важно, как жизнь Дейла или твоя!

Как хорошо беседовать с телепатом! Я не смогла бы внятно объяснить, что творится у меня в душе, но Тёрну это было не нужно. Он просто посмотрел мне в глаза и спокойно сказал то, что я и не надеялась услышать:

– Не чувствуй себя такой подлой, Ёлка. Политика – грязная штука. Неважно, какой ценой досталась нам победа. Главное то, что мы выиграли. Кстати, завтра моя коронация.

– Завтра?

– Да, к ней готовятся с самого первого дня капитуляции Кейротолла. На мой-то взгляд и одной более чем достаточно, но мои подданные решили, что необходима еще одна. Все так цивильно, по древнему закону, с древней короной…

– Я должна тебя поздравить?

– Не стоит. Я не хотел бы быть королем. Лучше бы мои родные были живы.

Я сжала его руку. Ну что тут можно было сказать? Я еще ни разу не испытывала боли от потери близкого человека. Но я могла испытывать сострадание. И Тёрн это отлично знал. Мы стояли, несколько минут держась за руки, потом он улыбнулся и опять стал тем самоуверенным Тёрном, которого я привыкла видеть.

– Кстати говоря, тебя ждут примерки.

– Меня? За что?!

– Не «за что», а в честь чего. Должна ты на моей коронации выглядеть, как женщина, а не как непонятный средний род?

Я в пятисоттысячный раз подумала, что не будь этот наглец телепатом, не избежать бы ему хорошей трепки. Тёрн подмигнул мне.

– Ничего у тебя не выйдет.

– Знаю. Это и обидно.

– Ничего. Если ты остаешься здесь на каникулы, то будешь выглядеть, как человек.

– Размечтался.

– Посмотрим. К портному тебя проводят. Завтра в десять утра жду тебя на коронации. *****

Коронация была великолепна. Музыка, элвары и маги, Тёрн, весь такой величественный

в белой мантии. Мне пришлось стоять неподалеку от него, и я ужасно боялась расхохотаться во весь голос от вида лиц элваров и людей. Почему? Потому что этот элвар – наглая сволочь! Знаете, какое платье он мне преподнес? Черное, расшитое золотом. МЁлкие такие узоры по всему полю, в виде скрещенных костей и черепов. И от пояса солнышком расходится сотни две надписей золотом – «не лезь – убью». Мне понравилось, но реакция всех остальных была просто комической. Все почему-то старались держаться подальше от меня, кроме тех, кто меня знает. Но таких было мало. Ну, вот кто он после этого?! Но я ему еще отплачу! Я пока еще не знаю, как, но я придумаю! Ведь птица говорун отличается умом и сообразительностью!

Наконец все ритуалы и клятвы (защищать, оберегать, делить все трудности… почти как при женитьбе) закончились. Верховный жрец элваров торжественно возложил древнюю корону на черные волосы с тремя золотыми прядями, и Тёрн поднялся на ноги.

– Да здравствует король!!! – заорали в толпе. – Ура королю!!! Тёрн поклонился своим подданным.

– Я рад, господа. – Прогремел его голос. – Сегодня один из самых значительных дней в моей жизни, и я хочу разделить его с человеком, которому я обязан не только короной, но и жизнью! Ученица пятого курса Магического Универа, Ёлка!

Мне оставалось только раскланяться во все стороны. Тёрн кивнул, приглашая подойти к нему, и я повиновалась.

– Ёлка, я очень благодарен вам. Я мог бы дать вам золото, но вы его не цените. И я предлагаю вам другое. Отныне и навсегда вы считаетесь полноправным гражданином Элвариона, таким, как и любой элвар, присутствующий здесь. Я лично буду рад видеть вас в любое время.

Вот что мне оставалось делать? Уж точно не реверанс, иначе я просто упала бы, запутавшись в юбках. Я наклонила голову в коротком поклоне.

– Благодарю вас, ваше величество. Вы правы. Эта награда для меня ценнее всего золота мира. Потом был коронационный пир. И танцы.

– Ну, ты и гад, – прошипела я Тёрну на ухо. Он не обиделся. Своими розыгрышами он любого святого доведет. А я пока вполне земная женщина. И не привыкла, чтобы надо мной так издевались! Обычно-то я сама над всеми издеваюсь!

– Ёлка, ты же сама любишь посмеяться. И на меня не так и сердишься.

– Ну и что!

Я намеренно старалась не смотреть на элвара, но губы расплывались в дурацкой веселой улыбке. Какой же он все-таки обаятельный гад! И отлично знает об этом!

– Ладно, наплюй, – примирительно улыбнулся он. – Пойдем, потанцуем.

– Я не умею.

– Я тебя научу.

– Теперь я знаю, как тебе отомстить! Я тебе все ноги отдавлю! Точно!

Мы танцевали, и я думала, что даже немного благодарна этому мерзкому Деркаану и его кукловоду. Иначе у меня не было бы такого хорошего друга.

– Да, – согласился Тёрн, – это единственный плюс этой войны. Друзья, Ёлка?

– Друзья. А куда я теперь на фиг денусь с подводной лодки!? *****

Летень я провела в Элварионе. Предстояла прорва работы для магов. Войска Деркаана нанесли немалый ущерб, который сейчас и восстанавливался людьми под присмотром элваров в целом и короля в частности. Дейлион ан-Амирион торжественно короновался в своем Кейротолле и пригласил нас с Тёрном на коронацию. Как-то незаметно для себя мы успели подружиться. И я искренне считала обоих королей своими друзьями. Без всякого расчета или надежды на прибыль. Просто друзья – и все. Большинство магов с моего факультета, да и со всех остальных, кроме лекарей, тоже вертелось в Элварионе и Кейротолле. Дел хватало у всех. Прилетели Лаванда, Темик и Лилия и поселились в горах на границе с Азермоном. Маги потратили десять дней, перетаскивая их сокровища в новую пещеру. Драконы зорко следили, чтобы ни одна монетка не пропала. Тёрн написал указ о выделении драконам по первой просьбе еды, стоимость которой возмещается из королевской казны, но пока драконы ничего не требовали. Им вполне хватало коз, оленей и мародеров из Азермона. Последних – так даже с избытком. Король Азермона направил Тёрну ноту протеста против съедения его подданных, но элвар, не моргнув и глазом, отписал, что королевские подданные они – на территории Азермона, а на его земле, да еще без подорожных и с дурными намерениями они самые что ни на есть злоумышленники. И вообще непонятно, какое его венценосному брату дело до всякого ворья? Драконы хоть одного человека по ту сторону Азермонской границы схватили? Нет? А по эту сторону уж извините. Это наши суверенные дела. Лаванда покатывалась со смеху, описывая мне выражения лиц браконьеров. Еще бы! Представьте себе такую картину! Вы крадетесь через горы, неся с собой чистую прибыль и нередко грязную совесть, но тут внезапно перед вами возникает здоровенный дракон и громовым голосом просит:

– Покажи подорожную, мужик!

Дальше уже реакция шла в зависимости от крепости нервов. Но в любом случае – весело. Особенно драконам.

Мы с Тёрном почти не расставались. В Элварионе было много работы, и я повсюду сопровождала его. И все больше восхищалась им. Может, он и не желал быть королем, но это было его призвание. И природа создала его телепатом именно для этого. Мы успели подружиться, хотя и постоянно спорили. Меня почему-то, в отличие от всех остальных, совершенно не нервировало чтение моих мыслей. И я, совершенно неожиданно для себя самой, оказалась его придворным магом. Только мне Тёрн доверял телепортировать его в какую-либо точку Элвариона. В день я могла сделать не больше двух телепортаций – туда и обратно, но ему этого хватало. И это не считая отправки сообщений, регулировки погоды… да мало ли, чем приходится заниматься в послевоенной стране! Летень пролетел как один день и настала пора прощаться. Я собиралась телепортироваться в Универ с помощью учителя Бреме Теодоруса. Мы уже договорились на определенное время, я собрала вещи и пошла к Тёрну попрощаться. Он сидел в кабинете по уши в бумагах, но при виде меня встал и закрыл дверь.

– Все когда-нибудь кончается, – грустно сказала я.

– Мне бы не хотелось, чтобы ты уезжала, – признался Тёрн. – У меня никогда не было друзей, а ты стала моим другом, неожиданно даже для меня. Ни один нормальный человек или не-человек не любит общаться с телепатами. А другие телепаты – тем более. Ёлка, ты приедешь сюда на каникулы? Я серьезно посмотрела на Тёрна.

– Мне хотелось бы верить, что ты говоришь это не из чувства благодарности. Давай договоримся так. Если ты захочешь увидеть меня через год, просто пришли письмо. И я телепортируюсь сюда, как только начнутся каникулы.

– Я так и сделаю. Кстати, ты хочешь улететь, не отдав мне долг?

– Долг?

– Тогда, наутро после покушения, в трактире мы спорили…

– Выкинешь ты того наглеца точно в дверь или не выкинешь! Да, теперь я вспомнила!

– И я требую свой долг.

– Интересно, а почему ты не потребовал его раньше?

Я подошла к элвару и коснулась губами его щеки. Для этого несложного действия мне пришлось встать на цыпочки и держаться за его плечи. Иначе не дотянулась бы. Тёрн неожиданно удержал мои руки.

– Я ждал, пока не нарастут проценты.

– Какие еще проценты!? – возмутилась я.

– Вот эти.

Элвар медленно наклонился ко мне. На этот раз наш поцелуй вышел настоящим. Так, наверное, целуются любовники. Я так ни с кем еще не целовалась. И когда Тёрн, наконец, отпустил меня, у меня слегка дрожали руки.

– Зачем ты это сделал? На лице элвара появилась такая знакомая ироническая усмешка.

– Ёлка, я всегда получаю долги с процентами. Какими бы неприятными они не были.

Шутка вернула мне самообладание. Да, мы хорошие друзья – и только. А этот поцелуй… А он просто ничего не значит. Нет, ну какое нахальство. Я с тоской посмотрела на элвара. Насколько мне не везет! Я даже не смогу отвесить ему подзатыльник за все его издевательства.

– Не сможешь. Это ущемление моего королевского достоинства. Я фыркнула.

– Теперь я буду осторожнее спорить с тобой.

– Осторожность тоже не поможет. Я все-таки телепат, ты еще не забыла? Тьфу!

– Кстати, тот тип, с которым ты целовалась во время штурма – у него такие же клыки или длиннее?

Я задохнулась от возмущения. Нет, вы слышали?! От меня еще и сравнений требуют!

– Я обязательно пришлю тебе письмо. Когда вспомню подробности.

Девяностого числа летеня я вернулась в Универ. Пора было браться за учебу. Но я обязательно вернусь в Элварион. Я ведь полноправная гражданка. И бумага, выданная мне на следующий день Клаверэном, лежит у меня в шкатулке. А Тёрн пообещал прислать мне приглашение на каникулы. Что еще нужно маленькой ведьме для счастья? Да, этот год получился веселым. Во что я только не ввязалась. И к чему это приведет? Открыв конспекты по теории перемещения, я вспомнила сказки дядюшки Римуса. Там веселый Братец кролик выпутывался изо всех ситуаций. И я казалась себе очень похожей на него. И тоже выберусь из любых переделок, в которые меня втравит судьба. Только не бросайте меня в Тёрновый куст. Лучше отправьте на каникулы в Элварион. Для ведьмы там уйма работы и скучать мне там особо не придется. Скорее бы следующий летень…


ГЛАВА 5. | Поющие в клоповнике | КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.