home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 7 

Солнце, освещая последними лучиками спокойное море, уже почти скрылось за линией горизонта, а я все сидела на берегу и высматривала знакомый плавник. Тони так и не появился.

- Не замерзла? Ветер прохладный, - накинула мне на плечи кофточку, подошедшая бабушка, - пойдем в дом, завтра вставать рано.

- Иду, ба, - на автомате откликнулась я, а потом подняла голову и внимательно посмотрела на свою прапрабабушку Пелагею Джоновну Вельскую.

Если про мужей бабушки и прабабушки я знала, то личная жизнь моей горячо любимой ба, оставалась для меня тайной, скрытой за семью печатями. Не только для меня, никто из родственников не знал. Эту тему все, абсолютно все, обходили стороной, словно она была негласным табу. И эта ее вечная молодость. Вот стоит передо мной человек, которому скоро стукнет полтора века, а выглядит… Да немногим старше меня! Больше книг на сайте кnigochei.net Ну сколько ей дашь? Тридцать три? Тридцать пять? Подтянутая, ухоженная, вечно находящаяся в движении – да никому из молодых не угнаться за моей бабулей. И все же, есть в этом какая-то загадка. Есть, я чувствую!

- Что ты так смотришь на меня, Аленька? – улыбнулась мне бабушка, той теплой и нежной улыбкой, которую я помнила и любила с детства, - хочешь запомнить перед долгой разлукой?

- Я люблю тебя, ба, - не смогла не улыбнуться ей в ответ.

- И я тебя, моя девочка. Больше, чем ты можешь себе представить, - она присела рядышком и долго вглядывалась в мое лицо, а потом спросила, - ничего рассказать мне не хочешь?

Я хотела. Очень хотела, тем более апаньяр сказали, что от родственников я могу не скрывать свои приключения, только вот как начать разговор…

- Там в древнем городе, кроме нападения акулы случилось еще кое-что, - решилась начать разговор я.

Потом, неспешно вспоминая все подробности, я долго рассказывала о своих приключениях. Пелагея Джоновна слушала внимательно, ни словом меня не перебив. Только, когда я дошла до своих генов, приобретенных недавно от загадочной древней расы, как-то нервно сжала в кулаки руки.

- Вот я и подумала, может быть ты что-то об этом знаешь? – закончила я мучившим меня вопросом.

Бабушка продолжала молча сидеть и внимательно смотреть на море.  Ну и я тоже сидела тихо. Конечно, меня просто съедало любопытство, но насильно рассказать ведь не заставишь. Вдруг эти воспоминания сделают больно любимому человеку? А ведь и правда, похолодало сильно. Я поежилась и посильнее натянула на себя кофточку.

- Это случилось, когда я была также молода, как сейчас ты, - вдруг начала говорить бабушка Пелагея. Голос ее был грустным и непривычно тихим, - тогда мало кто из землян улетал с родной планеты. Да мы и сейчас в большинстве своем домоседы. Группу наших ученых археологов пригласили поработать на Тентуре. Постольку поскольку отношения между землянами и тентурийцами были на тот момент обострены, то нашу миссию охранял отряд военных МНК. И вот там я встретила его, молодого офицера, красивого, высокого. Он тоже меня заметил, словно искра вспыхнула между нами. Влюбилась конечно. Влюбилась так, что меня аж шатало от счастья. Два месяца эйфории, блаженства… А потом в один день все это прекратилось. Приезжаю в гостиницу, а его нет. Его нет нигде, даже на планете. Он просто ушел из моей жизни не сказав ни слова, просто ушел, Аль. А я тогда молоденькая совсем была, глупая. Переживала, конечно, сильно, плакала. Все мне там о нем напоминало. Потом попросила перевести меня на другой участок, а оказалось, что раскопки свернули. Нашли там что-то и передали объект военным. И я вернулась домой, а через семь месяцев родилась твоя прабабушка. Вот так вот все и вышло, Аленька.

- А какой он был расы? – через какое-то время спросила я.

- Эленмарец, кажется так называлась его раса. Ты очень на него похожа, - бабушка Пелагея вновь с нежностью мне улыбнулась, - разве что ушки у тебя не острые, да волосы не такие светлые.

- А как же ты потом… - мне было так бесконечно жаль ее, эту сильную, волевую женщину, такую родную и любимую.

- А что потом? – как-то горько улыбнулась она, - Машка родилась, потом Таюшка, потом мама твоя, а потом и ты. Вот и живу для вас, радуясь каждому дню.

- Ты больше никогда не любила?

- Я просто никогда не переставала любить, - она поднялась, отряхнув вязанную юбку, - ну пойдем уже. Завтра вставать рано. Рейсовый до Луны ждать не станет.

Я последний раз бросила взгляд на море. Чуда не произошло, плавник так и не показался. Тяжело вздохнув, поплелась в сторону домика.

*****************************************************************


Утро началось внезапно. Вот так бывает ты просто спишь и вдруг:

- Алька, подъем! – врывается в мой сон голос бабушки, - после твоего вчерашнего приключения на базе объявили выходной, и сигнал будильника не сработал.

- Что? – сонно прохрипела я, силясь открыть глаза.

- Проспали мы с тобой, вот что! – не сдавалась бабушка Пелагея.

- Проспали? – подскочила я.

- У тебя есть пять минут на сборы. Кета-уаси любезно согласился нас подвезти до вимар-станции, - говорила бабуля, уже натягивая поверх джинсов легкие сапожки, - есть еще добрые люди… то есть я хотела сказать влаппи. Одевайся. Завтрак сухим пайком возьму.

Как только захлопнулась дверь домика, я подскочила и как заведенная закружилась по комнате. Умыться, одеться, обуться, проверить собранные вещи… Кажется все, а у меня еще целых полминуты. Обидно начинать службу на новом месте с опоздания. Перекинув сумку через плечо, я вышла на крылечко.

- Стравствуйте, шетера Айлевтина, - оскалился огромный влаппи, стоящий рядом со служебным флайкаром.

- Доброе утро, уважаемый Кета-уаси, - поздоровалась я, направляясь к летуну.

Пелагея Джоновна, держа в руках объемный сверток, уже садилась с другой стороны.

- Ну, все на месте? Все взяли? - спросила она, раздавая каждому из нас по термостаканчику, плотно прикрытому крышкой, - утро нужно начинать с хорошего кофе и тогда оно обязательно будет добрым.

- Спасибо, - коротко поблагодарил Кета-уаси и склонился над навигационным экраном.

- Держи, - бабушка протянула мне огромный, многослойный бутерброд, пока я воевала с крышкой термостакана, - неизвестно когда вас там кормить будут, так что ешь впрок, а я тебе пока в комм файлы скину, о которых ты просила. Раздобыть удалось, правда, немного, но... Чем богаты.

- Шпашиба, ба, - бутерброд оказался очень вкусным, и кофе источал умопомрачительный аромат, или просто я была такая зверски голодная...

- В Лунопорте я тебя до самого корабля провожу, - не отрываясь от экрана комма, сказала бабуля, - мне пропуск на поле дали и сопровождающего обещали. Там корабль с Астерии прибыл, новое оборудование нам привезли. Да, судя по твоему рассказу видимо зря...

Я пожала плечами, продолжая жевать с закрытыми от удовольствия глазами. Ну не моя же вина, что апаньяр не со всеми общаться хотят. Я вот тоже со всеми не хочу, будь моя воля, с половиной бы контакты ограничила. А они разум, да еще чистый, им можно. Рука сама потянулась под пуговички форменного кителя и погладила кулончик. На месте. Честно говоря, сегодня утром мое вчерашнее приключение казалось уже чем-то нереальным, сном - не иначе.



***************************************************************



На вимаран до Луны мы все же успели. Всего сорок минут полета и перед нами раскинулся огромный космопорт Лунопорт-1, отсюда отправляли все экспедиции и совершали пассажирские перелеты. Лунопорт-2 занимался почтовыми перевозками, а Лунопорт-3 - доставкой крупногабаритных грузов.

Телепортировались прямо в зал ожидания. Космопорт гудел, как разбуженный улей. Мимо то и дело пролетали багажные тележки, проползали роботы-уборщики. В ожидании своего рейса люди сидели в мягких креслах или за столиками в уютных кафе, некоторые чинно стояли у информационного табло.

- Регистрация рейса 945026 Лунопорт-Палапутра продолжается у выхода номер 34, - раздался механический голос оповестителя, - повторяю, регистрация рейса 945026 Лунопорт-Палапутра продолжается у выхода номер 34.

- Вийора Катсу Имари, вас ожидает сопровождающий у справочного терминала. Повторяю, вийора Катсу Имари, вас ожидает сопровождающий у справочного терминала.

И еще миллион подобных объявлений. До сегодняшнего дня дальше Ганимеда - спутника Юпитера, я не летала и пределов солнечной системы не покидала, поэтому легкое волнение все же присутствовало. Звездная Академия, где мне предстояло учиться в ближайшие три года, находилась над планетой Кхарма, которая вращалась вокруг звезды Арато созвездия Кассиопеи. Когда-то эта звезда носила иное название согласно земным справочникам, но сейчас все пользовались обозначениями, принятыми в МКН. На одном из языков Коалиции слово «арато» означало «чемпион». А эта звезда и была чемпионом - самая крупная среди желтых. По средним подсчетам добираться до места учебы предстояло около пятнадцати тысяч световых лет.

- Алька, - налетел на меня ураган по имени Фархунда, - где ты ходишь? Наши все собрались, а тебя все нет и нет, - увидев мою бабушку, Хуня продолжила, - здравствуйте, Пелагея Джоновна. Как всегда прекрасно выглядите.

За спиной Хуньки маячил Феокл. Он с гордым и независимым видом держал объемную сумку подруги.

- Ты чего там набрала? - подозрительно спросила я.

- Стратегический запас, - невозмутимо ответила мне она.

- С ума сошла? Я думала ты шутишь! С этой аптекой таможню ни за что не пройти!

- шепотом, я начала ее отчитывать.

- Не боись, - усмехнулась Хуня, - на сумке мощный оберег для отвода глаз, никто и не заметит. Вот увидишь.

- Ну, Фархунда, - покачала головой я.

- Феклушинька, счастье мое биомассовое, - промурлыкала она, - возьми еще Аленькину сумочку.

Схватив нас с бабулей под руки, Хунька потащила нас туда, где в общей толпе стояли знакомые и родные. По дороге, она продолжала без умолку трещать:

- А меня сегодня никто не провожает. Бабушка принимает вступительные экзамены, а маму срочно в Варанаси вызвали, там у них эпидемия у слонов какая-то. Вся их кафедра с ног сбилась, еще вчера телепортировались. Представляешь...

- Хуня, - рыкнула на нее, когда увидела среди провожающих сияющие лица родителей и бабушки.

- Что ж так долго, ребенок? - спросил у меня подошедший отец, - здравствуйте Пелагея Джоновна, - это он сказал уже бабуле.

- Здравствуй, Сережа, - улыбнулась она, - давно не виделись. Ты все добреешь, смотрю. Совсем тебя Зойка пирогами закормила.

- А хорошего человека должно быть много, - рассмеялся папа, наблюдая как бабушка нежно обнимает маму, - зато вы с каждым годом все краше и краше, вот в кого жена и дочь у меня такие красавицы!

- Скажешь тоже, - смутилась моя вечно серьезная ба.

- Что же мы стоим? - воскликнула мама, - там у 57 секции уже таможенный досмотр на ваш «Этилгейл» начался.

- Красивое название - путеводная звезда, - улыбнулась бабушка, переведя название корабля.

- Романтично, - согласилась мама, но потом встрепенулась и снова начала нас всех подгонять.

В итоге до нужной таможенной секции мы практически бежали. Досмотр еще не начался и окно было закрыто. Рядом стояли немногочисленные отбывающие в окружении тех, кто их провожал. Молодых офицеров, облаченных в летную форму, кроме нашей четверки было еще двенадцать, среди них всего две девушки. Скорее всего, это четверки, отобранные на Марсе, Европе и Ганимеде. Они вылетали вместе с нами из Лунопорта.

Почти у самой стойки представительный мужчина с убеленными сединой висками, трепетно обнимал хрупкую женщину среднего возраста, которая что-то тихо говорила двум симпатичным девушкам. Он был одет в военную форму с нашивками полковника. Куратор земной группы Константин Вихров отбывал по месту новой службы в сопровождении своей супруги, а две взрослые дочери их провожали.

Где-то рядом мелькнула русая макушка Стаса. Увидев нас, помахал рукой. Тут же в нашу сторону обернулись еще две русые головки младших сестер Погодина. Близнецам Дарине и Полине исполнилось по пять лет. Они считали себя взрослыми дамами и сейчас с обеих сторон облепили брата, наперебой комментируя происходящее. Родители Стаса стояли рядом, и едва сдерживая смех, наблюдали за этой картиной. Сам же Погодин хоть и закатывал глаза, но держался стойко и мужественно терпел все измывательства сестер.

- Аля, - я обернулась на голос Дениса, - можно тебя на минуточку?

- Капитан Истархов, до отлета «Этилгейл» еще два часа, сейчас курсантам дано время для прощания с друзьями и родственниками. К какой из перечисленных категорий вы относите себя? - надо же, и голос не дрогнул, и сердце больше не стучит. Может и правда Хунькина отрава действует...

- Извини, - тихо сказал он и отошел.

- Деничка, - краем глаза заметила, как к Истархову подбежала красивая девушка, что-то быстро начавшая ему говорить. Эта была совершенно незнакома мне. Интересно, а что стало с той, которая из нашей спальни...

- Ира, я же просил не приезжать в космопорт, - донесся до меня злой и раздраженный голос Дениса. Схватив подружку за локоток, он потащил ее куда-то к выходу из зала таможенного досмотра и парочка скрылась из вида.

Удивительно, но никаких, абсолютно никаких эмоций я сейчас не испытывала. Нет, вру. Мне было забавно наблюдать за Истарховым и в то же время, отчего-то в душе я немного жалела его. Врать себе и самому же в это верить грустно, неправильно и... в общем жаль Истархова и все.

Таможенный досмотр начался, люди неспешно подходили к окну, ставили багаж на сканирующее устройство и также неспешно проходили в комнату ожидания. Провожающие попрощавшись, покидали зал. Некоторые плакали. Мы с Хуней на досмотр не спешили, продолжая тихо разговаривать с моими родственниками.

В помещение, где располагалась 57 секция вошла очень колоритная группа людей. Народа в зале осталось немного и все присутствующие разом обернулись. А посмотреть было на что, потому что в зал вошло семейство Селедкиных. Сам Жоффрей шел в середине их этнической композиции, его словно взяли в тиски трое медведоподобных мужика с густыми бородами, одетых в льняные, расшитые по вороту косоворотки и полосатые штаны. Мужчин сопровождала женщина с длинной косой в красном сарафане, она держала на руках младенца, то и дело поглаживая его по кудрявым волосикам. А впереди, в темно-синем платье и лихо повязанном на голове белом платочке, опираясь на клюку, шествовала сухонькая старушка. И вот всем сразу было ясно - кто в семье Селедкиных главный.

- Фрол, Мяфодий, отпуститя парня, вы яму вдыхнуть ня даетя! - вещал этот маленький генерал в юбке тонким, но очень громким голосом, - а ты Жоффреюшка поминай нас там, в космасе-та своем добрам словам. Мядку я тобе положила, хорошего липаваго. Чай нету на вашей Ксипеи-та мядку такова? Оооо... То-то и оно, што нету! Ты, Жоффреюшка на мядок та налягай, он от усех хвороб помогет, да оберег, что матерь вышила носи, он от дурного глазу да от лихих людей помогет...

- Хорошо, бабушка, - простонал Жоффрей, видимо уже не первый раз, но старушку было не остановить.

- А вот кума Авдотья намедни болтала, што холода там в космасе-та вашем. Дак ты Жоффреюшка на парней-то ня сматри, гульфик из шерсти овечьей, што я тобе связала, носи! Застудишь «пятушок», што потом делать станешь? Ох, ня довяряю я лекарям-то инопланетным. Там ить ня травок наших, ня заговоров... Бяряги хозяйство та! Мужик без хозяйства, сам знаишь, што птица без неба - так пшик, одно названня!

- Серафима Дормидонтовна, - попыталась унять старушку женщина, видя, как налились стыдливым румянцем щеки Жоффрея.

- А ты, Улька, мне рот-та ня затыкай, - огрызнулся маленький генерал, - я добра тваму сыну желаю!

- Бабушка, мне пора, - жалобно проблеял Жоффрей, уже готовый броситься бежать к спасительному окошку.

- Ну, - остановилась старушка, - пора дык пора. Ничо ня попишишь. Прощаться будем! Храни тобя бог, внук мой старшенькай Жоффреюшка. Поминай там родню- та свою. А уж мы усе за тобя помолимся.

Семейство Селедкиных перешло к жарким прощальным объятиям, а мы с Хуней, да и родственники мои отворачивались, давясь смехом. Наконец, Жоффрей вырвался и понесся к таможенному окну.

- Пяшы, ня забывай! - крикнула бабулька.

- Ладно, - выдохнул он.

- И нам пора выдвигаться, - сквозь смех сказала Хуня, - пошли, Аль. Феокл сумки!

- Я тебя у вашего корабля подожду, - шепнула мне бабушка Пелагея, - он как раз рядом с астерийским.

Я спешно расцеловалась с родителями и всю дорогу до окошка досмотра оборачивалась, смотря, как отец уговаривает маму не плакать. А вот подойдя, мы с Хуней стали свидетелями нешуточной драмы.

- Что провозите в стеклянной таре? - вопрошал андроид-таможенник у Жоффрея.

- Там ме... там ме... мед! - разволновался не на шутку Жорка.

- Провоз продуктов питания запрещен, - ответил служащий.

- А это - не продукт питания, - вылезла вперед Хуня, незаметно рисуя на сумке Жоффрея мелом какой-то символ, - это витаминный комплекс, выданный для всей нашей группы!

- Так и запишем, - андроид невозмутимо внес запись в коммблок, - проходите, не задерживайте очередь.

- Хуня, что это сейчас было? - шепнула я подруге.

- Магия! Самая настоящая! - тихо ответила мне она.

Хунина сумка, к моему удивлению, так же прошла таможенный досмотр без вопросов, а вот с провозом Феокла возникла заминка.

- Что это у вас? - спросил таможенник, указывая на Феклушу.

- Ручная кладь, - невозмутимо ответила Хуня.

- Ручная кладь? - удивился андроид.

- Ну, да. Разные женские мелочи фен и средство для нанесения макияжа в одном флаконе, - и ведь не соврала ни словом.

- Вы вводите в заблуждение служащего космопорта! - сказал таможенник, - согласно статье 12 Таможенного кодекса это...

- Извините ее, - вмешалась я, - она просто растерялась и не знала, как поступить со своим андроидом. Помогите нам пожалуйста.

- Согласно инструкции о перевозке машин с программным обеспечением класса «искусственный разум», все механизмы у данного андроида должны быть отключены, сам он - зафиксирован и надежно упакован. Это относится ко всем роботам, кроме приписанных к кораблю-транспортировщику. У вас есть код приписки?

- Нет у нас кода, - надулась Хуня.

- Тогда, отключите технику и сдайте в багаж, предварительно запаковав груз, - констатировал таможенник.

- Но это очень ценная вещь! - возмутилась подруга.

- Внесите в декларацию, как хрупкий объект, требующий бережной транспортировки.

- Не спорь с ним, Хуня, - зашипела я на нее, - делай, как он сказал. Нам с твоей аптекой и Жоркиными гульфиками еще неприятностей с таможней не хватало.

- И то верно. Феклуш, ты это... Прости меня. Как только устроюсь на новом месте, я тебя сразу же активирую, - хмурая Фархунда, со странно блестящими глазами, открыв неприметную крышку на запястье Феокла вводила какие-то цифры. Феокл чуть заметно кивнул и глаза робота остекленели, он превратился в неподвижную статую.

- Не переживайте, - успокоил Хуню представитель транспортной компании в ярко - синем комбинезоне, - доставим в лучшем виде.

- Мне надо чтобы доставили в таком же, - буркнула ему хмурая подруга, а потом отвернулась и... всхлипнула. Отвечать ей мужчина не стал, погрузив Феокла на багажную тележку, увез в сторону взлетной площадки.


Глава 6. | Звездная Академия. Алька Верник и наследие предков | Глава 8